Нежданный "Экземпляр"

* С Рождеством вас, мои читатели! Вдохновила на этот раз меня песня "Валерий Меладзе - Ночь накануне Рождества"*       Мне плохо. Очень плохо. Перед глазами мелькнули удивленные лица друзей и… темнота. Больно. Кажется, я упал прямо посреди комнаты. Холодно. Меня трясет. Очень сильно. Но холод не думает отступать и продолжает завоевывать мое тело, часть за частью, участок за участком. Ощущение, что я нахожусь в ледяном гробу. Лед все сильнее обволакивал легкие, становилось тяжело дышать, невозможно сделать даже обычный вдох – он мгновенно застревал где-то. Судорога тысячами кинжалов разом пронзила мое тело. Знакомый привкус крови снова чувствуется на губах. Как же я устал от этих приступов. Хочется кричать, но не могу даже выдавить из себя даже подобие крика или хотя бы слабый стон. Мысли только об этой ужасной боли. Где-то слышу слова: - С тобой такого раньше не было. Бильбо, что же с тобой происходит? Рози. Я не вижу ее, да и слышу отдаленно. Ее просьбы и мольбы доходят до меня обрывками фраз. Будто нахожусь на дне моря, а она на поверхности. Но руку почему-то что-то или кто-то крепко сжимает. Сжимает до боли. Но такая боль не отрезвляет меня. Где-то внутри больнее во сто крат. Больнее и холоднее. Такую боль просто так не изгнать, ее слишком много. Она засела внутри меня вечной мерзлотой, огромным куском льда, растопить который невозможно. Да и разбить вряд ли получится. Но внезапно происходит что-то необычное. Я ни с того ни с сего чувствую тепло. Его я узнал сразу. Мой ангел-хранитель. Он здесь. Он пришел. Некто, дарящий мне человеческое тепло. Тот, благодаря кому я снова хочу жить. От одного присутствия этого человека лед внутри тронулся и начал таять. Таял он медленно, неохотно, но таял. Я думал, ты навсегда оставил меня и больше никогда не придешь. За все это время ты даже не заявил о себе. А я ждал. Ждал тебя. Тебя и твоего тепла. Слышу, как он шепчет мне, чтобы я успокоился, что он здесь, рядом со мной. Я чувствую, как он обнимает меня, прижимает к себе. Ищу его на ощупь, как слепой котенок. Нахожу что-то. Плечо. Широкое. Я знал, что ты мужского пола, и даже не исключено, что старше меня. Судорожно обнимаю тебя. Мертвой хваткой прижимаю к себе самого нужного мне сейчас человека. Знаю, что после того как поможешь мне, ты снова исчезнешь на неопределенный срок. Но сейчас это неважно. Плевать на все. Главное, что я с тобой, а ты – со мной. Главное, что ты сейчас рядом и постепенно разбиваешь тот ледяной комок в моей душе, даря мне свою заботу, свое тепло добровольно, не заставляя себя. Ты делаешь это просто потому, что хочешь его дарить. У тебя большая душа. Что со мной? Я лечу? Нет. Скорее, это ты меня несешь. Ты чуть ли не бежишь. Ты так хочешь помочь. А кому? Мне? А кто я для тебя? Чувствую под собой что-то мягкое. Ты принес меня в мою комнату. Чувствую, как все, что меня сдерживало, сдавливало и доставляло неудобства, вмиг пропало. Но взамен этого появилось нечто большое и теплое. Твоя вещь? Утопаю в том, во что ты меня завернул. Твое тепло, твой запах, я в нем утопаю, бросаюсь в него, как в реку с моста. Он заворачивает меня во что-то наподобие кокона. Ты обнимаешь меня крепко и в то же время нежно. Прижимаюсь настолько сильно, насколько позволяет мне мое дрожащее и бьющееся в конвульсиях тело. Хочу быть с тобой, раствориться в твоем тепле без остатка. Нет, не так. Ты и есть само тепло. Ты делишься со мной частичкой себя. Мой ангел-хранитель держит меня так, словно я какая-либо хрупкая вещь, словно боится сломать то, что сам для меня создал. Понимаю его. Разрушить легче, чем построить. - Отпусти прошлое, - слышу тихий шепот. - Я знаю, ты сможешь. Ты справишься. Прошлое отпустить нелегко, тем более такое, как у меня. Но в данный момент я готов ради своего покровителя на что угодно, лишь бы он оставался со мной подольше, а еще лучше - навсегда. Его объятия, его рука, зарывшаяся в мои волосы, его приятный шепот – все это помогает мне успокоиться и обмякнуть у него на руках.       