The Empty City

После своего первого дня охоты с Какаши, на который его вытащили почти насильно, Ирука поклялся стать вегетарианцем. Его одежда была полностью угваздана кровью и внутренностями животных. Какаши оказался строгим учителем и несмотря на то, что он научил Ируку, как правильно снимать шкуру и готовить мясо, что могло пригодиться ему в будущем, это все еще было отвратительно. Собаки Какаши тоже особо не помогали с ситуацией, на ходу отбирая друг у дружки и тут же съедая выпавшие из хозяевой сумки конечности или отдельные мягкие куски. Первым животным, которого подстрелил Какаши, был его брат олень. К счастью, мужчина знал, куда надо стрелять, чтобы не мучить животное перед неизбежным. Существо быстро подохло, и Какаши начал показывать, как чистить и хранить мясо, чтобы оно не сгнило и не пропало зря. Потом Какаши поймал и убил кролика, которого они в конечном итоге съели, сняв шкуру и приготовив его на месте. На второй день охоты Ирука доказал, что усвоил урок и полностью приготовил животинок, которых также поймал сам, без помощи седовласого мужчины. Довольный, когда Какаши похвалил его за успехи, Ирука снова начал думать о том, как хорошо они стали работать, когда Какаши оставил свои попытки убить его. Помимо того факта, что они были единственными живыми людьми в городе, сохранившими свои высшие мыслительные способности, они работали в безупречном тандеме, помогая друг другу по мере того, как с течением дней они узнавали друг друга все больше и больше. Ирука начал ценить присутствие Какаши, наслаждаясь временем, которое он проводил с этим человеком. Он находил Какаши немного загадочным, интригующим и курьёзным. Неся домой несколько контейнеров с мясом после очередной успешной охоты, Ирука напевал себе под нос, удаляясь от их обычных охотничьих угодий — лесов за чертой города. Это был район, которому не угрожала опасность заражения из-за большого количества животных, которые там жили. По какой-то причине оказалось, что только люди подвержены спорам и могли превратиться в ужасных существ, которые опустошали мир. Животные не могли заразиться инфекцией, возможно, из-за некоторых генетических факторов вируса. Он плотнее запахнул куртку, дрожа от ледяного ветра, который становился все более частым явлением. Дневная температура упала, опустившись до уровня «чертовски холодно». Ирука повернул за угол и прошел через разрушенное здание, мимо старых кирпичных стен, которые все еще чудом стояли. Это ничем не отличалось от последствий урагана или шторма, бывавшие в этой местности много раз, еще задолго до эпидемии. Он перешагнул через упавшую вывеску охотничьего магазина, задев и разбив ногой остатки стекла. У одноэтажного здания не было крыши — она сгнила от плесни — тем самым позволяя солнечному свету проникать в комнату и падать на все пустые полки и витрины. Грязь и стекло громко хрустели под толстыми ботинками Ируки. Он отшвырнул в сторону искореженные неоново-оранжевые жилеты и прочую охотничью атрибутику. По углам стояли древние манекены с отсутствующими частями тела и кусками пены. Некогда симпатичная одежда висела на них, порванная и изъеденная молью. Брюнет избегал жутких манекенов, которые, казалось, наблюдали за ним. Они выбивали его из колеи своими гуманоидными фигурами и вытаращенными глазами. Внезапно он замер, будто вкопанный. Ирука нахмурился, подозрительно оглядывая полуразрушенное строение. Вот, он снова это услышал! Потянувшись назад, он вытащил свой ледоруб и крепко сжал его, слегка согнув колени. Его сердце быстро забилось в груди, все чувства разом обострились. Вероятность того, что это был Зараженный, была невелика, но лучше перебдеть, как говорится. Жалобный воющий крик донесся из темного угла магазина. Пораженный тем, что это был слегка не тот звук, которого он ожидал, Ирука положил оружие на место, достал фонарик и посветил им в темноту. Потребовалось несколько мгновений, чтобы найти источник шума. Он придвинулся