4
25 мая 2022 г., 01:14
Лань Ванцзи был талантливым и одаренным юношей, способным в одиночку противостоять множеству врагов, будь то живые люди или лютые мертвецы. Он знал множество заклинаний, начертаний всевозможных символов для создания артефактов и защитных полей, обладал хорошей выносливостью и сильным не по годам развитым золотым ядром. Но из-за множества правил, которым ему приходилось свято следовать с раннего детства, юноша оказался не способен предположить, что неожиданный враг попытается его убить не в честном поединке, а подло, подстроив несчастный случай. Ванцзи знал, что среди людей, стремящихся к власти, постоянно происходят стычки, плетутся интриги и случается много чего другого крайне неприятного. Но он сам никогда не стремился идти по этому пути. Для него всегда было самым важным защитить простых людей от порождений тьмы, чтобы подконтрольные Гусу Лань земли процветали, а вместе с этим и его клан становился богаче и сильнее.
Лань Чжань почувствовал ловушку в последнее мгновение, когда было уже поздно что-либо предпринимать, и заговоренные стрелы, выпущенные помощниками Вэнь Чао, что прятались под сложными скрывающими полями, всё же попали в него. Благодаря отточенной реакции, он получил ранения не в сердце и золотое ядро, а в ноги. Вот только простреленные бедро одной ноги и икра другой плохо способствовали быстрому передвижению. Пусть собственная ци сразу принялась за лечение, но инородные предметы требовалось извлечь, да и исцеляющее зелье не помешало бы принять, но Лань Ванцзи это просто не позволили сделать. Люди Вэнь Чао вышли из-под скрывающих их полей и приготовились еще раз выстрелить, чтобы завершить начатое.
— Вы понимаете, что делаете? — глядя снизу вверх на адептов Цишань Вэнь, спросил Лань Чжань.
— Абсолютно, — криво усмехнувшись, ответил один из мужчин. В это мгновение за ближайшими камнями раздался быстрый топот нескольких десятков ног и послышалось утробное рычание. — Нужно уходить. Они добрались сюда слишком быстро.
— Если бы ты целился лучше, нас бы здесь уже не было, — зло ответил второй мужчина.
— Кто бы говорил, — столь же резко огрызнулся первый, убирая лук за спину, а стрелу обратно в колчан. — Добивать незачем, его и так сейчас сожрут. Уходим! — проговорил, разворачиваясь и направляясь в противоположную от нарастающего звука сторону.
Они не успели уйти, мертвецы наступали со всех сторон, и адепты Цишань Вэнь вместе с Ванцзи оказались зажаты тварями со всех сторон. Привлеченные кровью юноши, они почему-то не сразу кинулись на него, а прежде начали нападать на еще живых людей, словно понимали, что раненый никуда не денется, а два здоровых мужчины, что так аппетитно пахнут свежей человечиной, будут хорошим дополнением к их пиршеству.
Лань Чжань достал из цянькунь в рукаве защитный талисман и активировал его, скрывая себя от мертвецов. Вдруг потеряв ароматный источник свежей крови, те истошно взвыли и с удвоенной силой набросились на адептов Цишань Вэнь. Люди не смогли справиться с толпой тварей и были растерзаны в клочья, обильно орошая кровью серо-коричневую каменистую почву.
— Почему их так много? Почему они такие сильные? — сам у себя спросил Ванцзи. На этих мертвецах не было символов мишеней. Но неучтенные не смогли бы самостоятельно проникнуть на поле для соревнований, ведь обычно подобную территорию перед тем, как разместить на ее площади подготовленных тварей, зачищают и буквально укутывают по периметру тысячами амулетов, сплетая сильнейшее защитное поле. Напрашивался только один вывод — их разместили здесь специально, возможно заранее где-то спрятав, для одной конкретной цели — скрыть следы преступления. Но у Лань Чжаня не укладывалось в голове, что Вэнь Чао так сильно разозлился за проигрыш в прошлом году. Просто, глупо мстить таким изощренным способом. Или эти твари предназначены для кого-то другого? Возможно, вовсе для иных целей находятся здесь, а Вэнь Чао использовал их на свое усмотрение. Но ответ Ванцзи вряд ли получится узнать, ведь мертвецы, доев двух мужчин, начали рыскать по округе, пытаясь отыскать его и у них были все шансы в итоге обнаружить желанную добычу. Защитный талисман был у него всего один, ни клинка, ни гуциня с собой нет, а луком без стрел, что высыпались из колчана, когда он падал, и были изломаны десятками ног, сильно не навоюешь. Какое-то количество получится убить чистой ци, но при таком использовании энергии ядра на долго не хватит.
