Never mine

«Я бы хотел жить в мире, где ты можешь быть услышан. Где ты можешь рассказать о том, что тебя тревожит и столкнуться с пониманием, а не скандалом…» Ночь. Тишина. Медленно летящие к земле хлопья прекрасного чистого снега. «Четыре часа, самое время для разговоров, да?..» Твик быстрым шагом пробирался по заснеженному тротуару, нарушая покой и умиротворение темных улиц. Редкие фонари освещали его путь теплым желтоватым светом. Было немного жутко, беспокойно бродить одному по городу, но казалось, что цель того стоит. Что этот разговор должен состояться любой ценой. «Любой ценой!..» Холодно. Юноша совсем не учел, что ночами в Южном Парке температура опускается еще ниже и даже в плотной флисовой толстовке он практически сразу замерз. Ветер так и норовил пробраться под капюшон к мокрым волосам, зачесанным назад, покрывая их инеем. Сейчас он даже немного жалел, что не носил всегда какую-нибудь дурацкую шапочку, как НЕКОТОРЫЕ. Снег налипал на кеды, быстро тая от тепла. Это раздражало, вызывало подобие зависти к Такеру, который, умная скотина, и берцы носил, и шапку, и теплую куртку с меховым капюшоном. Ему то конечно будет не холодно блуждать ночью, вот зараза!.. Злость хотя бы немного отвлекала от холода, Твик шел очень быстро, протаптывать путь по свежим сугробам. Впереди уже виднелась лесная тропа, похожая в ночном свете скорее на дорогу в ад, чем на путь к прекрасному озеру. По крайней мере, прекрасному днем. На тропе не было ни одного источника света. Окружавшие деревья выглядели жутко, словно после пожара, словно чудовища поднявшиеся с того света. Сердце замирало от одной мысли НАСКОЛЬКО здесь небезопасно. Бомжи, наркоманы, доктор Мефесто, люди-крабы, ГНОМЫ! АБСОЛЮТНО КТО УГОДНО МОГ ОКАЗАТЬСЯ В ЛЕСУ НОЧЬЮ. Твик дышал через раз, с ужасом смотря по сторонам, боясь не услышать лишнего шороха, лишнего, не своего, шага. В горле стоял ком, где-то внутри все скручивалось узлами, казалось, что один резкий звук и сердце остановится от страха. Настолько юноша был напуган, настолько чувствовал себя небезопасно. Посторонних мыслей не было. Только добраться до своей цели, только это твердо звучало в голове. Не впадать в истерику или желать сдохнуть, а встретится с Такером и все обсудить. За деревьями уже виднелось озеро — тихая водная гладь, немного зловеще отражающая лунный свет. Твик ускорился, желая поскорее оказаться на открытой местности, а не среди жутких деревьев. Сердце бешено колотилось от ужаса, от снова накатывающей злости на Крэйга. Он что, хотел этим показать, что умирать страшнее, чем жить?! Вот скотина! Твик сделал глубокий вдох, морозного воздуха, колющего все внутри. После быстрого дыхания от страха это показалось пьянящим, немного болезненным, но все же успокаивающим. Надо взять себя в руки. Здесь нет ничего страшного. Обычный лес. Обычный пруд. Обычная встреча в 4 часа ночи, НУ ЧТО МОЖЕТ ПОЙТИ НЕ ТАК?! Юноша сел на одинокую скамейку, которая чудом была не заснежена, стараясь прийти в себя, вспоминая давно заброшенные духовные практики, чтобы совладать со своей паникой. «Успокойся… успокойся…» Повторял он себе, стараясь даже не задумываться ни о чем лишнем. Даже забыть о холоде. В Южном Парке всегда холодно, соберись. Не нужно думать о морозе, о злости тоже не стоит, лучше подумать о чем же все-таки будете говорить. Опять психовать не вариант, это можно делать и перед зеркалом, раз уж разговор — надо говорить с оппонентом, а не со своей ненавистью. Не с самим собой, не со своими демонами в голове, а с человеком, за которого ты переживаешь, проклиная свои эмоции. Глубоко выдохнув, Твик наконец устроился покомфортнее, расслабляясь, успешно справляясь со своими чувствами. Не надо