hey, piano man

Средних размеров сумка с жёлтыми кисточками и египетскими узорами упала на пол, а потом захлопнулась входная дверь, щёлкнув всеми тремя замками, и парень, наконец, свалился на пол, перед этим сняв кроссовки и откинув их куда подальше. Персонал задержала Аньён с предложением новых блюд на грядущий благотворительный вечер. В новое меню входили устрицы, сашими, шоколадный и сырный фонтаны, три торта с клубникой и несколько видов сыров с фруктами. Всё то, что обычно подаётся на важных вечерах с нотками элегантности и каплей роскоши. Спарклинг и Эспрессо хотели позвать Лилака, да и это он должен был проводить собрание всего персонала, как новый менеджер, но в его кабинете было пусто, будто бы парень сегодня вообще не приходил. На столе ни бумаги, ни ручки, даже лампа стояла ровно, хотя Лилак, если есть возможность, всегда наклонял лампы так, что аж на бумаге оставались едва заметные следы. "Скорее всего, он поскорее ушёл домой, чтобы не нарваться на босса... Но как он тогда вернёт телефон? Уверен, что Йогурт приедет из клуба не раньше двух ночи, в полном опьянении, не в силах устоять на ногах...". Из мыслей Эспрессо вывела салфетка, на которой ему сегодня оставили номер телефона. Конечно, этого не могла сделать Чизкейк, так как бы побоялась лишних звонков, да и не тот Эспрессо человек, чтобы она ему оставляла свой номер. Мадлен. Мадлен. Но как он успел написать на салфетке цифры и всунуть её в чек бук? И не сыграл ли прозвучавший рингтон на телефоне официанта главную роль в этой ситуации? Если да, и именно из-за этого ему и оставили телефон, то это... приятно, что ли? Хотя с одной стороны это выглядело так, будто бы у Эспрессо нет друзей и ему не с кем разделить свои мысли, из-за чего он поставил себе такой рингтон. Такая причина казалась ему более реалистичной, нежели другие. Салфетка уже лежала в его сумке хиппи, которую ему подарили родители на день рождения, а потом туда полетела и маленькая шоколадка, купленная в автомате, и милый красный кошелёк. У всех работников, наверное, так бывает: в начале рабочего дня ты ненавидишь всех тебя окружающих, себя, в особенности, и сам день. А вот уже в конце, плотно взяв за руки весь коллектив, который с таким же настроением приходит на работу, вы превращаетесь в очень дружную команду и даже не хотите расставаться. Приходя домой, окутывает чувство грусти, что сейчас не с кем поговорить или посмеяться, но спустя час ты вновь влюбляешься в единственное место отдыха. А утром всё начинается по новой... В этом и была суть рабочих дней. Это даже не школа, где ты лишь одну половину дня отсиживаешь уроки, а потом делаешь домашнюю работу по ним. Хотя если учитывать отдельные курсы или спортивные секции после школы, то свободного времени становится в разы меньше, но ничто не сравнится с работой. В школе тебя могут простить ошибку или опоздание на урок, а на работе за такое тебя либо оштрафуют, либо уволят. Эспрессо ещё повезло, что Йогурт появляется на работе только под вечер, но сейчас у них появился Лилак, который и до этого приходил чуть ли не раньше всех поваров. Сейчас Эспрессо благодарит всех богов вселенной, что он дошёл до дома, нигде не свалился по дороге и смог с первого раза достать ключи из сумки, в которой было вещей больше, чем в любой косметичке. Спарклинг и Херб пойти с ним вместе не смогли - они решили зайти в магазин, а потом немного погулять по Босфору. Иногда Эспрессо ловил себя на мысли о том, что задержался, смотря на бармена, и тут же отводил взгляд. Его друг был по правде очень красивым - грех не посмотреть, но не засматриваться. И почему он не мог найти себе примерно такого же парня, как и Спарклинг? Весёлого, простого, искреннего... Разница в их статусах с Мадленом по-прежнему волновала парня, не давая никакой другой мысли ворваться в голову. Хоть внутри него и горела искра надежды, что ему оставили номер не просто так, но разве в такое можно поверить? Поднявшись с пола, Эспрессо первым делом направился в ванную, кидая на пол по пути свою одежду. "Потом подниму" - пообещал сам себе парень, чтобы утром опять носиться по всей квартире, и захлопнул дверь душевой. Горячие капли воды упали на его волосы, а потом плавно перетекли по гибким изгибам: от шеи до самых колен, пока всё тело полностью не расслабилось. К сожалению, у него не было в квартире ванны, а так бы он наполнил её до краев и кинул каких-нибудь аромамасел. Херб пару раз кидал ему фотографии своей ванны, полной пены и лепестков роз, а также два стаканчика вишнёвого сока на мини-столике и три пирожных. Парень взял в руки мыло нежно-лилового цвета и принялся водить по телу. В воздухе повис аромат роз, а на стекле появился конденсат. Смывая с себя воду с мылом, Эспрессо засмотрелся на свои очки, которые были с ним на протяжении двух лет и пару раз ломались за всю свою жизнь. Очки были не обычным аксессуаром для подчёркивания глаз или чего-нибудь другого, а были неотъемлемой частью - без них Эспрессо видит только пятна. Но самой привлекающей деталью в этих очках были стёкла: такие прозрачные, но в то же время отдающие сапфировым блеском. Поменял стёкла Эспрессо в начале учебного года в университете и ни разу не поменял своего мнения. Надевая эти очки глаза не режут, ничего лишнего не блестит и не отвлекает, всё очень ярко и понятно. Оптик заверил его, что стёкла созданы специально для "лечения глаз", но почему-то низкая цена говорила обратное. Хоть зрение парня не улучшилось, но ему нравилось яркое качество, словно он смотрел сериал на новой модели телевизора, через стёкла. Обвернув полотенце на бёдра, Эспрессо надел очки и подошёл к зеркалу, чтобы посмотреть на свои круги под глазами и, возможно, сделать какую-нибудь маску, чтобы не пугать гостей своим внешним видом. Пока холодная маска и патчи отдавали всю свою влагу и витамины, парень спокойно чистил зубы, иногда вытирая попадающие капельки зубной пасты, превратившуюся в пену под воздействием зубной щётки, на стекле. Покончив с водными процедурами, парень медленно побрел в свою комнату, стараясь перешагивать разбросанные по полу вещи, но обиженная рубашка схватила его за обе ноги и заняла две минуты его времени, чтобы освободиться из узла и повесить все вещи в шкаф. Все вещи из сумки были аккуратно выложены на стол; салфетку и шоколадку парень пододвинул к себе поближе, садясь на рядом стоящий стул и включая лампу. На часах пятнадцать минут первого, с его зрением и практически двенадцатичасовым рабочим днём читать или писать было противопоказано. Но Эспрессо это мало как остановило - он притянул к себе самую волнующую его вещь за сегодня - книгу, по которой его будут опрашивать в эту пятницу. Салфетка так и осталась нетронута, а вот шоколадку Эспрессо с радостью открыл, принявшись кусать шоколадный батончик каждую страницу, чтобы быть настроенным на чтение. Но ближе к пятому укусу он сдался и захлопнул книгу, нервно поглядывая на салфетку. Номер на ней был по-прежнему отлично виден, цифры выведены каллиграфическим почерком, а звёздочка рядом была так красиво нарисована, хоть и на скорую руку, но Эспрессо отдал бы любые деньги, чтобы заполнить всю свою комнату этими звёздочками или салфетками с подписью пианиста. Дрожащими руки он набрал на телефоне цифры и добавил в контакты Мадлена. В одном приложении для общения пришло уведомление со словами: "Ваш друг Мадлен только что присоединился в...". На самом деле это значило, что контакт музыканта просто существует в этой социальной сети. "Интересно, а что у Мадлена высветилось в этот момент на телефоне? Какой-то незнакомец добавил вас в контакты или что? А если он меня заблокирует с мыслями о спаме?". Эспрессо поспешил войти в приложение и быстро отыскать контакт Мадлена, чтобы оповестить его, что это он, официант из ресторана. Парня привлекла больше фотография на юзерпике мужчины - такая необычная фотография, выполненная на хорошую камеру, с бокалом белого вина и идеального света, подчёркивающего все черты лица Мадлена, но при этом скрыв его глаза. Другой фотографией оказалось пианино, третьей ещё раз лицо мужчины, но более... юное, что ли? Об этом говорила тонкая шея, слишком худое лицо и школьная(либо университетская) рубашка. На фотографии Мадлен повернул голову, приложив к началу воротника книгу Владислава Шпильмана "Пианист", а его взгляд был направлен то ли на окно, то ли в телевизор, так как в его зрачках можно было разглядеть очертания чего-то яркого. Эспрессо дал бы ему лет семнадцать на этой фотографии - он на два года старше Мадлена на этой фотографии, но на тот момент он, скорее всего, только начинал решать квадратные уравнения. Больше фотографий у Мадлена не было, но была очень вдохновляющая цитата в описании профиля - "We have only two options: make progress or make excuses. What's yours?". Конечно, сейчас такое мало кто решится добавить к своей страничке, а если и напишет, то этого человека засмеют или припишут к старомодным людям, но от Мадлена веяло невероятным окрылением и напором, что самому Эспрессо вдруг захотелось выбрать что-то из данного выбора и написать об этом мужчине(хотя ему и так придётся написать ему). Разглядывая все три фотографии и заветные слова, Эспрессо и не заметил, как быстро пролетели минуты, и возле профиля Мадлена загорелся зелёный кружочек. А уже в следующую минуту пришло сообщение, заставившее парня сначала потупить, затем снова уткнуться в фотографии пианиста, а потом, осознав всю ситуацию, со всей силой отбросить телефон на кровать и забиться в угол комнаты. Забавно получается - раньше Эспрессо даже представить себе не мог, что будет общаться со своей любовью, а если и будет, - то напишет ему первым, заведёт диалог на глупую тему и так доведёт до какой-нибудь важной новости, чтобы оба не могли оторваться от экранов гаджетов, пытаясь написать все свои мысли и чувства в одном предложении. А сейчас он пугается того, что Мадлен первый проявил инициативу: первый оставил свой номер телефона, так ещё и написал ему, хотя в голове у парня всё должно было быть наоборот. Но, наверное, хорошо, что всё так получилось... На коленях парень подполз к телефону, аккуратно подняв его, так как тот упал экраном вниз на одеяло, а потом уже и прочитал сообщение. Мадлен уже не был в сети, но сообщение висело как две минуты в их личной переписке, учитывая, что Эспрессо был всё это время в сети и не удосужился ответить вовремя. Мужчина не такой глупый - не станет сидеть допоздна, дожидаясь ответа официанта, а просто выключит свет и пойдёт спать. Он не Эспрессо, чтобы сидеть до поздней ночи и заучивать параграфы, и это злило юношу. Злило тем, что Мадлен - нормальный человек, а Эспрессо - нет. Мадлен вовремя учился, стопроцентно поступил в хороший университет и не имел никаких долгов, будучи студентом, чего нельзя сказать об Эспрессо. 0:36 Madeleine Привет!:) Радовал весёлый смайлик в конце, придавая этой неловкой ситуации дружелюбный окрас(если его так можно назвать). <right0:36 Espresso Здравствуйте. Это я, Эспрессо, официант из ресторана, в котором вы сегодня ужинали.</right> Всё это выглядело так тупо и глупо: Мадлен всё равно прочёл имя добавившего его человека, иначе кто бы его просто так добавил в контакты? Но и не представиться тоже нельзя. Даже если в профиле пользователя всё сказано, это всё равно было бы некрасиво. 0:37 Madeleine Да, я понял это по твоей фотографии. Очень красивая, кстати. Я Мадлен, хотя мы и так знакомы) Скобочка в конце уже не была тем радующим очи смайлик, а была чем-то смущающим и намекающим. Эспрессо, немного покраснев, отвёл взгляд, улыбнувшись. 0:37 Madeleine Давай лучше перейдём на "ты"? Мы всё равно друг друга, хоть и частично, но знаем, ещё и переписываемся, поэтому забудем о формальностях. Я уверен, у нас не такая большая разница в возрасте, чтобы тебе обращаться ко мне на "вы") Ещё одна скобочка, добавившая изюминку в личности Мадлена. Эспрессо и раньше отправляли скобки в конце предложения, но это был либо Спарклинг, либо Херб, либо Лилак.

0:37 Espresso Хорошо, я постараюсь привыкнуть обращаться к тебе на "ты".

В этом сообщение Эспрессо вновь перепутал и написал "вы", за что выдал себе лёгкий щелбан и переправил. В реальной жизни оговориться будет проще простого. 0:38 Madeleine Почему не спишь? Такой поздний час, а ты в сети сидишь. Неужто с кем-то переписываешься до утра? :) Почему-то это показалось больше как обращение к ребёнку, будто бы Эспрессо сейчас отчитают за то, что он играет в мобильные игры ночью, когда на следующий день ему вставать в школу(на работу) в семь утра(в четыре десять).

0:38 Espresso Я учил кое-что и одновременно переписывался с другом. У меня так каждый вечер проходит.

Конечно же, он не напишет "Просто мне так понравились ваши фотографии и описание, что я сам не заметил, как вы мне написали и что уже без двадцати час". Но про описание можно упомянуть и даже завести об этом диалог. Мадлену будет крайне приятна внимательность Эспрессо и он не будет против услышать мнение человека об этом. Тонкие пальцы начали бегать по клавиатуре и расставлять запятые в нужных местах, а также украшая речь разными старыми словами, которыми давно никто не пользуется. Хотелось произвести впечатление на Мадлена, чтобы тот не думал, что Эспрессо двоечник, оставшийся на пересдачу на лето, хотя это так и выглядело. Громкий звук нового сообщения немного сбил парня с мысли, но не отвлек. Когда сообщение было закончено, Эспрессо решил посмотреть, кто ему написал в такую ночь. В голове был только один ответ - Лилак. Он забрал телефон у Йогурта, приехал домой и сейчас будет писать длинное сообщение, какой их босс урод. Но, не увидев сообщения от фиолетововолосого(а он ещё и в сети был шесть часов назад), Эспрессо вопросительно оглядел все чаты и только в самом верху увидел отправителя сообщения. Ванилла. 0:39 Pure Vanilla Почему мой юный ученик не спит? Уже послезавтра(если отталкиваться от наступившей среды) ты сдашь мне последний зачёт и получишь долгожданные летние каникулы, о которых, наверное, мечтал с самого начала всей этой каши. Советую тебе лечь поспать, если ты повторяешь мой предмет, а уже завтра, с чистой головой, приступить к чтению и заучиванию. Не нужно пренебрегать своим здоровьем. Спокойной ночи! Как жалко, что Ванилла не знает, что именно в этот час у Эспрессо есть время, чтобы он смог прочитать что-нибудь или заучить, и этот час он решает провести переписываясь с Мадленом. Почему сам мужчина не спит в такую позднюю ночь - ответ очевиден - они с женой вообще не спят днями из-за своих детей, которым нужны бесконечные объятия от двух родителей. А если кто-то из них задремлет на пару минут - дети всё почувствуют и начнут кричать. Поэтому они не находят иного выбора, как занять себя секундным просмотром социальных сетей, а затем шёпотом общаться между собой и обмениваться улыбками. Улыбнувшись, Эспрессо поблагодарил учителя за беспокойство и написал, что просто общается с другом, на что мужчина отправил ему подмигивающий смайлик и спросил, обычный ли это друг или нечто большее для юноши. Покрывшись пунцовым цветом, Эспрессо ответил первое, но в душе понимал, что учитель всё понял уже давно - с того самого момента, как парень увидел Мадлена и как сидел на всех экзаменах со странной улыбкой. Тем временем пианист уже ответил на красиво написанный текст Эспрессо и терпеливо ждал, когда парень прочитает его сообщения. 0:39 Madeleine У тебя очень хорошо построена речь и ты так грамотно изъясняешься! Никогда не видел и не слышал людей с таким хорошим голосом, как у тебя! И ещё, пока я не забыл, могу ли я попросить у тебя номер вашего менеджера? Мне нужно с ним обговорить одно дело. Сердце мгновенно упало в пятки. Все эти милые разговоры просто подготавливали Эспрессо к делу, по которому Мадлен и оставил эту салфетку. Просто расспросить про намечающийся в пятницу банкет, взять номер Лилака, чтобы тот ему всё рассказал и всё. Но почему тогда именно у него? Почему он оставил свой номер именно Эспрессо? Он мог узнать контакты Лилака через любого официанта в ресторане, либо подойти к Спарклингу и попросить передать свою визитку менеджеру. Нет, это всё даже не может быть списано на отличное воспитание Мадлена, которым он точно обладал. Здесь что-то не так с самого начала...

