В Цзянху нет справедливости, он не прощает ошибок

Мчаться от «Призрака» до своего «логова» было крайне неудобно. Но его вызвала Третья, и дело, видимо, было действительно серьезным, раз она решила позвонить именно ему. Гао Чун находился на заднем сидении с завязанными глазами, связанными руками. — Лао Вэнь, это обязательно? — не удержался от вопроса Цзышу. — Я ему пока не настолько доверяю, — Кэсин повернул руль, и машина свернула вправо. — Вообще-то я всё слышу. И жалею уже, что согласился, — пробурчали сзади. — Господин Гао, пути назад нет. Всё, — затормозил автомобиль, — мы на месте. Хорошее и не особо запоминающееся здание старого завода, оформленное на подставных лиц, встретило их весьма неприветливо, с охраной на КПП. Никаких городских камер, никаких достопримечательностей в округе — господин Вэнь специально выбирал такие места для своей деятельности, и каждый раз хвалил себя за благоразумие. — С дороги, — резко бросил он загородившему путь охраннику, и приложил карту к турникету. Тот, заприметив недовольного босса и его спутников, сразу отодвинулся в сторону и встал по стойке смирно. Цзышу вёл Гао Чуна под руки, чтобы тот не запнулся. — Дай рацию, — охранник недоуменно вынул требуемое из-за пояса, и Кэсин нажал кнопку. — Второй? — Мастер? — раздалось шипяще оттуда. — В холле господин Чжоу и господин Гао, — Кэсин переглянулся со своим А-Сюем, — сопровождай их к Се Вану. Выполняй все требования господина Чжоу. — Да, Мастер. Босс же, в свою очередь, отдал рацию обратно и двинулся вперёд, к неприглядной лестнице из фойе наверх. Серые лестничные пролеты были крайне грубые, местами потрескавшиеся от времени. Что ж, здание всё же давно не реставрировалось. Найми он бригаду рабочих да сделай тут отменный ремонт — не оберётся вопросов. Полузаброшенный завод, пускай и с охраной по периметру, не вызывал ни у кого особых подозрений. Отличное прикрытие от зевак, журналистов или тех же представителей власти. «Весьма иронично, что один из них прямо сейчас здесь», — Глава Призраков заторопился, поднимаясь наверх. На 4-ом этаже располагалось нужное ему помещение, в которое он буквально влетел, хлопнув дверьми. — Господин… Решетка одна, вторая, он открыл их снова ключом-картой. Третья тут же подбежала к нему. — Пятый пленный, нам сюда. — Наконец-то хоть что-то стоящее… Юй Цюфэн, вот кем был пятый пленный, которого нашли его подопечные несколько недель назад. Тот самый, которому Се Ван передавал бумаги. И тот, кто вызывал подозрения у А-Сюя. С которым контактировала актриса из «Долины». Как оказалось, он — продажный журналист. И после серии хвалебных статей в сторону поймавшего Хэлянь И шефа Чжао, его нашли подопечные Кэсина и привели сюда, в импровизированную камеру. Комната такая же, как и у Се Вана: та же кровать, стены, перегородка для справления нужды. И стекло, через которое можно увидеть пленного, а он тебя — нет. Цюфэн выглядел болезненно и подавлено. Когда господин Вэнь зашёл внутрь, тот сразу поднялся. — Ты готов рассказать всё, что знаешь? Ему нервно кивнули в ответ, сжимая дрожащие руки на одежде. Се Ван передал бумаги от Чжао Цзина. В них — то, что могло бы потопить Гао Чуна. Подделка, конечно, но слухи имеют большую силу над обществом. Один раз сильно опорочишь репутацию на государственной должности и всё — доверие людей к тебе потеряно. Даже если потом ты докажешь свою невиновность — к тебе будут относиться настороженно, и прежнего положения никто не вернёт. — И почему тогда шеф Гао до сих пор занимает свое место? — резонно спросил Кэсин, сверля Юй Цюфэна недоверчивым взглядом. — Даже шумихи никакой не поднялось. — Не было команды опубликовать всё полностью. Лишь мелкие детали, как ухудшение работы сотрудников, всех отделений под его начальством. Всё должно было идти медленно и планомерно, чтобы выглядело правдиво, а не как попытка очернить, — Юй Цюфэн заметно дрожал и кашлял, прикрывая рот рукой, пока Кэсин задумчиво