гайд: как купить героин

В двенадцать ноль три Стейси Кински вылезла через окно спальни Алирии Рейв прямо на крышу их гостиной. Следом за ней последовал Тони, перепуганный небезопасным путём побега и сохранностью жизни моей подруги. Я прекрасно знала, что Стейси Кински обладает удивительной грацией и осторожностью даже в нетрезвом виде. Дальше из окна вылез Модест и, подав руку, помог вылезти мне. Мы спустились по пожарной лестнице вниз. На улице гремела музыка из гостиной, и потому нас никто не заметил. У соседнего дома уже стояло такси. - Я вперёд не сяду, - сказала Стейси и первая запрыгнула на заднее сиденье машины. От неё несло перегаром. Тони Монтана, прыснув, сел спереди. Мы с Модестом присоединились к компании Стейси. От особняка Алирии до затхлой квартирки Монтаны – пятнадцать минут езды. Таксист, в виду пустых дорог, довёз нас меньше, чем за девять. Ещё три мы потратили на подъем до второго этажа и поиск ключей в большой «сумочке» Монтаны. В двенадцать двадцать пять Тони заваривал нам молочный улун из своей чайной коллекции с «Амазон». Модест тщательно контролировал процесс заварки первое время – хотел убедиться, что Тони не подмешает нам свой товар по скидке, - а затем полез рыться в большой коробке с CD-дисками под диваном хозяина. Стейси смотрела «тик-ток» и покуривала «вапорлакс». Я писала отцу смс-сообщение о том, что сегодня ночую у своей подруги. - Если ты собираешься устроить тут вечеринку, Модест, то хочу предупредить, - сказал Монтана с привычной ухмылкой, поднося к журнальному столику у дивана чайный сервиз. – У меня злые соседи снизу. - Где ты откопал «Таймзону»? – пропустив замечание мимо ушей, спросил парень. – Их пластинки перестали выпускать с начала нулевых. Монтана с усмешкой забрал у Модеста диск. - Раритет, - сказал он. – Прошу, отнесись бережнее. - Ты просто записал их альбом на новый диск из «Валлмарт» и распечатал обложку? – тут же выпалил Модест. – Умно придумано. Стейси, не отвлекаясь от просмотра важного аудиовизуального контента, сказала: - Тебе нужно быть детективом, Купер. - А какая фамилия подходящая, - заметил Монтана, спрятав диск в коробке. Он и Стейси обменялись хитрыми взглядами. - Меня не возьмут в ФБР, - сказал Модест. - Почему? – спросила моя подруга. Модест секунду промолчал. - Потому что, если кто-то захочет меня найти, - безразлично начал он. – Моя мать с лёгкостью меня сдаст. В комнате повисло неловкое молчание. Тони вернулся к журнальному столику с фарфоровым чайником улуна и принялся разливать напиток по чашкам. Остановившись на чашке второй, он быстро порылся в коробке с компакт-дисками, вытащил один и, вручив Модесту и указав на рядом стоящий проигрыватель, сказал: - Поставь этот. Ни секунды немедля, Модест вытащил диск и засунул его в проигрыватель. Спустя несколько мгновений хрипения и шумов, в комнате раздался ритмичный проигрыш и дребезжание электрогитары. Это был первый альбом «Arctic Monkeys». Первая реплика, озвученная мной в стенах этой квартиры, была следующая: - Это же любимая группа Коула Прэзара. Стейси с довольной улыбкой отстранилась от телефона и посмотрела на меня. - Когда там его следующий фильм? – спросила она у меня. – С Аль Пачино? - Да, - я потянулась за улуном. – «Неверие». В октябре следующего года. - По-моему, он написал сценарий к этому фильму в четырнадцать, - произнесла моя подруга. – В четырнадцать же? Ты сама говорила. - Ты эксперт по фильмам Прэзара или что? – обратился ко мне Модест и улыбнулся. За меня ответил Монтана: - Она у нас по всем фильмам эксперт. Следующие реплик пятьдесят мы вчетвером посвятили творчеству Коула Прэзара. Девяноста процентов произнесённого – интересные факты о взаимосвязи его личной жизни и фильмов, которые он снимал; о его невероятной любви к «Мистеру Роботу» и низким квадрантам, которые он перенял у своего любимого сериала. Собеседники с трепетом слушали, как я с заиканием и активным движением рук рассказывала о фильмографии молодого режиссёра, который был старше нас лет на пять. Так я совершила каминг-аут как киножурналист. Тони Монтана сказал, что на «Vice» будет читать только мои статьи. Потом улун закончился. Тони раздвигал диван и расстилал постель. На этой кровати свободно помещалось пять человек, и пространства для нас четверых здесь было предостаточно. Тони притащил ноутбук из своей спальни и, пока все укладывались спать, искал среди своих скачанных через «торрент» файлов первый фильм Прэзара. Его не было в свободном доступе в интернете. Этот фильм демонстрировал сам Прэзар на закрытом показе в поддержку талантливых детей из бедных семей. Он шёл от силы три минуты. И однажды, после моих рассказов, Тони потратил четыре часа в поисках одной-единственной «магнет-ссылки» для скачивания. Когда Тони нашёл фильм и прибавил