психовать, надо быть адекватным, разумным человеком. Че-ло-ве-ком, понял? «Так тихо, так спокойно, все же это неплохое место. Пусть и немного холодное, зато ни души, ни шороха…» Эту умиротворенную мысль прервало тяжелое касание чужой руки на плечо. Теплое, аккуратное, но все равно напугавшее до ужаса, до замирания сердца, до вскрика. Блондин резко подскочил с места оборачиваясь. Позади стоял Крэйг, подошедший так тихо, словно кот. Как это вообще было возможно в такой обуви? Не издать ни звука на скрипучем свежем снеге. На мгновение Твику даже показалось, что он не настоящий, галлюцинация, мираж, жестокая шутка разума… Сейчас он растворится в воздухе, а Твик выяснит, что в очередной раз потерял сознание от усталости. Но Такер был реальным. Обеспокоенным взглядом он смотрел на блондина, сожалея, что заставил его так ужаснуться. Конечно, поиздеваться над человеком, которого не любишь увлекательно, но тоскливой и одинокой ночью это было чересчур. Ночью плохо и без того, плохо... -Не хотел тебя напугать. — Тихо произнес Крэйг. Тон его звучал совершенно непривычно, словно это был какой-то другой Крэйг, не тот же самый, что и днем. Без надменности, без цинизма, лишь с легкой хрипотцой, которой раньше Твик ни разу не замечал. Это делало его каким-то уютным, голосом живого человека, а не бездушной скотины. Твик быстро дышал, пристально смотря на Крэйга словно дикий зверек, так и готовый атаковать для защиты своей жизни. Несмотря на то, что он прекрасно осознавал кто перед ним, аффект мог сыграть свое и юноша мог бы навредить себе или оппоненту совершенно не желая этого на самом деле. Осторожным медленным движением, Крэйг снова положил руку на его плечо, надеясь успокоить. Чуть сдавливая плечо через толстовку, вынуждая почувствовать тепло своих рук. -Все хорошо, это я. — Терпеливо произнес он. — Тут действительно немного страшно, но ничего не случится. Размеренный негромкий голос действительно успокаивал. Более того, слушать Крэйга было гораздо приятнее, чем читающего нотации психолога, вся работа которого — это буквально тебя успокаивать. Осторожно Твик кончиками пальцев коснулся его ладони на своем плече, словно перепроверяя, что ему не кажется. По руке Крэйга скользнули ледяные замерзшие пальцы. Миг помедлив, он осторожно убрал руку, обходя скамью и становясь напротив. -Я понял, тебя лучше не пугать. — Рассудительно произнес Крэйг. — Долго ждешь? Немного небрежно он достал пачку сигарет из кармана, на этот раз не пытаясь ее от кого-то прятать и при помощи измученной жизнью зиппы закурил. «Какой ценой?..» В этих жестах так и читался стресс циника, то как он сам испугался, хотя и не подал виду, как ему было тяжело проявлять подобие заботы, когда ты сам чувствуешь себя совершенно не лучше. Когда каждое слово, каждый жест ты выжимаешь из себя силой, потому что?.. Почему? Потому что ты такой же разбитый и несчастный мальчишка в этом жестоком мире? Потому что ты не хочешь быть на его месте? Или потому что ты УЖЕ на его месте? «Какой ценой?..» Руки бесконтрольно тряслись и Крэйгу изо всех сил хотелось верить, что оппонент спишет это на холод, ДА ТОЛЬКО ЭТОГО НЕ БУДЕТ. «Какой… ценой?..» Твик внимательно смотрел на Такера, как дрожали его пальцы, сжимая сигарету, как жадно он вдыхал никотин, надеясь унять биение своего сердца. Как он превозмогал себя каждую секунду от одного факта, что явился, а не послал сразу нахер. «Какой… ценой?..» Не по себе становилось от того, насколько же он похож на тебя самого. Ему так же, точно так же хреново. Он так же, точно так же не может справиться со своими эмоциями. Главная, болезненно отзывающаяся внутри разница в том, что он никогда не произнесет этого вслух. Как бы ему