0:42 Espresso Вы про банкет, наверное. Я сейчас вам скину контакт нашего менеджера. Но он вряд ли зайдёт в сеть в ближайшее время, если только не через пятнадцать часов... Если хотите - я могу рассказать вам вкратце про банкет. Мы с коллегами сегодня обсуждали его, думаю, эта информация пригодится вам и вашей солистке.

Эспрессо опять перешёл на "вы", но не от обиды, а от забывчивости относиться к Мадлену на "ты" и о том, что рабочий день давным-давно закончился и стоит "забыть о формальностях". На автомате он скинул контакт Лилака и принялся ждать ответа Мадлена, который точно окажется положительным. А про Лилака он сказал чистую правду - мало ли, вдруг Йогурт ему телефон с премией отдаст... 0:43 Madeleine Что ж, я был бы не против послушать немного информации о банкете, даже минимальной. И, надеюсь, ты не подумал, что я тебе написал только из-за этого. Как тебе сказать... мне стало интересно наблюдать за таким... хоть и неуклюжим, но старающимся угодить всем гостям парнем. Ты напоминаешь мне меня в молодости, ведь я тоже подрабатывал в ресторанах и был конкретным идиотом... В конце меня уволили из-за непростительных ошибок. И твой голос... О Боги, это просто великолепно! У Чизкейк не было такого, когда мы с ней впервые тренировались записать песню или выйти на эстраду. Скажи честно, ты сам его тренировал или, возможно, ходил на какие-то курсы или на вокал? Нагревшийся телефон, то ли от рук парня, то ли из-за долгого использования, упал на белые простыни, пока на экране горело сообщение, ничуть не изменившееся спустя две минуты, как ожидал Эспрессо. Комплимент. Это был самый настоящий комплимент, без всякой доли сомнения или фальши - искренний комплимент. Вряд ли бы Мадлен соврал ему, Эспрессо очень сильно хотел в это верить, от такого человека услышать такое было бы крахом и позором для парня. Он перечитал сообщение ещё раз и ещё раз, а потом ещё один раз, пока не пролетело около семи минут и мужчина не вышел из сети, видимо, уставший ждать ответа. Осознав всю ситуацию, Эспрессо поспешил ответить, беря в руки горячий телефон, что приятно грел ледяные руки, быстро набирая сообщение, при этом от экрана отдавалось клацанье длинных ногтей, которые парень всегда забывал постричь. Его щёки и уши горели смородиновым цветом, до ужаса сильно смешивающимся с его загоревшей кожей от палящего солнца и свисающими волосами, впервые за день отдыхающими от грубой резинки. Эспрессо редко когда распускал свои волосы: на работе нельзя, летом жарко, а зимой и некогда - он носит шапки и может сидеть в них даже в помещении. А дома... дома ему просто не нравятся волосы, попадающие под очки или мешающие писа́ть.

0:53 Espresso В детстве я пел в хоре, а также читал много книг, из-за чего у меня так и развилась речь. Ещё меня брали на множество конкурсов, но обычно я там бывал только в роли ведущего, а не участника... Умом я владел не особо, а вот постоянно осведомлять участников, сколько им осталось до конца теста - пожалуйста!

Эспрессо не очень умел читать эмоции через сообщения или речь, но Мадлен бы тут сказал, что здесь выражена обычная давка на жалость. Если рассказывать, то не пытаться заставить человека посочувствовать какой-то давней истории или выставить его лентяем. Главное правило разговора, которое нарушает каждый, потому что в мире слишком много разных случаев, и одно правило не сможет переспорить их всех... Но именно сейчас Эспрессо хотел показать свою грамотность и прекрасное знание языка(он ведь раньше жил в другой стране как-никак, и ещё самостоятельно учил другой язык, совсем отличающийся от его родного). Прошла минута. Вторая. Третья. Эспрессо в отчаянии отложил телефон и принялся искать на тумбочке зарядку, чтобы его телефон окончательно не сгорел или не умер от трёх процентов. Почему-то сейчас очень захотелось чая. И не какого-нибудь зелёного или чёрного, а яблочного... Того самого чая, что можно отведать в каждой турецкой забегаловке и остаться довольным. Взять в руки стеклянный стакан, поднести к губам и сделать глоток горячего чая, наполненного вкусом поспевших в саду зелёных яблок. Кисловато-горьковатый вкус смешается со слюной и желание вновь попробовать чай будет расти с каждой секундой. А чувствовать, как он проходится по нежным стенкам горла, заставляя дрожать снаружи... М-м, такой чай действительно подходит как для холодных, так и для тёплых времен. Встав с кровати, Эспрессо оставил телефон заряжаться, а сам пошёл на кухню. Может быть, пакетик яблочного чая у него и заваляется где-нибудь... Когда они со Спарклингом только прилетели в Стамбул, то первым делом решили посмотреть город, поговорить. Раз с поступлением покончено, квартирный вопрос тоже решили, то почему бы не узнать чуть побольше о древнем городе, о его достопримечательностях и... да, о турецкой кухне тоже... В первый день они обошли весь Фатих(точнее, свернули на половине пути из-за огромного количества туристов), зашли во все магазины по дороге и, добравшись до первой забегаловки, заняли не самое лучше место - у урны - и заказали абсолютно все турецкие блюда. В конце их обеда ресторан решил сделать небольшой подарок в виде яблочного чая, как жителям, впервые побывавшим в Стамбуле. И именно этот чай так сильно запал в душу Эспрессо. Сначала он фыркал, даже выплюнул первый глоток, стоило повару отойти, но потом быстро привык к кисло-горькому чаю с корицей. В следующие месяцы проживания в Стамбуле он только и пил яблочный чай. Всё-таки пакетик нашёлся! Да, он оказался единственным в огромной коробке, ибо из-за работы Эспрессо совсем забыл про всё на свете. Чайник давно стоял на зарядке и издавал приятный звук бурлящей воды. Пока парень ждал, в своей голове он думал, как он дальше продолжит разговор, о чём они будут разговаривать, что ему напишет Мадлен, а не пошёл ли он спать? Всё-таки пианисту нужно набираться сил перед завтрашним днём и он не будет жертвовать своими двумя минутами ради Эспрессо. Скорее всего, мужчина заснул с телефоном в руках, либо отложил его и поудобнее устроился в кровати. Возвращаясь в комнату с чаем, Эспрессо аккуратно сел на кровать, облокотившись спиной об подушки, включил телефон одним нажатием и увидел на экране три новых сообщения от Мадлена. Резко поднявшийся интерес засверкал в глазах парня и тот поспешил разблокировать телефон и начать изучать сообщения. 1:02 Madeleine Я действительно удивлён. Бог наградил тебя талантом и красотой с рождения) Что ж, не буду тебя смущать "недоэпитетами", давай приступим к обсуждению вечера. "Он умеет смущать... Ещё как умеет...". Розовой оттенок проскочил на щеках Эспрессо, а уголки губ сами поползли наверх. Мадлен точно был школьной мечтой каждой девчонки и даже парня: он грамотный, умный, смешной, красивый, талантливый, непредсказуемый и романтичный(в каком-то смысле). Они общались несколько минут, перекинулись парочкой фразочек друг о друге, а Эспрессо уже знает, что будет общаться с Мадленом часами напролёт, ища любую свободную секунду в плотном рабочем графике и пропуская все приёмы пищи, которые были жизненно необходимы, учитывая его тощее тело.

1:03 Espresso Да, конечно! Мы украсим ресторан в золотых тонах...

***

К яблочному чаю Эспрессо так и не притронулся - не мог оторваться от экрана гаджета, стуча ногтями по защитному стеклу, - а тот, в свою очередь, давно остыл и перестал выделять сладкий аромат свежих яблок и некой кислинки, заставляющей нервно глотать слюну в ожидании попробовать напиток. Только лишь маленькая струйка запаха витала в помещении, но уловить её было нереально... Эспрессо бы уже давно сорвался, а если точнее, то в следующие минуты после заварки чая, но сегодня была совсем не та ночь, сегодняшний день начался не с того же крепкого чая, а переписки. Переписки, затянувшейся на два часа. Мадлен и Эспрессо обсудили всё: от интерьера ресторана до устриц из Японии, от специальной формы до самого выступления Мадлена и Чизкейк, в каких костюмах должны прийти они, какие песни исполнить, как выступить со своей речью и что сделать в конце вечера. Эспрессо на какую-то долю секунды почувствовал себя агентом восходящей звезды - он расписал каждую секунду пребывания Мадлена и Чизкейк, но та, даже если Эспрессо и будет её агентом, не станет его слушать, расписал их костюмы, даже посоветовал хорошего дизайнера, описал их речь на вечере, как и что им будет правильнее сказать и рассказать. Парень и не заметил, как пролетел час, полтора... а он всё не мог остановиться... Он рассказал даже больше положенного, специально выделив эти моменты "своими предположениями и взглядами". Чуть позже разговор свернул в другое русло. Почему бы не узнать друг о друге поподробнее? Им всё равно предстоит общаться в течение последующих дней и даже увидеться на благотворительном вечере. В очередной или последний раз - недостоверный вопрос, - но Эспрессо в любом случае будет нескончаемо рад встрече и мимолётным взглядам. Парень поделился своей прошлой жизнью в Корее, своими впечатлениями о Стамбуле, своими школьными историями и днями в университете. Он рассказал то, о чём Спарклинг узнавал с каждым годом о друге, за что самого Эспрессо кольнула иголка обиды: он так легко открылся Мадлену, но при этом сильно боялся рассказать чего-то лишнего Спарклингу, своему первому другу, с которым он был знаком с самого детства. Мужчина не хотел перебивать Эспрессо, да и ему самому было интересно послушать о жизненном опыте парня. Часы летели незаметно. За окном проносились машины, мотоциклисты, в соседнем доме проснулся ребёнок и принялся так громко кричать, что было слышно через стены дома, что уж там говорить про соседей... Херб и Спарклинг всегда в таких моментах тормошат друг друга, чтобы кто-то из них прекратил этот шум, а после его завершения вновь утыкаются каждый в свою подушку. Но и это никак не отвлекло Эспрессо от переписки. Обычно он слышит каждый звук, каждый шорох: однажды он даже поймал крысу, что бегала по кухне. А иногда спит как убитый, что обычно случалось после продолжительных сессий в университете. О кораблях, о машинах времени, о мерцающих созвездиях на небе, о розах и пистолетах - минуты казались нитями мёда, тянущимися после того, как вынешь ложку и медленно окунешь в горячий чай.

***

Медленно разливалось вино в апартаментах, когда девушка озадаченно смотрела на иконку мужчины, горящую зелёным цветом три часа, и ничего не понимала. "Почему так долго?" и "Почему ей до сих пор и не ответили?". Да, хоть Мадлен и правильный мальчик, но почему он продолжает игнорировать все приходящие сообщения на его телефон? Почему так до сих пор и не спросил, стало ли ей лучше и что послужило её такому неспокойному сну? Но каждая секунда убивала прозрачную надежду на ответ Мадлена. Если бы он знал, что где-то там по нему страдают... пришёл бы он на помощь? Отшвырнув от себя телефон, блондинка взяла бокал с вином двумя пальцами и опустошила его. Горькая жидкость обожгла горло, боль вновь отозвалась где-то глубоко, внутри, но она лишь налила себе больше, чтобы запить горе, чтобы больше никогда не вспоминать о двух просто так потраченных часах жизни, в ожидании ответа или одного слова. Одного.

