The Empty City

На следующее утро, заметив, что брюнет все еще находится в библиотеке, Какаши строго отчитал свою волчицу. — Я же сказал тебе отпугнуть его. Теперь он вообще не уйдет, — собака с любопытством склонила голову перед тем, как зевнуть и отвернуться. Мужчина тяжело вздохнул, грубой рукой провел по серебряным прядям. — Я признаю, что он ведет себя лучше, чем другие выжившие, но это еще ничего не значит, — заворчал Какаши, вставая на ноги. Схватив с собой обрез, он решил пойти и поговорить с этим человеком. Или напугать его до смерти. В конце концов, ему придется как-то с ним разобраться. Какаши крепко сжал губы. — Допустим, я подойду и попытаюсь познакомиться. Мы, может быть, поладим, а потом он воткнет мне нож в спину, как это делали другие парни, — он повернулся к двум другим собакам, слоняющимся вокруг него, — Зачем идти на этот риск? Маленький пес недовольно фыркнул. У него была густая светло-коричневая шерсть с темной мордочкой и ушами. Он копал землю, явно настраиваясь на охоту. — Паккун, терпи, казак, — атаманом будешь, — ухмыльнулся Какаши, зная, как сильно пес хочет наружу. Отвернувшись от беспокойной собаки, он посмотрел на потолок и вновь вернулся к разговору. — Хорошо, предположим, если я продолжу игнорировать его, он когда-нибудь обязательно попадет в ловушки, которые я расставил по всему городу. Своими криками он наверняка привлечет Зараженных, и его разорвут на части. Проблема решена, — Какаши победоносно улыбнулся, но вскоре нахмурился, между его бровями появилась морщинка. — Если его убьют, это значит, что новые Зараженные смогут проникнуть в город, а это значит, что и мне попадет. Одна из собак заскулила, болтая головой из стороны в сторону, поднимая лапу и толкая Какаши. Не обращая на это внимания, Какаши неожиданно быстро отодвинул животных от себя и поднялся, выглянув из своего убежища. — Эй, куда это он идет? — спустя пару секунд Какаши уже спускался вниз по пожарной лестнице снаружи и аккуратно следовал вслед за брюнетом. С одной стороны, он думал, что лучше оставить этого человека в покое и лишь изредка предупреждать его о ловушках. Но с другой, он не мог избавиться от чувства интереса к этому человеку. Не помогало и то, что все это время он разговаривал только со своими волками; слишком долгое пребывание в одиночестве сильно сказалось на мужчине. Перекинув обрез через плечо и повязав защиту на груди, он последовал за Ирукой, прячась за зданиями и деревьями.

***

Стойкое ощущение, что за ним следят заставляло Ируку постоянно оборачиваться и истерично чесать покрасневшую руку. Однако, сколько бы он не оглядывался, заметить что-нибудь подозрительное ему не удавалось. Но ведь он поклясться мог, что чувствует, как кто-то смотрит на него. Преследуемый мыслью о том, что это Зараженный, он не терял бдительности и лишь убыстрял шаг. Но вдруг что-то мелькнуло за обломками, и Ирука резко остановился, прищурившись от замешательства. Это был его милый соседушка. Но чего он хотел? Пришел, чтобы закончить работу, которую Зараженные не доделали вчера? Решив быть выше мыслей о мести, Ирука проигнорировал мужчину. Если он снова попытается убить его, Ирука будет драться. Кроме того, у него не было времени на споры с незнакомцем, он был на задании. Ирука кинул взгляд на разорванную карту до места, где была нарисована река. Она находилась недалеко от городской черты, в нескольких минутах ходьбы от его нового дома. Ирука, как правило, очень осторожный человек, пришел к выводу, что этот район достаточно безопасен для перехода. За это, наверное, следовало благодарить соседа. Казалось логичным полагать, что районы центральной части города и микрорайоны также безопасны. Проходя мимо полуразрушенных и разрушенных зданий, которые становились все меньше по мере удаления от центральной