звук на «максимум», мы все уже улеглись. Стейси с крайне наплевательским видом потягивала «вапорлакс» и развевала пар рукой. Между ней и Модестом было свободное место для Монтаны. Между мной и Модестом расстояния не было. Я лежала у него на плече. - Тебе удобно? – спросил он, приобняв меня и положив руку на мою талию. Он сам предложил. - Более чем, - кивнула я, и в этот же момент Тони приземлился на своё место. С экрана ноутбука на нас смотрел юноша лет семнадцати. У него были светлые волосы и прыщавое лицо. Юноша был в синем брючном костюме с пиджаком, а белая рубашка сопровождалась бордовым галстуком. Фильм стоял на паузе. На экране – жёлтая надпись: «фильм Коула Прэзара». - Я хочу предоставить слово нашему киноэксперту, - сказал Тони. Его палец смирно лежал на кнопке пробела. Я прокашлялась в кулак и важно начала: - Сейчас вы увидите первый фильм, срежиссированный молодым гением Коула Прэзара. Данная картина снята, когда режиссёр учился в старшей школе. Фильм невозможно найти в свободном доступе в интернете, но был продемонстрирован на благотворительном вечере «ЯнгДжиниус» в прошлом году. Этим показом Прэзар не только обеспечил обучение многим талантливым школьникам, но и продемонстрировал, что каждый великий творец с чего-то начинает. Приятного просмотра! Тони Монтана нажимает на клавишу пробела. Две минуты пятьдесят три секунды хронометража мы молчали. По окончанию финальных титров, Модест, как самый серьёзный зритель, нежно перебиравший мою слегка вспотевшую футболку в своих пальцах во время просмотра, сказал: - Это просто реклама порошка. Секунд двенадцать после первой рецензии мы тоже молчали. - А что ты хотел? – спросил Тони, закрывая проигрыватель с фильмом. – Острый социальный ролик с Адамом Драйвером в главной роли? - Нет, - произнёс тот. – Это просто сексуализированная реклама порошка. Даже не понятно, какого. - Я сомневаюсь, что им бы заплатили за рекламу, - заметила Стейси и снова взялась за «электронку». - Так в этом и смысл, - возмутился Монтана, перехватывая «вапорлакс». – Он играет на ожидании зрителя. Потому что ты смотришь, как этот пацан раздевается, закуривает, а какая-то девчонка на фоне говорит, что он просто поразительно пахнет. Ты думаешь, что это реклама «Диора» или какого-нибудь «Хуго Босса», а тут, ну, порошок. И всё. - Ты желаешь мне выдать эту рекламу за постиронию или что? – выдаёт Модест. – Потому что я, честно, расстроился, что это не «Диор» и не «Хуго Босс», а я не пользуюсь ни тем, ни другим. Это просто какой-то порошок, который я в супермаркете покупаю. И ведь не важно, какой. - Так я и говорю, что им не зап-ла-ти-ли! – врывается в дискуссию Стейси, но парни её будто и не слышат. - Ну типа, да, - выстреливает Тони. – Потому что для обалденного запаха не обязательно душниться чем-то, каким-то дорогущим парфюмом. Надо стирать вещи свои от вони. И, вообще, ты видел, какие щас порошки? Они с тыщей ароматов там. «Диор» мелькнет по сравнению с порошками из «Валлмарта»! - Да невозможно балдеть от одного запаха порошка, - выпаливает Модест. – Почему тогда это не реклама шампуня? Потому что, если ты не моешься, то никакой порошок тебя не спасёт. Чтобы классно пахнуть, тебе нужно поддерживать гигиену, пользоваться дезодорантом, стирать вещи нормальным порошком, желательно не курить – а если куришь, то хотя бы пользоваться жевательными резинками, - и ещё пользоваться парфюмом, если есть желание. Вот тогда можно балдеть от запаха. - Да ты потребитель, Мод, и всё, - затягивается Монтана и закрывает ноутбук. – Паланика на тебя нет. Тони Монтана отвернулся от Модеста и улёгся калачиком. Через минуту он всхрапнул. Стейси забрала из его рук «вапорлакс» и затянулась в последний раз. Она закуталась в одеяло и, понизив яркость экрана, продолжила листать ленту «Инстаграма». Модест поправил одеяло и посмотрел на меня. - Тебе хватает там одеяла? – спросил он шёпотом. Я кивнула. Модест улыбнулся. - Ты на боку обычно спишь? – ещё раз уточнил он. - Обычно мне всё равно, - сказала я. - Хорошо, - прошептал Модест. – Я просто на боку сплю. Я приподнялась с его плеча и оперлась на локте. Модест не ложился и только с улыбкой наблюдал за мной. - Давай ты ляжешь, как тебе удобно, - сказал он. – А я просто лягу рядом, хорошо? Я мельком глянула на Стейси. Она с подозрением наблюдала за нами. Я решила лечь на спину, чтобы Модест лёг рядом боком. Так он и сделал: положил одну руку на мой живот, а второй подпёр подушку. Он положил голову к моему уху, и я могла чувствовать его дыхание своей щекой. Он быстро нашёл ладонью мою руку и взял её, прижав к моей груди. Я попыталась взглянуть на Модеста и только заметила, как он уголком губ улыбался. У меня скрутило живот от волнения. В ночь шестого новоселья Алирии Рейв я не смогла уснуть.