ближе, и его сердце сжалось при виде этого зрелища. Крошечная черно-коричневая собачка лежала в углу, а её задняя лапа попала в ржавый медвежий капкан. Проколотая лапа кровоточила, пока животное бесполезно дергалось в луже собственной крови. Пёс был ещё слишком мал, чтобы освободиться самостоятельно. Почувствовав приближение Ируки, маленькая собачка шарахнулась от него, еще больше причинив себе боль. Он издал душераздирающий стон. — Нет-нет, иди сюда, — промурлыкал Ирука, опускаясь на колени рядом с щенком, — Бедняжка. Перед ним лежал щенок немецкой овчарки. Он протянул руку и быстро отдернул ее, когда маленькое животное начало в ужасе тявкать на него, усиливая свои явно болезненные попытки вырваться на свободу. Быстро обдумав ситуацию, Ирука открыл один из своих контейнеров с мясом и достал маленький кусочек, предлагая его раненому животному. Собака понюхала подношение и через несколько секунд неохотно взяла его. Ирука скормил ему еще пару кусочков, прежде чем снова попытался протянуть руку. На этот раз собака доверилась ему достаточно, чтобы подпустить поближе. Ирука медленно протянул руки, стараясь не напугать животное, и схватил ловушку. Было сложно, но все же ему удалось разжать силки. Маленький зверек сразу же отодвинулся, как только его лапа освободилась, сильно хромая и все еще плача от боли. Кровь лилась вслед за лапкой, окрашивая землю в красный, когда маленькая овчарка изо всех сил пыталась удержаться на ногах. Из-за невозможности опереться на пораненную конечность, песик прижал её к своему животу. Ирука с беспокойством посмотрел на щенка. Он не мог оставить его умирать, это был маленький ребенок! Он медленно приблизился к щенку, пытаясь передать свои добрые намерения тихим шепотом и осторожными движениями. Он осторожно протянул руку, позволяя щенку понюхать его ладонь. Как только пес мягко ткнулся носом в его ладонь, Ирука деликатно поднял его и унес из магазина.

***

Обернув поврежденную лапу марлей, Ирука порылся в библиотеке в поисках учебника по ветеринарии, чтобы найти информацию, которая могла бы помочь маленькой собаке. Вскоре он нашел секцию, в которое по идее должны были быть книги по данной тематике, но полки оказались совершенно пустыми, одна лишь пыль покрывала их. — Куда, черт возьми, они делись? — раздраженно воскликнул Ирука. Если он в ближайшее время не поможет этому малышу, он умрет! Маленький щенок лежал на столе в его комнате, уютно устроившись в теплом одеяле, в которое Ирука самоотверженно завернул его. Он взвизгнул и свернулся калачиком, от боли и страха. Кровь непрерывно текла из его раны, пропитывая одеяло. Собравшись с духом, Ирука побежал назад и взял маленькую собачку на руки, направляясь на поиски Какаши. Если и был кто-то, кто мог бы протянуть ему руку помощи, то только он. Несмотря на то, что он буквально был единственным, кто мог помочь, он также был собачником, а это означало, что у него могли быть некоторые знания о том, как вылечить лапу щенка. Из того, в чем Ирука мог быть точно уверен — кости в лапе были сломаны, и животное скоро истечет кровью, если рану не закрыть. Хотя он понятия не имел, где остановился Какаши, Ирука точно знал, что есть верный способ привлечь его внимание. Он подбежал к скрытому переулку, который, как он догадался, часто посещал Какаши из-за постоянных появлений Зараженных, поднял кирпич и бросил его в тонкую проволоку, подвешенную возле забора, который перекрывал проход. Как только блок попал в цель, раздался оглушительный взрыв, и осколки кирпича разлетелись в облаке дыма. Грохот разнесся по округе вместе с эхом, которое затихло только тогда, когда рассеялись облака дыма. Прикрывая щенка на руках от кусков кирпича, Ирука терпеливо ждал, почесывая собаку за ухом и гладя по голове. Они только недавно вернулись с охоты, так что Какаши все еще должен бродить поблизости. Ему не пришлось долго ждать — Какаши, привлеченный активацией одной из его ловушек, установленных