До сих пор не верится, что ты сейчас рядом. Если ты действительно существуешь, то как ты выглядишь? Провожу робко по плечу, затем по шее. Ты замер. Неужели ты не ожидал? Волосы. Странные они какие-то: жесткие, немного тяжелые. Но это не важно. Ты прекрасен для меня. Кажется, моему ангелу нравится, когда перебирают его волосы. Я чувствую, как он поддается. Перехожу к уху. Провожу по нему пальцами. Хочу дотронуться до твоей щеки, но ты не даешь мне этого сделать. Останавливаешь меня. Почему? Почему ты не позволяешь? Почему ты не даешь узнать о себе? Боишься? Но чего? Что возненавижу? Я не могу тебя ненавидеть после всего, что ты делал для меня и делаешь сейчас. Пожалуйста, прошу, дай коснуться твоего лица. Но в ответ ты нежно держишь мою ладонь в своей ладони. Ладонь у тебя большая, немного суховатая и шершавая. Я удивляюсь, как ты умеешь так нежно прикасаться, даже сейчас, когда ты так аккуратно отпустил мою ладонь и положил свою большую ладонь мне куда-то ближе к сердцу. Не бойся за меня. Я жив. А что же с твоим сердцем? Оно так часто бьется, как у меня прямо. Это тебя надо успокаивать. Вздыхаю. За все это время мне впервые удалось сделать вдох. Твоя рука с груди переходит к шее и касается моего лица. Я бы что-нибудь возразил, будь у меня силы. Значит, тебе меня касаться можно, а мне тебя нет? Несправедливо. Но если это залог того, что ты останешься надолго, то я готов принять эту жертву. Чувствую, что ко лбу что-то прикоснулось. Слышу твое дыхание, чувствую, как оно обдает теплом нижнюю часть моего лица. Ты нависаешь надо мной. Что-то приближается. Что-то… этакое. Раздается непонятный шум, и ты резко отстраняешься, напрягаешься и перекладываешь меня на кровать, но при этом остаешься рядом. Дальнейшие манипуляции мне не сильно понятны. То прикасается что-то холодное и металлическое, то что-то сдавливает мою левую руку. Зачем все это? Это все ни к чему. Я просто хочу отдохнуть. Поспать в теплых объятиях своего ангела-хранителя. Но в ответ приподнимают мою голову. - Ну же, открой рот. Это – лекарство, оно поможет, - тихо сказал мой покровитель. О, Эру! Даже в голосе его чувствуется тепло и забота. Это, не отрицаю, подкупает меня и заставляет делать то, что он хочет. Пора признаться, Бильбо Бэггинс – ты стал наркоманом. Ты зависишь от этого неизвестного человека. Каждое его прикосновение, его тепло и забота, даже просто пребывание с ним - это новая доза. Но в то же самое время это что-то необъяснимое. Что-то высокое…       Я уже совсем потерялся в ощущениях, но не упустил тот момент, когда в рот мне что-то положили. Таблетка. Так вот оно что. К Морготу всех врачей. Мне нужен только ты, ты и твое тепло. Неужели ты не понимаешь и не видишь, как влияешь на меня и насколько сильно это влияние? Но тут со мной стало что-то не так. Начало мутить. Недавно улетучившаяся дрожь вновь вернулась, словно кто-то что-то сделал не так. К горлу подкатывает непонятный ком. Тошнит. Еще чуть-чуть и… Меня резко садят и наклоняют. Началось. Пошел вызов ихтиандра. Ненавижу, когда со мной происходят такие вещи. Со мной подобное происходит редко, но каждый раз, когда меня рвет – это ужасно. Вот сейчас сижу и чувствую, как из меня выходит все то, что я сегодня ел. Рвотные массы выливаются из меня