В Цзянху нет справедливости, он не прощает ошибок

Весь опутанный проводами, он лежал в уже знакомой больничной палате. Датчики где-то над его головой мерно пиликали. На стуле, рядом с кроватью, сидел Вэнь Кэсин: спал в полусогнутой позе. Бледный донельзя, с ввалившимися щеками и синяками под глазами, в том же костюме, в котором Цзышу и видел его в последний раз. Такое ощущение, будто он провел в этой палате месяц, если не больше. Пошевелиться нормально не получилось, и Чжоу Цзышу вдруг осознал, что к его рту был подведён аппарат искусственной гипервентиляции лёгких. Он мечущимися глазами осмотрелся, чуть дёрнулся. Датчики усилено запищали: пульс подскочил. Вэнь Кэсин тут же встрепенулся, глянул на него диким взглядом, словно чего-то опасаясь, а в палату влетели два врача. — А-Сюй, ты просто упал в обморок, тебя осмотрят, назначат лекарства и выпишут. А-Сюй, всё в порядке, — Вэнь Кэсин, тяжёлой походкой, подошёл к кровати, опустился перед ней на колени и взял Цзышу за руку. — Успокойся, пожалуйста. Всё будет хорошо. Ты веришь мне? Страх сковал всё тело, но Чжоу Цзышу удалось едва заметно кивнуть: говорить не было возможности из-за чертовой маски для дыхания, закрывающей рот. — Господин Чжоу, вас выпишут примерно через неделю. Пожалуйста, поменьше нервничайте, всё под полным контролем. Мы вас отпустим, как только убедимся, что вашему состоянию ничего не угрожает. Цзышу перевел взгляд на говорившего, который ему был смутно знаком. Манера держаться, аристократичное лицо с точёным носом, тёмные глаза, короткий ёжик волос, высокий рост. Имя буквально вертелось на языке, но ни вспомнить, ни произнести — не получалось. Как и верить словам врача, потому что в обычных ситуациях лёгкие не вентилируют искусственным путем. Но он ещё разберётся, как только сможет говорить. Цзышу сузил глаза, снова смотря на Лао Вэня, словно задавая немой вопрос: «что произошло?». Врач увидел эту игру в гляделки и обратился к Вэнь Кэсину: — У вас пара минут на разговоры. Вы обещали, что покинете палату, как он очнётся. Всё равно долго в сознании из-за слабости вряд ли пробудет. Цзышу удивился, что тот не стал препираться, а лишь понуро кивнул, принимая своё поражение. Врач вышел вместе со своим помощником, закончившим записывать показания датчиков, пришедших в норму. Лао Вэнь выглядел настолько виноватым, что Цзышу уже начал волноваться. Датчик снова начал пищать сильнее обычного. — Прости меня, — он опустил взгляд на его руки и говорил больше в них, не решаясь подняться с колен перед кроватью, — если бы я только настоял, чтобы ты не шёл туда. Если бы… А-Сюй, — Кэсин перебирал его пальцы своими, нервно поглаживая. Господин Чжоу закряхтел, чтобы тот обратил на него внимание. Сжал крепко его руку своей. Наконец, они встретились взглядами. Вэнь Кэсин сглотнул и с трудом начал рассказ. — Когда ты упал… Когда тело Цзышу начало оседать, до Гао Чуна и Кэсина вообще не сразу дошло, что что-то произошло. И только когда с глухим звуком оно свалилось... — А-Сюй! — Господин Чжоу! Они оба подлетели к нему, господин Гао приложил палец к пульсу на шее. — Такое раньше случалось? — голос шефа Гао был крайне взволнованым. — Нет-нет, ни разу, — пальцы господина Вэня тряслись. Он пытался найти им правильное применение, но они слушались. На их двойной крик прибежал Второй, и только тогда Кэсин смог взять себя в руки . — Открывай все двери к чертовой матери и расчисти дорогу, чтобы мы могли выйти на воздух! — буквально прорычал он, пока господин Гао аккуратно уложил Цзышу на пол в более естественную позу. — Ты, — обратился он к Гао Чуну, — отойди от него. Кэсин подобрался ближе, сел на колени на пол, не думая о том, что может испачкаться или показаться недостаточно сильным перед кем-то. Он аккуратно поднял Цзышу на руки, а Гао Чун, на удивление, подставил свои ладони, чтобы в правильном положении удерживать голову господина Чжоу. — Я помогу. Кэсин благодарно кивнул, не начиная препираться. Сейчас не время для каких-либо конфликтов. А-Сюй был важнее этого. Второй открывал все проходные ключом-картой, а господа Гао и Вэнь осторожно спускались вниз со своей драгоценной ношей. — Вызови Первого с машиной и помоги его аккуратно вынести через