не было плохо, как бы его самого не накрывала истерика он всеми силами постарается умолчать об этом. Будет делать себе больно, терзать свое несчастное тело, но не позволит себе срываться на истерики. Не будет рыдать навзрыд или кричать как его все достало. Нет. Просто однажды намеренно полоснет глубже обычного. Не станет бояться. Не станет останавливать кровь. Он не будет устраивать сцен и давать хотя бы повод его остановить. Сделает все тихо, расчетливо и вот тогда-то все и узнают сколько боли копилось внутри этого «хулигана» и «социопата». Как он превозмогал себя каждый день, но однажды просто не выдержал. «Какой ценой?..» Сердце Твика сжималось, от боли за этого мальчишку, от одного вида его расшатанных нервов, от мольбы о смерти в глазах. Никто, никто не должен испытывать этих чувств, ты знаешь это как никто другой, каким бы хреновым человеком он не был, НИКТО не должен испытывать этого. -Нет. — Наконец тихо ответил Твик. — Спасибо, что пришел. Крэйг смотрел на него точно таким же измученно-снисходительным взглядом. Осознавая, что если Твик написал, то сначала сделал себе очень-очень больно, в попытке это превозмочь, но все равно не смог, не сумел справиться с чувствами. Проклял тебя, себя, всю эту жизнь, каждую клеточку своего тела, каждую молекулу этого чертового мира!.. И от этого ему настолько, настолько плохо и ты ЗНАЕШЬ это!.. Что он так же, точно так же был на грани резануть глубже, сорваться на крик за запертой дверью, и, пусть и превлеча к себе внимание, рассчитать момент точки невозврата, когда бы его не успели спасти. Никто, никто не должен этого чувствовать, как бы ты не проклинал этого человека… -Что тебя так беспокоит? — Взволнованным тоном спросил Крэйг. — Что-то очень серьезное вынудило тебя написать мне. Он делал глубокие затяжки, словно курил последний раз в жизни, желая напоследок прочувствовать каждой клеточкой тела убийственный вкус никотина. Руки не переставали дрожать, но изо всех сил превозмогая себя, Крэйг старался выглядеть спокойным, сопереживающим, желающим помочь тем, на что способен. Твик внимательно наблюдал за каждым жестом, за каждым вздрогом теплых рук, что постарались его успокоить даже не начав!.. Внутри все сводило, до физической боли, до чувства тошноты, до головной боли от осознания ЧТО ты творишь. КАК ты заставляешь его страдать от того что он, ценой всех своих нервов стоит перед тобой и просит рассказать как тебе, БЛЯДСКАЯ СКОТИНА, плохо. Нет, ты не скроешься от своей истерики, ты ЗАСЛУЖИЛ ЕЕ!.. Невольно блондин начал заламывать руки, совершенно не зная, куда себя деть, как справится с таким стрессом, с разрывающим на части чувством, что ты ДОЛЖЕН ему сказать об этом и при этом НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не заставлять его испытывать то, что ты чувствуешь сам!.. Но не надейся, хочешь ты этого или нет, ты пройдешь эти круги ада снова, что сделав, что не сделав ТЕБЕ НЕ СТАНЕТ ЛЕГЧЕ. Истерика приближалась все сильнее, и уже ничто было не в силах ее остановить, единственное, на что ты способен тянуть секунды, пытаться сбежать от нее, НО ОНА ВСЕГДА ДОГОНИТ. Лучше бы лезвие, лезвие под кожу и НИЧЕГО НИКОГДА БОЛЬШЕ НЕ ИСПЫТЫВАТЬ, НИКОГДА! «КАКОЙ ЦЕНОЙ?» -Я тебя слушаю. — Настойчиво продолжил Такер. — Ругаться будем днем, а сейчас рассказывай. Его самого трясло, но осторожно, не привлекая к этому внимания, Крэйг опустился на корточки, заглядывая Твику в глаза. Смотря в самую душу, в самый центр отчаянья, почти физически ощущая его боль. Проклиная себя, что не лишен окончательно эмпатии, но не способный принять мысль, что ТЫ будешь виноват в его смерти, что ТВОЕ равнодушие заставило его совершить это. И тут уж совершенно не важно чего хочешь ты сам, неважно КАКОЙ ЦЕНОЙ ДЛЯ СЕБЯ. ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЭТОГО ДОПУСТИТЬ! НЕНАВИДЬ СЕБЯ, ЗЛИСЬ НА СЕБЯ, НО ДОВОДИТЬ ТАКОГО ЖЕ РАЗБИТОГО КАК ТЫ САМ ЧЕЛОВЕКА ДО СУИЦИДА ЭТО ХУЖЕ, ЧЕМ МЕРЗКО, ЭТО ХУЖЕ, ЧЕМ ОТВРАТИТЕЛЬНО ЭТО НИКОГДА НЕ ПОЗВОЛИТ ТЕБЕ СПОКОЙНО УМЕРЕТЬ, ПОТОМУ ЧТО ТЫ, ТЫ ВИНОВАТ В ЕГО СМЕРТИ. Крэйг чувствовал, что сам находится на грани. На грани истерики, на грани крика, полностью перенимая эмоции НАСТОЛЬКО похожего на тебя самого. Твик дрожал от разрывающих его эмоций, от чувств пытающихся разорвать грудь, переломать все ребра. От желания просто сдохнуть лишь бы не чувствовать всего этого отвратительно спектра. Стиснув зубы, не отрывая взгляда, Крэйг осторожно протянул ему ладонь. «КАКОЙ ЦЕНОЙ, КАКОЙ?!» Ледяные дрожащие пальцы со всей силы вцепились в руку Такера. Сдавливая ту до боли, вонзаясь в кожу ногтями. Боль чуть приводила Крэйга в чувства, но недостаточно, чтобы ощутить себя «нормальным», контролирующим свои чувства и свою жизнь. В этом беззвучном, молчаливом крике было гораздо больше, чем в любых словах, в любых комбинациях, в лучших художественных приемах!.. Такер чувствовал все сам. Все то, что выл про себя Твик, полностью теряясь в этом безумии. Блондин моментально сорвался на всхлипы, ощутив чужое тепло, которое не пытается тебя учить или убеждать в чем-то, а просто есть. Просто есть ценой всего себя, всех своих чувств и эмоций отдает тебе свою поддержку. Не пытается уничтожить или подавить, нет. Просто есть… -Крэйг… — Лишь смог выдавить из себя юноша, полностью проигрывая битву с истерикой. Теряя связь с реальностью, срываясь на плач, на крики, на всхлипы полностью не позволяющие дышать. И лишь тепло, тепло руки человека, которого ты был готов убить помогало полностью не сойти с ума, помогало сохранить крупицу рассудка. -Все хорошо, все хорошо. — Тихо повторял ему Крэйг. Совершенно неуверенный в том, что тот его вообще слышал. Но зная, что все, абсолютно все он чувствует. Чувствует твой тон, твой взгляд и остается живым в этом мире только благодаря твоей дрожащей руке. Твик рухнул на колени со скамьи, почти в ту же секунду повиснув на шее Такера, обняв его свободной рукой так сильно, что мог бы задушить если бы не осознавал, что только он, только он помогает тебе не потерять себя в этой пучине боли и страданий. В кровь кусая свои губы от напряжения Крэйг расстегнул куртку, с силой притягивая к себе Твика. Проклиная себя, ненавидя за способность что-то чувствовать, но не способный поступить иначе. «КАКОЙ ЦЕНОЙ?!» Вынуждая касаться всего тела, чувствовать это живое тепло, что жертвует всем, абсолютно всем ради тебя. Буквально расстилая перед тобой свое раненое несчастное сердце, чтобы ты по нему прошелся. Потому что НЕ МОЖЕТ поступить иначе, НЕ МОЖЕТ этого допустить. Уничтожит себя изнутри, НО НЕ ДОПУСТИТ. -Все хорошо. — Тихо продолжал Такер, теряя голос от собственной боли, но продолжая, превозмогая ВСЕ в себе. — Я тебя не обижу и не сделаю тебе больно. Ты, имеешь право на злость, на ненависть ко мне, но ты не должен, не должен чувствовать, что тебе будет лучше умереть. Никто не должен так думать, никогда. «Какой… ценой?..» Сильные израненные руки изо всех сил держали того, кого ты старался ненавидеть, но не мог, не способен был оставить одного сейчас. Крепко, до собственной боли Крэйг сжимал ледяные пальцы в своей ладони, что так и норовили сделать больно, но не специально, не со зла… Другой рукой он прижимал юношу к своему торсу, к болящим ребрам, заставляя себя испытывать боль от каждого его всхлипа, но это не важно, не важно… Твику не становилось лучше, спокойнее, но поддержка ценой всего себя ЗАСТАВЛЯЛА осознавать