История сумеречного духа

      Книгу с легендой надо было вернуть. Как бы Лань Чжаню ни хотелось оставить портрет Вэй Ина себе, но он обещал деве Цзян отдать ее обратно, как только прочитает. Когда листва начнет опадать с деревьев, состоится соревнование лучников, и к тому времени надо что-то придумать, чтобы у него осталась не только копия самой истории, но и изображение Вэй Усяня. И единственный, кто мог ему в этом помочь, был Лань Сичэнь. Хоть его брат и рисовал преимущественно пейзажи, но Ванцзи видел как-то у него наброски нескольких портретов.       На следующее утро, едва Лань Хуань занялся текущими делами в клане, Лань Чжань уже стоял на пороге его кабинета, держа в руках книгу с легендой.       — Ванцзи? — удивленно произнес Сичэнь, не ожидая увидеть брата у себя практически сразу после завтрака. — Что привело тебя ко мне?       — Брат, — Лань Чжань подошел к рабочему столу Лань Хуаня и положил перед ним книгу, после чего вежливо поклонился и присел напротив, — открой на последней странице.       Сичэнь бережно взял книгу в руки и выполнил просьбу Ванцзи. Ему хватило лишь одного взгляда, чтобы понять написанное там.       — Это же… наш тайный язык, — пораженно произнес молодой мужчина. — Откуда ты взял это?       — В Юньмэн Цзян раскопали древнее строение и нашли там несколько фолиантов с текстом на неизвестном языке. Глава Цзян отдал мне их ознакомиться и попытаться перевести.       — У тебя есть и другие подобные книги?       — Да. Я еще не смотрел, что там написано, но их несколько, — ответил Лань Ванцзи, не уточняя общее количество.       — Они с тобой?       — Нет, я не брал их. Оставил у себя. Брат, я пришел не только из-за языка написания строк, но и из-за портрета, — проговорил в ответ юноша.       Лань Сичэнь взглянул на рисунок уже без акцента на текст.       — Красиво выполнено. Талантливый художник нарисовал этот портрет. Он явно был близок с человеком, которого изобразил здесь, — произнес Сичэнь спустя время.       — Брат, ты можешь сделать для меня копию этого рисунка? — попросил Лань Чжань.       — Зачем тебе это надо? — несколько удивленно произнес Лань Хуань.       Ванцзи промолчал в ответ. Он не знал, как сказать брату о том, что эта книга написана о духе, что уже много лет вселяется в его тело. И на этом рисунке изображен облик, который дух имел при жизни.       — Хорошо, я сделаю это для тебя. Через неделю будет готово, — со вздохом ответил Сичэнь, понимая, что одно в его брате не меняется — отсутствие желания делиться чем-то сугубо личным. Таким, что Лань Чжань будет хранить глубоко в своем сердце, не показывая никому. Мужчина на рисунке был невероятно красив. Сам Ванцзи сравнился бы с ним по красоте, но их красота была разной, словно один — солнечный летний день, умытый свежестью теплого дождя, а второй — морозное снежное утро. Сичэнь в своих мыслях допустил, что его брату пришелся по сердцу облик этого мужчины. Ванцзи уже семнадцать лет, а он еще ни разу не взглянул в сторону ни одной девушки, но и внимания, направленного в сторону юношей, Сичэнь тоже не замечал. То, что он хотя бы завел друзей, уже несказанно радует, но хотелось бы, чтобы младший брат познал и любовь. Ванцзи пожелал портрет красивого молодого мужчины? Что ж, Лань Хуань выполнит его просьбу.       — Благодарю, — ответил Лань Чжань. — Брат, я принесу тебе остальные книги позже, — добавил, поднимаясь со своего места.       — Конечно, — кивнул Сичэнь, внимательно рассматривая младшего брата. — Ванцзи.       — Слушаю?       — Тебе идет новая прическа, — с улыбкой произнес Лань Хуань, рассматривая заплетенный почти на макушке хвост. В косичках, идущих от висков, серебрились тонкие шнурки, а изящная серебряная заколка удерживала тяжелые локоны. Лишь лобная лента да выпущенные пряди вдоль лица остались от старого облика. — Хотя дядя не оценил. Не обращай на него внимание.       — Не собирался. Мне нравится и правилами не запрещено, — ответил юноша. — Сичэнь, я еще спросить хотел: ты связывался с госпожой Вэнь относительно обучения у наших целителей?       — Да, — произнес Лань Сичэнь. — Хочешь узнать подробности?       — Мгм, — кивнул Ванцзи, вновь присаживаясь к столу.       Сичэнь едва сдержал улыбку. Общение с детьми семьи Цзян явно пошло младшему брату на пользу. Раньше бы он ответил: — «Да, если ты считаешь, что я должен владеть этой информацией». Сейчас же, он не только проявил любопытство, присущее юности, но и всем видом дал понять, что хочет узнать все подробности.       — Мэн Яо помогла нам обменяться сообщениями в обход официальных запросов, — начал говорить Сичэнь, а Лань Чжань даже удивленно поднял брови на этих словах — он полагал, что будет направлено официальное приглашение на обучение. — Вэнь Цин лично изъявила желание отправиться в Облачные Глубины и стать на два года ученицей нашей старшей целительницы. Так как сейчас в Цишань Вэнь нет лекарей столь же высокого уровня, как у нас, то Вэнь Жохань не возражает, ведь дева Вэнь всячески показывает, что ей несколько не хватает опытного наставника. Ожидаемо, Вэнь Нин отправится вместе с ней.       — Удивительно, — прошептал Ванцзи, пораженно глядя на брата.       — Это еще не всё. Я хотел сказать тебе об этом немного позднее, но раз уж мы заговорил на эту тему, то сообщу сейчас: Вэнь Цин попросила тебя в этом году не быть первым среди лучников. Это важно.       — Но почему?       — На прошлых соревнованиях ты, сам не ведая о том, забрал всю добычу у Вэнь Чао. Он ненавидит тебя.       — Разве Вэнь Чао не слишком взрослый для участия в соревнованиях? Ведь прошлый год был для него последним, — непонимающе произнес Лань Чжань.       — В этот раз соревнования проводит клан Цишань Вэнь, и они решили слегка изменить привычные правила: выше возраст участников, больше добычи, сложнее поля для участия, да и сами твари в этот раз будут на несколько порядков сильнее, чем все привыкли, — ответил Лань Хуань.       — Я тебя понял, брат, — кивнул Ванцзи. — И благодарен деве Вэнь за информацию. Я не буду первым. Не будем злить зверя раньше времени.       Лань Сичэнь мысленно выдохнул с облегчением. Лань Чжань мог отказать, ведь проиграть — значит показать, что твой клан недостаточно хорош. Тем более Ванцзи считается лучшим среди молодого поколения и это не просто слова.