ходил по комнате. — Господин Вэнь, отпустите меня. Мой организм скоро не выдержит… Не выдержит больше. — Болезнь замучила? — Кэсин остановился и глянул на него. У схваченного Юй Цюфэна был недуг, отравлявший ему жизнь. Возможно пневномия, симптоматика была схожая. Среди Призраков не так много людей с медицинскими познаниями, специальных лабораторий для проведения анализов у них нет. Только книги по полевой медицине и набитая под завязку аптечка. И даже такой скудный набор позволял выживать на их вылазках. На всё остальные мало-мальски критичные случаи приходилось идти лично на поклон к Бэйюаню, в его частную многопрофильную клинику. В случае Юй Цюфэна хватило обычного описания симптомов, чтобы приступить к их купированию. Уже по сгусткам крови ржавого цвета было можно предположить, чем болен их дорогой пленник. — Да, — снова тяжёлый мокрый кашель. Цюфэн старался всё это время стоять ровно, но даже человек с плохим зрением увидел бы, что ему нехорошо. Кэсин не страдал проблемами со зрением от слова совсем. Но проявлять сочувствие даже не собирался. — Ты дашь показания против Чжао Цзина на камеру. Или сгниёшь здесь. Советую согласиться, — господин Вэнь достал из кармана брюк пластиковую баночку и бросил ее на кровать больного. — Старайся меньше кашлять, не напрягай лёгкие. Тебя переведут на нормальное тёплое питание. Антибиотик принимай согласно инструкции. Это единственное, что я могу для тебя сделать сейчас. Через неделю проверю твоё самочувствие. Ты должен выглядеть здоровым. «Быть — не обязательно. Но выглядеть таковым — необходимо» — Хорошо. — Кашель с кровью? — Спасибо, теперь уже почти его нет, — тот трясущимися руками открыл баночку и закинул вожделенные лекарства в рот. Блаженно прикрыл глаза. Конечно таблетки не могли сразу подействовать и эффекта мгновенного расслабления не давали. Но измученные тело и мозг знали, что после их приема постепенно самочувствие будет становиться лучше. Даже «кашель ржавчиной» сошёл практически на нет после недели на этих таблетках. — Веди себя прилежно и выйдешь живым, — важно кивнул Вэнь Кэсин, подмечая, как ушла нервозность его пленника, уступая место какому-то спокойствию. Он вышел из комнаты, захлопнул дверь. Прислонился к ней спиной. Такие разговоры давались тяжело: он жёсткий человек, но не считал себя совсем уж жестоким. Но здесь…Здесь приходилось таким быть, иначе с ним его Призраки не будут считаться. Если он потеряет хватку — его разорвут эти стервятники. — Мастер? — тихо позвала Третья. Будто обеспокоено. Издав смешок, Кэсин подумал что, после появления в его жизни А-Сюя, ему сложнее с каждым разом входит в роль «Мастера». Вот и сейчас, вместо обычного вопроса, ему уже чудилось волнение в голосе Третьей. — Просто дай ему всё необходимое, чтобы он выглядел нормально, когда будете записывать показания. Лекарства, еду, одежду. Сейчас напрягаться и прятать трупы не хочу, — махнул он ей рукой, словно отгоняя. Но Третья лишь понимающе глянула на него и передала рацию в руки, господин Вэнь взял её. — Что такое? — он задумчиво повертел устройство, будто не зная, что с ним делать. — Господин Чжоу спрашивал, когда вы придёте. Господин Гао ругается с пленным. Вэнь Кэсин тихо выругался и включил рацию одним нажатием: — А-Сюй, я сейчас приду, раздам только последние указания. Гао Чун вместе с Се Ваном спорили большую часть времени, что Цзышу наблюдал за ними из-за стекла. Сначала господин Гао не сдерживал чувств: бурная радость от встречи, скупая мужская слеза на вечно нахмуренном, но добром лице. — Се-эр, малыш Се-эр! — сжал крепко названного в своих медвежьих объятиях он. Се Ван был крайне взволнован, заметив его присутствие в таком месте, но доверчиво обнял в ответ. — Дядя Гао! Вы пришли забрать меня? Вы с отцом здесь? — радость в его сияющих глазах потухла, когда его дядя молча покачал головой. Се Ван выглядел хорошо для пленника: чисто одет, здоровый цветущий вид, ямочки на