Приняв единственное верное решение в этой ситуации, Лань Чжань извлек их рукава сигнальный огонь и запустил его в небо. Уметь просить помощь тоже надо, особенно когда она действительно требуется.
Сигнал растворился в нескольких вспышках с символикой ордена Цишань Вэнь, говорящих, что кто-то успешно попал в мишени. Ванцзи даже не сомневался в том, кто этот стрелок. Оставалось лишь надеяться, что кто-нибудь заметил его призыв о помощи.
Едва погасли последние отблески огней, с ближайшего выступа скалы вдруг кто-то начал стрелять по мертвецам, умело поражая их в голову. Твари падали друг за другом, а оставшиеся начали осматриваться, ища того, кто посмел напасть на них. Лань Чжань в очередной раз пораженно отметил, что эти мертвецы отличаются от обычных, словно обладают зачатками разума.
Лучник-невидимка, помимо метких выстрелов, еще и быстро перемещался по крутым уступам скал, отправляя стрелы с разных точек. Мертвецы метались, выли, но их неумолимо становилось меньше. Когда осталось всего три твари, они сбились в кучку и, подняв головы к небу, что слегка заволокло тучами, гортанно закричали. Этот звук был пронзительным, был жутким, давящим на сознание и путающим мысли. У Лань Ванцзи закружилась голова. Он бы подумал, что от кровопотери, но раны от вытащенных между делом стрел юноша уже успел запечатать своей ци и кровь не лилась. Перед глазами встала пелена и он обессиленно упал на бок, хотя до этого умудрился подползти к камню и опереться спиной об него. Замутненным зрением и краем угасающего сознания Лань Чжань успел увидеть, как со скалы упал юноша, почти мальчик, роняя стрелы из колчана и ломая при падении свой лук.
— Вот и таинственный стрелок, — пронеслось в угасающем сознании Ванцзи — Смогу ли я сказать ему спасибо за помощь? — едва он об этом подумал, как перед взором появилось нечто, отдаленно напоминающее огромную черную кошку. Существо размером с трех быков было истерзано, на лбу горел алым светом странный символ. Тело всё сплошь в рванных ранах и жутких ожогах. — Видимо, не успею, — уже вслух прошептал Лань Чжань и окончательно потерял сознание.
***
Юный Вэнь Нин практически ничего не помнил после того, как мучимый страшным ревом мертвецов, упал со скалы. Лишь два коротких эпизода удалось ему извлечь из памяти. Первый, когда он на мгновение открыл глаза и увидел Лань Ванцзи, дерущегося с жуткой тварью. Глаза адепта Гусу Лань сияли красным цветом, этот свет словно вытекал из его глаз, следуя за движениями головы и взвиваясь в воздух алыми всполохами. Второй, когда тот же самый Лань Ванцзи усаживал его под деревом, растущим далеко за пределами поля для соревнований и говорящий о том, что его, Вэнь Нина, на соревнованиях не было и он ничего не видел. В руках у Вэнь Нина остался необычный защитный талисман, что ему оставил Лань Ванцзи.
***
Вэй Усянь наслаждался прекрасным вином и изысканными яствами. В этот раз ему довелось попасть в тело пожилого лорда из западной страны, что имел слабость к хорошему алкоголю и вкусной еде. Женщин этот мужчина тоже любил, но Вэй Ин предпочитал избегать подобных контактов, пребывая в чужих телах. Кто знает, чем выльется подобная интрижка для сосуда. Он покинет приютившее его тело, а человеку потом жить с последствиями игр Вэй Ина. В какой-то момент он задумался о том, передал ли Не Хуайсан Лань Чжаню письмо. Немного поразмыслив, дух сделал вывод, что уже должен был передать, ведь примерно сегодня будет проходить то самое соревнование лучников, что так ждали все юные заклинатели, и Хуайсана его старший брат в любом случае туда потащит. Вспомнив похождения в крепости клана Не, Вэй Усянь лукаво улыбнулся. Ему было весело, а наказание за пьянку и легкий дебош Хуайсану не повредило. Этот юноша хитер и умен, но несколько не уверен в том, что должен настаивать на своем выборе, отказываясь следовать правилам клана. Вэй Ин не удержался и оставил ему несколько советов. Если прислушается к мнению опытного древнего духа, то быть ему лучшим среди интриганов в мире заклинателей этой эпохи. Не Хуайсан обладает острым умом, умеет быстро анализировать ситуацию и делать правильные выводы, предлагая оптимальные решения задач. Вэй Ин уже не в первый раз попадает в Нечистую Юдоль и успел понаблюдать за этим юнцом. И лишь авторитет брата не позволяет ему проявить себя в полной мере. А Не Минцзюэ слишком зациклен на воинском искусстве и владении саблей. Такой путь юному Хуайсану не подходит. Его ядро и силу следует развивать несколько в ином направлении.