для Зараженных, прибежал довольно быстро. Ирука услышал его еще до того, как увидел. Щенок поднял голову, скуля от боли и любопытства. Какаши, очевидно, ожидал увидеть Бегуна или Щелкуна, попавшего в его ловушку, а не Ируку с маленьким щенком в руках. Какаши проигнорировал маленького зверька в руках брюнета и бросил подчеркнуто раздраженный взгляд на активированную ловушку. — Ты же знаешь, как трудно их установить, верно? — он сгорбился, вытаскивая еще немного проволоки из заднего кармана брюк, распутывая ее и двигаясь туда, где когда-то была ловушка, — Зачем ты это сделал? — Мне нужна твоя помощь, но я не знаю, где ты живешь. Как еще я должен был с тобой связаться? — возразил Ирука, сильнее обхватывая руками щенка, — А так ты бы точно меня не проигнорировал. — Ну не знаю, бэт-сигнал был бы круче. Или, на крайний случай, ты мог бы просто позвать меня, — Какаши повернулся обратно к Ируке, что-то бормоча, когда начал обматывать тонкую проволоку вокруг странного предмета, — Я бы не стал игнорировать тебя, — тихо добавил он себе под нос, поглядывая на брюнета из-под руки. Установив ловушку на место, он повернулся к смуглому мужчине, — Итак, в чем дело? — спросил он, его взгляд упал на копошащийся клубок меха в руках Ируки, — И где ты его взял? — Он ранен и сильно истекает кровью. Я не знаю, как ему помочь. — отчаянно сказал Ирука. Он придвинулся ближе к Какаши, давая ему возможность получше рассмотреть щенка и рану на его лапе, — Ты можешь ему помочь? Какаши критически оглядел зверька. Осмотрев поврежденную лапу и количество крови, пропитавшей мех, он покачал головой. — Он слишком маленький, скорее всего не выживет. Как бы сильно он ни любил собак, Какаши знал, что такой маленький щенок не жилец. Ему повезло, что он прожил хоть какое-то время, но лучше было не продлевать его страдания. — Меня не волнует, что он слишком маленький, — ответил Ирука вмиг поледеневшим тоном, — Ты поможешь ему, и он будет жить дальше, — решительно приказал он. Он впился взглядом в Какаши, не сдвинувшись ни на дюйм. Карие глаза сузились, когда Какаши наклонил голову, а на его лице появилось странное выражение. Какаши внезапно улыбнулся так, что у его глаз появились морщинки. Он поднял руки в жесте «сдаюсь». — Хорошо, если ты хочешь, чтобы я это сделал, я это сделаю. Упорство Ируки никогда не переставало его забавлять. Его также поразило, как часто Ирука спорил с ним по сравнению с его предыдущими выжившими. Они редко вступали с ним в конфликт, а если и ссорились, то капитулировали первыми, напуганные его поведением. Он протянул руки к щенку, но был удивлен, когда Ирука прижал его к себе и кивнул. — Показывай дорогу. Какаши опустил руки, засунул их в карманы и ссутулился. — Хорошо, иди за мной, — отрывисто ответил он.

***

Дом Какаши был великолепен. По сравнению с его домом-библиотекой, дом Какаши был гораздо более защищенным и красивым. Он находился в старом сером викторианском здании недалеко от центра города. Какаши укрепил его, полностью превратив в безопасное убежище. Большой дом был расположен в охраняемой зоне, возвышаясь среди простых строений. Громоздкие и богато украшенные ворота отделяли большую часть территории, тонкие линии проводов пересекали металлические прутья и повышали уровень опасности для нарушителей. Сверху была прошита колючая проволока, поблескивающая на солнце. Остальная часть дома была надежно отрезана от города, между ним и зданиями было пол-акра земли. По периметру росли большие деревья, надежно окружавшие территорию. У самого дома были высокие башенки, которые, казалось, были переделаны в сторожевые. Все сооружение представляло собой хорошо укрепленную крепость. Внутри каждое окно имело механический металлический лист, который опускался одним нажатием кнопки, повышая долговечность сборки. Лестница, благодаря управляемым ступеням, имела возможность превращаться в одну большую горку. Под кухней был спрятан подвал вместе с потайным выходом