100% Волк

На следующее утро, в нескольких милях отсюда, сэр Хотспер бушевал за завтраком. «Черт бы побрал этого глупца Фредерика!» — проревел он. — Он все испортил, а теперь исчез. Я обыскал весь замок. Он позор — позор, сэр! Когда я найду его, я разрежу его на двадцать кусков, сделаю из него пирог и выброшу в канализацию. Я это сделаю, сэр! — Его глаза были дикими под кустистыми рыжими бровями. Он стукнул кулаком по столу, и все тарелки подпрыгнули и с грохотом упали на пол. Поросячьи глазки Чариота открылись чуть шире. Однако Харриет только улыбнулась, наливая молоко в свои хлопья. — Я видела его пять минут назад, папа, — она мило улыбнулась отцу. — Как это? — Он перевел на нее налитые кровью глаза. «Где?» — Я хотел позвать тебя, но он попытался укусить меня. — Животное! — взревел сэр Хотспур. «Ты ранена, мой драгоценный ангел?» «Нет, я не боюсь пуделя!» — усмехнулась она. «Ха! Именно так, мадам, именно так. — Он снова ударил кулаком по столу. — Я спас ее, папа, — вмешался Чариот, не желая оставаться в стороне. — Нет, ты этого не делал. — Гарриет пнула его под столом. — Да, я это сделал. — Он пнул ее в ответ. «Так где же этот глупец?» — кипятился сэр Хотспер. — Он направлялся в туалет, — сказала Гарриет, задрав нос, и так сильно пнула брата, что ему пришлось задержать дыхание. — В уборной? Но я везде искал! — пролепетал сэр Хотспур. — Не в замке, папа, — поправила она. «Он собака, поэтому, конечно, он пошел какать на вашу лужайку, как и его друг на прошлой неделе». — Какашки? — сэр Хотспер едва мог произнести это слово. — На моей лужайке? Это была опасная почва. Единственное, что сэр Хотспер любил больше, чем себя и сэра Рэтбоуна, — это свой газон. — Но теперь он не собака, Харриет. Он снова преобразится. Он снова станет тем грозным Фредериком». Эта мысль принесла ему некоторое облегчение. Чариот выглядел встревоженным. Гарриет чуть не выдала их трюк с Лунным камнем. Если бы их отец понял, что они знали, что у него есть Лунный камень, им бы это не понравилось. Еще хуже, если он узнает, что они его забрали… Гарриет, однако, была спокойна. — Я знаю, что он мальчик, глупый папочка, — лукаво улыбнулась она. «Но он сказал, что все равно сделает это на твоей лужайке». Известие о таком отвратительном поведении было больше, чем мог вынести сэр Хотспер. Он задрожал от возмущения и стал темно-фиолетового оттенка. — Подумать только, это существо осквернило славу сэра Хотспера! Я… я… имею в виду сэра Рэтбоуна, конечно. — С дрожащими от гнева щеками он бросился вниз по лестнице и вышел в сад. Сэр Хотспер испытал облегчение, когда, в конце концов, не обнаружил на своей лужайке ужасных какашек. Он бросился обратно в замок, чтобы еще раз поискать своего беспокойного племянника. Проходя по коридору, ведущему из Большого зала в Башню, он заметил, что дверь его кабинета открыта. С мрачной улыбкой он вошел, уверенный, что наконец-то найдет этого дурака. Что-то было не так. Вещи на его столе были передвинуты. Ключи от его ящика были не совсем такими, какими он их оставил. Даже сердце сэра Хотспера могло биться слишком быстро при мысли о том, что его тайна, возможно, раскрыта. Он открыл ящик стола, а затем в испуге сел на стул. Лунный камень исчез! «Где этот глупец?!» — закричал он громче, чем когда-либо. Был один человек, который думал, что знает ответ на этот вопрос. Позже в тот же день к воротам форта Колдфакс подошел мужчина. Он нервно огляделся, как будто не хотел, чтобы его видели, постучал в дверь, и его провели