В последнее время Вэй Усянь заметил, что чем больше он думает об определенной территории, тем чаще вновь приходит в ту местность. Постоянные мысли о Лань Чжане, к сожалению, так не сработали, сколько бы он о нём ни думал. Но позже Вэй Ин сам себя остановил, ведь если будет раз за разом бывать в теле Ванцзи, то, когда сам юноша жить будет? Усянь желал не этого. Дух осознавал, что хотел бы стать Лань Чжаню близким другом, но никак не занять его место. Хотелось бы сделать вместе с ним всё то, что обычно Вэй Усянь делает при случае в одиночку: сходить на рыбалку, на охоту, посетить озерный край, где раскинулась Пристань Лотоса, потренироваться вместе… заняться парным совершенствованием. Последнее особенно было желанно, ведь Вэй Ин никогда не практиковал подобного, но видел его результаты у других заклинателей своего времени. Каких бы высот они с Лань Чжанем достигли, пойдя этим путем?
Мысли о Лань Ванцзи почему-то заставили тело дрожать. Чем больше Усянь думал о нём, тем больше в эту ночь поднималось беспокойство в душе.
— Что-то происходит, — обеспокоенно произнес Усянь. Руки сосуда дрожали и явно не от выпитого вина. Мужчина хоть и был пожилым, но обладал крепким здоровьем. Вслед за руками пошла дрожь и по телу, словно вселившегося духа и носителя что-то пыталось разделить. Мысли метались от происходящего с телом до странного беспокойства о Лань Чжане. — Мне нужно к нему, в его тело… — произнес Вэй Ин, пугая служанку, что пришла к своему лорду, дабы сопроводить отдыхать.
Когда тело упало на пол и забилось в конвульсиях, Усяня вырвало из этого сосуда и перенесло в тело Ванцзи.
Увиденное ему абсолютно не понравилось.
***
В самом центре каменного леса, что был выделен под проведение соревнований, огромная тварь, отдаленно напоминающая представителя семейства кошачьих, примеривалась целиком проглотить парочку юношей, лежащих без сознания. Едва она приготовилась сделать это, как один вдруг раскрыл глаза и на тварь взглянула сама первородная тьма. Существу показался этот взгляд и сила знакомыми, но воспоминание растаяло в пульсирующем в мозгу приказе «всех сожрать». Более мелкие твари, подчиняющиеся хозяину, призвали ее, и она пришла, увидев два лакомых кусочка, сочащихся такой вкусной светлой ци. Нет ничего важнее исполнения приказа, особенно такого.***
На его любимый сосуд напали. Явно всё было подстроено, ведь просто так Лань Чжань бы не получил ранение в ноги. Взглянув на тварь, что приближалась сейчас к нему, Вэй Ин призвал первородную тьму и укутал ею поврежденные конечности, мгновенно исцеляя их, ведь тьма и свет в своем объединении и не такие чудеса творить могут. Он мог убить это существо щелчком пальцев, но Вэй Ин узнал ее. Когда-то давно, ему довелось встретиться с повелительницей всех кошачьих. Создание, что отвечало за всех кошек мира. Одно время она жила в стране, что сейчас лежит в руинах, засыпанных песком, а во время юности Усяня, поселилась в местных горах вдали от людей. Она была доброй, любящей своих подопечных, лаской отвечающая хорошим людям, даже пребывая в уединении. Юный Вэй Ин во время охоты на дикого кабана, случайно наткнулся на нее. Он не испугался и поделился добычей, желая задобрить странное создание. Она приняла его дар и позволила себя погладить, а после и вовсе решила заговорить. Вэй Усянь еще много раз приходил в эти горы, чтобы пообщаться с ней. Эта дружба была удивительной, ведь она по сути своей являлась божеством, что появилось в этом мире в момент его сотворения. Как многие другие божества она не обладала безграничной силой или властью, но все кошачьи этого мира подчинялись ей и любили ее. А сейчас Вэй Ин видел ее израненной, с подавленной силой и сознанием. Ее не смогли убить, но запечатали все меридианы и божественную суть, тем самым постепенно превращая в демона. Демона, которого смогли бы полностью контролировать. Чтобы разрушить печать, блокирующую ее сознание, Вэй Ину пришлось продолжительное время драться с кошкой. Он не желал повредить ее тело еще больше