на случай, если дом когда-нибудь подвергнется нападению. Ирука буквально стоял с открытым ртом, удивленный тем объемом работы, который Какаши вложил в создание крепости. Просторная кухня была полностью заполнена продуктами. Там были и коробки с хлопьями, и банки с фруктами, и бичпакеты, и даже пакеты с карамельным попкорном. Содовые и другие напитки аккуратно стояли в углу, делая кухню похожей на импровизированный магазин. Какаши даже создал «конфетный уголок», куда он складывал все найденные им сладости. — Откуда у тебя все это? — спросил Ирука, пораженный огромным количеством еды. Он последний раз видел её в таком количестве в супермаркете, еще до того, как Зараженные все уничтожили, — И это все еще съедобно? — Этот дом раньше был какой-то охраняемой реликвией, но так как рядом нет никого, кто мог бы сказать мне «нет», я его немножко отремонтировал. А продукты я собирал на протяжении многих лет. С каждого человека, который умирает здесь, я получаю еду и некоторые интересные вещи, которые они оставляют после себя. У меня есть еще внизу, — Какаши повел брюнета в дальнюю комнату, где он хранил весь свой запас медикаментов. Комната была дальше всего от двери. — Подвал заполнен оружием и еще консервами. Я запасся сублимированными продуктами, и некоторые из них все еще съедобны. Пока это всё. Невольно у Ируки проскочила мысль о том, что если у Какаши и так всего полно, зачем, мать вашу за ногу, ему понадобились его пончики? Он последовал за Какаши в заднюю комнату, и его глаза расширились, когда мужчина щелкнул выключателем, зажигая свет. Перед Ирукой предстала комната, от стены до стены заставленная полками и шкафами, в которых хранился огромный ассортимент медицинского снаряжения. Он заприметил, что в единственном шкафу, выкрашенном в синий цвет, лежали лекарства для животных, а не для людей. В стороне стоял массивный генератор, который был соединен с проводкой в стенах. Это объясняло, почему свет все еще работал. Ирука снова был поражен изобретательностью Какаши, который оказался на редкость рукастым. Какаши передвинул маленький столик на середину комнаты, подтолкнув его к Ируке. — Вот, положи его сюда. Он достал мягкое полотенце и также бросил его на стол. Тихо бормоча что-то щенку, Ирука осторожно опустил его на стол, поглаживая по спине, чтобы успокоить дрожащее от страха существо. Маленький зверек заскулил и благодарно лизнул руку Ируки. Какаши внимательно осмотрел лапу, все еще будучи уверен, что щенок не протянет долго. Ирука наблюдал за его бледными пальцами ястребиными глазами, отмечая каждое движение. Через несколько мгновений Какаши подошел к одному из шкафов и вытащил несколько флаконов с жидкостью и шприц. — Подожди, ты хоть понимаешь, что делаешь? — быстро спросил Ирука, глядя на острую иглу в руках Какаши. Он покровительственно навис над щенком, словно тот уже был его питомцем. — Я прочитал несколько книг, — легкомысленно ответил Какаши, наполняя шприц жидкостью из бутылки в другой руке. Он перевернул его вверх дном и выпустил пузырь воздуха, постучав по склянке пальцем, — Это усыпит его на некоторое время, что позволит мне полностью увидеть ущерб, — терпеливо объяснил мужчина, втыкая шприц в лапу щенка. Вскрикнув от боли, овчарка застыла на месте. Какаши наклонился над его раной и стал внимательно и очень аккуратно её изучать. — Ты уже дал ему имя? — мягко спросил бывший военный, почесывая голову пса, чтобы отвлечь его. Как только маленькое животное полностью уснуло, он начал самую сложную часть работы, а именно вправил кости в лапе и остановил кровотечение. Ирука на мгновение замолчал, размышляя. После долгой паузы он заговорил: — Райкири. Его зовут Райкири. Он переместился вокруг стола, бессознательно придвигаясь ближе к Какаши. Седовласый одобрительно кивнул. — Милое имечко. Достав еще несколько инструментов, Какаши начал зашивать рану, его пальцы быстро и умело продевали иглу сквозь кожу и плоть. Обрезав оставшиеся