происходящее. Полностью понимать. ЧТО при этом испытывает Такер. Что для него это хуже, больнее собственной смерти, что он проклинает себя, что сам не верит в свои слова, но делает все, на что способен. Ценой всего. Всего себя, всех своих эмоций, всей своей необъятной боли. Лишь бы утешить тебя, человека, доведшего его до нервного срыва. Ты это ОСОЗНАЕШЬ, но НИЧЕГО не можешь сделать. Знай, что твои долбанные эмоции убивают уже не только тебя, ты перешел эту грань. Ты убиваешь ими других вместе с собой. ЦЕНОЙ ВСЕГО. С новой волной истеричного крика, Твик отпустил шею Такера и скользнул рукой под его расстегнутую куртку, крепко обнимая за спину. До боли вонзаясь в его кожу через футболку, словно желая ее разорвать на куски. Крэйг опустил голову на его плечо, не прекращая раздирать губы зубами, желая не сорваться, но понимая, что ничего из этого не выйдет. Голос Твика начинал хрипнуть от истерики, но боль так и не хотела утихать, продолжая резать, терзать все внутри, отрывать целые куски от израненной больной души!.. И ты все, ВСЕ осознаешь!.. Тебе плохо не одному, не надейся, теперь благодаря тебе, мразь, плохо и Такеру. Ему было плохо и без того, но ты, ты сделал еще хуже!.. Блондин прижал к себе юношу с такой силой, что тот всхлипнул от боли, но лишь сильнее уткнулся в плечо, словно желая просто, в кой-то веке поплакать, позволить своей боли выйти наружу. -Прости меня, Крэйг!.. — Охрипшим голосом тихо произнес Твик, не прекращая всхлипывать. — Я так не хотел делать тебе еще хуже!.. Пальцы Крэйга сжались на его спине, с силой, с дрожью, но через миг ослабли, снова обнимая всей ладонью. -Все нормально. — Почти потеряв голос от собственных чувств еще тише ответил Такер. Просто не способный найти в себе силы на нормальный тон, полностью опустошенный, вывернутый наизнанку, умерший внутри, но поднятый обратно в мир живых и так по кругу, по чертовому кругу!.. По щекам скатились скупые, такие ненавистные слезы, моментально впитываясь в плотный хлопок толстовки. Крэйг дрожал, ощущая, словно забрал себе всю боль Твика, каждую его эмоцию, каждую болезненную мысль. Сломленный, измученный, он из последних сил прижимал к себе того, кого так ненавидел еще каких-то пару часов назад. Твику казалось, что боль внутри утихала, что Крэйг действительно был способен забрать ее себе и никогда, никогда не показать какого это, насколько это больно. Внутри была звенящая пустота, до белого шума, до помех в голове, словно выдернули какой-то связующий кабель. Голос полностью пропал, оставив лишь привкус крови в горле. Впрочем… Твик бы все равно не смог бы ничего сказать. Он был полностью опустошен, потерявший все свои чувства. Крэйг беззвучно плакал, прижимаясь к тому, кого сам старался спасти от истерики, продолжая кусать истерзанные губы, не прекращать чувствовать вкус собственной крови. «Черт, черт!..» Повторял он про себя, ненавидя себя за собственный срыв. Ты пришел не за этим, не для того, чтобы рыдать самому!.. Казалось, что изнутри режут ножом, вспарывают твой «гудрон» заставляя его разливаться по всему телу жгучей ломкой, дрожью, болью!.. Ноющей болью отзывалось где-то в груди, возможно сердце, а может что-то еще. Такое же вспоротое, размазанное внутри, больнее чем после драки. Твик смотрел на него стеклянным взглядом, не понимая КАК до этого дошло. Как случилось так, что на твоем плече беззвучно рыдает тот самый Крэйг Такер? Мизантроп, циник?.. Как ему удалось сделать так, что сейчас ты ничего, абсолютно ничего не чувствуешь?.. Он смог сделать то, чего ты не мог добиться уже давно. Отдав всего себя на плату он сделал тебя нормальным. Не навсегда конечно, на какое-то время, но… какой же ценой?.. Ценой всего.