внутрь. В Колдфаксе не подавали завтрак, и к тому времени, когда был подан ужасно плохой обед, у Фредди выл желудок. Сразу после обеда собак отправили на прогулку в яму. Пока они были там, дверь открылась, и появился Командир с Цербером. — Принеси розовую, — сказала старушка сторожевой собаке. «У него посетитель». Было странно, как огромный волкодав, казалось, понял слова старой леди. Фредди понимал их слишком ясно. — Бэтти, он идет за мной! — взвизгнул он. Две собаки в испуге смотрели, как истекающая слюной гончая бежит к ним. — Фредди, что ты натворил на этот раз? — взвизгнула Бэтти. Пудель, казалось, попадал в беду, что бы она ни делала, чтобы ему помочь. — У меня посетитель, — крикнул он. «Это должно быть Крипп.' Цербер бежал быстро. Остальные собаки нервно расступились вокруг него. «Пойдем со мной, шар для пинг-понга», — прорычал он. — Почему я? — прошептал Фредди. — Никаких вопросов! — взревел Цербер. — Пожалуйста, можно мне тоже пойти? — рявкнула Бэтти. «Отойди назад!» — прорычал на нее огромный зверь. У Фредди не было другого выбора, кроме как пойти с Цербером. Бэтти смотрела, как маленький розовый пудель запрыгал вверх по лестнице. Командир молча открыл дверь, и, испуганно оглянувшись, Фредди вышел из Ямы. Цербер, однако, остался присматривать за другими собаками. «Бедный маленький Фредди», — захныкала Бетти. — Ну же, девочка, — прошептал Хэмиш, проходя мимо. «Это не поможет, если ты разозлишь Цербера. Ходьба, ходьба, ходьба!» Бэтти неохотно двинулась в путь. Ее нос печально указывал на землю перед ней, точно так же, как несчастные собаки вокруг нее. Пока они шли, опустив головы, никто не заметил, как Сент-Джон хитро подошел к Церберу. Он начал шептать на ухо волкодаву. Цербер выслушал, затем покачал головой и зарычал на спаниеля. Сент-Джону пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить сторожевого пса в том, что то, что он говорил, было правдой. — Это видно по его запаху, — наконец прорычал он. Теперь истина казалась Церберу очевидной. Он мерзко рассмеялся, кивнул и вышел из Ямы. Дверь за ним закрылась, когда он побежал по коридору вслед за Фредди. На дрожащих ногах Фредди последовал за Командиром по каменному коридору к ее кабинету. «Эй, Шпилька, Шпилька, не так ли? Не отставай, — рявкнула старая леди, когда они шли. Фредди не хотел подчиняться. Он не хотел встречаться с Криппом, но был бессилен убежать от него. Наконец Командир добралась до двери и открыла ее, затолкав упирающегося пуделя внутрь ногой. Фредди подпрыгнул от удивления и облегчения. Перед ним стоял не доктор Крипп, а дядя Хотспер, тот самый волк, с которым ему нужно было поговорить. — А вот и Дрипси-Вимпси, — сказал Командир, когда они вошли. — Я позвонила вам, когда увидела его медаль. Сэр Хотспер получил вызов Командира сразу после того, как обнаружил, что Лунный камень был похищен. Он помчался в форт Колдфакс так быстро, как только мог. Когда он увидел Фредди, то чуть не взорвался. — Розовый, сэр? Розовый? Что все это значит? — пыхтел он с багровыми щеками. «Он, безусловно, самое нелепое существо», — согласился Командир. — Он позор, мадам! — прервал ее сэр Хотспер. «Позор». Фредди печально посмотрел на свои когтистые пальцы. На мгновение он почти забыл, как нелепо выглядит. — Я хотел бы поговорить со своим племянником наедине, мадам, если вы будете так любезны, — улыбнулся сэр Хотспур. — Ваш племянник? Сэр Хотспер? Старая леди в изумлении обернулась. — Просто ласкательное имя, мадам. На самом деле никакого