Этот демон за мной

Как много в человеке бесчеловечья, как много скрыто свирепой грубости в утонченной, образованной светскости Н.В.Гоголь «Шинель»

— Может, ты съел на ночь что-то особенное, — допытывался Гриша по дороге к зданию администрации. С тех пор как Гриша узнал, что Гашик всё вспомнил, он пытался проследить причинно-следственную связь.  — Да не, — Гашик на вопросы охотно отвечал, но смотрел только на впереди идущего Костенко.  — А ты не хочешь перестать на него пялиться и сконцентрироваться на моей проблеме? — Гриша остановился перед Гашиком.  — Нет, — абсолютно беззлобно ответил Гашик.  — Идиотизм, — Измайлов сложил ладони на затылке. — Мне что, опять к гадалке какой-нибудь сходить? Может, это решает все проблемы каждое второе уголовное дело?  — Гадалка, — Гашик остановился прямо посреди тротуара. — Я вспомнил, в доме со знаком всадника гадалка жила.  — Может она мне и… Но Гашик снова перебил Гришу.  — Ее звали Елизавета…  — Да быть не может, — Костенко нахмурился.  — Опять? — недоверчиво переспросил Гашик. — Ну в этот раз хоть наоборот — шлюхи.  — Я не мешаю вашему милому кружку ностальгии по девятнадцатому веку? — спросил Гриша.  — Как я вообще мог о ней забыть? Символ и…  — Ты не помнил символ, не помнил Лизу. А сейчас, — Костенко дернул руку в сторону Гашика, но покосился на Гришу.  — Они переехали, — Гашик увидел жест Костенко и улыбнулся ему. — Там где-то дом есть. Надо у родителей спросить, и поедем.  — Может, давай мы съездим, — предложил Гриша, — А ты договоришься с местной администрацией, чтобы адрес дала. Если не тот, ты нас развернешь и…  — Нет, — Гашик сжал зубы. — В этот раз все вместе поедем.  — Ааа, — понял Гриша. — Ну ты не переживай, я бы если что Костенко в обиду не дал. Он-то сам что может? Всего-то бывший спецназовец, капитан полиции. *** К дому они подъехали на Гелике Гашика. А сам хозяин машины пошел первым в руках держа отцовское ружье.  — В машине останься, — крикнул Костенко.  — Нет. Гриша посмотрел на Костенко. Видать, мужчина такого ответа не ожидал, но пошел следом молча. Дом был самым обычным деревенским, белого цвета с облупившейся краской. Непонятно, зачем строить так далеко от населенного пункта, но рядом шумела речка, во дворе был колодец, за домом послышалось хрюканье свиней. По всей видимости хозяйство процветало и необходимости в городе у хозяев не было. В первой же комнате за столом сидел Гуро. А на диване лежала женщина лет сорока с длинными русыми волосами и в халате. Глаза были закрыты.  — И что это? — спросил Гриша.  — Всадник, ритуал, бессмертие, — ответил Гуро.  — Лиза же умерла, — Гашик посмотрел на женщину.  — О, я вижу вы всё вспомнили, — Гуро улыбнулся парню. — Умерла. Вы все умерли. Женщина открыла глаза и посмотрела на собравшихся, особенно долго рассматривая Гришу, но признаков агрессии не подавала. Впрочем, по ее взгляду всё сразу стало понятно. Она из тех, кому психический диагноз ставится навсегда.  — Вы вспоминали одну жизнь, — сказал Гуро. — Ей же пришлось вспомнить много жизней и ужасные вещи.  — Она убила? Сама?  — Её муж, — Гуро указал на дверь во вторую комнату. Гриша толкнул ее, но тут же закрыл.  — Сам повесился? — уточнил Гриша.  — Сам.  — А ритуал? — Костенко посмотрел на женщину. — Чем должен был завершиться этот ритуал? Проститутки и…  — Люди не оживают, — прошептала женщина. — Ритуал нельзя завершить.  — Зачем же было начинать?  — Не надо, — попросил Гриша.  — Но…  — Она больной человек, не надо делать еще хуже. *** Все четверо стояли немного поодаль у Гелика.  — Сейчас расходимся, я полагаю? — Гашик смотрел, как полицейские у дома выносят тело.  — Да, — Гриша улыбнулся. — Когда мы вместе, кто-то обязательно умирает. Но я, наверное, по вам буду скучать, когда вспомню свою прошлую жизнь.  — О, — Костенко воодушевился. — Пожалуйста, позови тогда в гости. Я хочу увидеть, как ты ему морду набьешь. Не знаю что там происходило у вас потом, но за Диканьку он заслужил.  — Поверьте, — сказал Гуро. — То что происходило потом полностью искупает мою вину.  — Слушай, — Гашик посмотрел на Гришу. — Ты когда вспомнишь, расскажешь мне, про что был второй том.  — Второй том чего? — Гриша покачал головой.  — Ну как, — Гашик оглянулся на Костенко. — Второй том «Мертвых душ».  — Чего? — Гриша повернулся к Гуро. — Я что — Гоголь?!