Подарок для Смерти на Рождество

Он распахнул лиловые реснички и взглянул на мило спящего парня, который всё еще держал того в объятиях. Так мило. Ему приснился сон, и он был великолепен: однажды в зимний снежный день они пошли гулять, Старший позвал того на мост с красивым видом на город, затем присел на колено и достал из кармана ту самую заветную красную, бархатную коробочку, что с легкостью умещалась в его ладони, он раскрыл её и от блеска луны и звезд засветились два серебряных кольца с фиолетовым и зелёным алмазами. Амами радостно надел одно на палец Омы, а тот еле сдерживаясь, чтобы счастливо не завизжать, надел другое на его, и парень заключил в страстный поцелуй, а мальчик ему ответил. Но резко стало темно, он долго-долго звал парня, но тот не откликался. Это было страшно, Кокичи тут же проснулся. «Всё будет хорошо, это просто сон» - успокаивал себя фиолетоволосый в мыслях. Не хотелось будить любимого, поэтому он просто лежал и прижимался всем телом к спасителю. - проснулся - сонно протянул Амами, добро натягивая улыбку во всё лицо – как поспал? Ничего не болит? - Н-нет, всё хорошо…! Ты… как? – Ома сглотнул, пытаясь сдержать свой багровый румянец, который так и вырывался наружу щек. - Ха-ха, да, малыш, всё в порядке – он поцеловал того в макушку, - кстати, мы сегодня пойдем в больницу, потому что я заметил, что у тебя постоянно бледная кожа, ешь, но не набираешь в весе практически ничего, меня это беспокоит – он стал очень серьезным и очень обеспокоенным, погладил того по его лиловым волосам. - М... Может не н-надо? Это, наверное, скоро пройдет, ха-ха…- Кокичи испугался, проглотив слюну, немного задрожал. Дело в том, что все больницы, как никак, связаны, и в первую очередь будут запрашивать мед карту. Как только врач её получит, то сразу скажет, что не так со здоровьем Омы. Амами тогда будет весь на нервах, будет переживать и плакать, а он так не хочет, ведь Кокичи-то смирился уже… У него рак сердца. С самого детства. Он узнал это только тогда, когда ему переводили наследство, об этом объявили в суде и, получив моральный удар, он стал закрытым. Он скоро умрет. Это мысль пугает, не так ли? Жить одному, не имея ни родственников, ни друзей, ни любимый – тогда всё было, казалось простым…. Но это не так. Судьба решила помиловать мальчика – спасла в тот день, когда погибли родители, но не замерз он, когда его сбила машина – был спасен эти прекрасным и добрым человеком… Больно. Вот теперь по-настоящему больно. Такую боль он не испытывал давно, это было даже тяжелее, чем всё остальное. От мамы передалась болезнь, ведь именно из-за этого тогда её не стало, какая судьба повториться и у фиолетоволосого. Он прекрасно это знал, но сейчас ему не хочется умирать. Не хочется! Не хочется, не хочется, не хочется! Он полюбил, впервые за столько лет… Он встретил Рождество счастливым, СЧАСТЛИВЫМ! По щеке прокатилась слеза. Ома шмыгнул носом вжался в грудь Рантаро, пытаясь скрыть накатывающийся гром речного потока. - Хей, солнышко, ну чего ты? Не плачь, всё будет хорошо, я обещаю, доктор просто пропишет тебе таблеточки, и мы поправился, верно, солнышко? – он поцеловал того в лоб, успокаивающе гладя по спине. – Если что-то болит – скажи, я сделаю всё. «У МЕНЯ РАК СЕРДЦА, КАК ЭТО ВЫЛЕЧИТЬ ТАБЛЕТКАМИ, КААК?! Я ДАЖЕ НА ХИМИОТЕРАПИЮ НЕ ХОДИЛ, МНЕ О-ОСТАЛОСЬ ВСЕГО НИЧЕГО, КАК ЭТО ВЫЛЕЧИТ ОБЫКНОВЕННЫЙ ДОКТОР?! Ты же… Ты же будешь плакать, ТЫ БУДЕШЬ ПЛАКАТЬ, Я РАССТРОЮ ТЕБЯ, Я ТАК НЕ ХОЧУ!» - Я н-не хочу-у… - он крепко обнял парня, впиваясь в него своим телом, уже всхлипывая по полной, - прошу т-тебя, не надо… н-не надо-о… - Ну, ну, всё, чш-ш-ш – Амами стал успокаивать и убаюкивать его, как младенца, - всё будет хорошо, ты слышишь? Если что-то серьёзное, скажи, пожалуйста. Ома только сильнее расплакался, начиная кричать, потому что так только он и умел делать, больше никак, но молчал… - Ну, ну, всё, всё, я рядом, я с тобой – зеленоволосый поцеловал в губки свою любовь, тем самым правда, утешил того. – мы просто сходим на обследование и всё, ладушки? Давай, одевайся, я вызову пойду такси, всё будет хорошо. Делать было нечего. Кокичи себя успокоил, что всё обойдется, но нет. Они оделись в тёплые куртки, шарфы и шапки, спустились на лифте и, выйдя из подъезда, сели в такси. Через 15 минут они уже поднимались по белой бетонно лестнице на третий этаж, держась за руки. Дежурный администратор сказал, что им нужно было в «345», потому что мед карта уже была именно у того врача. Они шли наверх, Ома держался за руку любимого и от одной мысли о том, что сейчас произойдет, сжимал его очень крепко. Это очень беспокоило парня. Вот. Пару шагов и эта дверь с противной надписью «345». Стук. «Входите». Скрип. Они в ловушке. Тошнота комом подкатила к горлу фиолетоволосого, ноги подкосились, и он чуть не упал, пытаясь держаться изо всех сил. Они сели возле врача, который серьёзно и судорожно читал чью-то мед карту. Мелким подчерком было подписано «Кокичи Ома». Доктор начал с того, что спрашивал, как он себя чувствует, что ест, идёт ли кровь из носа, кашляет ли кровью, какой пульс обычно, какая частая половая активность и принимает ли он таблетки вместе с химиотерапией. - малыш – он нежно взял руку любимого, со страхом посмотрев в глаза, хотя доктора немного смутила поведение обоих, но он не показывал это, - ч-что за химиотерапия?.. Больно говорить. Но молчать тоже больно. Как… Что ему сейчас делать? Он просто в слезах смотрит на любимого и ничего не может вымолвить. - У него рак сердца, вы не знали?.. – уже эхом пролетела фраза доктора, ведь в глазах потемнело, постепенно заложило уши, поднялось давление и сердце запульсировало. ...На холодный кафель упала слеза...