Поговори со мной

— Ты пожалеешь об этом с утра. — Я знаю… Но это будет утром, а не сейчас.       Стоящая в комнате духота, сильный запах пива норовили два тела выползти из сковывающей одежды, и коллеги подчинились этому мимолётному порыву изучить каждый сантиметр друг друга. Сара была напористее, чуть ли не срывая с Томы штаны, слегка царапая кожу длинными ноготками, а парень ещё сомневался, медлил, предоставляя все активные действия Кудзё. Пусть сделает, что хочет: сломает чужое тело и сердце, изорвёт на кусочки все былые отношения, а потом сделает с собой то же самое. Однако студентка оставляла все сожаления на утро пятницы, до которого ещё целая ночь в тесной съёмной квартирке на широкой кровати с раздетым разгорячённым коллегой по работе.       Где-то в глубине души Сара жаждала, чтобы её телефон разрывался от звонков, её искали целой бандой, собирая по крупицам, оставленным после побега с той остановки. Как и при любой ссоре, Кудзё хотела почувствовать себя нужной, в этот раз под рукой оказался милый парень, готовый утешить, поддержать, и девушка не желала упускать эту возможность, прекрасно понимая, где начинается отправная точка, не имеющая возврата. И Тома это понимал. Был бы он чуть подлее, не сомневаясь, утянул девушку под себя, раздел окончательно, зацеловал, чтобы жар от алкоголя показался холодом, но блондин выжидал, пока Кудзё сама всё сделает, решит для себя, кто теперь для неё Итто и кем может стать для неё Тома. — Я могу вставить? — Я удивлён, что ты у меня спрашиваешь, — Тома замурлыкал, наслаждаясь прикосновениями к члену мягких изящных рук. — Сможешь потом Итто в глаза смотреть? — Я больше не буду, поэтому, пожалуйста, замолчи.       Тома цыкнул, заметно осмелев, взял девушку за бёдра и, не медля ни минуты, вошёл. Иное ощущение несколько затормозило, и Кудзё, не двигаясь, воссела на парня. Хоть поза и была привычна, длина доставала до чувствительных точек, но в полутьме Сара не видела знакомой самодовольной ухмылки. Девушку сковал томный, влюблённый взгляд, от которого рёбра сжимались, давя бешено бьющееся сердце. И пусть оно лопнет в груди, лишь бы больше никогда не болело от воспоминаний о тех тёплых глазах. — Ты слишком сильно сжимаешь, — выдохнула Тома, приблизившись к лицу Сары. — Расслабься, я всё сделаю, закрой глаза и… — Нет, погоди, я не могу, — тут же слезла она и прикрылась тонким одеялом, стыдливо повернувшись к коллеге спиной. — Я не могу, не могу, — туман от алкоголя начал постепенно рассеиваться, и Кудзё поняла, в какой глупой ситуации оказалась. — Сейчас, я воды попью.       Тома удержал девушку за плечи, подвинулся к краю и обнял намеревавшуюся сбежать подругу. Кудзё вся дрожала, готова была вот-вот разреветься, чувствуя в объятьях парня себя тварью. Тома шептал тёплые слова, уверял, что она сильная, невероятная. Как этому можно было не поверить? И всё же Сара не верила, обхватывала чужую мокрую шею от собственных нетерпеливых поцелуев, взбиралась на парня, как маленький медвежонок на своего родителя и выла, хныкала, издавала странные звуки, а Тома всё равно от неё не уходил.       Продолжить они не смогли. Не тот настрой, да и не те люди. Тома винил себя за то, что хотел воспользоваться слабостью Сары, винил, что не выдержал и всё-таки вошёл. Засыпая на диване, блондин думал, что нужно было поступить по-другому, но поскольку уже всё было сделано, просто заставил себя уснуть.

