crime and souls

      Деревня была небольшой — всего шестьдесят с лишним домиков, и если ты по иронии судьбы живёшь с самого детства здесь, а не в каком-нибудь большом городе, то знать каждого жителя легче лёгкого. Дед послал Гоголя за макаронами для ужина, и тот ничего не купил, ведь товар пока не завезли. Вновь глупо пошутив над продавщицей, а затем выбежав из магазинчика, блондин встретил кого-то новенького, интересненького такого. Природная наблюдательность и интуиция кое о чём сказали, и вот Коля уже общается с брюнетом на равных, будто дружит с ним давно, вызывая у недоверчивого первого некоторые подозрения.       — Ты откуда вообще сюда приехал? — улыбаясь, спрашивал блондин. — Питер?       — Да, — подтвердил Фёдор.       — Учишься? Студент? Школьник?       — Студент.       — Везёт тебе, — парень сделал резкое движение плечом и уклонился в сторону собеседника, якобы намереваясь коснуться, — ты из большого города, можешь получить нормальное образование, и тебе не нужно ездить на учёбу в соседний город. Вот мне сейчас семнадцать, в мае закончу одиннадцатый класс, сдам экзамены и тоже в Питере буду жить. Я нашёл уже несколько университетов, куда смогу поступить, если напишу все экзамены хорошо, а найти крышу над головой и работу на первое время большой трудностью не станет. Ты вот какие предметы выбрал дополнительными к русскому и математике?       — Биологию и обществознание. Я на психолога пошёл после одиннадцатого...       — На психолога? — перебил Коля. — А я вот в театральный собираюсь. Буду литературу сдавать. При поступлении также необходимо сдать творческий экзамен. Ну, сыграть для них что-нибудь, эмоции показать… Для меня это проблемой уж точно не будет. Хочешь, продемонстрирую свои умения?       — Нет.       — А чего так? — удивлённый Коля стал немного тише, выдержал небольшую паузу. — Почему? Я действительно хорошо справляюсь, — его голос стал словно грустным и обиженным, но выдавалось это всё с сокрытием, и Фёдор вновь оглядел юношу, но тот сразу заулыбался, а затем и вовсе расхохотался. — Ну и ладно. Не буду на тебя давить. Не хочешь — как хочешь.       — Этим своим расстроенным и на полтона ниже голосом ты и показал свои умения наперекор моему отрицанию, ведь правда? — хитро уточнил Достоевский, на секунду чуть-чуть улыбнувшись. Этот Коля действительно странный.       — Аха-ха, да, — блондин всё ещё задорно смеялся.       Тем временем дом Анастасии был всё ближе и ближе, и вот юноши подошли к нему. Он находился за покосившимся, укрытым снегом деревянным забором, будто отрешённый в глубь леса от всех других домиков. Снегом были укрыты также поросшие и скукожившиеся от холода, потемневшие растения, росшие летом на грядках. Сам словно чёрный деревянный дом был засыпан толстым слоем серебристого снега и выглядел как-то бедно и как будто неживым. Фёдор остановился напротив него и вгляделся в тёмные зашторенные окна.       — Здесь? Анастасия Викторовна — твоя бабушка? — Коля был немного удивлён, и голос его был несколько заворожён. — Она прекрасная женщина…       — Ты знаешь её?       — Я же говорил, я знаю здесь всех.       Фёдор подошёл к калитке и аккуратно открыл её, та скрипнула.       — Анастасия Викторовна давала мне летом конфетки, такие жёлтенькие, сахаром посыпанные, они немного кислые и сладкие одновременно, — продолжал Коля, — когда я помогал ей. Она попросит в магазин сходить — схожу. Попросит воды принести — несу. Ну, иногда грядки ей помогал полоть и перекапывать, так она со мной огурчиками выросшими поделилась… Но они, правда, горькие были…       Фёдор зашёл во двор, Коля — за ним. Какое-то странное чувство было на душе у первого, будто предчувствие. Юноши прошли дальше, мимо стеклянной теплицы и заснеженных грядок, прямо к домику. Он показался Достоевскому ещё старее, даже более нежилым, что необычно. Было тихо. Даже Коля замолчал тогда, когда брюнет сжал ладонь в слабый кулачок, чтобы постучать в дверь, покрытую старой серой краской, что осыпалась со временем. Три коротких удара, и слышатся уже чьи-то шаги.       Дверь отворилась, на пороге стояла Анастасия, такая миниатюрная слабенькая старушка. Седые волосы были собраны в маленький пучок, а мелкие пряди, выбившиеся из причёски, закреплены розовой и зелёной заколками с каждой стороны. На женщине была вязаная тёмно-синяя кофта, какие-то тёплые лосины и шерстяные носки. На ногах тапочки. Она, увидев внука, сразу же шагнула навстречу.       — Феденька! Приехал наконец! — вскрикнула она радостно, обнимая внука, тот был выше неё приблизительно на две головы, так сильно, как только могла сжать своими тоненькими сухими ручками, улыбалась. — Коля, и ты тут!       — Доброго вечера, — блондин шуточно чуть поклонился, чем сумел рассмешить старушку. Фёдор обернулся к нему и в который раз оглядел.       — Ну чего же вы на улице стоите и мёрзнете? — засуетилась бабуля. — Проходите, проходите.       Достоевский несколько раз поочередно топнул ногами, чтобы не занести снег в дом, а затем вошёл, Коля сделал то же самое. Они шагнули в небольшой коридорчик, если эту комнатку можно так назвать. На полу стояли банки с маринованными огурцами и помидорами, перцами и кабачками. На стене располагались крючки с одеждой, под ними стояла обувь. Также чуть дальше был комод с некоторыми вещами. Помимо всего этого был умывальник, а под ним находился тазик, куда стекала вся вода. Гости Анастасии сняли с себя верхнюю одежду и прошли далее в дом.       В этом доме также была ещё одна комната. В ней находилась небольшая русская печь, греющая помещение, раскладушка, заправленная пледом, стол и несколько стульев, ещё один стол, на котором женщина обычно готовила, большой и маленький шкафы, холодильник. На полу лежали ковры, занавески на окнах обычные белые, но плотные.       — Садитесь, садитесь за стол, — приглашала Анастасия. Юноши сели. Старушка поставила чайник и полезла в ящик. — Хорошо, как хорошо, если вы уже сумели познакомиться... Феденька, что ж это я не о том! Ты не проголодался в пути?       — Нет, бабуль. Спасибо за заботу...       — Да это ж не такая забота, — она выудила упаковку с печеньем и конфетницу, в которой лежали жёлтые сахарные шарики. — Вот, угощайтесь.       Коля сразу же взял свою любимую конфету и положил в рот, а Фёдор ни к чему не притронулся.       — Федя, — обратилась женщина, — это Коля. Он живёт через несколько домов отсюда. Великолепный мальчик! Отзывчивый и добрый, а этого так не хватает в наше время! Мы ведь сразу же нашли с ним общий язык! И вы, думаю, поладите!       — Угу, — шуточно вставил Гоголь.       — Да, ясно, — суховато ответил брюнет.       — Ну, Федя, рассказывай, как там в университете у тебя? — нетерпеливо проговорила Анастасия, тоже сев за стол. — Как друзья твои? Преподаватели не заваливают? Невесту нашёл?       — Какая невеста? — переспросил Фёдор. Конечно же, бабушка начнёт говорить о «невестах»...       — Ну как, какая невеста? Помнишь, ты ведь мне про Машеньку рассказывал, когда мы по телефону в предпоследний раз говорили? Вы разве не любите друг друга?       — Мы просто делали совместное домашнее задание, — юноша вздохнул. — Нас распределял учитель.       Коля тихо рассмеялся, но быстро успокоился.       — Хм-м, неожиданно, ты ведь действительно сказал о ней много, — продолжала Анастасия. — Ты говорил о ней как о доброй, милой, умной и начитанной девушке…       — Я всего лишь сказал, что она предложила пойти в библиотеку и найти дополнительный материал там, так как в этом месте всегда тихо и никто не может мешать.       — По-моему, это значит многое, — чайник закипел, и старушка встала с места, разлила кипяток по чашкам, разбавила холодной водой, а затем отдала напиток своим гостям, в то время как Коля, с интересом наблюдавший за этой семейной беседой, тихонько посмеивался. Его смешило отношение женщины к одногруппнице Феди и Федина реакция на это.       — Спасибо, — блондин поблагодарил Анастасию, вновь взял жёлтую конфетку и продолжил слушать.       — Ну, раз уж ты не хочешь видеть заботу девушки, то и не надо, но, будь добр, не проспи своё счастье.       — Меня не так сильно интересуют девушки, как обучение и мои хобби, и ты это прекрасно знаешь, — проговорил Достоевский.       — Ох, не прав ты, не прав... Но раз уж так считаешь, я не буду тебя переубеждать. Ты мальчик взрослый, — бабушка успокоилась. — Какие темы сейчас в университете проходишь? Расскажешь?       — На данный момент ничего такого интересного, что может тебя заинтересовать. Во время прошлого нашего разговора я всё тебе рассказал.       Женщина вздохнула и обратилась к Николаю:       — Ну, а как у тебя дела, Коль? Как дедушка?       — С дедушкой всё хорошо, — успокаивал блондин, сделав перед ответом большой глоток чая. — Спина у него уже почти не болит, мы с ним утром даже снег смогли лопатами вместе очистить с дорожек на участке. Тот крем, который я вчера ездил покупать, по его словам чудеса творит, и я рад, если это действительно так.       — Вот и славненько, — Анастасия искренне улыбнулась.