проходную, — сказал Вэнь Кэсин Второму и тот быстро по рации озвучил Первому требование их Мастера. Добравшись до пропускного пункта их уже встречал Первый Призрак, и они со Вторым понесли тело Чжоу Цзышу в машину, забрав его у демона Вэня. Тот развернулся к Гао Чуну. — Ты… Гао Чун спокойно снял широкую темную полоску ткани с руки и повязал её себе на глаза. — Я тебе доверяю. И не предам твоего доверия. Пусть меня выведут как и завели, — безропотно сказал он. Что было вполне в духе Гао Чуна. Цзышу порадовало, что хотя бы с этим проблем не возникло. Ему правда всё ещё не очень непонятно, что с ним приключилось, но положенное врачом время на разговоры истекло. Вэнь Кэсин с силой оттолкнулся от пола, чтобы встать. — А-Сюй, я обязательно зайду ещё, как только меня пустят. Это было единственным условием, чтобы тебя приняли так скоро. Чтобы тот, кто ему дорог, тут же покинул его, как он очнётся? «Жестокие условия в этой больнице», — Чжоу Цзышу очень надеялся, что получится выбраться отсюда как можно скорее. В больнице Цзышу лежал недели две, не считая тот период, что провел там под капельницами и ИВЛ. Извечные осмотры, непонятные врачи, их причитания и вечные вопросы о самочувствии просто выводили его уже из себя. И никаких внятных ответов на то, что же с ним. Он чувствовал себя заключённым в местах лишения свободы, а не пациентом. Хорошая еда и отзывчивый, на простые просьбы, персонал не развеивали этих ощущений. А Вэнь Кэсин если и появлялся, то всегда измученный, бледный, и не особо отвечающий на вопросы. Но сил уже допытываться не было. Его появления были единственным светлым пятном во всей этой больничной изматывающей среде. Боги и фатум решили посмеяться над Цзышу в который раз: самое страшное известие ждало его в день выписки. — Как это я больше не смогу курить сигареты и пить заварной кофе? Лао Вэнь? Да ты издеваешься?! Что с миром произошло, пока я тут пролежал? — сокрушался господин Чжоу, сидя на краю больничной койки, сжимая концы лежащего рядом одеяла. — Всё верно, господин Чжоу, кофе и сигареты вам теперь противопоказаны. Ну и алкоголя поменьше бы в рационе. Здоровое питание, средняя активность, поменьше стресса, никаких травматичных для головы занятий… — врач бессовестно отрезал последние надежды на то, что это окажется глупой шуткой. — А-Сюй, это для твоего же блага. И медикаменты принимать не забудь. Зато у тебя улучшится самочувствие! Во всем есть плюсы, — заботливо расчёсывал его волосы Вэнь Кэсин, сидя позади и поддакивая наставлениям врача. — Да как же… Чёртовы оптимисты и любители здорового образа жизни, — Цзышу не мог не ворчать раздражённо и дёрнул головой при очередном движении расчёски по голове. — Зато, господин Чжоу, это не такая уж и большая плата за жизнь. Лучше так, чем существование в качестве надгробия. О, — этот наглый врач деланно удивлённо посмотрел на Лао Вэня, скрипнувшего зубами, — вы ему не сказали? — Что не сказал? — Цзышу обернулся на замершего, с расчёской в руках, Вэнь Кэсина. Лечащий врач как-то слишком быстро поспешил удалиться. А Вэнь Кэсин мысленно проклинал болтливого Бэйюаня, который очень не вовремя решил поставить его в неловкое положение. Вот она — цена за то, что он приводил своих Призраков к нему в любое время дня и ночи. Теперь Бэйюань на нем отыгрывался за все предыдущие его прегрешения. — А-Сюй, а то ты не знаешь этих врачей с их чёрным юмором. У них что ни шутка — все про болезни да смерть. Всё в порядке, — не глядя в лицо самого господина Чжоу, он встал и начал помогать ему одеваться, доставая заранее принесенные вещи из прикроватной тумбы. Цзышу был пока слаб и с трудом приподнимал ногу, чтобы просунуть её в штанину брюк. Вэнь Кэсин присел на корточки, сам взял его конечность и осторожно натянул одну штанину. — У меня перестала болеть голова. Распирающей боли больше нет, — господин Чжоу долго не мог понять, что же казалось ему странным, когда пришло осознание, что его извечная болячка не даёт о себе знать. Для верности, он даже сейчас ощупал голову, но не почувствовал никакого давления изнутри. Кэсин на мгновение замер, а после продолжил — взялся вторую штанину. — Ты мне расскажешь, как так получилось? Кэсин помог ему аккуратно встать, сосредоточенно