***

      Ковыряя палочками по рисовой лапше, Сара беспокоилась, что из-за апатии разучилась есть, поэтому в надежде поглядывала на свои руки, трясущиеся без причины всё чаще. Почти швырнув приборы в тарелку с треклятой лапшой, Кудзё встала из-за стола, чем привлекла ненужное внимание в столовой. Всегда невозмутимая, держащая себя в руках студентка вдруг выказывала неконтролируемое раздражение, это сразу бросалось в глаза и слегка обескураживало. Приближалась пора сдачи ежегодных проектов, все разбрелись по командам, и многие старались ухватить к себе Кудзё, но она наотрез отказывалась, аргументируя тем, что ей легче будет сделать всё в одиночку. На самом деле ей просто не хотелось вступать ни с кем в сотрудничество: для посиделок после пар и изнурительных переписок в группе у неё времени не было. Двигаясь к аудитории, Сара думала про то, как через несколько часов поедет в кофейню «Линкольн» на полную рабочую смену, с которой вернётся в новую съёмную квартиру где-то к полуночи.       Кудзё всё никак не могла написать Аратаки и попросить забрать вещи. Гордость не позволяла, всё, что могли делать девушка — игнорировать навязчивые желания и забивать мозги работой. Как бы студентка не старалась везде преуспеть, практически последние деньги пришлось потратить на вещи первой необходимости, которые можно было забрать с прошлой квартиры. Сара просто-напросто боялась видеться с парнем, боялась, что вновь захочет всё вернуть, но уже не сможет. В голове была пустота.       Телефон завибрировал в кармане джинсов, Кудзё нетерпеливо разблокировала экран, спускаясь по лестнице под шум и гам поднимающихся первокурсников. Грубые нецеленаправленные толчки чуть не заставили выронить из рук телефон, на дисплее которого красовалась переписка с Томой. Не успела девушка прочитать, чего же он всё-таки хотел, столкнулась у основания лестницы с деканом и высоким беловолосым парнем в непривычной для него официальной одежде. Кудзё обомлела, но всё же заставила себя поклониться мужчинам, однако же после встала, как вкопанная, слыша их разговор. Аратаки Итто забирал документы из института, а декан рассказывал ему о своей жизни, что он не сразу понял, кем хотел быть, и жизнь сама привела его в нужную сфера, и бла-бла… Всё это меркло перед неожиданным столкновением, в котором Сара и Итто не смогли перекинуться даже парочкой слов. — Я в автобусе была, не смогла ответить, — разваренная от давки в транспорте, девушка почти бежала в кофейню, прижав к уху телефон и слыша размеренный нежный голос Томы. — Кто ко мне пришёл? Ещё раз, ты пропадаешь.       Механические двери отворились, и студентка вбежала внутрь, держа в руках сумку с тяжёлыми тетрадками. Если бы Сара была чуть слабее, уронила бы на грязный пол, потому что увиденное чуть ли не с самого порога, заставило девушку остолбенеть.       Лучший друг со школьной скамьи, Горо, сидел рядом с двоюродной сестрой, Кокоми. Они разговаривали, хихикали и потягивали кофе со сладостями. Сангономия ела чуть ли не за двоих, разрываясь от любви к десертам этой кофейни. В один момент Горо придвинулся к девушке и ласково чмокнул в щёку, разливая по щекам взрослой женщины вполне невинный румянец. — Вот кто тебя искал, — с улыбкой договорил Тома, заметив в проходе свою обескураженную коллегу. В телефоне тоскливо зазвенели гудки, и Кудзё, долго не думая, скрылась в комнате для персонала, не осмелившись даже поздороваться.       Прошли выходные и новая рабочая неделя началась с подобных потрясений. Боль от голода и тревога создали внутри живота странный спутавшийся клубок, девушка успела лишь переодеться, как её одолел приступ тошноты. Студентка скрылась в служебном туалете. Что же это за чертовщина? Разве работа и заботы на учёбе не должны унять душевную боль? Сара выплёвывала вязкую слюну, новые приступы угрожали вытащить из девушки все внутренние органы. Слёзы выступили из глаз, и девушка от бессилия завыла. Она не знала, как должна была выйти к сестре и другу в таком состоянии, не понимала, как говорить с Томой и что же между ними впредь происходит. Не знала, как не думать об Аратаки, который, как вирус, оставил после себя ужасные последствия. — Сара, ты в порядке? — голос сотрудника вывел девушку из транса, она очнулась лежащей на полу, свернувшись калачиком, а время смены уже началось. — Тебя все ищут. — Д-да, сейчас выхожу, — девушка включила холодную воду, окунула в неё руки, потом коснулась шеи. Прохлада растеклась по телу, и Кудзё наконец смогла собраться.       