части города, он старался очиститься от ненужных мыслей, наслаждаясь пейзажем. Холодный утренний воздух был освежающе сладким. Ярко светило солнце, позволяя теплым солнечным лучам спускаться с неба и нагревать землю. Хотя то, что случилось с человечеством, было ужасающе, Ирука не мог не наслаждаться спокойным уединением, которое оказалось следствием катастрофы. Загрязнение, вызванное повседневной деятельностью людей, очень сильно уменьшилось, а с годами почти и вовсе пропало. Предыдущая жизнь маленького человека в качестве профессора престижного университета была вполне обычной, по которой он очень скучал, но, очевидно, мог спокойно жить и без неё. Он преподавал несколько профильных занятий в неделю, обучая тех, кто решил связать себя с факультетом нейробиологии или психологии. Зарплата была выше среднего, жить он мог на широкую ногу. Все изменилось в осеннем семестре. Теперь почти каждый человек, с которым он был знаком прежде, был либо мертв, либо заражен. Будучи в некотором роде ранней пташкой, Ирука наслаждался свежестью утра, когда все еще спали. Казалось, что весь мир лежит у его ног. Не имея семьи, он не получил травм и не испытал отчаяния, связанных с потерей близких. Да, он заботился о своих коллегах, но это было не то. Благодаря раннему утру и безлюдному пространству, Ирука мог позволить себе забыться и притвориться, будто он все еще самый обычный профессор университета, как в добрые времена. И только когда он наталкивался взглядом на признаки человеческого истребления, иллюзия разрушалась, и сознание резко возвращалось в реальность. Услышав легкий шум воды, Ирука быстрым шагом направился в сторону звука, почти забыв о следившим за ним мужчине. Он преодолел густую полосу деревьев и подошел к реке, остановившись прямо у самого края. Река была около 20 футов в ширину и казалась довольно глубокой. Гладкая галька разных цветов и размеров, а также горные отложения и грязный песок образовывали берег реки. Пышные зеленые растения росли вдоль побережья, где их ласково касались набегавшие волны. Вода, плескаясь и сияя на солнце, каскадом стекала по более крупным камням, собранным в ее бассейне. Река была поразительно прозрачной, но становилась все темнее с каждым уходящим вниз метром. Рыбки и земноводные быстро мелькали у поверхности, занимаясь своими делами. Куски поваленных деревьев торчали из воды, как маяки, на них росли водоросли и другие зеленые растения. Эта местность сразу же влюбила в себя молодого и мечтательного человека, отчего на губах Ируки расцвела задорная улыбка. Было ощущение, что он попал в неизвестный никому ранее маленький кусочек рая. Величественные деревья-пагоды закрывали вид на город, но позволяли светить солнцу. Птицы время от времени взъерошивали перья, пока их болтовня наполняла воздух. Однако момент безмятежности был разрушен острой болью. Ирука скривился и прижал руку к животу, пытаясь игнорировать голод, потому что из-за довольно ограниченных запасов еды, тратить её направо и налево было бы чревато последствиям. Уж лучше он поголодает денек-другой. Ирука опустился на одно колено у берега реки и скинул рюкзак с плеч, доставая из него несколько пустых бутылок. Он отстегнул ледоруб, чтобы было удобнее набирать воду, но положил его на расстоянии вытянутой руки, на всякий случай. Ирука пошарил рукой во внутренних кармашках рюкзака и вытащил жидкость для зажигалок, которую он нашел ранее в магазине, и пару рваных футболок с шортами. Собрав лежащий поблизости хворост, он сложил его в кучку, накрыл тканью и облил сверху жидкостью. Каким бы безопасным не казался район, Ирука всегда старался «перебдеть». Дым мог запросто привлечь Зараженных, поставив под удар всю экспедицию. Пошуршав коробком и чиркнув спичкой, он бросил её в свое маленькое кострище, и его тут же обдало жаром