***

- Что-то ты сегодня совсем сонный... - хмыкнул Спарклинг, когда Эспрессо зевнул в тринадцатый раз, стоя за сикипером и тыкая на кнопки. - Или гиперактивный... После каждого зевка парень будто бы просыпался и быстро распечатывал чек. Через пару часов должны привезти новый сикипер, и Эспрессо так "прощался" со старым, которому стукнул лишь год с момента основания ресторана. Нажимая на всевозможные кнопки на экране, официант печатал кучу ненужных чеков, которые тут же летели в урну. Только теперь система немного заедала, цифры смешивались, а буквы постоянно путались, из-за чего и пришлось сменить аппарат. И ещё это было связано с постоянным попаданием жидкости и кривых рук Спарклинга. - Я выпил несколько чашек кофе утром, три раза принял холодный душ и ещё здесь выпил пять стаканов апельсинового сока... - через каждое слово Эспрессо пытался отдышаться, набрать в лёгкие воздух и продолжить дальше разговаривать, но его глаза и руки предательски выдавали, что получается у него выглядеть бодрым - плохо. - А теперь скажи, почему? - бармен взял трясущиеся руки парня и отвёл его подальше от сикипера. - Читал? Учил? Ел? - Что-то между... - покачал головой Эспрессо. В следующую секунду он вытащил телефон из кармана и долго просматривал экран блокировки, удаляя каждое новое уведомление по типу новостей, уведомлений от игр, которым стукнуло несколько месяцев как Эспрессо в них не заходил и активного общения в их студенческой группе, в которой недавно узнали, что учёба может начаться на неделю раньше. Чего они боятся? У них каникулы начались положено, а у одного загруженного работой официанта они начнутся только послезавтра. Непонимающе наблюдая за смятенным взглядом лупоглазого, Спарклинг пытался угадать все варианты, но на ум не приходило абсолютно ничего. Он не Лилак, чтобы хорошо помнить вчерашний день, какие-нибудь мелочи или факты, требующие внимания. Он лишь помнил, что, придя домой с Хербом, они тут же свалились спать, быстро скинув с себя всю одежду. А проснувшись рано утром, с десять минут пытались взбодриться в душе. Остальное как в тумане. Да и Спарклинг не был любителем подробно рассказывать о своей жизни, если с него это не потребуют. Но во вчерашнем дне было что-то такое, что забыть точно нельзя - тот самый момент, потерявшийся в памяти и в стеклянных бокалах с опьяняющим напитком внутри. Три тонких пальца прошлись по клавишам пианино, заставив обернуться в сторону звука. Херб аккуратно провёл по бело-чёрным плиткам и потом ещё раз нажал на две из них: "ре" и "ми". Почувствовав на себе четыре пары глаз, зелёноволосый поднял голову, мило улыбнулся и отошёл от пианино. Салфетка! Лицо Спарклинга в момент переменилось - уголки губ вытянулись вверх, глаза сузились, а на щеках появились незаметные ямочки. - Переписывался со своим пианистом? - прошептал парень на ухо Эспрессо, от чего его руки выпустили телефон, громко ударившийся о стол. - Ну-у-у... - Эспрессо слегка смутился, понимая, что его раскусили и любая ложь пойдёт против него. - Да, я с ним переписывался! Спарклинг победно усмехнулся и, сложив руки на груди, опёрся о стол и кивнул, чтобы Эспрессо начал рассказывать. Парень сначала помялся, всё ещё думая, сделает ли он правильный выбор. Но сейчас перед ним стоял Спарклинг, человек, с которым он прошёл полжизни, да и он никогда никому не выдавал его секретов, если не считать вчерашний звонок. - Сначала я добавил его в свои контакты, а потом сразу же написал. Мы долго переписывались, почти до самого утра, а когда он написал, что он хочет немного отдохнуть, я увидел, что на часах уже четыре утра, - на первое предложение Спарклинг лишь удивлённо вскинул бровь. Приукрашивать Эспрессо любил, но вот скрывать это - нет. - Уверен, что ты ему первый написал? - на лице блондина появилась игривая улыбка, а глаза впились пронзительным взглядом в парня. Эспрессо немного напрягся, сжав в кулак ткань внутри кармана брюк. - Может и не совсем первый... - протянул он, тут же замолкая, чтобы не растягивать разговор. - Я понял, - хмыкнул бармен. Сев на корточки парень откинул ткань, застилающую маленький холодильный шкаф, достал оттуда ледяную кока-колу, обжигавшую руку. Пододвинув к себе коллинз, Спарклинг открыл газировку и неаккуратно вылил содержимое, расплескав немного шипящей воды. - Угощаю! Я рад, что вы начали общаться. Ты ведь будешь мне рассказывать о каждом вашем разговоре? Эспрессо редко пил газированные напитки, но почему-то сейчас жажда одолела его и он потянулся к прохладному напитку, чувствуя, как горло обдаст свежестью, а мысли в голове смахнет кусочком льда. Но и ещё на этом сыграла долгая ночная переписка, закончившаяся только под утро. Кофе был отвратительным. Сладкий привкус сахара или слюны, пропитавшейся приторностью, но после первой кружки он потянулся за второй. И это было не из-за того, что Эспрессо захотел поскорее проснуться! - Всем доброе утро! - колокольчик на лифте оповестил прибытие нового гостя в ресторан, а когда парни обернулись, то увидели знакомую фиолетовую макушку; вот только его лицо... Лилак громко зевнул, совсем не смущаясь парочки гостей сзади и персонал, который был в шоке от первого опоздания менеджера, который бы уволил их, не выслушав ни слова. Парень медленно прошёл на кухню, толкнул дверь ногой, направляясь в раздевалку. С той стороны ресторана упала кастрюля, а потом и пара крышек с поварёшками; был слышен голос Аньён, пропитанный нотками удивления и издёвки, а также заботы, искренней заботы. Спарклинг и Эспрессо оценили опоздание друга как-то смутно. Они будто бы уже знали, что тот опоздает, знали со вчерашнего дня, поэтому заспанный вид Лилака и его опоздание не были удивлением. Бармен на автомате поставил кружку в кофемашину, не смотря на кнопки, быстро сделал двойную порцию и поставил на белоснежное блюдце. Спустя пять минут Лилак вышел ко всем уже в своей форме, с капельками холодной воды на лице и немного на одежде. Увидев чашку кофе, он сел за барную стойку и, придвинув к себе её, отпил оттуда, после чего на его круговой мышце рта остался пенный след эспрессо. - Что? - удивленно спросил Лилак, когда блондин и шатен посмотрели на него, не смея моргнуть при этом. Эспрессо пальцем указал на след от пенки на лице и подал салфетку, которой менеджер поспешил вытереться. - Вы хотите от меня что-то услышать? Спарклинг кивнул и чуть ли не лёг на стол, чтобы услышать получше. Эспрессо лишь улыбнулся на это, но тоже наклонился поближе. - Что ж, - глубоко вздохнув, парень отодвинул от себя кофе, чуть-чуть вытянув шею, чтобы немного размять шею. Красное, свежее пятнышко не скрылось от внимательных глаз, стало объектом обсуждений и вопросов в голове. - Меня просто довезли до дома, отдали телефон и сделали ещё один выговор. Я сам виноват в этом... Спарклинг и Эспрессо переглянулись, стоило Лилаку немного прикрыть глаза и что-то буркнуть себе под нос. Вчерашнее представление не могло так просто закончиться. Йогурт открыто флиртовал вчера со своим подчиненным, чуть ли не прижимал к стене и не насмехался - всё говорило о двух вещах: их босс мудак и без ума от возможности раздражать других людей. Забавная музыка заиграла из динамиков телефона Спарклинга, а на экране появился вызываемый абонент с припиской "мастер". Кивнув друзьям, бармен отошёл, ответив на телефонный звонок. Мастер вот-вот приедет с новым сикипером, который нужно будет ещё настраивать. Тем временем Лилак тоже встал, отодвинув пустую чашку кофе. Подправив свою белоснежную рубашку, менеджер побежал в другую сторону зала, чтобы проверить, всё ли там нормально. Да, кофе не помогло, но и рабочий день никто не отменял. - Все так заняты... - вздохнул Эспрессо, оставшись один в баре. Рефлекторно парень тоже включил свой телефон и просмотрел пришедшие уведомления. Ни одного интересного, от чего он обиженно выключил гаджет и засунул в карман.

***

- Хорошо поработали, не так ли? - спросил улыбающийся Херб, когда раскладывал грязные бокалы в мойку на кухне, а Эспрессо спешно одевался. Парень улыбнулся словам друга, слегка пропитанным белой завистью и усталостью. Этот день в ресторане назывался "выходным": ты уходишь на три-четыре часа раньше, отдыхаешь, а на следующий день повторяется твой привычный график. Можно ли выпросить нормальный, настоящий отдых на неделю или две? Никто до этого не пробовал и не знает. Да и вряд ли получится получить выходной от Лилака, только если не по причине болезни. - Удачи вам, - помахал рукой Эспрессо, закидывая на плечо сумку хиппи. Херб грустно улыбнулся и помахал головой в ответ, так его руки были заняты грязной посудой. Выйдя из кухни, Эспрессо быстрым шагом направился к лифту, попутно кивнув Спарклингу, что выполнял тяжёлый трюк с мартини и лимоном. Йогурт так и не явился за всё время в ресторан, а Лилак старался игнорировать лишние вопросы и взгляды, а на шее появился белый тонкий шарфик. Сейчас менеджер носился по всему ресторану, дёргал официантов, подправлял их бейджики и нетерпеливо стучал по грязному столику, когда один из работников проходил мимо и не замечал. Стоило лифту распахнуть свои двери, так оттуда тут же повеяло женскими духами и сильным одеколоном "Michael Kors". Сегодня Эспрессо хотелось поехать на обычном лифте, а не грузовом. Терпеливо подождав, когда дама в фиолетовом платье и мужчина в чёрном фраке выйдут, парень забежал в лифт и быстро нажал на первую кнопку. Аромат смешался и стал ядовитой смесью, что выветрится только через час. Гости их ресторана всегда любили выливать на себя много парфюма, а Йогурт, как самый редкий, но уважаемый "гость" их ресторана, обожал использовать по одному флакону духов на один вечер. На его день рождения Аньён подарила Dior'овую коллекцию духов, специально заказанную из Парижа. На телефоне горела жёлтым цветом батарейка, которую Эспрессо перевёл в режим энергосбережения, чтобы он хотя бы музыку послушал на обратном пути. В городе сегодня было слишком шумно, чтобы идти без наушников и наслаждаться природой. Повсюду пробки, бесконечные сигнализации машин и недовольные крики водителей. Красный провод всегда путался у него в сумке, из-за чего распутывание занимало минуты две, но в этот раз Эспрессо потихоньку двигался по фойе отеля, а потом уже по ступенькам и по улице. Запутанный провод увлёк парня до такой степени, что он не почувствовал вибрации в кармане, переходящую в мелодию. - Да кто там названивает?! - агрессивно засунув наушники в сумку, Эспрессо вытащил телефон и принял вызов, не смотря на абонента. - Слушаю.

- Привет, Эспрессо. Надеюсь, не отвлекаю... Я тут написал небольшую песню, хочу услышать её в твоем исполнении, если ты не против. Сможешь подъехать к моей студии в ближайшее время?

- Да, думаю, смогу, - немного помявшись, ответил парень. До него так до конца и не дошло, с кем он разговаривал.

- Хорошо, тогда я скину тебе адрес. Если что, звони.

Когда голос стих, Эспрессо смог обратно всунуть телефон в карман и продолжить распутывать наушники. Но, как принято природой, осознание приходит только под конец разговора, и единственный напрашивающийся вопрос в голове Эспрессо: "с кем я только что разговаривал?".

***

Экран на телефоне норовил погаснуть в любую минуту из-за оставшихся двух процентов, ибо парень стоял возле двери апартаментов на двадцатом этаже, когда весь Стамбул зажёгся в ослепляющих жёлтых и оранжевых огнях, а по Босфору поплыли теплоходы, яхты и катера. Минут семь Эспрессо перепроверял высланный ему адрес, потом две минуты любовался фотографией Мадлена, а оставшиеся десять минут репетировал речь. Просто зайти он не мог, а правильные слова рядом с пианистом ему на ум приходили не быстро. Да и пришёл Эспрессо с пустыми руками в гости к Мадлену. Это самая ужасная вещь, что может случиться с каждым, кто приходит к кому-то в гости с пустыми руками. Осознание этого факта заставили парня посмотреть на бесконечную лестницу и лифт на тринадцатом этаже: ещё при входе в апартаменты он увидел пекарню. Он может быстренько сбегать туда, купить какой-нибудь тортик и вновь вернуться. Мадлен ведь всё равно никогда не узнает, во сколько приехал Эспрессо, если только тот не стоит за дверью и не смотрит в глазок. А приехал Эспрессо очень рано: вызвал самое дорогое, но быстрое такси, и домчался до дома Мадлена за десять минут. Но хоть разум Эспрессо кричал поскорее спуститься в пекарню, но левая рука уже тянулась к дверному звонку. По ту сторону стены можно было услышать приятную мелодию звонка, чем-то напоминающую пение птиц и игру на скрипке, бег и копошение в замках. Через минуту Мадлен открыл Эспрессо, всё такой же красивый, ухоженный и в своем фирменном костюме. То ли он специально готовился к приходу Эспрессо, то ли не снимает костюм даже дома. - Спасибо за то, что пришёл! - пианист протянул руку, и Эспрессо неуверенно вложил в неё свою. Это выглядело так изящно: его маленькая женственная рука так идеально подходила худой руке с длинными пальцами Мадлена. До безумия хотелось переплестись пальцами, но Эспрессо отдёрнул руку ровно тогда, когда досчитал до шести в голове. - Снимай обувь, вешай сумку и проходи. Кстати, ты не голодный? Я могу приготовить что-нибудь, заказать или просто попить чай? - Последнее, - ответил парень, наступив одной стопой на другую, чтобы эспадрильи поскорее спали с него. - А, кстати, у тебя нет зарядного устройства? Мой телефон совсем разрядился, а мне ещё домой ехать... Мадлен озадаченно потёр глаза, а потом, словно лампочка зажглась над его головой, побежал к тумбочке одной из комнат, достал оттуда белый провод и протянул Эспрессо. С улыбкой приняв, Эспрессо скинул себя последнюю эспадрилью и ступил босыми ногами по деревянному полу. Почему-то от него пахло яблочным чаем, который Эспрессо пил холодным сегодня ночью. Квартира у Мадлена была огромной: длинный коридор, множество комнат, повсюду коллекционные часы, картины, горшки с полынью и небольшая коллекция струн, а также парочка золотых медалей и кубков. Если приглядеться, то в одной комнате можно увидеть пышный букет алых роз, видимо, подаренные пианисту после одного из его концертов в ресторане. Горшки полыни отдавали горьким запахом, но их сбивал бриз рядом текущего пролива. Синие тонкие ковры иногда встречались в коридоре, белые обои идеально сочетались с лунным светом, что, наверное, освещал каждую деталь в квартире. Всё в этой квартире стояло на своём месте! Даже Эспрессо в своей повседневной одежде сливался со всем этим дорогим интерьером. Медленно идя по коридору, Эспрессо успел наткнуться на ту самую студию, в которой, видимо, и будет идти "тренировка". Студия было уже с видом на горящий город, с пианино посередине, микрофоном и красными диванами. На столе стояло закрытое красное вино, два бокала и виноград с сыром, явно предназначенное им двоим. Такой стол был стопроцентно предназначен для делового общения или для важной встречи, которой Эспрессо не считал свою. А может, к Мадлену кто-то придёт после Эспрессо: та же Чизкейк или.. их продюсер, к примеру. - Присаживайся, я как раз всё для встречи приготовил, - сказал вошедший пианист с двумя горячими чашками чая. - Не знал, какое вино ты любишь... Мадлен поставил две чашки на стол и взял в руки бутылку вина, покрутив её немного и, прищурившись, прочитал название. - Старое, хорошее. Пианист улыбнулся и плюхнулся на мягкое кресло. Он кивнул на кресло рядом, на что Эспрессо улыбнулся, но, показав жестом рук, что ему нужно помыть руки, быстрыми шагами направился в ванную. В ванной комнате, что была точно больше, чем его спальня, Эспрессо предстало огромное зеркало, душевая кабинка с джакузи, маленький ряд средств для гигиены: зубная паста, щётка, бритва, ватные палочки, ватные диски, парочка кремов и мицеллярная вода с розовой этикеткой и маленькой наклейкой "Моему любимому Мадлену♥. Мягкое жидкое мыло с ароматом лаванды коснулось рук Эспрессо, впиталось в кожу, а затем смылось, образовав фиолетовую пену. После окончания процедуры парень направился прямиком к ждавшему его Мадлену. Мадлен быстро пролистывал главный экран телефона, не зная, куда себя деть, пока его гость моет руки. Как только рядом с его креслом плюхнулся Эспрессо, тот сразу же убрал телефон и, улыбнувшись, пододвинул горячую чашку с чаем. Это была фирменная чашка, подаренная ему на бесчисленном выступлении в Анкаре. Давать Эспрессо обычный стакан пианист не стал - это некрасиво. Приносить сахар или корицу Мадлен тоже не знал: вдруг у Эспрессо аллергия на всё это или он не любит добавок в чай. Немного смущенно и неудобно себя чувствовал мужчина на этой встрече. - Итак, а какую мелодию ты написал? - спросил Эспрессо, отпив немного чая и поставив чашку на стол. - И что имелось в виду под "хочу услышать её в твоём исполнении"? - Всё именно так, как и должно быть, - пожал плечами Мадлен. - Я хочу, чтобы эту песню исполнил ты. А потом, может быть, запишу её вместе с Чизкейк, - на последнем предложении мужчина сделал небольшую паузу, видимо, раздумывая над сказанным. Он не имел в виду, что использует Эспрессо для проверки записи песни, а просто хотел так показать, что ему очень важно его присутствие и первое звучание песни в его исполнении. Эспрессо же никак по-новому не отреагировал на слова Мадлена. Одна мысль уплотнялась с каждой минутой всё больше и больше - Чизкейк и Мадлена связывает нечто больше, чем просто работа.