До той поры, когда Горо и Кокоми решили пересесть ближе к бариста, чтобы поболтать с Сарой. По виду её сказать было нельзя, но девушка больше всего не желала с ними разговаривать, особенно после того, как они так дружно спелись, нацепили парную одежду, купили похожие чехлы. А ведь когда-то и Сара с Итто были такими… Увлечёнными друг другом. — В субботу ты тоже работала? Хотел найти тебя в институте, но не получилось. — Да, работала, — отрезала Сара, нагло соврав. — Ты хотя бы пиши иногда, работяга, — хихикнула Кокоми, удержав руку Сары в своих. Студентка еле сдержалась, чтобы не отшатнуться от сестры, глядящей так тепло и заботливо. Почему же она столь счастлива? — Итто кстати тоже трубку не брал. Заняты были на выходных? — Да, заняты, — Кудзё молилась, чтобы её отвлёк какой-то покупатель, но в кофейне было тихо, а эта сладкая парочка, видимо, хотела выпить всё до последней капли из души студентки. — Как ты отнеслась к тому, что он отчислиться решил? — хмыкнул Горо, погрузив ложку в сладкую белую пенку. — Мне казалось, вы это обсуждали, и Аратаки обещал доучиться. — Кхм, взрослый человек, пусть делает, что хочет, — Сара не знала, куда себя деть и отстранёно вытирала стаканы. — Горо вон тоже взрослый человек, а вещи стирать не умеет, — хихикнула Кокоми, хитро глянув на парня, раскрасневшегося от таких откровений. — Поэтому деньги на прачечную тратил, я в шоке. — Да блин, Кокоми, — столь непривычно было слышать из уст друга имя сестры так тепло. Они вместе выглядели дополненными, наконец-то целыми и уникальными, пускай и одежда похожа, пускай они старались делать всё, чтобы быть единым целым, каждый светился ярко. А Сара меркла на фоне Итто каждый чёртов раз. — Солнце, помоги в кладовке, пожалуйста, принести и перебрать кое-что надо. Макото тебе всё расскажет, — Тома появился неожиданно, но для Горо стал громом перед ударом молнии. Не понравилось ему, как блондинчик приобнял Сару, как назвал её ласково и увёл подальше от них. — Прошу прощения, вы хотите ещё что-то заказать?       Сангономия с улыбкой помотала головой, а Горо уставился вслед уходящей подруге. Что-то ему не нравилось в ней, какой-то болезненный тревожный вид, а Тома старательно пытался скрыть это. Русоволосый нахмурился и невзначай взял в руки телефон. Парень знал, кому в таком случае нужно было написать.

***

— Чуть растяжение не заработал, перестань в облаках витать. Тренер, который меры не знает, это, конечно, тот ещё кадр. — Я просто задумался, вот и всё, — руки так болели, что Итто еле открутил крышку от бутылки, ещё сильнее убеждая старшего коллегу в своих догадках. Беловолосый совершенно не жалел себя: тренажёр на полчаса стал пыткой, пока через музыку не стали слышны тяжёлые вдохи и полувскрики. Хорошо, что мужчина, другой тренер, всё-таки заметил и потребовал Аратаки прекратить. — Так задумаешься и в могиле окажешься. Ну молодёжь, конечно, силы свои некуда девать… — ворчливый тон утонул в мыслях Итто. Разговаривать с ним было бесполезно, и мужчина просто ушёл, вбросив несколько нотаций, которые парень, как и ожидалось, пропустил мимо ушей.       Когда Аратаки ругала никто иная, как Сара, он светился от радости, потому что девушка была невероятно привлекательна, когда ворчала. Итто чувствовал себя, как бы стереотипно не звучало, мужчиной, способным лишь объятием успокоить сложный нрав. Увидев Кудзё в коридорах института, чуть ли не впервые парень понял, что в их отношениях он был ведомым. Аратаки решился наконец забрать документы, огорошил всю администрацию, вплоть до учительского состава, потом огорошил тех же второй раз, выпросив второй шанс. Итто вдруг струсил, не захотел уходить, и декан одобрительно хмыкнул.       Что теперь делать с теми долгами, которые навалились на парня, он не знал, не знал так же, как теперь жить в квартире, в которой остались вещи Кудзё. Девушке в этом плане было легче, она хотя бы дома могла попытаться не думать о бывшем, Аратаки же не знал, в какой угол забиться, чтобы не чувствовать шлейф от женских духов.       За дверью послышалась какая-то возня, Итто равнодушно осушил половину бутылки, перевёл взгляд на распахнувшуюся дверь и тут же подавился, увидев на пороге Сангономию. — Кошмар, еле нашла вас, хоть табличку бы что ли повесили, — невозмутимость Кокоми пугала. Аратаки тут же вспомнил свой первый курс, как только пришёл к ней на пары. Несколько сердечных приступов эта женщина точно обеспечила. — Ты не ожидал меня увидеть? Горо разве не написал тебе?       