огня. Ярко-оранжевый резко выделялся на фоне окружающей его зелени, дико танцуя на ветру. Вынув из рюкзака крошечный бронзовый горшок, он зачерпнул в него немного воды и осторожно зацепил за подставку, чтобы он свешивался над огнем. Спасибо маме с папой за то, что в детстве заставили стать Ируку бойскаутом. Когда вода начала медленно нагреваться, Ирука снял рубашку, аккуратно сложив её на галечный берег. Он стянул майку, легко подрагивая, когда прохладный воздух заставил все его тело покрыться мурашками. Вслед за майкой полетел пояс, ботинки и штаны. Ирука снял повязку с носа, поморщившись, когда пришлось приложить усилие, чтобы отодрать прилипшую ткань от засохшей раны. Кровь больше не шла, и она хорошо заживала, что несомненно радовало. Раздевшись вплоть до боксеров, Ирука поднял одежду и зашагал в ледяную воду, подавляя крик. Глубоко вздохнув, он зашел дальше, пока вода не достигла уровня талии. Он окунул одежду в воду и начал яростно отстирывать её от пятен. Закончив с одеждой, Ирука глубоко вздохнул и нырнул с головой. Помня о ране, он аккуратными движениями вытер вокруг неё грязь и сажу. Он распустил резинку для волос, позволяя влажным каштановым прядям упасть на его лицо. Затем Ирука повернулся и медленно двинулся к берегу, так как от холода его зубы уже готовы были раздробить друг друга. Все еще находясь в своем укрытии, Какаши с интересом наблюдал, как мужчина раздевался и заходил в воду. Его взгляд скользил по накаченному, но при этом довольно жилистому, торсу, опускаясь до V-образных мышц у таза. Ребра Ируки выступали, указывая на отсутствие нормального питания. Несмотря на это, мужчина выглядел подтянутым и привлекательным. С каждой минутой брюнет в плане внешности и сексуальности нравился Какаши все больше. Прошло много лет с тех пор, как он в последний раз спал с другим человеком, и он чувствовал, как пробуждается знакомое возбуждение, одобряющее внешний вид незнакомца и шоу, которое он бессознательно устраивал. Какаши никогда не ограничивал свое либидо только одним полом. Он находил привлекательными и мужчин, и женщин, потакая своим желаниям всякий раз, когда возникал импульс. Из-за своих сексуальных похождений у него никогда не было серьезных отношений. Его глаза сузились, восхищенно следя за каплями, очерчивающими загорелое тело. Во рту Какаши пересохло, и его губы приоткрылись, когда он увидел, как мужчина расплел волосы из пучка, позволяя тяжелым прядям упасть на его влажную кожу. Он одобрительно присвистнул, когда Ирука чувственно растирал воду по своей коже и проводил пальцами по волосам. Когда же его новоявленный сосед начал выходить на берег, глаза Какаши расширились, увидев твердую задницу, обтянутую мокрыми боксерами. Сосредоточившись, Какаши продолжил пристально наблюдать, чтобы, так сказать, собрать полную картинку. Отсутствие линии загара было плюсом. Его пальцы подергивались от того, как сильно он сейчас хотел провести руками по мокрым локонам и откинуть чужую голову назад, чтобы лизнуть и укусить кадык мужчины. Он уже мог представить себе, как берет влажные волосы и сжимает их в кулаке, удерживая голову человека на месте, полностью контролируя ситуацию. Он покажет Ируке, кто тут главный, нагнет его и трахнет до беспамятства. Поменяв позицию, он подобрался ближе, желая лучшего обзора. Перестав смотреть под ноги, он наступил на ветку, и громкий хруст вывел его из состояния транса. Раздраженный и встревоженный тем, что его так легко соблазнили и отвлекли, Какаши встал и разогнал порочные мысли. Ему нужно было сосредоточиться прямо сейчас, а похоть только мешала. Он побежал прочь, стараясь не оглядываться. У мужчины могло быть красивое тело, но это не означало, что Какаши позволит ему остаться. Вскоре он добрался до библиотеки и, осмотревшись по сторонам, зашел внутрь.