***

- Я, если честно, немного смущаюсь... - прошептал Эспрессо, когда стоял возле пианино, за которым сидел Мадлен. - Я не помню, когда в последний раз выступал так перед кем-то. А чтобы наедине... - Расслабься, я постараюсь без улыбок, - ухмыльнулся Мадлен и специально отвёл взгляд на клавиши. "А вот этого я и боюсь...". Что может быть опасней намекающих шуток от предмета обожания? Покрепче сжав микрофон в руке, Эспрессо ещё раз посмотрел на текст, написанный на листочке. Мадлен сказал ему, в каких моментах стоит растянуть букву или слово, а в каких быстро пропеть или сделать паузу. На самом деле это очень сложно: если в обычных стихах или старых песнях всё расписано по столбикам, делаются отступы или специальные подсказки, чтобы мы различали знаки препинания или конец предложения, то уже в профессионально написанных песнях такого нет. Чтобы получить песню в рифму, необязательно писать каждую строчку, заканчивающуюся на один и тот же слог. Можно просто растянуть песню и закончить, к примеру, первую строчку... на первом слове второй строчки. И такой схемой пользуется каждый гострайтер, и Мадлен(хоть он и гострайтер), но не отказался от удобной идеи. Отложив листочек, парень прикрыл глаза, а Мадлен начал вступление. Когда сама мелодия подсказывала на начало, Эспрессо пропел первую строчку. Его голос звучал иначе, чем в обычное время или на сдаче стиха. Теперь он немного подрагивал, был неуверенным и сладкозвучным, даже более приторным. Сама песня была на итальянском языке, в переводе, как говорил Мадлен, про вдохновение своей первой любовью. Девушка вдохновлялась на танцы, когда видела своего возлюбленного. Также была строчка "grazie a te ho imparato a volare". Довольно-таки иронично получается. Петь на незнакомом языке, ещё и выученном за пару минут, было сложно, до ужаса сложно: через каждое слово Эспрессо делал ошибку, небольшую паузу, просто делал остановку на слове с удвоенной согласной, когда она не нужна. Всё было не так, не считая мелодии - со своей задачей Мадлен справлялся на отлично. Спустя тридцать секунд ломаного пения мужчина остановился, а парень затих, понимая, что тот больше терпеть не может. - Знаешь, нужно немного поработать над заучиванием песни и над итальянским, но это не так важно. Главное, что я понял, что песню можно записывать, - улыбнулся пианист, взяв листочек с текстом и бегло пробежавшись по нему глазами. - А это было слишком плохо? - спросил Эспрессо, грустно посмотрев вниз. - Нет, что ты... Ты был прекрасен! Я думаю, если бы не было проблем с языком, то ты бы просто на идеале исполнил песню! - пианист поспешил успокоить поникшего Эспрессо; легонько приподняв его подбородок рукой и посмотрев в глаза, мягко улыбнулся. От прикосновения руки, не облаченной в перчатку, по коже пробежало тысяча мурашек, а щёки предательски покрылись цветом сангрии. Он во второй раз в жизни видит руку Мадлена: такую изящную, худую, с длинными пальцами и небольшими ранками, с аккуратными ногтями и видневшимися костяшками. Эспрессо понимал, что уже минуту любуется красивой руку пианиста, которая давно лежала на клавишах пианино, но и оторваться просто так он не мог. Прикосновение отозвалось алым пламенем, а тело требовало повторного касания. Но между ними сейчас было только пианино и очередной вопрос Мадлена, который парень пропустил из-за своих мыслей. - А? - спросил Эспрессо, "очнувшись", - Я спрашиваю: а какие песни ты ещё знаешь или можешь исполнить? Я помню, ты писал, что ты родом из Южной Кореи, и там очень богатый музыкальный вкус. Не поделишься со мной какой-нибудь песней? - завораживающе переспросил пианист. На секунду Эспрессо показалось, что тот уже начал играть на пианино - уж настолько был мелодичен голос мужчины. - Я не особо слушал там популярные треки знаменитых групп. Мне они попросту не нравились... Но вот одна женская группа выделялась, а также их лучшая песня, как считаю, - "Piano Man". Я до сих пор наизусть помню текст песни! А это волшебное звучание джаза... - во вздохе Эспрессо были какие-то нотки воспоминания, прошлого и всего, связанного с этой песней, которую он слушал часами напролёт. Когда ехал в аэропорт, когда шёл со школы, когда делал уроки или спешил на дополнительные занятия. Всё было связано с этой песней. Даже на первой встрече с Мадленом в голове у Эспрессо играла только эта песня. Она пахла дорогой Пиной Колада, старым виски и алыми розами, а ритм напоминал уличные танцы, местами - вальсы и меренге. Слушая песню, можно увидеть влюблённый взгляд очарованной девушки, смотрящей на игру своего пианиста, который через пару минут исчезает в тени фонарей улицы и вернётся спустя никому неизвестное время, но в это же место. - Раз ты знаешь её наизусть и так любишь... почему бы нам её не исполнить? - Мадлен быстро добежал до стола, на котором лежал его телефон, взял его и написал название песни, пока Эспрессо раздумывал над ответом. - Тут и ноты несложные! Как раз по-настоящему потренируемся. - Так сразу? - удивившись такой реакции, спросил парень. Эспрессо не очень-то любит делиться своим музыкальным вкусом: у него появляется некая ревность, что кто-то тоже начнёт слушать его любимые альбомы, любимые песни и увлекаться группой. Но не поделиться с любимым человеком своими интересами - грех, да и сдержаться будет невозможно. В любом случае, Мадлена уже не переубедить, ибо он внимательно изучал пианинную версию видео, ноты и движения рук другого пианиста. - Почему нет? Но, если ты против, можем перейти к другой части, - пожал плечами Мадлен, выключая телефон. Взгляд он перевёл на нетронутое вино, как бы намекая на него, а затем уже и на завершение вечера. Тоненький огонёк зажегся глубоко в душе Эспрессо. Он так давно не слушал эту песню. Не слушал именно в той обстановке, когда он её впервые услышал. А это было тогда, когда он остался в школе до ночи, ждал родителей, за окном шёл дождь, а в здании сидел только он и спящий охранник. Именно тогда парень случайно зашёл на вкладку "Популярное", где так же случайно нажал на вышедший клип с песней "Piano Man". Ритм, музыка, голоса девушек так сочетались с сильным ливнем за окном и одной горящей лампой в школе, что парень забылся и утонул в этой приятной музыкальной мгле. А через пару минут приехал и отец, что был зол, ибо Эспрессо слишком долго надевал куртку. А исполнить песню с очень не менее талантливым пианистом - совсем не плохо, а просто отлично. Так этот пианист ещё и был любовью всей его жизни, а песня так хорошо описывала их отношения, что Эспрессо сам уверенно сказал "да". - Только не нервничай, всё хорошо, - подбодрил парня Мадлен, улыбнувшись. - Не буду! - бойко ответил Эспрессо, вновь обхватив микрофон пальцами. I'm ready for some action Are you ready for perfection? Я готов(а) к некоторым действиям Вы готовы к совершенству?

Hey piano man Эй, пианист

아니 매력 없는 대화들이 참 센스 하나 없는 애들 참 No, such un-charming conversations Kids without sense

힘준 내 하이힐도 공들인 립스틱도 못 알아보는 눈들이 참 따분해 My high heels that give me emphasis and carefully applied lipstick The eyes that don't notice them, are so dull

그 때쯤 니가 걸어 나온 것 같애 여기엔 어울리지 않는 피아노맨 I think it was then you walked in A piano man who doesn't fit in here

하얀 손가락 건반에 내릴 때 눈을 반짝 뜬 것 같아 When his white fingers touch the keys My eyes are wide open

(붐빠빠라 붐빠빠라 붐빠빠라 붐13 붐빠빠라 붐빠빠라 붐빠빠라 붐) Bom babara Bom 2x

Hey piano man, 춤을 추는 너의 손짓이15 The piano man, 뻔하지 않은 그 몸짓이 Hey piano man, your dancing fingers15 The piano man, your unpredictable movements 나 뭐랄까, 지금 이 곳에서 너랑 나랑 둘만 남을래 이렇게 What can I say? Now, in this place, only you and me, the two of us will be left here like this

(오른쪽으로 오른쪽으로 오른쪽으로 왼쪽으로 왼쪽으로 왼쪽으로) To the right, to the right, to the right To the left, to the left, to the left

Музыка и пение смешались воедино: казалось, что не пианино сливалось с Эспрессо, а Мадлен, внимательно следивший то за своей игрой, то за прикрывшим глаза парнем, что уже, наверное, позабыл про то, что он находился в одном помещении с другим человеком и пел. Пел так, как пел миллион лет назад, о которых он и не вспомнит сейчас. И он совсем не стеснялся присутствия Мадлена. Да даже если бы перед ним сидели строгие судьи, он бы всё равно продолжил петь, сливаясь с музыкой и плавными движениями двигаясь в такт. Всё было прекрасно: и вид из окна, и звучавшая мелодия, и голос певца, и сама песня, и нетронутое красное вино с прозрачными бокалами. Лунный свет освещал весь город и немного попадал в квартиру Мадлена, хотя там и так было светло. Иногда свет падал и на лицо Эспрессо, как будто тот был жемчужиной, отражался и падал на стоящий неподалёку горшок. Дверной звонок можно было услышать в любой точке квартиры - и студия не исключение. Эспрессо на секунду сбился, но всё равно продолжил петь, а Мадлен насторожился и приостановил игру, прислушавшись. Звонок раздался вновь, и на этот раз мужчина поспешил узнать, кто был столь неожиданным гостем. - Ты пока продолжай петь, а я скоро подойду! - сказал Мадлен, в последний раз посмотрев на Эспрессо и скрывшись в дверном проёме. Отложив микрофон, Эспрессо наконец-то смог вздохнуть. В горле была удушающая засуха, а единственным оставшимся напитком - было нетронутое вино. "Открывать без ведома хозяина алкоголь некрасиво.. Но и сидеть с засухой тоже неправильно. Думаю, Мадлен не будет против, если я выпью пару миллилитров...". Взяв бутылку вина и лежащий рядом штопор, Эспрессо воткнул его в пробку и одним ловким движением открыл бутылку без всяких "взрывов". Обязан этому он был своей работе официанта, с помощью которой научился открывать вина и шампанское без проблем на третью неделю. Если сосчитать все неудачно открытые бутылки, то сумма выйдет дороже, чем всё меню ресторана. Сколько нужно себе налить и не перепить, Эспрессо тоже знал. Налил меньше половины стакана, аккуратно посмотрев на переливающуюся жидкость в бокале на лунном свете. После конца любования алкоголем парень быстренько отпил из бокала, мечтая ощутить накатывающее удовольствие. Но старый вкус сухого вина отдал не красочными эмоциями... Сам организм не выдержал, и Эспрессо, стараясь прикрыть рот, выплюнул большую часть выпитого. Вино было горьким, терпким, сразу кольнуло в горле, из-за чего он и выплюнул всю часть. "И помни, Эспрессо, если ты когда-нибудь будешь пробовать вина, то не спеши выпить всё содержимое! Пей аккуратно, по глоточку, старайся не спешить..." - задумчиво говорил Спарклинг, протирая бокалы вина, когда Эспрессо стоял рядом и печатал чек, в котором клиент заказал три бутылки вина и до сих пор не насытился ими. "Бля-я-ять... За это Мадлен меня ни за что не простит... Мало того, что я открыл вино без него, так ещё и вылил всё содержимое на стол и ковёр". Судорожно ища любую тряпку, салфетку или ткань, которой можно вытереть вино, он нашёл лишь пачку тонких сухих салфеток, стоящую неподалёку. Одна салфетка, стоило ей соприкоснуться с мокрым столом, тут же промокла полностью и впитала лишь пятью часть вина. Со следующими двумя салфетками случилось то же самое, а четвертая и пятая полностью вытерли стол. Теперь осталось разобраться с бежевым ковром, но уже с темными пятнами на нём. Пока Эспрессо старался оттереть пятна на полу, которые, само собой, обычной сухой салфеткой не ототрутся, за дверью всё громче и громче раздавались голоса и агрессивный топот. Какой-то человек будто бы спешил войти в гостиную, пока другой голос, более спокойный, пытался его остановить. С волнением посмотрев на дверь, Эспрессо затаил дыхание, слушая, как персона остановилась и потянула за ручку двери.

***

Вновь собирая волосы в пучок, Мадлен на цыпочках крался к двери. Время позднее, в такое обычно никто не наведывается, кроме как доставок еды, которую пианист иногда заказывает по вечерам. Но сегодня он ничего не заказывал, никого не приглашал и никого не ждал, кроме Эспрессо. Подойдя к двери, мужчина посмотрел в глазок, в котором увидел знакомую блондинистую голову и длинные чёрные стрелки на глазах. - Чиз? - Мадлен, нам нужно срочно поговорить! - откликнулась девушка, услышав голос за дверью. Повернув замок на двери, Мадлен толкнул её, и внутрь сразу же вошла Чизкейк. Хмурая, недовольная, но с отличным макияжем. Волосы её были распущены; одета в дымчато-белую блузку, жемчужную юбку, а на её ногах были слипоны. Об её позднем визите она не предупреждала Мадлена ни в социальных сетях, ни в жизни. Но то, что она уже пришла и стоит на её пороге, говорит о многом: либо случилось что-то серьёзное, либо ей просто стало скучно. - Почему ты не отвечал на мои сообщения? Я всё утро сегодня сидела и мониторила экран, а в сеть ты заходил несколько раз! - Чизкейк скинула с себя обувь и прошла внутрь квартиры, не дав Мадлену подумать. - А ты писала мне что-то? - удивился пианист. - Я не видел, правда. Чизкейк закатила глаза и вновь посмотрела в глаза Мадлена, пытаясь найти там капельку лжи, но в синих глазах не мелькнул никакой намёк на ложь. Сдавшись, девушка медленно спустилась взглядом к одежде Мадлена, что была слишком серьёзной для домашней. Даже когда она предупреждала о своём визите, он так не одевался. А затем взгляд сам упал на порог, где недалеко от её снятых слипонов, стояла другая пара обуви, явно принадлежавшая не Мадлену, а другому человеку. Лицо певицы изумилось: глаза расширились, улыбка укатилась куда-то вниз, а тонкие руки сжались от злости, царапая кожу острыми ногтями. Мадлен, проследив за взглядом подруги, попытался спрятать ту пару обуви за своим видом, но увиденное уже не выдворить из головы Чизкейк. Девушка всё поняла, а картина сама рисовалась в воображении. - Чиз... это не то, что ты подумала... - попытался оправдаться Мадлен, медленно приближаясь к застывшей Чизкейк. - А что я должна подумать?! Это ведь не твоя обувь - у тебя такой нет! Говори немедленно, кто у тебя дома? - Чизкейк, насколько это было возможно, взглядом заглянула в открытые двери первых комнат, в которых не было намёка на чужое присутствие. - У меня никого нет дома, правда... - ответил Мадлен. Чизкейк недоверчиво посмотрела в его сторону и криво улыбнулась. - Ты никогда не умел врать. Всё, что ты говоришь, - искренняя правда. А если ты пытаешься солгать, то это становится ясно по твоему лицу, - съязвила Чизкейк и прошла по коридору. - Где он? Или она? В спальне? Или в гостиной? Хотя я сама проверю, можешь ничего не говорить. Направляясь прямо к гостиной, Чизкейк старалась сдержать порыв расплакаться прямо перед Мадленом. Её тушь начала немного подтекать из-за набравшейся влаги в глазах, а губы задрожали. Такая реакция была у Чизкейк всего два раза в жизни: первый раз, когда родители отдали её на школу вокала и девочка не смогла справиться с эмоциями, расплакавшись перед залом, полным других актёров. Чизкейк никогда не была открытым ребёнком, наоборот, она очень закрытая, замкнутая личность, из которую сделала певицу первого класса, всегда улыбающуюся и носящую дорогие вещи, смеющуюся в лицо камер и говорящую уверенно на интервью. А второй случай произошёл на их первом выступлении с Мадленом. Посередине песни голос девушки сорвался, и она, не контролируя эмоции, начала открыто рыдать перед всеми, дрожа и сжимая подол тёмного платья. Недовольный голос зала, хмурые лица зала довели Чиз, и та позорно убежала, оставив Мадлена одного на сцене, удивлённого и озадаченного. Нашёл её парень в незаметном углу за кулисами, где девушка, съежившись, притянула к себе колени и плакала, царапая свои руки и норовясь порвать дорогое платье. Почувствовав тёплое дыхание и руку, легшую её на плечо, Чизкейк попыталась отодвинуться от человека рядом, но вместо этого её лишь притянули ближе к себе, положив голову на её плечо. - Не плачь, всё хорошо, - тихо прошептал голос на ухо юной девушки. - Ты прекрасно спела, отлично выглядела и была просто великолепна! - К-как.. я могла бы..ть великолепной... если уб-бежала?.. - всхлипнула в ответ Чизкейк, больше не сопротивляясь. - Р-родители будут сильно ругаться... - Они не будут ругаться, обещаю, - ответил ей голос. Чуть открыв слипшиеся от слёз глаза, Чизкейк оглядела прижимающуюся к ней макушку. Это был тот самый пианист, выступавший с ней, которого она опозорила перед публикой и оставила одного. - Я, правда, обещаю, что они ни слова не скажут о сегодняшнем. Ни сегодня, ни когда либо ещё... Парень, который должен был ненавидеть её за отвратительное выступление, вдруг обнимает и обещает того, к чему вообще не причастен. И каким образом он заставит родителей Чизкейк, придирающихся к любой вещи, промолчать? Ему нужно будет волшебником или богом, чтобы хотя бы один раз заткнуть тех. - П-правда, обещаешь? - Правда. Чизкейк слабо верила малознакомому человеку, но успокаивающий голос, тёплые объятия и неразборчивый шёпот будто бы заставляли девушку забыть обо всех проблемах и расслабиться. Ещё никто в жизни к ней не проявлял такой заботы, и даже если этот человек исчезнет спустя какое-то время, то Чизкейк будет благодарна ему всей жизнью за подаренные секунды спокойствия. Секунды, когда ей не нужно подправлять причёску или платье, когда не нужно сидеть в студии и по сто раз перепевать текст песни, когда не нужно просыпаться в пять утра, чтобы всё успеть, когда не нужно заботиться о лишних взглядах или разговорах, когда не нужно спешить на три школы занятий по вокалу и готовиться к бесконечным экзаменам. Но сейчас была не такая ситуация. Если она расплачется вновь, то весь образ, строившийся вокруг неё, будет сломан за один миг. А если выйдет тот парень или девушка... - Стой, Чиз, давай поговорим! - Мадлен схватил подругу за руку, но ты вырвала её и возобновила путь. - Я тебе всё расскажу, только остановись. - Мне не нужно ничего рассказывать, я сама сейчас всё и узнаю... Подойдя близко в двери гостиной, девушка незамедлительно дёрнула за ручку и лёгким толчком руки открыла дверь. Первое, что попалось на глаза: это сильный запах вина, открытая бутылка и два бокала, в одном из которых по виду уже было налито вино и выпито. Пройдя чуть вперёд, Чизкейк огляделась вокруг, но никого не увидела. Ни разбросанной одежды, ни какой-то упавшей заколки или серёжки, да даже тонкого волоска не было на диване или кресле. Но и шестое чувство Чизкейк тоже не могло обманывать: в квартире Мадлена явно кто-то был, иначе чья это была обувь и почему на столе стояло два бокала? - Видишь, никого у меня нет дома... - попытался всё перевести в шутку Мадлен. Чизкейк на это лишь хмыкнула и, махнув волосами, пошла обратно на выход. - Но тогда чья это обувь и чей лишний бокал? - задала вопрос девушка, надевая обратно обувь. Больше ей нечего было делать у Мадлена. - Обувь моя, а... бокал по ошибке вытащил... - Мадлен отвёл взгляд, когда Чизкейк вновь посмотрела на него, будто бы насмехаясь над неловкими отговорками, придуманными за секунду. - Можешь ничего не говорить, я сама виновата в том, что взяла и заявилась без приглашения... - буркнула в ответ Чизкейк, смотря на свою причёску в зеркале и собираясь уйти. - Чиз, всё точно хорошо? - спросил Мадлен, когда та дёрнула за ручку двери и переступила через порог между квартирой и подъездной площадкой. - Да, не волнуйся, - кивнула в ответ девушка и, улыбнувшись, пошла вызывать лифт. Когда тот приехала, она, войдя внутрь, в последний раз помахала Мадлену и улыбнулась, как бы намекая, что всё хорошо. И что это только что было?