и пришлось быть предельно осторожным, особенно учитывая, что и тело Лань Чжаня ни в ком случае нельзя ранить. Будь Вэй Усянь в своем теле, было бы гораздо проще, но хорошо было бы, будь вместо Лань Ванцзи заклинатель, практикующий путь первородной тьмы, но о подобном мечтать вовсе не приходилось. Когда наконец-то печать удалось разрушить, кошка упала без сил. Мутный взгляд начал проясняться и в зеленом взгляде отразилась боль и узнавание. — Вэй Усянь… это ведь ты? — пронеслось в голове Вэй Ина. — Я, — так же мысленно ответил ей дух. — Меня… я… не помню, — прошелестело в мыслях Усяня. — Не напрягайся, я отнесу тебя в безопасное место, — ответил Вэй Ин, а кошка прикрыла глаза, соглашаясь. Призвав первородную тьму, Вэй Ин укутал ею Вэнь Нина и старую знакомую, поднимая их в воздух. После этого создал портал, перемещая их всех далеко за пределы поля для соревнований. Сперва позаботился о юноше, оставив ему тут же созданный из листа дерева защитный талисман, а сам вместе с кошкой перенесся дальше, туда, где когда-то учился управлять первородной тьмой.***
Глубоко под землей, в одной из древних пещер плещется озеро тьмы. Она клубится, извивается туманными щупальцами, вздыбливаясь над темной поверхностью. Тьме всё равно какой вид иметь, но тот, кто однажды пришел сюда, сказал, что ему так привычнее, хотя всё равно выбор за ней, ведь она первооснова. Первородной тьме не сложно подыграть человеку, и она приняла облик, что он пожелал. Этот человек был учтив, честен и открыт душой и сердцем этому миру. Он любил этот мир и желал ему процветания и вечного развития. Того же, что и она сама. Тьма щедро наградила этого смельчака, спустившегося столь глубоко. Ни один из людей не осмеливался сюда приходить, они лишь брали крохотные ее частички на поверхности и были довольны, считая себя чуть ли не богами. Тьма знала, что те, кто обращаются к свету, ведут себя так же. Того смельчака давно не было. Пусть для первородных сил течения времени нет, но у мира сменились эпохи, а его всё не было. Тьма знала, что его душа всё еще в этой реальности, но почему-то едва касается ее силы.***
Вэй Ин не предполагал, что ему придется вновь сюда вернуться. Да и силой тьмы он давно не пользовался, но пришлось… Едва оказавшись в пещере, Усянь поприветствовал источник первородной энергии и направился к месту, где много раз медитировал, учась управлять ци. Уложив кошку на плоский камень на берегу озера тьмы, он и сам присел перед ней. Разблокировал меридианы, помог залечить раны. — Тебе следует остаться здесь, тьма поможет восстановить тело. После посети источник первородного света. Ты создана в переплетении тьмы и света, они же тебя и защитят. У меня много вопросов, но не буду тебя сейчас ими пытать. Отдыхай. Лишь скажи, кто стоит за всем этим? — спросил Вэй Ин. — Их несколько… но ведут всех люди с именами Вэнь Жохань и Цзинь Гуаншань, — ответило древнее создание. — Благодарю за ответ. Мне следует вернуться, я не хозяин этого тела. — Вэй Усянь, что с тобой случилось? — Я расскажу при следующей встрече, — ответил Вэй Ин, поднимаясь с места. — Я вижу, что это тело лишь временный сосуд для твоей души. Почему ты не создашь себе новое тело сам? Или не заберешь его у какого-нибудь плохого человека? — Я не имею права создавать подобное, как не стану у кого-то забирать то, что принадлежит только ему. Да и не властен я над этим проклятием, даже если бы захотел. — Всё такой же… честный и чистый, — прошелестел в голове Усяня ответ. — Неужели нельзя снять проклятие? — Он заплатил за его исполнение своей жизнью. Правила были соблюдены, — ответил Усянь. — Непреложных правил мало, но они существуют. — Вэй Усянь, — обратилась кошка вновь к нему, когда Усянь уже почти активировал портал, — дай мне имя, привяжи меня к себе. Вэй Ин замер. — Ты существуешь со времен сотворения мира. Зачем тебе подобное? — удивленно спросил он. — Если у меня будет хозяин, подтвержденный магической клятвой, то никто более не сможет управлять мной, — ответила кошка. — Что