щеках ничуть не уменьшились: видимо и кормили вполне приемлемо. Господин Чжоу не ожидал особо хорошего к нему отношения от Вэнь Кэсина, особенно после встречи в поместье Хэлянь И. Цзышу приложил руку к груди и тепло улыбнулся, глядя через стекло на встретившихся. Сам он не решился заходить, предпочитая смотреть издалека. — А отец придет? Или он ждёт меня снаружи? Пойдёмте скорее! — Се Ван схватил его за руку и попытался потянуть в сторону двери, но Гао Чун устойчиво стоял на месте. — Дядя Гао? — растерянно спросил он, непонимающе глядя своими большими глазами. — Тебе придется некоторое время остаться здесь, Се-эр. Твой отец… кхм, — шеф Гао замялся и взял его за руку крепко, заставляя подойти ближе. — Се Ван, послушай. Твой отец… — С ним что-то случилось, да? Нам нужно ему помочь! — волнению в голосе Се Вана не было предела. — Он не придет. Как и ты никуда не уйдешь сейчас отсюда. Потому что это опасно… — Гао Чун с трудом выдавливал эти слова. Наблюдать за тем, как строгий со всеми шеф пытался мягко объяснить Се Вану его неправоту, было тяжело. Цзышу не любил становиться свидетелем чего-то настолько личного. — А по поводу Чжао-эра, он не такой, каким кажется, Се-эр… — О, вы тоже решили мне поведать байку о том, что отец не ищет меня? Спасибо, сегодня уже один такой «гость» был… — тот раздражённо вырвал свою руку и похромал в сторону кровати, с силой плюхнувшись на неё и поморщившись от прострелившей боли. Цзышу понял тогда, что тот говорил о господине Е. Они с ним не общались ещё после этого, но, видно, эта встреча серьезно потрепала морально парнишку — тот завёлся не на шутку. — Се-эр, я желаю тебе только добра… — И поэтому заточил меня тут под крылом демона Вэня? Отлично, дядюшка, просто отлично! Можешь уходить, я тебе ничего не скажу. Все вы ищите чёртовы документы, и никому нет дела до жизни обычных людей. Так и горите в аду! — Се-эр! — гневно крикнули ему. — Убирайся! — Нет, послушай… По громкой связи в комнате и совсем рядом с ухом Чжоу Цзышу, Вэнь Кэсин произнес: «Довольно. Уходите». И положил руку ему на плечо, сжав его. Цзышу обернулся. Вэнь Кэсин сосредоточенно смотрел на выражение лица Се Вана, и по его взгляду трудно было понять, доволен ли он увиденным. Гао Чун вышел к ним совершенно раздавленным. Дверь за ним противно пискнула, датчик на ней сменил цвет с зелёного на красный. — Я говорил вам, что он не поверит, господин Гао. Не зря именно он стал Главой Скорпионов, — покачал головой Цзышу. Тот взглянул на него как побитый щенок: глаза красные, желваки ходили по лицу. — Это лишь больше убедило меня, что пудрили мозги не только мне. Сам Се-эр до такого бы не дошёл, — справившись с чувствами пробасил он и кинул взгляд на невозмутимо стоящего позади Цзышу Вэнь Кэсина. — Ты. — Я, — протянул тот. — Знай, что я не отказываюсь от своих слов. — Посмотрим, как это будет на деле, господин Гао. Пока что я этого не увидел. Совершенно по-животному Гао Чун зарычал на него, Цзышу автоматически загородил Вэнь Кэсина собой: — Если будете так себя вести, можете не ждать от нас какой-либо помощи. Они оценивающе смотрели друг другу в глаза, после чего Гао Чун примирительно сделал шаг назад. Цзышу удовлетворённо кивнул. — Скоро будут как минимум одни показания против Чжао Цзина, — огорошил их господин Вэнь, — их может не хватить, чтобы посадить его, но… — Говори, — решительность Гао Чуна могла бы напугать кого угодно. Но Цзышу слишком устал и просто принял свои таблетки не запивая, пока стоящие рядом невольные союзники обсуждали новости. Прислонившись к стене и закрыв глаза Цзышу почувствовал, как звуки двух голосов медленно почему-то перетекли в гул в ушах. Он попытался что-то сказать, но язык не послушался, а рот нормально не открывался. Сознание уплывало, и он даже не понял, получилось ли открыть глаза — темнота затопила всё вокруг, зрение его покинуло. Тело сползло по стене и с глухим звуком упало. — Господин Чжоу! — А-Сюй!