***

Спустя пару минут голоса в коридоре стихли, а, по-видимому, входная дверь хлопнула. Эспрессо, всё время прятавшийся за пианино, видным только если пройти вглубь зала, смог наконец вылезти. Все грязные и мокрые салфетки успели перенести весь запах и влагу на рубашку парня, оставив тёмные следы, которые срочно нужно будет вывести дома. Заметив следы на рубашке, Эспрессо попытался оттереть их ещё нормальной салфеткой, но тут и влажная не поможет: следы уже впитались. - Эспрессо, ты тут? - раздался голос за спиной парня, стоявшего у столика, где произошёл инцидент с вином. - Где ты прятался? Я уж боялся, что она закатит полный скандал... Повернувшись к источнику, Эспрессо встретился с обеспокоенными глазами Мадлена. Беспокойство мужчины было двойным: он боялся и за себя, и за Эспрессо. Кто знает, что могла бы сделать Чизкейк, если бы нашла его или решила проверить всю гостиную? - А-а... - опустив глаза на открытое вино, бокал с жидкостью на донышке и грязный ковёр, пианист удивлённо перевёл взгляд на покрасневшего Эспрессо. - Прости.. Я очень сильно хотел пить, открыл вино, налил себе немного, а на вкус оно оказалось таким противным. Моё горло само не сдержалось, и я выплюнул большую часть вина на столик и ковёр... Стол я смог вытереть, а вот ковёр... - стыдливо взглянув на пять больших пятен на бежевом ковре, парень закусил губу, пытаясь спрятать глаза под большими очками. - На это не обращай внимания, я всё равно хотел выбросить этот ковёр, - махнул рукой пианист. - А что случилось с твоей рубашкой? Капли тоже попали на неё? Тонким пальцем проведя по пятнам, возникшим на рубашке Эспрессо, тот, покачав головой, провёл круговые движения по когда-то белоснежной рубашке. Парень ничего не смог ответить от утраты способности речи и горящего лица и просто показал несколько грязных и мокрых салфеток, сжатых в его руке. Одна тёмная капля стекала по его вене, намереваясь испачкать рукав, на что Мадлен успел смахнуть её указательным пальцем и в конце попробовать на вкус само вино с помощью этой капли. - М-м, и вправду горькое. Пожав плечами, Мадлен взял два бокала и хотел понести их на кухню, но перед уходом сделал предложение: - Если ты хочешь постирать рубашку, то закинь её в мою стиралку. Она и постирает, и высушит, и домой поедешь в чистой. - А.. нет, не нужно... - отрицательно замотал головой Эспрессо. Как только Мадлен вышел из комнаты, парень схватился за свою голову и упал на диван. Ноги больше не могли держать его тело, а руки были неуправляемыми, голова закружилась, в глазах потемнело. "Что это только что было? Что он сделал пару секунд назад?". Движение Мадлена и его нескромное предложение отчётливо повторялись в голове. "А те плавные движения по моей рубашке? Уж не говорите, что он с Чизкейк так делает, если она испачкается!". Движения, что были проведены по рёбрам и груди Эспрессо, почти касались территории сосков, самой чувствительной части тела парня. Да что уж таить, кожа Эспрессо горела после любого прикосновения Мадлена, требовала большего, место начинало краснеть и зудеть. Если бы так сделал Лилак или Спарклинг, Эспрессо даже бы не обратил на них внимания, а когда это делает предмет обожания, которого ты ждёшь каждый день в ресторане, грезишь во снах и думаешь поздно ночью, перечитывая переписки и храня, словно драгоценность, салфетку с подписью и номером, то тут уже другой разговор... И разве сделанное Мадленом называется дружбой? Дружба длиною в день. То же самое с чувствами: влюбиться за один день. Это ведь ерунда, такого не бывает... "А может, стоит воспользоваться его предложением? Дома я вряд ли смогу вывести эти пятна обычным средством". Эта мысль держалась в голове Эспрессо долгие пять секунд. Тогда бы Мадлен одолжил какую-нибудь свою рубашку или майку на время, чтобы тот не сидел голым, или... "Нет, я и так испачкал его ковёр, а тут ещё и воспользуюсь его стиральной машинкой". Откинув эту идею, Эспрессо принял сидячее положение, чувствуя, как к ногам вновь приливают силы, а в глазах уже не так темно и он может различать обстановку. - Время десять.. Неужто мы так долго занимались? Мне казалось, что прошёл один час... - вздохнул парень, посмотрев на часы. Пора собираться домой, раз все дела сделаны. Свой телефон Эспрессо нашёл за диваном; закинув его в карман, он оставил на столе грязные салфетки, так как в гостиной, ожидаемо, не было урны. Тихо шагая по мягкому ковру, Эспрессо старался прислушаться к звукам на кухне, куда пошёл Мадлен. Более двух минут его не было, а в квартире не раздавалось ни единого шороха. Выйдя в длинный коридор, ведущий на выход, соприкасаясь белоснежными носками с холодным полом, парень продвигался вперёд. Мертвая тишина пугала и убивала, а плохие мысли, что могло случиться с Мадленом, приходили в голову чаще и чаще. С одной стороны, пианист ничего не мог бы сделать с одной бутылкой вина и двумя бокалами, но не стоит забывать факт, что он пошёл на кухню, где полным-полно острых предметов. Плюс: где-то нараспашку открыто окно, ибо в квартире стоял сквозняк. Можно ли связать это с Мадленом на кухне и вино? Пока Эспрессо шёл и параллельно напрягал свой слух, в его кармане завибрировал телефон с новым прилетевшим сообщением. Потянувшись к светящемуся телефону, Эспрессо быстро махнул все уведомления, чтобы прочитать сообщение. Оно было от Херба, что прислал фотографию с двумя оранжевыми бумажками евро и подписью "Скоро потягаюсь с тобой чаевыми, если твой пианист вновь не навалит тебе под пятьсотку". Улыбнувшись этому сообщению, парень закинул телефон обратно и продолжил путь, но тут же врезался в кого-то. Ушибленный затылок заныл, удар прошёлся по какой-то крупной пуговице, прямо в центр. - Ты куда собрался? Меня потерял? - ухмыльнувшись, спросил Мадлен. - Домой. Уже поздно, могу не успеть на автобус, - ответил Эспрессо, пытаясь скрыть набежавший румянец от очаровательной ухмылки. - Так рано? Я нам еду заказал из твоего ресторана. Думал, поужинаем и закончим. Или.. давай я тебя подвезу! - "Точно, у него же есть машина...". - Нет, спасибо, я сам пойду, - улыбнулся парень, замотав головой. - Может, тогда дождёмся доставки и заберёшь своё блюдо? Я просто один столько не съем, да и ты по-любому голоден, но стесняешься признавать это, - покачал головой мужчина. Он по-прежнему сохранял расстояние в метр между ними. - Не-ет, я, правда, не голоден. "Ждать полтора часа, пока у нас красиво упакуют еду и попадут в очередную пробку? Я не похож на самоубийцу". Пока Мадлен думал, как ещё можно удержать Эспрессо у себя дома, тот проскользнул мимо него к порогу, быстро надевая свою обувь и вновь проверяя уведомления в телефоне, но последнее уже из-за волнующей обстановки с пианистом. Заметив отсутствие собеседника, мужчина тоже поспешил туда, понимая, что до конца дня он вновь останется один. Возможно, он не был бы против разделить некоторые минуты с Эспрессо, с которым знаком от силы день, но такое ощущение, что месяц. Слишком много было рассказано за убийственно короткую ночь и слишком интересно с ним было работать. Слушать его пение, истории, застенчивый взгляд, смотреть на карие глаза из-под больших очков... Если бы только Эспрессо был более открытым в реальной жизни... - Надеюсь, тебе у меня понравилось, и наши встречи участятся, - сказал Мадлен, облокотившись об стену. - Да, было классно! - улыбнулся ему в ответ Эспрессо, повернувшись к двери, намереваясь дёрнуть за ручку. - Ты же не подумал, что я не захочу тебя видеть после визита Чизкейк? - парень замер на месте, не смея двигаться. - А? Не-е-е-е-ет... - растянул последнее слово Эспрессо. - Я даже об этом не думал, правда. - Просто... Чизкейк такой человек... - вздохнул Мадлен. "Почему он оправдывается за неё? Она сама ворвалась в его дом, начала искать кого-то, а потом, как ни в чём ни бывало, ушла". - Скорее всего, это из-за её родителей, что давили на неё с детства. Я был её, можно сказать, первым другом. Видимо, она, дурочка, боится, что я заменю её кем-нибудь... На лице пианиста появилась мимолётная улыбка. Он вспоминал прожитые моменты с упрямой блондинкой, вечно ворчащей и брезгливо убирающей кукурузу из своей еды. Она прекрасна, словно весенний луч или первый подснежник, но так холодна - хуже зимы и гололёда на дороге. Но если сравнивать её с Эспрессо, то можно найти столько схожестей: они оба гибкие, разговорчивые, смешные(в хорошем смысле), со своими странностями, стеснительные, <i>талантливые... - И ты был просто великолепен! Я так рад, что мы с тобой познакомились, начали общаться друг с другом! Я наконец-то смог найти человека, с которым могу разделить свои переживания и мысли, - парень опустил взгляд вниз, сдерживая улыбку. Ему до ужаса было приятно слышать эти слова, будто бы это было признание. - Возможно, если бы ты был девушкой, я бы... На последних словах Мадлен замялся, нервно хихикая и понимая, что сказал что-то лишнее. У Эспрессо же сердце пропустило пару ударов, а руки задрожали. Он со слабой надеждой посмотрел на мужчину, ожидая его ответа, но тот лишь отмахнулся. - Прости, последнее было лишним, наверное... В любом случае, ты для меня не просто знакомый, а нечто большее. Удачи! - С-спасибо... Спустя пару мгновений Эспрессо уже ехал в лифте. Если бы ты был девушкой, я бы... били по грудной клетке и стучали по вискам. Казалось, такие обычные слова, которые могли быть сказаны просто по шутке или как отдалённый комплимент, но воспринимаются они совсем иначе. Мадлен будто бы специально сказал эти слова, зная о чувствах собеседника, или это действительно совпадение? Сказал он это, чтобы так "извиниться" перед ним за Чизкейк или... Схватившись за голову, Эспрессо чуть не скатился по лифту от накативших эмоций. Его останавливало лишь то, что лифт вот-вот приедет или остановится и внутрь войдут люди, которые вряд ли одобрят такое состояние чужого человека, так ещё и из дорогих апартаментов. В этот раз горели не только щёки, но и сама голова. Слишком быстрое развитие событий, слишком быстрое развитие отношений не очень хорошо сказались на состоянии и так влюблённого парня, не различающего настоящих чувств. Так много ситуаций и так много логичных ответов на них, но в конце окажется, что ни один из вариантов неверен. А ехать в этом лифте очень долго, так что Эспрессо мог бы сползти по полу и посидеть немного. Когда долгожданный колокольчик оповестил о прибытии на первый этаж, парень тут же выбежал, сжимая в руке сумку-хиппи покрепче. Перепрыгнув пять ступенек, Эспрессо наконец-то ощутил свежий воздух: немного пахло выхлопными газами, чуть-чуть Босфором и кебабной рядом, но это не отменяло факта того, что запах был великолепен и ласкал рецепторы. У Мадлена в квартире тоже приятно пахло, но сейчас Эспрессо просто на секунду хотел отвлечься. Не вспоминать о запахах, обстановке, всех лишних деталях или о самом пианисте. Наверное, это первый день, когда парень хочет на какое-то время избавиться от мыслей о Мадлене. Небо было хмурым. Мимолётные молнии, изредка сверкающие в тёмных облаках, ничего хорошего не предвещали, а гром, что был слышен во всём Стамбуле, пугал не только маленьких детей в колясках, но и взрослых людей, вздрагивающих после каждого громкого звука. Эспрессо понял, что если не доберется до дома в ближайшие пятнадцать минут, то попадет в ураган или сильный ливень, чего не очень-то и хотелось испытать на себе. "Ещё нужно учить биографии по литературе" - хмыкнул Эспрессо, поспешив домой. В первый попавшийся автобус он сел, не задумываясь, воткнул наушники и включил самую громкую музыку, существующую у него в плейлисте. Это не та песня, которую нужно слушать в таком состоянии, но раз голова болит - то почему бы её не добить окончательно? У певицы был низкий, но мелодичный голос, чем-то напоминавший Адель или Бейонсе. Сама песня была про любовь на английском языке, иногда смешивающимся с испанским. Слова "Oh, dear, dear, if you only knew ¿qué mariposas en mi estómago me estás causando... и резкая остановка автобуса чуть не выбили Эспрессо из колеи. Похожие слова были и у него в тексте, и, как назло, голос певицы и мелодия затмило пение Эспрессо и игра Мадлена, с каждой секундой проявляющейся всё отчётливее и отчётливее. Скомкав наушники в кучку, Эспрессо кинул их в сумку и поспешил на выход, решив пройтись в конце. Всё равно идти минут десять, до урагана успеет. Да и что может быть лучше, чем обычная прогулка по тихим, спокойным улицам? Ты не слушаешь музыку, не погружаешься в свои тайные миры, не придумываешь различные варианты развития событий какой-то ситуации или себя в какой-то главной роли. Ты просто идёшь, не забивая себе голову "мусором". Но ведь человек не сможет прожить и минуты без лишних мыслей? В памяти всплыло воспоминание, как Эспрессо шёл вечером домой после последнего школьного экзамена, довольный, весёлый и, наконец, спокойный; где-то сзади были слышны радостные крики его одноклассников, а впереди его ждал Спарклинг с двумя лимонадами в руках, которые он успел купить, пока Эспрессо прощался со всеми учителями. Теперь оставался последний тяжёлый момент: готовиться к поступлению. Эспрессо себе ни дня не выделит на отдых - сразу сядет за учебники и не будет выходить из дома. Тогда он не знал, что его сумасшедший переезд в Турцию будет иметь весьма интересную концовку. Возможно, если бы ты был девушкой, я бы... Парень вздохнул и усмехнулся. "Лучше, чем я думал...". Пошёл дождь.