натянул брюки доверху, застегнул молнию и пуговку. Чжоу Цзышу терпеливо дожидался, пока тот соберётся с мыслями. — Повышенное давление в черепе. Могло привести к... — пауза, словно он пытался найти правильные слова, — разрыву сосудов в мозге, — он явно хотел сказать что-то ещё, но в какой-то момент решил, что хватит и этого. Наклонившись, господин Вэнь взял с кровати рубашку, придирчиво осмотрел её, встряхнул. — То есть, то был не просто обморок от духоты? —Цзышу подал руку, чтобы продеть её в рукав. Слишком сосредоточенный на мелочах взгляд, напряжённая линия челюсти в свете больничной лампы, крылья носа раздувались будто от едва сдерживаемого гнева или волнения. Цзышу беспрекословно позволил надеть второй рукав. Чужие руки поправили края его рубашки и приступили к застегиванию пуговиц. Вместо ответа на вопрос господина Чжоу, Кэсин попросил: — Пожалуйста, принимай прописанное вовремя. Иначе боль может вернуться. Никотин и кофе снова могут спровоцировать... — сглотнул, тот не закончил фразу. Цзышу почувствовал как затряслись его руки на последних пуговицах, они всё никак не попадали в петли рубашки. В таком состоянии он Вэнь Кэсина ещё не видел. Он бережно обхватил ладони, которые безуспешно воевали с рубашкой. Ласково погладил, в попытке успокоить. Кэсин поднял на него глаза. Затравленные, обеспокоенные. — Син-Син, я... Я постараюсь следовать рекомендациям врача. Чжоу Цзышу знал, что услышал лишь полуправду. Оговорка лечащего врача дала это ясно понять. Поведение Кэсина лишь подтвердило догадки. Несказанное «ты мог умереть» повисло в воздухе тревожным молчанием. Они поехали домой. Цзышу больше не задавал вопросов. А его спутник малодушно радовался тому, что тот не стал допытываться дальше. На удивление Цзышу, дома, помимо Чэнлина, его ожидал господин Е. Как потом оказалось, пока он лежал в больнице, Е Байи тут вполне себе мирно жил, насколько это возможно рядом с Вэнь Кэсином. — Пришёл, немощь бледная? О, и задохлика своего привел. Наконец. Ваш малец совсем от рук отбился. Просил его показать мне какие у вас тут магазины поблизости, а он мне говорит: «В телефоне посмотри». Рук и ног будто нет. Совсем никакого уважения в этом доме к старшим не дождёшься… Старая-добрая атмосфера препирательств, словесных баталий и раздражённого Байи, что любил бесить скрипящего зубами Лао Вэня, да Чэнлина, старающегося не отсвечивать и вдоволь смеяться при этом. Цзышу правда очень, очень сильно скучал. Поэтому просто обнял Е Байи, который от этого оторопел. — Ему же не отшибло последние мозги, правда? — он похлопал Цзышу по спине и взглянул растерянно на Вэнь Кэсина. Будто ища его поддержки, что наверняка лишь показалось Цзышу. — Успокойся, старик, он тебе лишь выказывает почтение, которого ты не достоин, — Кэсин поставил кипятится чайник и даже не оглянулся на эту реплику. Видимо, они уже действительно привыкли к такому стилю общения. — А-Сюй, лучше обними меня, раз он не ценит, — расставляя чашки, произнес Кэсин. — Пойду Чэнлина подонимаю, — ухмыльнулся Цзышу и быстро, насколько это было возможно после двух недель постельного режима, ушёл из кухни, оставляя этих двоих упражняться в вечном словесном спарринге. Кто из них достоин в этот раз звания «ядовитой гадюки» он всё равно узнает. Сам же судить и будет. Чэнлин сидел спокойно в своей комнате и что-то учил. На открывшуюся дверь он сначала просто повернулся и вернулся обратно к горящему экрану компьютера. Но потом до него дошло, кого он увидел. Чжан Чэнлин вскочил на ноги, стул упал. — Дядя Чжоу! Вы наконец вернулись! — он стиснул Цзышу с такой силой, что тот покачнулся. — Если ты меня покалечишь, тебе открутят голову. Будь осторожнее, ведь с нами живёт настоящий демон, — не приминул поддеть его Цзышу, — чай пойдешь пить? — Заберу сюда, я собирался подучить здесь кое-что. Скоро вступительные экзамены, мне надо готовиться. Но я рад, что вы поправились! — тот наивно разулыбался. Этого ребёнка не испортили ни смерть родителей, ни сварливые характеры Цзышу и Байи, ни взбалмошный нрав Лао Вэня и его сестры. Он повзрослел и теперь постепенно искал своё место в жизни. Цзышу же желал на мгновение остаться в этом моменте, пока они всё ещё рядом. Пока они вместе как