***

Заглянув в каждую комнату, Какаши наконец наткнулся на то, что, как он предположил, было спальней Ируки. В принципе, было несложно догадаться: диван был придвинут к стене, а красный шарф, который он видел у мужчины раньше, аккуратной стопкой лежал на маленьком столике перед диваном. В углу комнаты было припрятано несколько шкафов с картотеками, аккуратно помеченных скотчем и ручкой. На стене рядом с диваном висела карта с пересекающими ее красными кругами и линиями. Шторы были раздвинуты, позволяя солнечному свету проникать в комнатку. Все было организовано и зафиксировано в определенном порядке. Это было серьезным отличием от его собственного хаотичного и беспорядочного стиля. — Хм, я должен был додуматься, что он педантичный хрен, — пробормотал Какаши, оглядываясь вокруг. Хатаке снял маску, обнюхивая комнату. Его острое обоняние уловило незнакомый запах, который он пока не мог определить. Логика подсказывала ему, что это естественный запах тела Ируки. Пахло неплохо, во всяком случае, даже лучше, чем то, к чему он привык. Хмыкнув под нос, Какаши улыбнулся — было забавно, что он знал об этом человеке что-то такое, что было известно только влюбленным. Надев маску обратно, он подошел к шкафам вдоль стены. Какаши открыл один из шкафов и начал рыться в нем в поисках чего-нибудь интересного. Вскоре он наткнулся на небольшой мешочек с семенами. С любопытством он высыпал парочку из них себе на ладонь, внимательно осматривая. Это оказался целый микс из семян всевозможных овощей, которые, если подумать, могли сослужить Какаши небольшую службу. Запечатав пакетик, он убрал его в карман брюк. В следующем шкафе уже обнаружились несколько скудных медицинских принадлежностей. Осматривая тайник, он ухмыльнулся, вспомнив свою большую и обширную коллекцию. Сейчас было такое время, что даже обычный порез от ржавого гвоздя мог привести к смерти. Переставляя ящики, Какаши предположил, что пришел к складу с едой. Он нашел упаковку мини-пончиков, твинкис и несколько напитков. Без зазрений совести Какаши цапнул себе упаковку пончиков. Ирука фактически живет на его земле, может засчитать это за арендную плату.

***

Наконец, после банных процедур, Ирука вытерся и оделся в сухую одежду, которую достал ранее из рюкзака, дрожа от несильного ветерка. Солнце теперь полностью вошло в зенит, облегчая ему просушку вещей. Ирука снял с огня горшок и налил чистую жидкость в пустые бутылки и сильно закрутил их. Внезапное желание вернуться поскорее в свою комнату заставило Ируку начать собирать вещи, но когда он уже натягивал рюкзак на плечи, какая-то часть в его мозгу буквально заставила его осмотреться по сторонам, чтобы хоть как-то оценить местность — так-то это и была основная задача его вылазки. Ирука не видел «Джози» со дня их знакомства, а учитывая западлянку, которую тот ему устроил недавно, навязчивая мысль о том, что где-то за углом его вновь ожидает огромная волчара с кучей приглашенных на званый ужин Зараженных, уже не казалась ему столь навязчивой. — Что он задумал? Ирука плотно сжал губы, подозрительно оглядываясь по сторонам. Он быстро направился домой, стараясь вести себя тихо и не привлекать к себе внимания. Даже дикая природа сейчас представляла угрозу. Придя в библиотеку, Ирука поначалу не заметил ничего подозрительного. Испытывая чувство беспокойства по непонятной ему причине, он проскользнул внутрь и запер за собой дверь. Его встретили уют и тишина пустынной библиотеки и, попытавшись успокоиться, Ирука побежал вверх по лестнице. Его ноги мягко ступали по мраморным ступеням, и вскоре уже была видна дверь в его комнату. Она была закрыта, как