***

Два больших пакета с невероятным запахом, исходящих из них, стояли на кухонном столе Мадлена. За окном лил сильный ливень, свет везде был выключен, исключая гостиную, а по телевизору скоро покажут юмористическое шоу. Что может быть романтичнее этого? Вытащив все пластиковые коробочки, пианист не стал заморачиваться с красивой картинкой и понёс их так в зал. В этот раз доставка приехала очень быстро: спустя пять минут после ухода Эспрессо. Если бы Мадлен задержал его хотя бы на три минутки, то, возможно, сам Эспрессо столкнулся бы с курьером на лестничной площадке или в лифте. Уже любимая камбала и салат лежали на столе, но больше всего Мадлена интересовал его напиток - Пина Колада. Освежающая, воздушная, кокосовая и сладкая. Он так сильно хотел разделить этот напиток с Эспрессо, что хотел заказать четыре бокала. Сейчас он радуется, что не сделал такое решение, иначе он бы не смог встать завтра на работу... Она так же прекрасно пахла, была украшена даже лучше, чем раньше, но почему-то тогда всё было выполнено... по-домашнему, что ли? Словно мама приготовила напиток и украсила сливками с фруктами... А этот коктейль был выполнен уже набитой рукой бармена, который, наверное, готовил другой коктейль параллельно с этим. Ткнув трубочкой в пенку и достав до дна, Мадлен потянул холодный напиток, чувствуя кусочки измельчённого льда. - В прошлый раз она была лучше... - хмыкнул мужчина, отставив стакан и принявшись за камбалу. У него впереди ещё три блюда и вторая Пина Колада.

***

Захлопнув ногой дверь, Эспрессо по привычке откинул свою сумку хиппи и, скидывая с себя ненужную одежду, прошёл прямиком в ванную. К сожалению, под дождь он попасть успел, из-за чего полностью промок, стараясь прикрыться своей тонкой сумкой, в которой лежали все купюры денег, впоследствии ставшие мокрыми. Не сказать, что их было много, но это честно отработанные чаевые - сто сорок евро. Но Эспрессо на них не обратил внимания: то ли позабыл, то ли ему было действительно всё равно. Горячий душ в ванной стал самым лучшим выходом в такой летний, но дождливый день. Однажды летом пошёл настоящий снег, заваливший все двери домов и отелей, вот только тогда Эспрессо ещё учился в школе... Капли стекали по обнаженному телу и стройным ногам, и только лишь обмотанное полотенце прикрывало бедра, которыми парень, пританцовывая, двигал. Он обожал танцевать дома, когда никто не видит, когда он может слиться с мыслями в единое целое и не бегать с подносом грязных тарелок. А когда на телефоне он поставил "Mr.Ambiguous", так все мысли вообще вылетели из головы, заставляя уставшие ноги танцевать или плавно двигаться, попадая в ритм музыки.

Вместо того чтобы играть в невинность, имей хоть немного смелости

С таким настроем Эспрессо дошёл до комнаты, где накинул на себя домашние шорты и обычную футболку. Работа работой, личная жизнь личной жизнью, визит дома Мадлена визитом дома Мадлена, а пятница будет решающим днём. Либо Эспрессо сдаст экзамен и больше не будет беспокоиться о зачётах, либо придётся заново побегать или принять поражение и остаться на второй год. Именно поэтому телефон улетел в другую сторону, чтобы не соблазнять своим видом, вся еда убрана по полочкам, а номер на салфетке был специально снят и закинут под кровать. День назад Эспрессо тоже собирался посвятить весь вечер и всю ночь учёбе, а в итоге поддался соблазну и написал Мадлену, разговорившись с ним до утра. Да, это были прекрасные часы, пролетевшие, как минуты, но повторения Эспрессо точно не желал. Открыв первую страницу огромной книги, парень быстро перелистал на пятисотую страницу, где расположилась огромная биография Шарлотты Бронте, а следом за ней шёл Джек Лондон и Уилки Коллинз. Сегодня эти трое писателей завоюют сердце юноши своими датами, написанными книгами и стихами, короткими отрывками произведений и всякими думами о жизни, которые он должен выучить наизусть. В мыслях Эспрессо представляет, как запирает книгу в самом старом шкафу своей квартиры, запирает на несколько замков и "случайно" теряет ключ в своей комнате. Будь его родители рядом, такого бы беспорядка в комнате у него не было. Парень немного припустил очки, чтобы половина глаза немного отдыхала, сам же вчитался в строчки, чтобы не пропустить ни одной. Изящные буквы на жёлтых страницах выделялись так ярко и отчётливо, а на некоторых страницах можно встретить оригинальную подпись писателя или всеми забытое произведение. Эту книгу ему дал учитель Ванилла, изначально купивший её на распродаже в Англии, куда поехал специально. Ванилла давал её всем ученикам, чьи оценки были ниже тропинок в Стамбуле, но с Эспрессо эти случаи участились, и учитель просто решил подарить эту книгу парню. Он всё равно висел на волоске, да и Ванилла был уверен, что просто так Эспрессо не отстанет, пока не расскажет материал на отлично(немного неправда, но ладно). За окном пару раз ударила молния в одну точку. И кто придумал, что молния два раза в одно место не бьёт? Может, для эпитетов и сойдёт, но уж точно не в природе. Эспрессо и Спарклинг лично видели, как молния ударила раза три в одно и то же место. А что уж там говорить про шпиль Эмпайр-Стейт-Билдинг... После минутного молчания неба вновь загремел по крышам дождь, перераставший в огромные капли, словно из шланга. Даже если бы он согласился остаться с Мадленом и потом бы они поехали домой, то можно было бы добраться в такую погоду до дома без пробок? Возможно, пианист предложил бы Эспрессо остаться у него с ночёвкой, что тоже было бы неправильно. И это ещё не беря в счёт все произнесенные мужчиной слова о том, что Эспрессо стал для него нечто большим, чем просто друг, за один день. Да и смог бы Эспрессо встать вовремя на работу, не разбудив Мадлена, добраться до отеля и не опоздать из-за пробок? Тоже маловероятно. Новая стрижка Коллинза, романы Бронте, посвященные ей серенады и мелодичные строчки впились когтями в голову Эспрессо, убаюкивая, шепча что-то на непонятном языке. На секунду он представил себя на месте той девушки, которой поёт принц, когда та заперта на последнем этаже башне. Слова, голос и игра на гитаре слышны так отчётливо, что глаза сами по себе закрываются, дыхание успокаивается, а уже в следующую секунду чувствуются холодные страницы книги.

***

Проливной дождь был ужасно сильным: он успел затопить все ближайшие каналы, и сейчас громко стучал по крышам дома. Все люди бежали в укрытия, прятались под крышами, накидывали на себя куртки или сумки, чтобы не промокнуть полностью. Некоторые парочки, в основном подростки, бегали без зонтиков, курток или сумок, крича друг другу подбадривающие слова или простые шутки. Так мило наблюдать за целующейся парочкой посреди парка, уронившую зонтик из-за долгого поцелуя и, видимо, искреннего признания. - Отвратительный день! - буркнула девушка под нос, хмуро оглядев улыбающегося парня. Когда-то пышная жемчужная юбка и дизайнерская блузка были полностью промокшими. Ноги девушки слегка подрагивали от, как ни крути, холода на улице. Конечно, если выйти в джинсах, то не почувствуешь никакой прохлады, а если в обычной юбке без колготок или носков, то холодок пройдётся дрожью по всему телу. Зонтик в руках был тоже мокрым, только девушка гневно сжимала его, не решаясь раскрыть. Сейчас она гуляла возле магазинов Стамбула, не зная, куда ещё деть своё время. Тушь поплыла по лицу, оставив тёмный след, стекая всё ниже и ниже, достигая до шеи и начиная новый путь вниз. Чизкейк смахнула тёмную капельку, потерев её указательным и большим пальцем; прошла дальше по уже опустевшим улочкам, где не встретишь ни пробегающего кота, ни человека. Слипоны, казалось, содержали в себе воды больше, чем в теле человека, так как они совсем не предназначены для такой погоды. Девушке бы лучше повернуть обратно, вызвать такси, зайти в любую кофейню и переждать конца дождя, но она продолжает идти по переулку, не боясь забрести в тёмный уголок. По пути попалась огромная лужа, по которой певица не постеснялась пройтись и даже пнуть, образовав большую волну воды. Ногам от этого стало ещё противнее, а горло вновь дало о себе знать, ударив в ответ по миндалинам. Вспомнилась та сцена, когда они ехали с Мадленом в машине после ужина в ресторане... Та баночка с апельсиновыми леденцами до сих пор лежала в её сумочке, но она ни за что не достанет её сейчас. - ...и никто из них нас не найдёт сегодня... - прошептала девушка, проведя рукой по стеклу кофейни, за которым можно было увидеть милых парочек, попивающих какао. Ненавижу тебя, официант…

***

Звенящая дрель гудела где-то сзади спящего парня. Эспрессо удобно расположился на книге: прильнул лицом к её страницам, мило сопел и даже не замёрз за всю ночь, хотя обычно натягивает на себя одеяло с ног до головы. Сонно подняв голову и протирая глаза под очками, Эспрессо дотянулся до телефона и отключил будильник, одновременно посмотрев на время. - У меня что, будильник на ежедневку поставлен? - зевнул парень, откинув телефон. Пьяной походкой пройдясь по коридорам квартиры, он по привычке дошёл до кухни, поставил чайник на плиту, а затем прямиком в душ. Ещё один похожий на предыдущий день начался снова.

***

Распахнутое окно пропустило новые потоки ветра в просторный кабинет, обставленный всеми видами растений на Земле, с простыми, но эстетичными картинами, одни настенные часы, кулер с водой, несколько фарфоровых чашек в шкафчике и много-много рукописной работы. Все бумаги хранились в разноцветных папках с узорами для разнообразия, с наклеенными звёздочками и большими буквами "SS". За чёрным кожаным креслом сидел фиолетоволосый парень, тщательно проверявший присланные контракты, параллельно с этим сидя в своей группе и переписываясь с одногруппниками. Две такие важные работы совмещать нельзя, но менеджеру самого престижного ресторана в Турции можно. Тонкий шрифт разглядеть было практически невозможно, из-за чего Лилак постоянно тёр глаза и устало вздыхал. С шести утра он сидит в своём кабинете, вспотевший и уже уставший, проверяет бумаги, контракты, рекламные предложения... В планах ресторана сейчас: заснять новые рекламные ролики для пиара ресторана, добавить какую-то акцию, новая фотосессия, обновление главного сайта. И со всем этим должен справиться именно Лилак. Да, это мало как связано с работой менеджера, но разве можно пойти против начальства? А зная начальника, лучше выполнить. Но Лилак изначально знал, куда и зачем его послали так рано утром, не дав выспаться. А именно... - К тебе гости, - не постучав в дверь, сказала заглянувшая Аньён. Женщина громко хлопнула дверью и побежала на кухню, оставляя после себя запах едких духов. Сегодня последний день обычных дней и первый день начала подготовки к грандиозному празднику в пятницу. Благотворительный вечер, что устраивает Йогурт, чтобы собрать побольше денег, часть которую отдаст самой причине благотворительности, а другую заберёт себе. Лениво встав со своего кресла, Лилак, набираясь больше уверенности с каждой секундой, пошёл встречать тех самых важных гостей. А гости были из санэпидемстанции Так как ресторан Йогурта считается самым популярным, дорогим и высококачественным местом во всём Стамбуле, к нему и внимания от всех проверок вдвойне больше. Они могут приехать в любое время: поздно ночью, рано утром, во время завтрака, вечером, один раз даже приехали в пятницу, когда выступали Мадлен и Чизкейк. Поэтому увидеть кого-нибудь из проверки было совсем неудивительно. Пройдя длинный коридор в холл зала, Лилак уже издалека увидел делового мужчину, его коллегу и взрослую женщину, чьи лица хорошо запечатлелись в памяти. Раньше Лилак встречал их в форме официанта, а сейчас уже в совсем ином виде. Натянув хитрую ухмылку, парень прошёл к гостям, ожидавшим увидеть совсем другое лицо. - Здравствуйте. Ещё раз добро пожаловать в наш ресторан! Пришли на ранний завтрак? Спешу огорчить, что он начнётся только через полчаса... - "грустно" произнёс Лилак, при этом поглядывая на полного мужчину. - К сожалению, мы не на завтрак. Не бойтесь, мы управимся за пятнадцать минут, так что ваши гости смогут спокойно насладиться свежими булочками, - хмыкнул мужчина, чиркнув ручкой у себя в блокноте один пункт. - Что ж, Лилак, поздравляю. В прошлый раз вы нас встречали в совсем ином виде... Трое человек усмехнулись, после чего собеседник Лилака отправил их проверять ресторан. - Как видите, времена меняются, мистер Марклс... Один день я официант, в другой уже менеджер, так и до владельца недалеко... - хихикнул Лилак, провожая мужчину до бара. Обычно Марклс проверяет только важные места, а всё остальное сваливает на двух миньонов. - Не желаете ли чаю? Или, может, кофе? Вчера был такой сильный дождь... советую расслабиться в нашем баре. У нас появились новые виды чая: лимонный с мёдом и корицей, манго с грушей и виноградом, персик с мандарином и жасмином... - Я бы не отказался от кофе, - Спарклинг тут же закинул свежие зёрна в кофемашину и пошёл за свежим молоком. Инспектор с Лилаком сели за стулья и повернулись друг к другу для большего глазного контакта. - А если не секрет, почему вас сделали менеджером этого ресторана? Неужто у вас есть связи с вашим боссом? - совсем не стесняясь, спросил мужчина. Лилак, давно продумавший план касаемо этого вопроса, не подал никакого удивления или возмущения. Просто повёл бровью, будто бы его спросили о количестве закупленных креветок на месяц. - Просто начальник мне очень доверяет. Не хочу себя выделять, но я и вправду хороший работник. И не "просто", а даже лучший. Наверное, именно этому послужило моё повышение. Мужчина усмехнулся ответу, не зная, что бы ещё такого задать Лилаку, чтобы поставить его в тупик. В это время Спарклинг пододвинул ему чашку кофе, улыбаясь и смотря прямо в глаза. "И когда он успел прийти?" - прошипел про себя менеджер - "Вряд ли он подслушивал наш разговором с Марклсом...". Встретившись взглядом с барменом, блондин спешно отвёл взгляд, а потом и вовсе решил удалиться, чтобы Лилак ничего не заподозрил или, хуже чего, не выписал штраф. - Я уважаю и доверяю выбору Йогурта, - кивнул Марклс, - вы будете хорошим менеджером! - Благодарю, - кивнул в ответ Лилак. - Завтра планируем мероприятие в ресторане. Не хотите ли приехать? Могу порыться и достать золотой билетик для вас. - Хах, спасибо, но у меня слишком мало времени для таких мероприятий... - усмехнулся мужчина, одним глотком опустошив чашку. - Но спасибо за приглашение! "Ага, слишком мало времени у него...". Инспектор, оглядев ресторан, заметил свою сотрудницу, подзывавшую его рукой. Женщина нашла что-то и спешила доложить начальнику, на что он был только рад. Какими бы любезностями они с Лилаком не перекидывались, но ненависть между ними всё равно была. Злобно ухмыльнувшись в лицо менеджеру, Марклс встал со стула и быстрым шагом пошёл к сотруднице, что даже сам Лилак не успевал за ним. - Что не так? - спросил подошедший мужчина. - В каком году вы покупали это пианино? - спросила женщина, обращаясь к Лилаку. - Мы? - "И ради этого вопроса она позвала нас?". - В прошлом, если я не ошибаюсь. А что, нужна замена? - Нет, просто у меня было такое в детстве, даже модель та же... - женщина улыбнулась, Марклс устало вздохнул, а Лилак облегчённо закивал на рассказ сотрудницы о детстве с таким пианино. - Так, ну, раз больше никаких вопросов у нас нет, мы поедем. Не будем отвлекать ресторан, им ещё гостей кормить завтраками... - Марклс кивнул двум миньонам на выход. - А вы, Лилак, как обычно, везунчик. Похлопав парня по плечу, Марклс со своей командой покинул ресторан, оставив после себя неприятное ощущение в груди. Он всю жизнь был слизняком, а сегодня прям вдвойне. Когда закрылись двери лифта, Лилак перестал махать, улыбаясь, и уже с ненавистью показал средний палец. - Хах, клёво ты его! - засмеялся Спарклинг, смотря на нахмуренного, но успокоившегося Лилака. - менеджер, окинув друга не самым приятным взглядом, дал понять, что лучше бы ему помолчать. - Ну... я имел в виду.. Лилак не стал дослушивать Спарклинга и просто отошёл от бара, стараясь сохранить такое же серьезное выражение лица. Ему не нравилось слышать похвалу после какого-нибудь важного вечера, принятия гостей или важного совещания, если только это не похвала от начальника. В школе было то же самое, когда учителя всячески пытались выделить отличника среди остальных учеников, а тот прикрывал себя учебником и старался не смотреть в глаза улыбающимся преподавателям. Потирая по краю силиконового чехла телефона, менеджер изредка поглядывал на висячие на стене часы, присматриваясь к тикающим звукам, быстрой секундной стрелке и минутной, ожидающей старта движения. Время сейчас нужно было рассчитать в точности, не потерять ни одной секунды и оставить лишние минуты на конец. Лилак слишком долго ждал этой встречи - всё утро, когда он даже не успел выпить чашку кофе и перекусить круассаном с шоколадом. "Я буду через полчаса. Не опоздай" - дало понятно знать, когда и во сколько начинать готовиться.