швы, он аккуратно перевязал лапу, прекрасно осознавая, насколько близко к нему был Ирука. Затем он плотно обернул её плотной тканью, чтобы кости не сдвинулись с места. Как только он закончил, он проинструктировал Ируку о том, как правильно надо будет очищать рану и ухаживать за ней. — Просто следи за тем, чтобы он не вставал и не разгрыз швы, а он будет пытаться это сделать, поверь мне. Держи его в тепле и не оставляй надолго одного. Ирука кивнул, запоминая то, что сказал ему Какаши. Он взглянул вниз на пса и нежно погладил его по голове, чувствуя грязь, покрывающую его тонкую шерсть. Осознав, что вокруг них повисла неловкая тишина, он поднял глаза и обнаружил, что Какаши пристально смотрит на него. Удивленный сосредоточенностью этого взгляда, Ирука протянул руку и застенчиво потер свой новый шрам. — Я… это все? — спросил он почти шепотом. Какаши, казалось, был в трансе, и поэтому слегка вздрогнул, когда услышал голос Ируки. — Хмм? О, да, это все, — весело сказал он, криво ухмыляясь брюнету. Белесая бровь игриво приподнялась. Ирука отвел глаза, чувствуя, как румянец заливает его щеки. Даже с маской на лице, Ирука мог представить себе чарующую улыбку этого идиота. Черт бы побрал его тело модели. — Ну, тогда я думаю, мне лучше идти. Пока не стемнело, и все такое, — поспешно сказал Ирука, пытаясь побороть желание снова потереть нос. Что-то в этом другом мужчине заставляло его чувствовать бабочек в животе. Может он просто заболел? Может быть, он простудился из-за того, что попал под легкий дождь? — Я… э-э, я имею в виду, спасибо. За то, что помог ему, — Ирука указал на спящего щенка. Он заметил, как Какаши молча кивнул. Прижимая Райкири к груди, он начал выбираться из дома Какаши, все еще чувствуя, как тяжелый взгляд прожигает дыры в его спине. Какаши смотрел, как он уходит, прислонившись к двери своего дома и скрестив руки на груди. Он подавил желание окликнуть учителя и сказать ему, чтобы он остался еще на некоторое время, может быть, даже переночевал. Это было опасно. Он начинал привязываться к этому человеку, также как Ирука привязался к новой собаке. Он уже наслаждался теми моментами, когда они охотились вместе, и всякий раз, когда они сталкивались друг с другом. Он хотел бы от этого человека большего, чем его дружба, но пока не знал, сможет ли преодолеть это расстояние. В конце концов, Ирука фактически все еще был незнакомцем. Но так как Какаши привык быть честным с самим собой, он знал, что происходит. Как бы расчетливо и холодно это ни звучало, он ждал возможности нанести «удар», чтобы показать Ируке удовольствие, которое этот человек, вероятно, до этого не знал. Он ценил то, насколько они сблизились, но не мог сопротивляться подкрадывающимся желаниям. Образы купающегося Ируки продолжали всплывать, усиливая свое влияние на сознание Какаши из-за того, что он так часто стал бывать рядом с брюнетом. Он уже начал мастурбировать, думая о том, как хорошо было бы войти в это податливое смуглое тело, почувствовать его вкус и запах. Очевидно, слишком долгое одиночество серьезно испортило ему жизнь. Иногда он задавался вопросом, думал ли когда-нибудь этот маленький человек о нем в другом свете, кроме дружбы. Он тщетно надеялся на это, в основном из-за нескольких случайных и интересных взглядов, брошенных в его сторону, но они не давали стопроцентной гарантии. Потирая рот, Какаши вздохнул, смиряясь с тем фактом, что он влюбился в мужчину, но абсолютно не знал, как приступить к его соблазнению. Он даже не знал, стоит ли ему вообще это делать. Впервые встретив доброго учителя, он попытался избавиться от него и то, что Ирука продолжил общение с ним, повергало Какаши в шок. И вот они здесь, последние два самца в пустом городе. Один из них был добросердечным учителем, а другой — бывшим боевиком с социальными проблемами. Один с внешне невинным поведением и мышлением, а другой с опасным и грубым отношением. Могло ли между ними получиться хоть что-нибудь?