ты хочешь взамен? — Чтобы ты оставался таким же, как и прежде. Честным и чистым в своих помыслах. — Необычные условия, но выполнимые. Но ты же понимаешь, что и Лань Чжань, владелец этого тела, будет частично тебе хозяином? — поинтересовался Вэй Ин. — В полной мере понимаю. Он такой же, как и ты. Я чувствую его душу. Она сейчас спит, но ее легко прочитать, — проговорило древнее создание. — Я услышал тебя, — проговорил Усянь и начал зачитывать текст древней магической клятвы верности. Слова древнего языка произносились вслух, они разлетались по пещере, сливались с первородной тьмой, создавая самую крепкую магическую связь в этом мире. — И имя тебе отныне «Шучун», что означает «справедливая чистота». Принимаешь ли ты это имя? — Принимаю, — просипела кошка вслух, едва приоткрыв пасть. Она сотнями лет не использовала человеческую речь вслух, но для завершения клятвы произнести это слово было важным. Имя сложилось в символы языка, что более никто не знает, и оно осело на лоб древнего создания, впитываясь в него. — Теперь мы связаны. Отдыхай, — Вэй Ин подошел к ней и провел рукой по огромному пушистому лбу. *** Он вернулся на место битвы за несколько мгновений до того, как туда прилетел Лань Сичэнь в сопровождении Не Минцзюэ, Мэн Яо и самого Вэнь Жоханя. Последний выглядел не менее удивленным, чем остальные. Отметив его шокированный взгляд, Вэй Ин понял, что глава клана явно к этому не причастен, да и не будет он чем-то подобным заниматься, а значит остается только один из его мерзких сынков. Но Вэнь Сюю нет дела до мелких склок, он помешан на сражениях не меньше, чем Не Минцзюэ, поэтому остается только Вэнь Чао. — Лань Ванцзи, ты цел? — спросил Лань Сичэнь первым делом, едва спрыгнув с меча. — Да… я… со мной вроде бы всё в прядке, — устало прошелестел Вэй Усянь. Он должен выглядеть максимально уставшим. И благо успел стереть следы использования первородной тьмы. Лишние вопросы ни к чему. — Что здесь произошло? — спросил Не Минцзюэ. — Они словно из-под земли появились. Здесь недалеко были два адепта Цишань Вэнь, но их разорвали твари, хотя они смогли многих убить, — соврал Усянь, — оставшихся добил я. — Мы разберемся в произошедшем, — спокойным тоном проговорил Вэнь Жохань. — Здесь следует прибраться, — и в тот же миг всё на поле боя сгорело. Вэй Усянь подумал, что, пытаясь скрыть причастность своего сына, а заодно и результаты своих экспериментов, Вэнь Жохань тем самым помог и Ванцзи утаить факт, что тот своими стрелами никого не убил, ведь все мертвецы были уничтожены Вэнь Нином. — Но зачем всё сжигать? — удивленно спросил Сичэнь. — Это же улики. — Это мусор, — отмахнулся Вэнь Жохань. — Виновных мы здесь не найдем. Вернемся обратно.***
Пытаясь утаить инцидент, Вэнь Жохань присудил первое место Лань Ванцзи, повернув дело так, что якобы у них на поле был предусмотрен особенно сложный этап, который сумеет пройти только сильнейший лучник. Второе место отдали Вэнь Чао, третье поделили между собой Цзян Чэн и Цзинь Цзысюань, четвертое занял малоизвестный лучник из Цишань Вэнь. Среди девушек ожидаемо первое место заняла Цзян Яньли, второе разделили две девушки из Гусу Лань и Цишань Вэнь, а четвертое заняла адептка из ордена Ланьлин Цзинь. Сичэнь и Минцзюэ не стали настаивать на разборе произошедшего, сделав вид, что принимают правду, поданную Вэнь Жоханем. Он, конечно, им вряд ли поверил, но не время создавать лишние стычки. Вэй Усянь провел остаток дня и вечер, стараясь не привлекать внимание. С облегчением выдохнул, когда заметил проскользнувшего мимо побитого Вэнь Нина, что, боязливо оглядываясь, просочился сквозь толпу и, переговорив с сестрой, исчез в неизвестном направлении. Это произошло во время банкета, где чествовали победителей. В иной раз Вэй Ин бы насладился мероприятием, но не сегодня. Сегодня он думал о том, как ему организовать более плотное общение с Лань Чжанем. Усянь чувствовал, что ему нужно быть здесь, рядом с этим человеком. Возможно, ему сможет помочь Шучун, если захочет конечно.