***

- Где Лилак? - Эспрессо вопросительно оглядел весь зал, не понимая, куда пропал фиолетововолосый парень, что раньше мог появиться в любой точке зала. Повернувшись к Хербу, аппетитно уплетающему яблоко, он кивком спросил у него, на что тот лишь пожал плечами и продолжил громко хрустеть спелым фруктом. - И Спарклинг куда-то подевался... Не видел своего возлюбленного? - Неа, нфе видел, - прожёвывая, ответил Херб. Хоть в душе у него было небольшое волнение, когда он не видел Спарклинга больше двух минут на рабочем месте, но в голове вырисовывалась вполне понятная картина, где и почему может пропадать бармен. Эспрессо цокнул, положил на барный столик недопитый апельсиновый сок и с подносом пошёл в центр зала - к пианино Мадлена. Возле него стояли два официанта, переговариваясь между собой, шумя золотыми и серебряными монетами в карманах и незаметно передавая друг другу большие купюры чаевых. Завидев Эспрессо, которого прозвали "любимчиком менеджера" и "нелюбимчиком босса", оба тут же замолчали и перевели взгляды в разные стороны. Парень на это лишь закатил глаза и спросил у них про Лилака, но и те не знали ответа. На часах уже двенадцать - пора бы приступать к подготовке ресторана к обеду, а также к подготовке к банкету. Ресторан специально оттягивал этот день, чтобы жильцы и посетители не смогли увидеть подготовленных украшений: новой мебели, специально привезённой из Парижа, нового кулинарного оборудования, что будет задействовано в ходе некоторых представлений, новых штор, тарелок и столовых приборов, даже новые баночки для перца и соли были куплены... Если этот вечер провалится, то ресторан понесёт серьезные убытки, которые сбавятся лишь через месяца два-три, а Йогурт этого допускать совсем не хотел. Как он лично сказал Аньён, он вложил парочку фиолетовых бумажек в фонд этого вечера и сам договаривался с поставщиками(ну почти). Больше босс доверял кухонному персоналу, так как шанс их ошибки был меньше нуля, а вот обслуживающий персонал в зале мог подвести. А что может произойти в результате провала по вине какого-нибудь работника лучше не знать... Боюсь, что последствия могут много кого огорчить. Посетители потихоньку начинают расходиться. Херб в это время тыкает пальцем по сикиперу и печатает последний чек, а потом уже пойти и дать сигнал кухонной части, чтобы те приступали к готовке обеда. Сегодняшние часы обеда и ужина будут сокращены до минимума - вместо двух часов дадут час, а сам ресторан может закрыться в девять вечера. Лилак также должен позвонить Мадлену и Чизкейк, спросить у них про их согласие и договориться на точное время их приезда, а после грандиозного вечера снять им один номер в отеле, как "подарок от Йогурта". Но пока что это только планы... На самом деле Йогурту не охота снимать отдельный номер для этой парочки, но так как они уважаемые музыканты в их ресторане, согласившиеся выступать каждую пятницу бесплатно, то придётся. - Я сам скажу кухне об обеде, - сказал Эспрессо, пробежав мимо Херба. Официант, вопросительно посмотрев на уже исчезнувшую фигуру, даже не услышал слов друга. Вбегая в кухне, нужно быть готовым, что сначала рецепторы затронет неприятный запах лука и рыбы, а потом уже приятно пахнущий суп с кольраби и моцареллой. Эспрессо всегда морщился, как только разные виды запахов ударяли в нос. Пробежав мимо особой части кухни с луком, он прошёл в ванную, чуть задев скалку одного кондитера. - Эспрессо? Всё в порядке? - крикнула вслед Аньён, прокрутив в мясорубке последний кусочек рибая. Открыв дверь ванной, парню предстал Спарклинг, повернутый к нему спиной, а также звуки льющейся воды и шипение. Быстро преодолев расстояние всей ванной, Эспрессо встал сзади друга и взглянул на красную воду, которую бармен держал под струей воды. Почувствовав чьё-то присутствие сзади, Спарклинг шарахнулся и тут же выключил кран, спрятав руку за спиной. - Э-Эспрессо? Что ты тут д..делаешь? - попытался натянуть на себя улыбку парень, но это вышло слишком плохо. - Тебя так долго не было в зале из-за руки, ведь так? - задал вопрос Эспрессо, сам же на него ответив. - Херб знает? - Наверное, ты понял, что нет... - вздохнул Спарклинг, повернулся к крану и снова опустил руку в воду. - Я не хотел его беспокоить... да и наши отношения в последнее время чуть покачиваются. Последние слова Спарклинг произнёс с грустной улыбкой и глубоко вздохнул. Херба он любил сильно, даже очень, но из-за слишком разных характеров у них очень часто случались ссоры. Иногда маленькие, иногда крупные, иногда Спарклинг спал на диване или ночевал у Эспрессо, а иногда они избегали друг друга на работе. Эспрессо часто казалось, что друзья вот-вот расстанутся, но те продолжали начинать всё заново, целоваться, мириться и ссориться чуть ли не через день. Херб не был плохим парнем - он лишь был бунтующим холериком и иногда перегибал палку по отношению к своему парню. Спарклинг, наоборот, был спокойным, уравновешенным и чувствительным. Некоторые слова Херба были остры, словно лезвие, а другие заставляли забыть все обиды и прижаться к нему, как кот к хозяйке. Эспрессо бы очень хотел помочь друзьям, но не знал как. Перевоспитать Херба казалось нереальным делом, а показать ему его действия со стороны: он даже не посмотрит. - Из-за чего ты так? - Эспрессо подошёл к шкафчику с медицинским пакетом, из которого вытащил бинт, слабый раствор марганцовки и вату. - В следующий раз не буду подслушивать, - ухмыльнулся Спарклинг, выключив кран. Рана брала своё начало со складки тенара и заканчивалась на длинном сгибе большого пальца. Она была не такой глубокой, чтобы ехать в травмпункт, но обработки требовала. - За кем это ты так подслушивал? За Аньён и поварами? - усмехнулся Эспрессо, смачивая вату с марганцовке и нанося её на рану. От прикосновения к больному месту бармен тут же зашипел и сжал кулак. - Я потом расскажу. Это связано с нашим общим знакомым. Спустя пару секунд Спарклинг прекратил шипеть и подрагивать и послушно ожидал окончания обработки. Интересно, а что бы Херб сделал? Наверное, сильно бы паниковал или назвал бы Спарклинга виноватым и не стал ничего делать. Эспрессо не такой. Может быть, Спарклинг бы не судил так, не зная Эспрессо лично и не проучившись с ним все школьные годы, но то, что его друг относится к нему лучше, чем парень, довольно-таки обидно. Закончив с обработкой, Эспрессо быстро обмотал руку Спарклинга, аккуратно, стараясь не надавить на больные точки. После этого он долго сжимал руку друга, так сказать, грел её. - Больше не подглядывай, понял? Иначе кто будет помогать мне готовить Пину Колада? Спарклинг улыбнулся и кивнул. Руки сами сжались на спине Эспрессо, а тело инстинктивно прижалось к нему, как в детстве, как в последний день школы, когда они только входили во взрослую жизнь. - Ты даже не представляешь, насколько ты классный! Ставлю все чаевые, что Мадлен давным-давно влюбился в тебя! - крикнул бармен, выбегая из ванной и улыбаясь.

***

Дверь из самого дальнего кабинета ресторана немного приоткрылась, и оттуда сразу же выскользнула худая фигура, за которой последовала другая, пнув дверь ногой напоследок. Словно два кота, фигуры продвигались по стенке коридора, стараясь лишний раз не делать шумных вздохов. Когда они проделали пятнадцать маленьких шагов, фигуры остановились - точнее, остановилась первая фигура, ткнув пальцем шедшую сзади, чтобы та остановилась. Но вместо этого произошло небольшое столкновение и долгое шипение бурчание от первого человека. - Ну простите, что я в собственном ресторане должен идти на цыпочках и говорить шёпотом, - с ухмылкой проговорил мужчина и одной рукой взъерошил свои длинные волосы. - Господин, а вас не смущает наличие красных отметин на вашей шее, что будут говорить каждому прошедшему первокласснику, что вы с кем-то занимались любовью? - с колкостью ответили ему, при этом Лилак облокотился об стену и уверенно посмотрел на Йогурта. - Неужто всем так интересна моя сексуальная жизнь? - этот вопрос не содержал в себе намёков или насмешек, а вправду был вопросительным и непонимающим. Будто бы Йогурту объяснили, как строить параболу с двумя корнями, а он спрашивал, почему в примере два икса, один из которых в квадрате, и простая цифра. - Очень. В особенности нашему персоналу, - Лилак кивнул на кухню через пять метров от их места остановки. Йогурт, покачав головой, решил застегнуть те пуговицы, что когда-то хотел оторвать, так как ходить с двумя-тремя не застёгнутыми пуговицами - его неповторимый, дерзкий стиль. Чуть позже пара продолжила свой путь к главному залу, всё так же стараясь лишний раз не шуметь и не попадаться никому на глаза, но только уже руку Лилака кто-то то сжимал, то разжимал, то оставлял красные отметины ногтями. И имя этого человека всем известно, как и самому Лилаку.

***

- Офигеть, ресторан так рано закрылся? - с удивлением посмотрел Херб на часы, показывающие восемь тридцать. Ещё ни разу ему не посчастливилось уйти так рано, и ещё повезло не остаться на украшение ресторана для завтрашнего вечера. А вот его парню повезло меньше всего... - Отдохни дома, детка, - с улыбкой произнёс Спарклинг, поставив последнее extra sec шампанское на стеклянную полку. - Только не открывай, пожалуйста, ту полку на кухне. - Постараюсь... - с загадочностью в голове ответил Херб, затем подошёл к барной стойке, легонько чмокнул Спарклинга, положил руку на его бинты и только потом отстранился. Да, он увидел перебинтованную руку бармена, узнал про порезы, но не волновался так сильно, как Эспрессо. Даже во взгляде Эспрессо было понятно, что он вот-вот упадёт в обморок от увиденного, а Херб лишь кинул "в последнее время ты такой неаккуратный". Спарклинг бы хотел обидеться, как это делает его вторая половинка, хотел закатить какую-нибудь ссору или начать предъявлять, но улыбка просто налезла на его лицо, а глаза заискрились от счастья. Херб сильно удивился, когда на него просто смотрели и улыбались, а потом улыбнулся в ответ и засмеялся. Последний гость доел свои вафли в шоколаде, положил пару купюр в чек бук и с полным животом, с курткой на руке, пошёл к лифту, попутно улыбнувшись пробежавшему мимо Эспрессо. Официант забрал две тарелки и бокал и побежал на кухню с ними. Сегодня день прошёл в спешке, в счетах минут и секунд, скучному подсчёту чаевых и скомканных красных салфеток в кармане, что когда-то были на столиках. Когда Эспрессо вновь вернулся в зал и оглядел все пустые и чистые столики, ему ничего не оставалось сделать, кроме как плюхнуться на стул у барной стойки и рукой показать колу со льдом. - Твой пианист тебе не писал сегодня? - спросил Спарклинг, открывая железную баночку, издавшую шипящий звук. Чёрная, сильногазированная жидкость наполнила круглый бокал, а потом туда присоединилась красно-белая трубочка и зонтик со льдом. - Неа, ни разу, - протянул Эспрессо и вытащил телефон из кармана. Ежесекундно обновляя чаты, ни одно уведомление так и не пришло. В последний раз Мадлен заходил в сеть сорок минут назад, а это значит, что сейчас, возможно, он либо выступает в каком-нибудь ресторане, либо просто отдыхает дома... с Чизкейк. "Тц!" - Спарклинг, как ты думаешь, у Мадлена и Чизкейк что-то есть? - прямо задал вопрос парень, легонько ударив рукой по столу. Голос был серьезным, а сам вид требовал правдивого предположения без приукрашиваний и шуток. Блондин с минуту смотрел на Эспрессо, не понимая самого вопроса, но когда его собеседник не моргнул ни разу за эти шестьдесят секунд, то он понял, что это была не шутка и не проверка. - Ну, знаешь... - вздохнул бармен. - Ты сам понимаешь, что Мадлен очень серьезный человек. Талантливый, красивый, приятный в общении, наверное. А Чизкейк его напарница, с которой он провёл времени больше, чем в совокупности всех его выступлений. Она тоже умная, красивая, талантливая... может быть, не такая приятная, как он, но один десятиминутный разговор с ней стоит пять тысяч турецких лир! То, что они брат и сестра - стопроцентная неправда, они сами это подтверждали, я видел. А то, что между ними может что-то быть - да, вполне возможно. Её взгляды на него, их милые разговоры, что совсем не похожи на те, которые должны быть между солисткой и пианистом(так думает Спарклинг). Он ей нравится, это видно. Она ревнует его к тебе, это тоже заметно. А если Чизкейк что-то захочет, то она обязательно это получит... так что советую тебе быть поаккуратнее с ней, лишний раз не пытаться взбесить её или поиграть на чувствах. Знаешь, в ней я вижу тебя: вы оба любите Мадлена, оба хотите быть с ним, оба не хотите уступать друг другу и ни за что не позволите проиграть себе в этой "битве". Потягивая газировку через трубочку, Эспрессо всё так же продолжал смотреть на рассуждающего Спарклинга и прокручивать в голове его слова. Конечно, сравнение его с Чизкейк не очень понравилось, но, так подумать, они похожи. Кто бы мог подумать, что одни общие чувства способны найти в полных противоположностях общие черты. Чизкейк и Мадлен были бы идеальной парой. Этот роман стал бы самым известным во всём мире: солистка и пианист, исполняющие их собственные песни, при этом состоящие в отношениях. А ведь такое может вполне случиться в будущем!.. Чизкейк - идеальная пара для Мадлена - наилучший вариант. Если бы у Эспрессо была такая напарница, он бы тоже задумался. Многие журналы уже говорили о романе этих двоих; на всех шоу, куда их приглашают, тоже провокационные вопросы по типу "а вы встречаетесь?", "между вами есть искра?", "планируете ли вы пожениться в скором времени?"... И всё это с каждым разом увеличивается и увеличивается - людям нужен повод отвлечься, занять себя чем-то. А что может быть лучше обсуждения чьих-либо отношений? Ведь более интереснее наблюдать за парой, ждать, гадать, когда они сойдутся, нежели наблюдать за их уже состоявшимися отношениями. Получается, что ожидание в разы интереснее результата. "А что, если Мадлен любит Чизкейк? Что, если я ничего не замечал, вбил в себе голову какую-то любовь и намёки, а на самом деле пытаюсь сейчас отжать занятого человека. Чизкейк хоть мне и неприятна, но я не хочу портить её отношения. Тем более я вполне понимаю, каково это, когда у тебя пытаются забрать любимого человека". Нервно покусывая трубочку, и без того опущенные уголки губ стали ещё ниже. Теперь Эспрессо считал себя лишним в этом любовном треугольнике. Стали понятные резкие порывы Чизкейк поскорее прекратить общение Мадлена и Эспрессо - из-за ревности. Девушка не желала видеть своего молодого человека в компании обычного официанта. - Уф-ф... Последний заказ за сегодняшний день увожу и иду отдыхать... - пробурчал доставщик еды ресторана, забравший два пакета. Ещё одна фишка - доставка еды на дом - за каждый четвёртый заказ скидка двадцать процентов и выбор любого напитка бесплатно. Конечно, бывают дни, когда доставщики не очень хотят возить еду по разным точкам Стамбула, но приходится. - А что за заказ? - окликнул парня Спарклинг. - Какой-то идиот заказал на четыре тысячи лир морепродуктов на дом... Не знаю, где такой отбитый нашёлся, но заказ уже оплачен, так что... - пожал плечами доставщик и вызвал лифт. "Это ведь идеальный шанс, чтобы уйти и не украшать ресторан, не так ли? Мы ведь по-любому останемся здесь до вечера, как в обычный рабочий график". Пока лифт окончательно не поднялся до этажа ресторана, Эспрессо вскочил со стула и подбежал к доставщику. - Слушай, а давай я за тебя доставлю? - А? - удивился парень такому предложению. Работал он здесь на месяц больше Эспрессо, но всё равно считался новичком для всех, так как видели его очень редко из-за плотного графика и из-за его скрытности. - Ты устал. Пойдёшь домой пораньше... - покачал головой Эспрессо, как бы говоря "не хочешь - не надо". Доставщик, что до этого был немного удивлён, теперь почувствовал прилив сил и радости, поэтому вручил два пакета и побежал переодеваться. - Тебе бы тоже не помешало переодеться. Не поедешь же в рабочей форме? - кивнул Спарклинг на белую рубашку и чёрный жилет друга. - Ну не в шортах же мне ехать к заказчику... Я завтра принесу постиранную форму и заберу свою. Когда двери лифта раскрылись, Эспрессо вбежал в него и, в последний раз улыбнувшись Спарклингу, нажал на последнюю кнопку. Двери лифта захлопнулись, а парень облегчённо выдохнул. Вряд ли бы ему удалось так улизнуть, если бы в ресторане сейчас находился Йогурт... Кстати, а он может находиться в ресторане: пьяный в кладовке или спящий под рестораном - в пожизненно оплаченном номере отеля. Либо в кабинете менеджера, где Йогурт обожает засыпать на диване(как и до начала работы Лилака, так и во время).