***

      Вернувшись к себе, Лань Чжань занялся изучением остальных книг, привезенных из Юньмэн Цзян. Все они оказались написаны на том же секретном языке семьи Лань: две были о развитии золотого ядра для последователей пути света; три о целительстве и полезных свойствах растений и минералов; одна о создании различных видов оружия для скрытого ношения — к ней должны были быть чертежи, но Ванцзи не нашел ничего подобного; одна книга о пути тьмы, рассказывающая о воздействии на тело и душу ци ненависти и правильном выборе типа энергии для управления, и здесь же было прописано, что это лишь первая часть двухтомника, а во второй части приведены редкие практики и заклинания для тех, кто всё же выбирает управление ци ненависти, но вторая часть отсутствовала; два тома по совместной практике последователей темного и светлого пути — их Лань Чжань сразу отложил в сторону, не собираясь кому-либо показывать; а вот одна книжка вызвала в юноше смешанные чувства — это было практическое пособие по любовным утехам между мужчинами, между мужчиной и женщиной, между женщинами, а также близость с участием сразу по несколько человек. Последнюю книгу Ванцзи быстро пролистал, с громким звуком захлопнул и отложил максимально далеко от себя — он к такому не был готов. Лань Чжань, конечно, был осведомлен об этой стороне жизни людей, но в общих чертах. А вот картинок подобных никогда не рассматривал, да и не было у него друзей, с которыми он мог бы такое смотреть или которые бы ему дали весенний сборник для изучения в одиночку.       — Надо же, из всех книг прошлого лучше всего сохранилось именно это издание, да еще такое объемное, — проговорил юноша, глядя на отложенный в сторону фолиант и сравнивая его толщину с остальными книгами. — Но зачем мне его тоже отдали? Там переводить нечего, одни сплошные картинки с краткими пояснениями, — уже задумчиво произнес Ванцзи.        Определившись с книгами, которые отдаст брату для перевода и изучения, Лань Чжань спрятал оставшиеся в тайник под полом, где уже лежала замотанная в темную ткань шкатулка с бамбуковой флейтой внутри, набор специй из Юньмэна и несколько кувшинов вина «Улыбка Императора», купленного по дороге домой. Туда же добавил пару зелий с пометкой «Для облегчения пищеварения». Походив по комнате, Ванцзи вспомнил, что перед тем, как он улетел из Пристани Лотоса, Яньли подарила ему красную ленту с вышитыми на ней золотыми лотосами, сказав, чтобы Ванцзи подарил эту вещь своему любимому человеку. Никого на эту роль у него не было, поэтому Лань Чжань положил ленту в шкатулку к флейте и решил написать в письме Вэй Ину, что тот может ее повязывать, когда будет вновь в его теле. Собственно, у них с Вэй Усянем одно тело на двоих — ближе никого не найти.       Очередное письмо он сочинял поэтапно. Добавлял в него новые части почти каждый день. Порой всего по паре фраз, но постепенно послание становилось всё объёмнее, растянувшись уже на три листа. Если так дальше и пойдет, то оно не влезет в «Учение о благочестии». Подумав об этом, Ванцзи в этот раз написал, что теперь стоит оставлять письма в том самом секретном месте, отпираемым только жетоном-пропуском самого Лань Чжаня.

***

      Время до соревнований лучников пролетело мгновенно.       Дух Вэй Ина за это время ни разу не проявился, хотя Лань Чжань так скоро его и не ждал. Сейчас он посещал его гораздо чаще, чем в первые года, но всё же проходило минимум три месяца между появлениями.       Это было странным, но Ванцзи скучал по его рассказам и обрывкам воспоминаний. Написал в своем письме множество вопросов, но потом понял, что Усяню придется отвечать на них целый день. А когда же духу наслаждаться пребыванием в его теле? Лань Чжань подумал и добавил о том, что не обязательно отвечать на всё.       Под такие размышления Ванцзи добрался до площади в горах, где собирались участники соревнования. Представители клана Гусу Лань прибыли одними из первых и разбрелись по площади, рассматривая огромные барабаны, якобы сделанные из кожи древнего зверя.       Практически вместе с ними прилетели и адепты Цинхэ Не. Не Минцзюэ нарычал на младшего брата и, оставив его в одиночестве, подошел к Лань Цижэню и Сичэню, начав сразу что-то обсуждать.       Не Хуайсан, покрутившись около своих соклановцев непродолжительное время, направился к Ванцзи. Вежливо его поприветствовав, юноша пристально уставился на Лань Чжаня.       — Почему ты так на меня смотришь? — не выдержал Ванцзи.       — Хм… — вздохнул Хуайсан.       — Мгм? — непонимающе пробормотал Лань Чжань, а Не Хуайсан вновь тяжело вздохнул и запустил руку в рукав, извлекая оттуда белый конверт.       — Это тебе, — произнес юноша, протягивая конверт Ванцзи. Его рука слегка дрогнула при этом.       — Что там? — Лань Чжань не торопился брать в ладони странное послание.       — Я не читал. Попросили тебе передать.       — Кто?       — Да если бы я знал?! — вдруг воскликнул Хуайсан. — Бери! — и практически кинул письмо в грудь Ванцзи, тут же попытавшись уйти.       — Стоять! — Лань Чжань одной рукой поймал конверт, а второй крепко схватил А-Сана за плечо, не позволяя уйти.       — Я… Я ничего не знаю… — вдруг начал мямлить Не Хуайсан.       — Почему-то я тебе не верю, — сурово проговорил Ванцзи. — До начала соревнований время еще есть. Отойдем, пожалуй. Я тебя сейчас отпущу, но не вздумай сбежать.       — Какой ты жестокий, — уже нормальным тоном, проговорил А-Сан. — Обещаю, что не убегу.       Лань Чжань отпустил юношу, а тот, поправив одежду, извлек из-за пояса красиво расписанный веер, хлопнул им себе по ладони и с ожиданием посмотрел на Ванцзи.