отношения нет!» Мэр передернул плечами при этой мысли. «Как будто такой великий человек может быть родственником такой смешной маленькой собачки», — засмеялась старая леди. Сэр Хотспер надул щеки от такой лести. — Совершенно верно, мадам! Мальчик приемный.» Как только Командир вышел из комнаты, Фредди побежал вперед и начал прыгать вокруг коленей своего дяди. — Доктор Крипп в Милфорде, — громко крикнул он. Сэр Хотспер, конечно, ничего из этого не понял, но он заметил Лунный камень на шее своего племянника. Он схватил цепь и поднял его в воздух. «Что все это значит, сэр? Как ты мог спланировать такую подлость? На самом деле желать остаться пуделем! Кто тебе помог? Вы не могли бы сами застегнуть эту цепочку. Как может Люпин хотеть остаться собакой? Невозможно. Дай мне подумать… Сэр Хотспер действительно думал. Он посмотрел на нелепый розовый мех своего племянника, разрезанный на жилетку, шорты и носки. Он был уверен, что ни один мальчик никогда бы так с собой не поступил. Кроме того, Фредди был слишком глуп, чтобы найти Лунный камень. — Харриет, конечно. — Он усмехнулся от гордости за гениальность своей дочери. Яростное тявканье Фредди подтвердило его подозрения. — Моя умная девочка, — улыбнулся сэр Хотспер. — Умнее, чем она думает. А теперь дай мне взглянуть на эту цепь, — сказал он, не обращая внимания на лай и меняя хватку на Фредди, так что несчастный пес остался болтаться на задних лапах. Люпин дернул за цепочку, затем бросил разъяренного пуделя обратно на пол. — Это выдержит, сэр! Понадобились бы мои клыки, чтобы разорвать эту цепь. Ни одна здешняя гончая этого не сделает. — Голос дяди Хотспера понизился до противного рычания. — Вы останетесь здесь, сэр, пока Великая Стая не забудет о вашем существовании. Пока пятно на памяти сэра Рэтбоуна не исчезнет, и пока я снова не стану Великим Рычателем! — Он холодно рассмеялся. — Ты же не оставишь меня в этом месте? — взвыл Фредди от ужаса, услышав ужасную новость. Сэр Хотспер только еще раз рассмеялся. «Но Крипп здесь! Это не смешно. Это… это… пугающе… полностью… гггррррр!» — он не мог заставить своего дядю понять. Все Собрание Лунного Света было в серьезной опасности. Все, что сэр Хотспер мог слышать, конечно, была серия шумного лая и тявканья. Командир вернулся с чаем и булочками. — Какой ужасный шум, — причитала она. — Боюсь, мне не очень нравится эта собака, мэр. — Никогда не выносил собак, мадам, — ответил он. — Пудели — худшие из всех. Что касается розового? Позор, сэр. «Но ты должен меня выслушать!» — тщетно лаял Фредди. «Значит, вы не везете Дрипси-Вимпси обратно в Фарфанг?» — радостно спросил Командир. — Нет, мадам. Он останется здесь надолго, — ответил сэр Хотспер с неприятным блеском в глазах. — Я точно знаю, что вы имеете в виду, мэр, — Командир бросил понимающий взгляд. — Совершенно верно. А как насчет другого дела? — спросил он, взглянув на Фредди, который продолжал бешено лаять на него. «О, все под контролем!» — она жестоко улыбнулась. «И это маленькое уродливое чудовище тоже никуда не денется». Бедолага Фредди завыл от ярости и разочарования из-за своего тяжелого положения. Сэр Хотспер не только предал его, но и был слеп к опасности, в которой находились оборотни. Оставалось только одно: каким-то образом Фредди должен был остановить самого Криппа. И был ли он волком, пуделем или мальчиком, это было именно то, что он был полон решимости сделать это. В жилах Фредди Люпина текла сто-процентная кровь героя, и он намеревался использовать ее!