***

Сонный и хорошо отдохнувший, Какаши зевнул, вставая со своей скрипучей кровати. Он потянулся и снова зевнул. Скрестив руки на груди, он громко всхрапнул, когда хрустнули его кости. Он лениво почесал живот, снова потянулся и поднял с пола белую майку-алкоголичку, напевая себе под нос. Натянув пару черных мешковатых штанов, он высоко натянул их на талию и застегнул. Затем он быстро надел ботинки, ловко завязывая шнурки. Пришло время для раннего завтрака, чтобы начать утро, за которым последует его марш-бросок для проверки ловушек. Когда он выполнял свою привычную утреннюю рутину, к нему подошла его белоснежная любимица. Она подпрыгнула и схватила кости в воздухе, которые ей благосклонно кинул Какаши, прежде чем грациозно приземлиться на лапы. Мощные челюсти переломили кость пополам, быстро раздробив ее на куски. Из всех гончих, которые окружали Хатаке, она была ближе всех к нему. Покончив со своим обычным завтраком, Какаши направился к боковому шкафу в главном коридоре. Он открыл его и достал дробовик, которым часто пользовался. Из коробки рядом со стойкой он взял пригоршню пуль и спрятал их в нагрудный карман жилета. Его бандана-маска была плотно повязана на лице, а волосы были убраны так, чтобы они прикрывали на глаз со шрамом. Резко и громко свистнув, Какаши шустро покинул свой дом, сопровождаемый несколькими другими волкособами. Они поспешили вниз по лестнице, горя желанием наконец размять затекшие мышцы. Было важно постоянно обновлять ловушки, чтобы минимизировать шансы на встречу с Зараженным. Особенно потому, что из-за слишком активных и наглухо отбитых Бегунов, ловушки часто не срабатывали, давая осечку. Выйдя на улицу, он закрыл за собой дверь и запер ее на засов. Он сделал то же самое с воротами, чтобы предотвратить взлом от нежелательных посетителей. Если Ируке сегодня понадобиться его помощь, Какаши уверен, он обязательно повторит свой недавний концерт с разрушением его самодельной бомбы. Направляясь в центр по знакомой тропинке, он задался вопросом, что сейчас делает Ирука и жива ли еще собака, которую он притащил. Прошло почти 3 недели с тех пор, как они в последний раз виделись, и у него создалось впечатление, что Ирука держится от него на расстоянии. Он обнаружил для себя, что скучает по дружелюбному, но строгому отношению брюнета и его веселой компании. После того, как он так долго жил без какого-либо общения и прекрасно обходился без него, было странно, что он так быстро привязался к Ируке. Серьезно, пребывание в одиночестве в течение такого долгого времени портит даже самых закоренелых социопатов. Какаши вздрогнул от прохладного воздуха, почувствовав собственное дыхание, когда снял бандану, чтобы поправить ее. На днях в течение нескольких часов шел дождь, который прекрасно наполнял его ведра для сбора воды. Теперь это была всего лишь моросящая ледяная вода. В городе царила тишина, если не считать легкого стука дождя, падающего на останки общества. Все было освещено серым светом, исходящим от тяжелых свинцовых облаков. Похожий на облако туман скрыл небо, отрезав высокие небоскребы, которые все еще стояли, возвышаясь над остальными крохотными, по сравнению с ними самими, домишками. Яркие цвета вывесок некогда процветающих магазинов казались выцветшими. Он проворно забрался на крышу небольшого магазина, избегая огромного скопления машин у его входа. Его мысли вернулись к Ируке. Какаши удавалось лишь мельком увидеть учителя то тут, то там, но они больше не встречались так часто, как раньше. К счастью, их следующая дата охоты была назначена через несколько дней, чего Какаши с нетерпением ждал. Он спрыгнул с крыши на группу мусорных контейнеров с громким хлопком и плеском собирающейся воды, держа глаза открытым, дабы не пропустить ни одного Зараженного, привлеченного шумом. Странно. Какаши понял, что активно ищет практически любые признаки Заражения, даже больше, чем до появления Ируки. Он все чаще покидал свой дом и даже усилил свои методы охраны, став более осторожным и тщательным. Пытался ли он бессознательно защитить своего возлюбленного нового соседа? — Или я просто становлюсь параноиком. Какаши фыркнул, изучая переполненные шоссе, ведущие из города. Ржавые машины и сломанные грузовики выстроились вдоль шоссе, давным-давно покинутые своими владельцами. Трава пробилась между трещинами на улице, создавая огромные провалы зелени в море серого. Некоторые машины накренились в ямах, навсегда застряв в них. Даже армейские грузовики оказались в ловушке среди обычных гражданских легковушек. Забравшись на крышу седана, чтобы