семья. Господин Чжоу нежно потрепал его ладонью по макушке, растрепав и без того неряшливую челку. — Хорошо. По возвращении на кухню, он заметил странный дымок, который испускали губы Лао Вэня, сидящего, по обыкновению, на краю стола. Дым был гуще, наподобие кальянного, тягучий, ароматный… И почему-то отдавал кофе. Байи же потягивал чай и неодобрительно косился на Кэсина, но, как ни странно, и слова плохого ему не говорил. — О, А-Сюй… — Он купил электронку, кажется это так называется. — Ты, черепаха старая, хоть слова новые со мной начал учить. Похвально! — ответил незамедлительно ему Кэсин и сделал ещё затяжку. — Я бы хотел... — Цзышу приблизился уже вплотную к Лао Вэню, и к его рту поднесли маленькую коробочку. Господин Чжоу взял её, осмотрел. Засомневался. — Я знаю, что это не лучший вариант. Но еще знаю, что это не так губительно будет в твоём случае. В конце концов, ты хотя бы точно не будешь тайком покупать сигареты. Надо переходить от большего к меньшему. Постепенно бросать. Поэтому, это тебе, А-Сюй. Эта штучка безникотиновая. Со стороны Лао Вэня это было большое послабление. Тот обычно более жёстко относился ко всему, что связано со здоровьем. Может, врач в больнице излишне сгустил краски, а он себе понапридумывал про возможную кончину? Но что же ему тогда не сказали? «В чем подвох?» Цзышу сделал затяжку с ожиданием такого же наслаждения от курения, как бывало ранее. Слегка кашлянул. Как будто воздух покурил. Ароматный, вкусный. Но воздух. Реальность совсем не совпала с ожиданиями. — Спасибо, — Цзышу действительно испытывал огромную благодарность. Всё же привычки дело страшное, и рано или поздно он бы сорвался. — За то время, что тебя не было, я часто наведывался к Се Вану… — господин Е как ни в чем не бывало начал говорить о своём. — Каковы результаты? — ещё раз затянулся дымом Цзышу и выдохнул. Приобняв Вэнь Кэсина за пояс, он блаженно зажмурился, ощущая тепло родного тела под своей ладонью. Кэсин, прежде чем забрать его новое приобретение, слегка погладил кончиками пальцев ладонь Цзышу. — Никаких. Смысла нет в этих вылазках, — Кэсин потянулся губами к электронке. Байи поглядел на них как на идиотов, которые ни черта не понимали в жизни. «Возможно — подумал Цзышу — в его глазах именно все так и выглядит». Со своими проблемами справиться не могли, лезли наперебой в чужие, спокойно на своем месте не сидели. Но зато чувствовалось, что они именно живут, а не существуют. Ни на что другое Цзышу бы не хотел променять свою жизнь. Ни на спокойную бытовуху с обычной семьёй и ребенком, ни на стабильную скучную работу, где сидишь в офисе по несколько часов подряд. Всё же такая жизнь явно ему не по душе. Но вот это… Эти люди вокруг, эти тихие разговоры, планы на будущее, будь то фотосессия или вылазка по одному из его заказов — это ему по нраву. И чтобы его близкие были под боком, в безопасности. — Даже если у меня не получится его расколоть и что-нибудь вызнать, я бы хотел продолжать приходить к нему. Цзышу хотел спросить зачем, но Кэсин прижал к его губам электронку. — Приходи. Тебе нужен отдельный пропуск? — Было бы неплохо. — Хорошо. Кажется господин Чжоу очень многое пропустил. Он выдохнул дым и сильно закашлялся, прикрывая ладонью рот. «Это невозможно нормально курить!» Вэнь Кэсин коварно усмехнулся, глядя на его недовольство, и заботливо похлопал его по спине, пока не прошёл кашель. — Да, Лао Вэнь, в этот раз именно ты выиграл звание самой ядовитой гадюки, — Цзышу намекнул на отвратительный подарок. Судя по весёлому огоньку в глазах повернувшегося к нему мужчины — тот прекрасно его понял. И крайне любезно улыбнулся, обнажая кромку зубов. «Засранец», — говорил взгляд Цзышу. «Наслаждайся, А-Сюй», — читалось в глазах напротив. Байи сделал строгий вид, сложив руки на груди, и заявил, что Цзышу ему просто нагло подсуживает. — Боюсь, если я не буду этого делать, меня однажды украдут в «Долину Призраков» и я совсем потеряю связь с остальным обществом. Так что я просто перестраховываюсь. По позе и взгляду Е Байи видно, что тот считал его полным дураком, который до сих пор не понимал своего положения: — Цзышу, ты уже давно для него потерян. Господин Чжоу улыбнулся. «Такой исход вполне закономерен»