всегда, но чувство, что что-то не так, все никак не покидало душу мужчины. Ирука вытащил ледоруб из рюкзака и крепко схватился за изношенную ручку, готовясь к драке. Он распахнул дверь, с удивлением увидев, что комната пуста, хотя он ожидал увидеть либо седовласого мужчину, либо его собак, либо еще кого-нибудь из Зараженного. Все было в точности так, как и должно быть; ничто не было сдвинуто или переложено на другое место. Недоверчиво оглядев свои вещи, Ирука бросил рюкзак на диван и принялся раскладывать добычу. Убрав бутылки с водой в соответствующую секцию шкафа, Ирука достал несколько кусочков сушеного мяса, так как его позывы в животе в последнее время становились все сильнее и сильнее, отчего их становилось все труднее игнорировать. Вгрызаясь в мясо и наслаждаясь соленым вкусом, он рылся в своих вещах, пытаясь понять, почему он так встревожен. Ирука ничего не нашел после нескольких минут поисков, поэтому он закрыл шкаф и повернулся, чтобы осмотреть свою комнату. — Возможно, я просто параноик… Взглянув вниз на пол, его глаза расширились от ужаса, когда он понял, чего не хватает. Несколько драгоценных семян, которые он хотел вырастить, были небрежно разбросаны по полу. Он повернулся обратно к шкафу и рывком открыл его, отбрасывая вещи в сторону, отчаянно ища маленький пакетик, который был на данный момент его единственным планом выживания. Он также заметил, что исчезли его пончики, а также бутылка Gatorade и одна из пачек Doritos. — Нет-нет-нет… — повторял он, открывая ящик за ящиком. Он знал, что пакетика с семенами нет, но продолжал искать, паника охватила его с головой. Захлопнув шкаф, он резко обернулся, на место паники пришла еле сдерживаемая ярость. — Сукин сын… — прошипел он, сжав кулаки. Гнев клокотал в его груди, взывая о возмездии. Как посмел этот человек попытаться убить его, а потом украсть его вещи?! Подойдя к дивану, он схватил ледоруб, крепко сжимая металлическую рукоятку. Не потрудившись надеть рюкзак, он вышел из комнаты, твердо решив найти этого мудака и преподать ему урок о дозволенных границах и хорошенько надрать ему задницу.

***

Он искал до тех пор, пока солнце не начало садиться, что вынудило его вернуться. Ирука устало поплелся обратно в библиотеку. Он прочесал каждый закоулок и щель, зайдя так далеко, что вошел в некоторые более опасные районы, где он заметил несколько Зараженных, но в бой с ними не вступил. Он не видел никаких признаков ни этого человека, ни его собак; как будто он прятался от него, но только Бог знает, где было его убежище. С урчанием в животе и чувством отчаяния, затуманившим разум, он открыл заднюю дверь в библиотеку и запер ее на засов. В его голове проносились одно за другим возможные последствия. Если он не сможет вернуть семена, то вся его тяжелая работа пойдет насмарку. Часы, потраченные на сбор семян и плодов, были потрачены впустую. Опасные походы на разведку и даже пребывание в библиотеке были лишены теперь всякого смысла. Судя по тому, что у него было сейчас, он мог продержаться еще неделю или около того, прежде чем полностью закончится еда, но даже это было еще не самым страшным. Он умрет. Злой и встревоженный, он вошел в главный зал библиотеки, медленно поднимаясь по лестнице тяжелыми шагами. Заходящее солнце отбрасывало оранжевый свет через огромные окна, освещая помещение. Тепло немного разморило уставшего мужчину, он устало улыбнулся и опустил руки. Внезапно Ирука остановился, когда услышал шорох пластика и отчетливый звук переворачивающейся страницы в книге. Оживленный этими звуками, Ирука быстро направился туда, откуда, как он предполагал, они доносились. И как оказалось — не зря. Удобно устроившись на одном из старых диванов и поедая ирукины пончики, засранец лениво задрал ноги кверху, используя заходящее солнце как освещение, игнорируя пришедшего Ируку. Ирука слегка покраснел, когда понял, в какой секции они находились, смущение на несколько секунд пересилило его ярость. Раздел порно, где на всех книгах были красные метки 18+, и где были доступны даже некоторые DVD-диски. Все в образовательных целях, конечно. — Ты! — взревел Ирука, подходя к расслабленному мужчине и обвиняюще тыча в него дрожащим от адреналина и гнева пальцем. Какаши медленно, с сожалением опустил «Тактику Поцелуев», обратив свое внимание на брюнета, нависающего над ним. На мгновение он даже почти поддался идее попробовать одну из тактик на Ируке, любопытствуя, как этот человек будет действовать. Заметив чужой палец у своего лица, Какаши лишь мягко отдалился от него. — Я? — Как ты посмел рыться в моих вещах?! — закричал Ирука. Разочарование от потери семян воспылало в его груди с новой силой. Его голос мощно разнесся по залу. — Что дало тебе право вторгнуться в мою комнату и забрать мои вещи?! Ты невыносимый, эгоистичный, маниакальный осел! Какаши приподнял бровь. Сунув руку в карман, он вытащил пакетик с семенами, наблюдая, как глаза Ируки расширились, а его крики стихли. Он в шоке то открывал, то закрывал рот, наконец опуская руку от лица Хатаке. — Ты об этих вещах? Ирука оскалился. — Не придуривайся, будто не понимаешь о чем речь. Отдай мне их обратно! — он зарычал, готовя свое тело к возможной драке. Его глаза были прикованы к драгоценному мешочку, ведь от него буквально зависела его жизнь. — Не обязан. Простой ответ мужчины заставил Ируку замолчать, беспомощно переводя взгляд на лицо собеседника.  — …Что? — его беспокоило отсутствие эмоций, исходящее от этого человека. Не помогло и то, что бандана и повязка на глазу скрывали большую часть его лица. — Что слышал. Я имею полное право забрать у тебя, что пожелаю нужным. А что дало тебе право остаться в моем городе? Почему ты вообще все еще здесь? Ирука заметил, как изменилась поза мужчины. Он резко превратился из беспечного и расслабленного в пугающего и устрашающего. — Я не знаю, кем ты себя возомнил, но ты не можешь… — начал было Ирука, вспыхнув гневом, когда он посмотрел на мужчину в ответ сверху вниз. — О, да, я могу, — Какаши резко его перебил, — Я единственный, блять, кто поддерживает этот зараженный город в чистоте. Я тот, кто борется с ними и держит эту библиотеку в чистоте от них. Поэтому раз уж ты приехал в мой город, то ты должен играть по моим правилам. Тебе вообще повезло, что я позволил тебе остаться здесь так долго. Возмущение изливалось из каждой клеточки существа Ируки, требуя, чтобы он превратил Какаши в подушечку для булавок, используя вместо последних свой топор. — И что? Я должен поблагодарить тебя за то, что ты украл мои вещи? — выпалил Ирука, сузив глаза. Заметив жетон на мускулистой груди мужчины, он с трудом прочитал курсив, выгравированный на нем. — Слушай сюда, Какаши. — он сплюнул, наслаждаясь раздражением на лице мужчины, когда его имя слетело с чужих губ, — Ты отдашь мне эти семена, или я заставлю тебя пожалеть об этом. Может быть, ты и поддерживаешь чистоту в городе, но мне, как бы ни прискорбно это не звучало, немножко похуй. Да хоть перестань истреблять Зараженных вообще, я даже не замечу этого. Ты можешь править этим пустым городом, как какой-нибудь сумасшедший король сколько тебе угодно, но я останусь здесь, нравится тебе это или нет. Ты уже пытался избавиться от меня, попробуй еще раз. Я не проиграю тебе. Какаши был совершенно поражен тем, что