Прокашлявшись, Итто наконец вытащил из сумки забытый телефон, который проверять после расставания с Сарой надобности не составило. Горо и правда настрочил конструктивное сообщение, в голове беловолосого прозвучавшее слегка угрожающе:       «Я пойду спасать твою женщину из лап говнюка-блондинчика, а ты поговори с Кокоми обо всём, что между вами произошло. Я больше не желаю видеть Сару в таком апатичном состоянии, в каком увидел сегодня. Бери за свои действия ответственность». — Какого чёрта… — вслух процедил Аратаки и непонимающе взглянул на спокойно расположившуюся рядом преподавательницу. Хитрый ход, наглого юношу Итто мог ещё вытурить, а вот её. — Что там у вас произошло, рассказывай, — парень выглядел, словно провинившийся школьник, которого пыталась вывести на чистую воду добрая учительница. — Я не уйду, ты же меня знаешь, — в это и проблема. Итто очень хорошо знал Кокоми, поэтому отчаянно закатил глаза. — Ты и Сара не отвечали на сообщения и звонки все выходные, где вы оба были? — Я дома, она — не знаю. — Что значит «не знаю»? — Почему вы сами у неё не спросили для начала? Сара бросила меня. Я хотел предложить ей помочь забрать вещи, отвести на новую квартиру, но она игнорировала меня. Вот и всё. — Нет, не вот и всё, люди просто так не расстаются. Что между вами произошло? — К чему выяснять-то это теперь? Мы расстались, да, не на самой хорошей ноте, но я уверен, мы сможем как-то собраться и всё обсудить. Сейчас нам обоим нужно остыть. Не сошлись характерами, такой вариант вас устроит? — как же хотелось вывести эту дотошную преподавательницу, умудрившуюся даже выискать место работы Аратаки. С другой стороны, парню это приносило странное удовольствие: о Саре так переживали, значит расставание не прошло для неё так бесследно, как себе надумывал Итто. — Не устроит, потому что вы так нормально и не поговорили! В отношениях разговаривать нужно, слышать друг друга. — Ох, ладно. Мне не нужны нравоучения, правда, я как-нибудь сам разберусь. — Не разберёшься, потому что ты терпила! Ты будешь копить всё в себе, потом на тебя кто-нибудь надавит, ты извинишься, но сам себя не простишь и других в том числе. Ты вообще не умеешь настоящие эмоции выражать, такой огромный, а робкий, что аж бесит. — И что я должен ей сказать?! — Итто закипал, словно чайник. Болезненная бледность сменилась не менее настораживающей краснотой. — Ну, не знаю, что она истеричка, ревнивица, дура, что она бесит тебя! — Кокоми словно говорила от своего имени, но её слова затрагивали внутренние струны скованной души парня. — Что она всегда гордая, не умеет помощи просить, что она наглая и никогда не примет чужое мнение, что она самая худшая пассия, которую только можно найти! — Сангономия набрала побольше воздуха и крикнула: — Но ты всё равно ведь любишь её! — Задолбали орать, блин, — сделал замечание старший тренер, и Аратаки, привставший на кульминации речи Сангономии, сожалеюще поклонился. — Если тебе уже лучше, давай обратно в зал.       Дверь плавно закрылась, и Кокоми прикрыла пунцовые щёки. Для неё подобное поведение не свойственно, но в этот раз вдруг вырвалось… — Прости, я отвлекла тебя и… — Спасибо вам, правда, — Итто знатно насмешило лицо преподавательницы, и он наконец улыбнулся. — Я поговорю с ней, но, пожалуйста, попозже. Мне нужно повременить, — блондинка подготовила новую порцию недовольных возгласов, но студент добавил: — На этой неделе у нас сдача проектов, не хочу, чтобы она отвлекалась. Да и мне, если честно, есть что уладить до нашего с ней разговора.       Кокоми выдохнула, она нисколечко не сомневалась в чувствах этого здоровяка, какой бы не была причина Кудзё расстаться с ним, должно быть, это просто недопонимание, которое девушка раздула в огромный скандал. Сангономия знала сестру с детства, прекрасно помнила, как Сара привлекала внимание отца: обижалась постоянно, грубила, чтобы мужчина лишний раз обнял, поцеловал, подарил что-то. Неужели Кудзё так и не выросла из своих детских привычек? Кокоми не хотелось верить, что сестра совершенно безнадёжна. — Пожалуйста, перестаньте делать друг другу больно, — произнесла она тихо-тихо, отчего Аратаки еле услышал. — Близкие люди постоянно ссорятся, но потом обязательно мирятся. И вы помиритесь, я знаю. Но впредь больше не совершайте подобных ошибок. — Передай эти слова и Саре. — Горо передаст, — хихикнула Кокоми, наградив Итто своим хитрым, предвкушающим взглядом. — И блондинчику тому тоже кое-что передаст.