***

"Какая знакомая дорога... В начале я услышал ценник на заказ, но сейчас точно убеждаюсь, что это некий миллионер..." - пронеслось в голове у Эспрессо. Парень прижал к себе два пакета и ещё раз заглянул в окно, убеждаясь, что это новый район Стамбула, особые апартаменты, построенные напротив Босфора. Мимо них проезжали уже не обычные машины, а новые, дорогие, современные. Яркие фонари освещали улицу ярким светом, сиреневые и голубые фары машин мигали, а надутые колёса идеально скользили по асфальтированной дороге и иногда оставляли после себя тёмный след. Некоторые машины соревновались друг с другом, пытались обогнать друг друга, а потом уезжали на высокой скорости вдаль. Эспрессо пугали такие машины: шумные, большие, с огромными фарами и шинами. А, учитывая то, что водители стопроцентно ставили дополнительные приборы на машину, - ещё страшнее. В последнее время в Стамбуле было два ДТП из-за превышения скорости и несоблюдения ПДД. Как раз-таки одной машиной была грузовая, рабочая, а другая модная и дорогая. Не стоит говорить, кто именно виноват в происшествии. Благо, оба водителя отделались шрамами, а вот машины, к сожалению, выглядели хуже, чем трезвое лицо Йогурта по утрам понедельника. Водитель, второй доставщик, отвечающий за вождение, завернул в сторону дома, где, остановившись возле подъезда, недалеко от парковки, кивнул Эспрессо на выход. "Это точно тот подъезд..." А стоило Эспрессо узнать адрес заказчика, так всё стало на свои места - заказчиком был Мадлен. Он заказал так много, вряд ли он съест всё это в одиночку. Парень, сжав всю свою волю в кулак, с горечью проглотив застрявшую в горле слюну, широкими шагами принялся пересекать территорию от дороги до подъезда. "Просто отдать заказ и спуститься" - и это не потому, что кое-кто стесняется, а потому, что водителя могут оштрафовать за парковку в неположенном месте. А платить двести евро за пять минут ожидания - противная штука. В этот раз Эспрессо не станет дожидаться лифта, а поднимется на самый высокий этаж самостоятельно. И совсем всё равно, что потом его ноги заноют, так как в этих апартаментах не десять ступенек, а пятнадцать. А это, как ни крути, лишние движения, лишняя нагрузка на икры и минус нужные минуты. Но сейчас совсем не об этом! Какая разница, сколько сил потратится, сколько времени это займёт и как сильно будут болеть ноги, которые Эспрессо ломал в детстве раза три? Больше пугало зрелище, что он увидит в проёме дверей Мадлена: его полурасстегнутая рубашка, свисающий галстук, бегающие глаза и учащенное дыхание, а женский крик сзади ещё сильнее ударит по "защите", напоминавшей, что не стоит себя накручивать. Стоя ровно у двери, Эспрессо легонько нажал на звонок и принялся ожидать худшего. Готовься к худшему - верь в лучшее. Сегодня как раз тот день, когда стоит приготовиться к худшему исходу событий, а в конце удивиться от простоты сюжета... - Здравствуйте! Доставка из ресторана ***, - протараторил Эспрессо, стоило человеку подойти к двери и начать щёлкать всеми замки. - Да, я зак... - Мадлен, одетый в обыкновенную одежду, уставился на стоящего за дверью Эспрессо с двумя пакетами и такими же круглыми, как его очки, глазами. Пианист был явно не в форме: домашние шорты, обыкновенная футболка с забавным шрифтом и непричёсанные волосы. Они даже были не собраны в хвостик, от чего было непривычно видеть музыканта в таком состоянии. Словом, по обстановке сзади, не пахло ни присутствием Чизкейк в доме, ни вообще чьим-либо присутствием. Мадлен был совершенно один в этот вечер, но ведь всё могло поменяться? - Хах, как неожиданно... - попытался сгладить произошедшее мужчина, но из всех покрасневших сейчас лидировал лишь он. - Тут такое дело... я хотел пригласить тебя после этого заказа, а, как вижу, ты сам приехал ко мне... План, продуманный Мадленом с начала дня, полетел коту под хвост, но зато ему не придётся волноваться: понравится ли Эспрессо остывшая еда или нет. Вроде бы заказывал только еду, а приехал ещё и нужный официант... - А... ну... я... - Эспрессо постарался перевести взгляд и, специально наклоняя голову, чтобы очки чуть спали, прикрыть тот же румянец, имеющийся на данный момент на щеках Мадлена. - Я не думал... что вы..ты хотел меня пригласить... "Даже если бы знал, то всё равно... Агх.. почему он постоянно ставит меня в неловкое положение? Я уже представил, что сейчас забежит Чизкейк и они буду обедать в гостиной, при свечах, с видом на Босфор, с бокалами красного вина в руках... а всё это произойдет со мной... Выкуси, Чиз!". - Проходи, - кивнул Мадлен, - извини, что я сейчас так выгляжу... Я думал, что успею переодеться за то время, пока ты будешь ко мне ехать. Ну да ладно, теперь ты знаешь, как именно я хожу дома. Лучезарно улыбнувшись, пианист взял два пакета и понёс их на кухню, после чего зашёл в свою комнату. Хоть его и увидели в домашней одежде, но это не отменяет факта, что на ужине он будет сидеть в деловом костюме. Эспрессо, до этого стоявший на пороге, снял обувь и прошёл в уже знакомую квартиру. Оглядываясь по открытым дверям, он обратил внимание на ту комнату, где стоял букет пышных роз. В этот раз цветов уже было поменьше, чем в предыдущий, но аромат от него всё равно исходил нереальный. В другой комнате расположилась укулеле и плектр, принадлежавший другому струнному инструменту. Мадлен оказался разносторонним человеком, и играл не только на пианино, но и на гитарах. Дойдя до того самого коридора, где они с Мадленом столкнулись прошлым вечером, Эспрессо боялся увидеть засохшие пятна на бежевом ковре, что оставил совсем недавно. Но ковёр был чист: то ли пианист купил новый, то ли как-то оттёр их. Через минуту в комнате раздался щелчок замка, и Мадлен вышел в привычном деловом костюме. - Выпьем твоё любимое вино? - улыбнувшись, спросил мужчина.

***

- Мадлен, я хотел задать вопрос... Обстановка была слишком накалённой и... романтичной? Двое сидели в полной тишине, не в полной темноте, со свечками на столе, открытым окном, а в лица им дул тёплый ветер, иногда сменявшийся прохладой. Мадлен давно успел съесть половину своего блюда, даже прикоснулся к салату с креветками, а вот Эспрессо даже не притронулся к стейку - просто крутил бокал с тёмной жидкостью. Три свечки и светильник где-то сзади освещали тёмную гостиную. За окном гудели машины, пахло рекой и ещё каким-то всем знакомым, но давно забытым ароматом. Наверное, это была самая приятная часть дня в принципе: открыть окно нараспашку, высунуть голову или стоять на балконе и слушать городскую суету. Даже на работе, когда выдавалась свободная минутка вечером, Эспрессо распахивал окно у самого забитого столика и просто стоял, высунув голову, полминуты. Потом, конечно, приходилось закрывать из-за сильного ветра, но эти секунды бесценны. Сейчас же другая ситуация - он сидит с Мадленом. И за все пять минут начала ужина никто не проронил ни слова. - ...для чего всё это? Все эти свечи, ужин, вино... Мы же не пара, чтобы ужинать в такой обстановке? - уставшим голосом спросил Эспрессо. - Тебе не нравится? Можем перейти на кухню или я могу включить свет, - встрепенулся мужчина. Заметив, что его гость толком ничего не съел, он уже хотел было потянуться к пульту, но Эспрессо покачал головой. - Нет, просто мне стало интересно.. всё это, - если бы это услышал Лилак, он бы гордился Эспрессо и его откровенностью спросить прямо, а не подавать немые намёки, как обычно. Мадлен, прожевав кусок своего лосося, тяжело вздохнул, как бы готовя себя и Эспрессо к ответу, и, посмотрев прямо в глаза, хотел ответить. Только через секунду он закашлял из-за застрявшего, быстро прожёванного мяса, и ему пришлось запить вином. - Просто мне нравится проводить с тобой время, - честно признался пианист. Это немного "привело" Эспрессо в чувства и он перестал смотреть в одну точку и играть с бокалом вина. - Мне понравился вчерашний вечер, мне понравился сам ты в общении. Ты очень правильно мыслишь, говоришь, не делая пауз, как это делают другие, не пытаешься получить выгоду через меня или Чизкейк... Ты просто чудо, Эспрессо! И я хочу продолжать общаться с тобой, встречаться так и видеть тебя. Смотря на пианиста через две горящие свечи(третья была маленькой и стояла на противоположной стороне), Эспрессо долго не понимал, правдивы ли эти слова. Он слышал примерно такое же от Мадлена в предыдущий раз и "если бы ты был девушкой" хорошо запечатлелось в памяти. Но тогда всё казалось наигранным, сказанным, чтобы Эспрессо не обиделся, а сейчас Мадлен так искренен. "Он всегда был искренним, просто я этого не замечал и продолжал ходить кругами вокруг одной нелепой мысли". Парень сам не заметил, как улыбнулся своим мыслям, на которые навели его слова Мадлена. Пианист, заметив поднимающееся настроение собеседника, продолжил ужинать, иногда поглядывая на тарелку напротив. Вскоре Эспрессо отрезал небольшой кусочек и положил в рот. Что самое интересное, ему никогда не нравилась еда из ресторана, в котором он работал. Аньён пару раз готовила самые популярные блюда из меню, но после каждого раза официант кривился и запивал апельсиновым соком. А сейчас, возможно, набежал аппетит или хорошее настроение, говорящее само за себя - съесть своё блюдо. - Спасибо... - прошептал Эспрессо себе под нос, на что Мадлен подмигнул и чокнулся с ним бокалами. - Кхм.. а вы начали готовиться к завтрашнему вечеру? Лил.. менеджер, вроде бы, планировал позвонить вам и обсудить всё. - Да, он позвонил, - не задумываясь, ответил пианист. - Мы сегодня днём с ним разговаривали, он мне в подробностях рассказал про завтрашний вечер, даже посоветовал, какие наряды нам с Чиз заказать... Я буду в золотом пиджаке и в белых брюках, а Чизкейк, вроде бы, в каком-то белом дорогом платье. У вас, кстати, менеджер такой приятный человек... Правда, запыхавшийся был.. видимо, его серьёзно так нагрузили работой, - усмехнулся Мадлен. А вот Эспрессо понял причину такого состояния друга - точнее, предположил. - Ну ладно, не будем об этом.. Ты не против после нашего ужина порепетировать какую-нибудь песню? - Я думал, тебе не понравилось моё вчерашнее пение, - хмыкнул Эспрессо. В душе же он, наоборот, был так рад, что готов было начать прыгать, визжать и носить по всей квартире прямо сейчас. - Как мне могло такое не понравиться? Ты был просто великолепен, как я уже и говорил, ты - чудо, Эспрессо, - теперь уже ухмылка играла на лице у пианиста. Он доел свой стейк и отложил свою тарелку, всматриваясь в черты лица Эспрессо. - Ты такой худой.. Ты вообще питаешься? - Когда остаётся время, - пожал плечами парень. Он с радостью был готов согласиться и забыть про то, что завтра ему, перед благотворительным вечером, сдавать экзамен по литературе. Биографии до сих пор, хоть и смутновато, но припоминаются в голове. "Можно и завтра утром повторить, я же всё равно через часа два-три поеду...". Завтра будет последний, решающий день. Завтра Эспрессо услышит те самые слова, о которых мечтал в последние два месяца. А также завтра будет играть по всем телевизорам, радио и телефонам: "Добро пожаловать в благотворительный вечер нашего ресторана!", будет разливаться шампанское по бокалам, будет серьёзная беготня по ресторану, удвоенные порывы бросить всё и уволиться и провести весь день под надзором начальника. Но это только завтра. Сегодня можно отдаться минутному удовольствию, всплеску эмоций и ежесекундному взгляду друг на друга. Сегодня можно всё.