Ирука нападал на него в ответ, а не отступал, как остальные. У него хватило смелости бросить ему вызов. Это было впечатляюще. На мгновение задумавшись, почему пакетик так важен, Какаши решил сменить тактику, пытаясь застать мужчину врасплох. — Хорошо, ты можешь остаться, — легко сказал он, наслаждаясь выражением крайнего замешательства на покрытом шрамами лице мужчины, — Но я оставлю это себе, — он подбросил пакетик вверх, поймал его в воздухе и отошел от загорелого мужчины, небрежно вальсируя мимо него. — Нет! Подожди! — закричал Ирука, крепко хватая его за предплечье, — Ты не можешь оставить это себе! Проглотив свой гнев и гордость и пытаясь остудить голову, он тоже попробовал другой подход. — Пожалуйста, верни мне их, — его шоколадные глаза встретились с одним серым. Удивленный внезапной переменой в поведении Ируки, Какаши недовольно сощурился. Ему не нравилось, что этот мужчина так резко перешел на просьбы. Куда подевался весь гнев? — Зачем они тебе? — Я просто… Они мне нужны. Пожалуйста, — рука Ируки сжалась, когда он вдобавок к мольбам состроил засранцу глазки, мысленно блеванув от своих же попыток повлиять на мужчину. Удостоенный потрясающей возможностью поиздеваться над ним, Какаши ухмыльнулся. — Что бы ты сделал, чтобы вернуть их? — спросил он, и его взгляд намеренно упал на лежащую неподалеку «Тактику Поцелуев». Ирука запнулся, его мысли путались, когда он пытался угадать, о чем думал Какаши. — Ч-что угодно, — его глаза проследили за взглядом седовласого мужчины и остановились на книге. Щеки моментально покраснели, когда он кажется начал понимать, что может происходить в голове у Какаши, психологически подготавливая себя к тому, что этот человек сделает. Но семена того стоили. — Я бы сделал почти все, что угодно. Заметив, что Ирука смотрит на ту же книгу, любопытство Какаши взяло верх — как далеко сможет он зайти? — Хм, неужели ты подумал об этом? Даже я не догадался бы до такого. Как мерзко. Разве это не бесчеловечно — спать с другим мужчиной? Это… Ирука резко перебил его. Карие глаза вновь горели праведным гневом. — Я могу спать с кем захочу, и это не твое дело. Любить другого мужчину — это совершенно нормально и совершенно естественно. Человек не может выбирать, в кого он влюбляется. Любовь не имеет гендерных границ и пересекает все этнические… — Ирука продолжал тараторить, мысленно представляя себя на занятии, пытаясь таким образом потянуть время и, возможно, вывести разговор в другое русло. Он только сейчас осознал, что не был готов ни морально, ни физически к тому, что мог сделать с ним Какаши. В это время Хатаке смотрел на него с широко раскрытыми глазами. Ирука… только что прочитал ему лекцию? Он препод? Внутренне ухмыльнувшись, он получил ответ на смутный вопрос, вертевшийся у него в голове с сегодняшнего утра. Может, Ирука и не был геем, но он был открыт для новых опытов. Ничто не мешало ему быть таким же бисексуалом как и сам Какаши. Но даже несмотря на это, Хатаке никогда бы не заставил Ируку с ним спать — хоть что-то человеческое у него еще осталось. Он бросил семена учителю, застав его врасплох. — Оставь это себе, они мне не нужны. Повернувшись спиной к брюнету, он зашагал прочь. Не ожидая ответа, он был слегка ошеломлен, услышав тихое «спасибо», брошенное ему в спину. Недовольно цыкнув, Какаши лишь быстрее зашагал прочь. Было интересно, сколько должно пройти времени, чтобы Ирука стал одним из многих безликих погибших, которые когда-то так же как и он захотели остаться в городе. Еще интереснее был тот факт, что в глубине души Какаши вовсе не хотел, чтобы Ирука погибал. Отчего-то хотелось придержать его для себя.