Виски, Двойной

Сам не знаю как, но я смог добраться домой. Я не был пьян, как тогда, когда Катя ушла, но я был снова абсолютно раздавлен, только в этот раз было все по-другому. Все было гораздо хуже, я даже не думал, что это возможно, но сегодня я пробил новое дно. Я с трудом достал ключи и еле двигающимися пальцами открыл замок. Как только дверь закрылась за мной, я снял свой пиджак, с яростью кинул его в коридор и сполз на пол. Я обхватил голову руками и начал рыдать навзрыд. Я задыхался, я не плакал так никогда в своей жизни, моя последняя надежда рухнула сегодня, Катя любила меня, но она не вернется ко мне, никогда. Тяжесть этого горя разрывала мне сердце и душу, я чувствовал, как крик отчаяния подступил к моему горлу, но у меня не было сил даже кричать. Я еле дотащил себя до душа и под горячим водопадом осознал свою беспомощность. Чтобы я не сделал, Катя видит только ложь. Она думает, что во мне нет ни капли правды и это убивало меня еще сильнее, ведь ее вера в меня, когда-то, была моим самым мощным источником сил. Я посмотрел на себя в зеркало и меня чуть не стошнило от отвращения к самому себе. Я заслужил это, я собственными руками уничтожил и ее, и себя. Я не врал Елене Александровне, меня без Кати не будет, та тень, что осталась от меня будет бродить по земле доживая свою никчемную жизнь в одиночестве. На меня смотрели, красные от слез, глаза старика. Я давно повзрослел, но за этот бесконечный день я как будто прожил сотню жизней. Теперь я знал, что любовь бывает не только всепоглощающей, но и абсолютно беспощадной. Я упал на свою холодную кровать и закрыл глаза, я прекрасно знал, что не усну этой ночью, как бы ни старался. В моей голове по-прежнему звучали отрывки из Катиного дневника. «Мой единственный, нежный и удивительный, Андрюша…» — эти слова колокольчиком не умолкали у меня в голове. Я бы отдал все на свете, даже свою жизнь, если бы она сейчас сидела тут, гладила меня по голове и шептала мне это на ухо. Я снова почувствовал горячие слезы на своих ледяных щеках. «Я умерла сегодня днем…» — было самым страшным из всего, что я сегодня прочитал. В каком-то смысле она действительно умерла, та кристально-чистая девушка, которую я помнил, теперь научилась быть безжалостной и этому научил ее я. «Не знаю зачем, но я смогла себя собрать сегодня по кусочкам и даже посмотреть ему в глаза. Как я хочу, чтобы он признался мне в своем обмане, возможно я даже смогу простить его…» — простить меня, теперь это было невозможно. Я переступил еще одну черту, прочитав ее дневник, для Кати это было очередное предательство. Очередное доказательство моей подлости. Я с горечью понимал, что она наверняка думает, что я прочитал его, чтобы вновь использовать ее, чтобы манипулировать ею. А объяснить ей, что я просто был в отчаяние, я не смог. «Я для него всего лишь вещь, вроде одноразовой лампочки, использовал и выкинул за ненадобностью…» — какое странное сравнение она подобрала, но до боли точное. Ведь я действительно, до встречи с Катей, использовал людей до остатка, пока их энергия была мне полезна. Мне было страшно от того, что Катя теперь знала наверняка кто я такой. Точнее кем я был до нее. А нового меня, она в упор не видела и не хотела узнавать. «Сегодня я прощалась с Андреем навсегда, только поэтому я позволила ему поцеловать себя…» — я помнил каждую секунду того сладостного мига, однако это было намного больше, чем просто поцелуй. Тогда я не знал этого, но Катя вложила в него остатки всей своей нежности ко мне. Она была так прекрасна в тот вечер, а я не помнил себя от счастья. Я опьянел от любви к ней и думал, что ничто и никогда не сможет сломать меня. Ведь я нашел свою женщину, мы были созданы друг для друга, в тот день я знал это наверняка. Но я разрушил все. «И эта доверенность, наверное, Андрей по-прежнему думает, что я мщу ему, но сейчас я просто хочу как лучше для всех…» — я действительно думал, что она мстит мне, но оказалось, что даже в такой ситуации Катя была лучше, чем я ожидал. Как я мог допустить мысль, что она действительно решила украсть компанию? Сейчас, я не мог себе этого объяснить. Капание на мозги Киры, Малиновского и родителей — это не оправдание. Они не знали Катю так как я, они не понимали, что она за человек и никогда этого не поймут. А я был слаб, я поддался на их провокации и позволил сомнению затащить меня обратно к Кире, к бесконечному вранью и к жизни, которая мне была уже не нужна. «Я давно простила тебя, ты уехал и мне стало плохо…» — нет, ты не простила меня, как бы ты себя в этом не убеждала. Возможно, ты этого хотела, но в этом твой план по избавлению от меня провалился. Я вижу, как жгучая обида до сих пор съедает тебя, как она не дает тебе даже на секунду предположить, что я действительно люблю тебя. «Наверное я не забуду тебя никогда, моего нежного, единственного и удивительного…» — я снова прижал ладони к лицу пытаясь заглушить ее нежный голос у себя в голове. Единственного… я бы мог им стать, я бы мог наслаждаться той огромной любовью, которая связала нас, но вместо этого я буду медленно умирать без нее. Наступил холодный рассвет, я не сомкнул глаз ни на секунду и теперь с ужасом думал, как я пойду на работу. Что скажет Катя, когда увидит меня? Наверное, она даже не посмотрит в мою сторону, а если и посмотрит, в ее глазах все равно будет лишь закаменелое решение никогда больше не доверять мне.