***

      Они ушли недалеко от поля, найдя небольшую пещеру. Лань Чжань наложил заклинание, защищающее от подслушивания, и приготовился услышать ответы на заданные ранее вопросы.       — Лань Ванцзи, клянусь, я понятия не имею, кто написал это письмо, — раскрыв веер и обмахнувшись им пару раз, произнес А-Сан. — Позавчера утром я проснулся с головной болью и обнаружил, что абсолютно не помню предыдущий день. Вместе с тем, ближе к вечеру того же дня, в шкафу, где я храню принадлежности для рисования, я нашел два конверта — один адресован мне, второй — тебе. В письме для меня было написано, чтобы я лично передал конверт тебе, ни в ком случае не заглядывая внутрь. Я это сделал. Ты знаешь, что или кто это было?       — Ты точно хочешь получить на это ответ? — строгим тоном спросил Ванцзи.       — Не знаю, — протянул Хуайсан. — Это было слишком странно. Брат говорит, что я напился до чертиков. Потом бегал по крепости и рассказывал всем, что я великий темный заклинатель прошлого, а Вэнь Жохань больной ублюдок, недостойный жизни. Брат, конечно, в последнем высказывании был со мной согласен, но всё же подобное поведение, даже в стенах крепости, для меня не приемлемо. Меня наказали, но я этого тоже не помню. Судя по болезненным ощущениям в коленях, мне пришлось стоять на мелких камнях.       — Не Хуайсан, если подобное с тобой повторится, я расскажу, что это. Если же нет, то тебе лучше и не знать, — ответил Лань Чжань.       — Хм… Лань Ванцзи, своими словами ты лишь заинтересовал меня, но я не буду настаивать. Я не понимаю, что это было или кто это был. Еще и письмо… То, что было для меня. Знаешь, я последую совету, который там написан. Это будет интересно, — проговорил А-Сан.       — Думаю, нам пора возвращаться, — выслушав Хуайсана, произнес Ванцзи.       — Согласен. Цзян Чэн уже тоже должен прийти.       Уже идя обратно к месту сбора, Лань Ванцзи не удержался и задал А-Сану несколько смущающий вопрос.       — Не Хуайсан, а ты и Цзян Чэн… Вы только целовались? Или… — не завершил свой вопрос Ванцзи.       — Или «что»? — спрятав за тканью веера улыбку, спросил А-Сан.       — Мгм… нет, ничего, — отрицательно мотнув головой, произнес Ванцзи. О подобном спрашивать нельзя. Он только что нарушил еще одно правило.       — Лань Ванцзи, а Цзян Чэн прав, говоря, что ты отличаешься от остальных адептов своего клана, — хитро ухмыльнувшись, произнес Не Хуайсан. — Я отвечу на твой не произнесенный вслух вопрос: мы только целовали друг друга, но… везде, — и в глазах юноши словно полыхнуло пламя на этих словах. Обмахнувшись пару раз веером, он покинул Ванцзи, оставшегося стоять на месте.       — Это как «везде»? — проговорил ему в спину Лань Чжань, но А-Сан не обернулся.