осмотреть даль, Какаши вытащил бинокль из кармана своей черной куртки и посмотрел вперед, убедившись, что барьер высотой по пояс, который он построил из незакрепленных кирпичей, все еще стоит. Одна из самых первых вещей, которые он сделал, поняв, что остался один, — перекрыл главные улицы и магистрали города, ограничив въезд и выезд. Это заманило бы в ловушку Зараженных, уже находящихся внутри, и помешало бы прибытию новых. Стена стояла прочно, пересекая переулки, отмечая его территорию. Вокруг основания баррикады были установлены ловушки из тонкой проволоки, готовые бабахнуть в любой момент. Какаши был вырван из своих мыслей безудержным лаем своих пушистых товарищей. Он повернулся на шум, заметив, что его стая преследует что-то маленькое, что мчится в пригород. Какаши с глухим стуком соскочил с машины и помчался за ними, отстегивая свой обрез. Он прищурился, когда дождь попал ему в глаза. Его собаки наконец загнали существо в угол, окружив его во внутреннем районе города. Вместо рычания и звуков разрывания плоти, которые он привык слышать от своих лапушек, Какаши был поражен, увидев, что они с любопытством что-то обнюхивают и взволнованно тявкают. Даже холодный дождь никак на них не влиял. Приблизившись к меховому клубочку, Какаши ухмыльнулся. Это был Райкири. Но он не видел никаких признаков присутствия Ируки поблизости… Опустившись на одно колено, Какаши перекинул свое модифицированное оружие через плечо и потянулся к Райкири, позволив ему понюхать свою руку, прежде чем погладить его. Собака казалась здоровее и упитаннее с тех пор, как он видел ее в последний раз. В то время как его тело было еще маленьким, его лапы были довольно крупными, указывая на то, что он вырастет высоким и сильным псом. Было видно, что Ирука очень заботился о нем. Какаши криво улыбнулся; брюнет никогда не переставал его удивлять. Его пальцы коснулись чего-то во влажной шерсти на шее щенка. Это оказался синий ошейник с именем «Райкири» на бирке, грубо выгравированным на поверхности гладкой серебряной подвески. Его улыбка стала шире. Конечно, Ирука повесил своей собаке ошейник, даже когда в этом не было необходимости. Щенок еще глубже просунул голову под руку Какаши, требуя, чтобы его почесали. С легким смешком Какаши подчинился, теперь энергично поглаживая его обеими руками. Успокаивая собаку, он тайком рассматривал поврежденную лапу, заметив, что она заживала с космической скоростью, и в этой области появилось небольшое количество шерсти. Это был очень хороший знак. Райкири бросился прочь, привлеченный своими гораздо более высокими родственниками к игре. Игриво рыча, он вгрызся в хвост белой волчицы, преследуя ее, когда она пыталась отстраниться от него. В свою очередь, она слегка покусывала Райкири, легко толкая его и кладя свою более тяжелую лапу ему на спину. Какаши поднялся на ноги, его тело начало дрожать, когда холодный дождь просочился сквозь его толстую одежду. — Хорошо, пойдем домой, — крикнул он и хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание собак, также надеясь, что Райкири пойдет с ними. Если Райкири задержится поблизости, Ируке придется подойти и поговорить с Какаши, чтобы узнать, видел ли он собаку, или заручиться его помощью, чтобы найти любимого щеночка. В любом случае, это был способ увидеть учителя, но при этом не выглядеть так, будто он этого хотел. Пружинистым шагом Какаши направился домой. Собаки побежали за ним рысью, Райкири радостно увязался за своими новыми приятелями. Озорно, Какаши ускорил шаг, и волкособы с энтузиазмом последовали его примеру. Райкири едва поспевал за ними. Привыкший к интенсивным кардиотренировкам, Какаши хмыкнул, оставаясь впереди стаи, хотя и знал, что они с легкостью могут обогнать его в любой момент. Через несколько секунд щенок начал плакать, когда отстал, так что Какаши перестал бежать, его грудь высоко вздымалась, когда он пытался вдохнуть кислород и замедлить свой темп. Он подошел к крошечному псу, испытывая чувство жалости. Райкири принял это за игру, извиваясь между ног Какаши. Когда мужчина наклонился, чтобы взять дворняжку на руки, он почувствовал, как улица начинает осыпаться, а дорога будто уходит из-под ног. — Какого ху..!? Оглушительный треск пронесся по всем улочкам и переулкам, когда все окружавшее его вдруг поднялось в воздух. Какаши почувствовал, что падает. Разноцветные глаза широко распахнулись, когда его руки вытянулись, чтобы схватиться за что-нибудь, что могло его хоть как-то удержать. Через миллисекунду Какаши погрузился во тьму, слыша только плеск воды и громкий скулеж своих собак.