***

— Я знаю Сару со школы. Знаю о ней всё, даже того, что она о себе не знает. — Как занятно, расскажете? — натянуто улыбнулся Тома, продолжая свою работу и совершенно не реагируя на провокации Горо, давно кончившиеся в рукаве широкой толстовки.       По правде сказать, бариста ожидал, что если ушла милая особа с шикарными волосами, за ней утащится и её верный пёсик, но оказалось, Тома неправильно понял, кто был его хозяином. Блондин стойко держался, отвечая на любые, даже самые наглые вопросы, и ни на секунду не опустил уголки губ. Как же он бесил Горо. — Сара ещё нескоро закончит свою смену, вы не устанете ждать? Присядьте хотя бы на диван… — Ещё чего! — цыкнул парень, доставая тетради, учебники, ноутбук, в общем и целом, располагаясь поудобнее прямо под носом у злейшего врага. — Я буду здесь. Мне тут весьма удобно. — Как знаете, — отвернувшись, Тома наконец смог выдохнуть. Не так он представлял себе первую смену после выходных. Одно хорошо: Кудзё была подальше от посторонних глаз, не вспоминая ни о чём, что могло бы сломать её и без того шаткий дух. Плохо то, что Тома не мог проверить состояние девушки, побыть с ней наедине: Горо бы сразу присудил себе победу в негласном соревновании колкостей или, того хуже, увязался бы за бариста. Пришлось стоять на месте.       Лишний раз Тома отвлекался, чтобы взглянуть на Горо. Парень был увлечён учёбой, делал всё не спеша, растягивая работу, оттого и результат получался лучше. Блондин был в изумлении: кто-то, в романтическом плане не увлечённый, готов был прождать Кудзё до самой ночи, потеряв весь день. Кто-то настолько любил её, что пожертвовал свиданием со своей возлюбленной во время самого сладкого периода в отношениях. Возможно, Тома ещё многого не знал о Саре, и от этого его сердце ревностно трепетало, хотелось, чтобы их связывало намного больше.       Горо сидел на одном месте и после обеда, к ужину не выдержал и заказал один кусок тортика с чаем, к ночи глаза его начали слипаться и в один момент, когда Тома вернулся из уборной, русоволосый уже разлёгся на столе, потушил ноутбук и подставил под голову стопку тетрадей. Бариста обошёл самого сложного из попадавшихся посетителей и невольно улыбнулся. Спящим Горо выглядел не таким заносчивым, с какой-то стороны даже милым. Тома засмотрелся и не услышал приближающихся шагов из служебной части кофейни. Сара остановила быстрый шаг и удивлённо ахнула: — Он ещё здесь?!       Горо встрепенулся и поднял голову, напоминая чем-то недоумевающего узкоглазого зверька. — Сара! — парень чуть не упал со стула, к которому успел приклеиться, но всё же, удержав равновесие, русоволосый встал на ноги, укладывая вещи в портфель. — Пошли домой вместе! — Ты ждал меня весь день, ты дурак? — в голосе Кудзё слышалась злость, но глаза и глупая улыбочка выдавали совершенно иное, от чего им обоим хотелось засмеяться. — Ты мог написать мне смс, позвонить… — А ты не отвечаешь на них, забыла? — волосы Горо подпрыгнули, портфель отозвался шелестом множества тетрадок, и парень встал перед подругой, готовый, словно авантюрист, пуститься в путь. — Так что, мы идём? — А, да… — Сара неловко посмотрела на старшего коллегу, корректно отошедшего подальше. — Тома, в следующий раз… — Солнце, не спрашивай у меня разрешения и не извиняйся, — отрезал блондин, помахав рукой. — Увидимся ещё, будь аккуратна.       Парочка вышла из заведения под безжалостный ветер и мелкий дождь. Никто из них не был к такому готов, но Горо вдруг достал большие тетради размера А4 и подставил к макушке Сары. Девушка недоумевая взяла их в руки. — Они всё равно мне не понадобятся; это старые конспекты, которые я перенёс в электронный вариант, — они двинулись к ближайшей остановке, от которой Горо был готов поехать куда угодно, лишь бы с Сарой. — Покажешь, где ты обосновалась? Ты ведь сейчас не с Итто живёшь, в такой дождь он бы точно за тобой пришёл и названивал постоянно. — Горо, это лишнее, ты ведь и так потратил весь день, чтобы… — Так где ты живёшь-то? — парень взял Кудзё под руку и повёл скорее под навес, об который нещадно начал бить разбушевавшийся ливень.