***

      Имя на конверте было написано до боли знакомым почерком. Хотелось прочитать его сиюминутно, но нельзя. Спрятав письмо в мешочек цянькунь, Лань Ванцзи откинул все мысли прочь и приготовился соревноваться. Пусть он не будет в этот раз первым и надо следить, чтобы не увлечься охотой и случайно не обойти ненавистного Вэнь Чао.       Девушки и юноши вошли на территорию разных полей для охоты. Лань Чжань подумал о том, что у Вэнь Жоханя нет дочерей, и Цзян Яньли сможет занять первое место. Он был рад за эту чудесную девушку. Ее жених тоже хорошо стреляет, но ему не превзойти Ванцзи.

***

      Злые духи, с нанесенными на их лбы мишенями, в этот раз действительно были очень сильными. И чем глубже внутрь поля Ванцзи уходил, тем более мощные и озлобленные твари ему попадались.       — Это неправильно, — прошептал юноша, убив очередного лютого мертвеца. Подобных монстров здесь вовсе не должно быть, ведь это соревнования, а не ночная охота. Обычный адепт его возраста или младше и не справился бы даже. В таком возрасте юноши и девушки обычно охотятся на тварей среднего уровня.       Присев около поверженного врага, не обращая внимания на расцветший в небе герб Гусу Лань, Ванцзи принялся рассматривать монстра. И вдруг увидел, что на его шее нанесены какие-то символы. Откинув кончиком стрелы в сторону спутанные волосы мертвеца, скрывающие часть написанного, Лань Чжань осознал, что подобных заклинаний он никогда не видел, хотя пару линий и показались знакомыми, но вот где именно он их видел, юноша не вспомнил.       — Лань Ванцзи, тебе так сильно понравился этот мертвец? Согласен, он прекрасно сохранился, — раздался вдруг за спиной визгливый голос. — Могу тебе хоть два десятка таких прислать. Развлекайся в свое удовольствие! — отвратительные слова были подкреплены столь же омерзительным хрюкающим смехом.       — Вэнь Чао, — прошипел Лань Чжань, вставая и поворачиваясь к младшему сыну Вэнь Жоханя.       — Какая неожиданная встреча! — воскликнул тот в ответ. Молодой мужчина оказался не один, а в сопровождении нескольких слуг-воинов.       — Ты нарушаешь правила, — холодно ответил Ванцзи. — Нельзя иметь сопровождающих.       — Да ладно?! Мое поле — мои правила, — ехидно произнес Вэнь Чао.       Лань Чжань не удостоил его ответом и, развернувшись, направился вглубь каменного леса, где ощущалось большое скопление тварей. Пусть он и не будет первым в этом соревновании, но хотелось проверить, что же там происходит. Вдруг какой-нибудь отчаянный лучник добрался сюда и не справился с порождениями тьмы. Увиденные ранее монстры заставляли быть начеку. Если с ними с трудом справился он, то другим будет сложнее, и они могут получить травмы, а лекари сюда будут добираться долго.       — Ты куда пошел? Как ты смеешь игнорировать меня?! — прокричал Вэнь Чао вслед Ванцзи. Не получив ответа, мужчина криво улыбнулся и кивнул своим слугам, переводя взгляд на уже скрывшегося за скалой Лань Чжаня. — Выскочка. Думаешь, ты самый сильный? Посмотрим, как ты себя будешь вести после этих соревнований.       За несколькими большими камнями, стоящими чуть поодаль, что-то стукнуло, словно оступился на мелких камнях человек, но никто из присутствующих не придал этому значения.