фонтаном. Отвратительно. Но все это отходит на второй план, потому что мой ангел-хранитель успокаивает меня сейчас. Рвота прекращается. Ты вытираешь мои губы чем-то, перекладываешь на кровать и укрываешь колючим шерстяным пледом. Лучше бы обнял, ведь твоя забота теплее любого пледа, любого свитера, любого согревающего напитка. Чувствую твое присутствие. Ты держишь меня за руку. Какое же это блаженство – быть рядом с тобой. Даже песня, которую ты включил, не оказывает на меня столько влияния, сколько ты. Прикосновение твоих губ к моему лбу. Ты здесь, ты со мной. Ты и только ты. Только прошу, останься. Не уходи больше. Не отпускай мою руку. Не покидай меня… *** В течение всей ночи Торин лежал в кровати и разглядывал потолок. Сердце все еще бешено колотилось. Внутри ширилась тревога. Тревога и страх. «А если он расскажет? – думал он. – Что тогда будет?» Мужчина доверял Гэндальфу, но вел себя более бдительно с подобными людьми. Психологи могут донести ту или иную новость по-разному. Она может обрадовать и воодушевить, а может испортить настроение на весь день и заставить человека возненавидеть всех и вся. Тем более, такие люди могут намекнуть человеку о чем-либо так, что он сразу все поймет. Он видел в глазах Гэндальфа некую заинтересованность в том, как директор относится к простому ученику. Этот интерес мгновенно переходил в задумчивость, которая так же быстро рождала факт и его осознание. - Меня позвал Дори, - психолог ворвался в комнату. - Что случилось? - Ты опоздал, - ответил Торин, не выпуская ладонь Бильбо из рук. - У него был приступ. Я справился сам. - В «Шире» мне рассказывали про эти приступы, - неверяще сказал Гэндальф, - но я не думал, что все настолько запущено... - Ты сможешь присмотреть за ним? – мужчина с трудом отпустил руку парня и поднялся с места. - Конечно, - кивнул психолог. - Я буду с ним, пока он не очнется. Торин посмотрел на мирно сопевшего Бильбо. Он не хотел уходить, но надо было. - Не говори ему, что я был здесь. Ему незачем это знать. Он и так видел слишком много, из-за чего теперь ненавидит меня. А если узнает, что я был здесь, вовсе сбежит. - Что же он такого видел? – Гэндальф рискнул задать вопрос. - Неважно. Это касается только меня, - ответил Торин и направился к двери, показывая, что разговор окончен. *** Бильбо просыпался медленно. Царство Морфея не хотело его отпускать. Первым, кого он увидел, был похрапывающий Гэндальф, сидевший на стуле возле его кровати. - Гэндальф? – тихонько позвал парень. Пожилой мужчина вмиг открыл глаза и осмотрелся, но, быстро заметив очнувшегося Бильбо, улыбнулся. - А–а… ты очнулся? – спросил он. – Извини, я тут задремал немного. - Ничего страшного, - заверил Бильбо переходя в положение сидя, свесив ноги с кровати. – А где…. - Твои друзья сейчас на занятиях, - перебил парня психолог. Бильбо понуро опустил голову. В голове вертелся вопрос, но он не решался его задать. Гэндальф словно понял это и поинтересовался: - Ты хочешь что-то у меня спросить? Парень вздрогнул и посмотрел на психолога удивленным взглядом. Тот улыбнулся. - Ты не умеешь прятать свои чувства. Твое лицо и поступки выдают тебя с потрохами, - объяснил он. – Спрашивай. Доверься мне, я никому не скажу. - Здесь кто-нибудь еще был? – спросил Бильбо. - Прости? – не понял психолог. Тогда парень решил задать вопрос по-другому: - А как я оказался в комнате? Я же вроде был в библиотеке. - Когда у тебя начался приступ, - рассказал Гэндальф, - Розалинда послала Бомбура за фельдшером Дори, а Фили и Кили перенесли тебя в комнату. Я случайно увидел, как они тебя несли, и помог им. Когда пришел Дори, тебе стало хуже, но благодаря его стараниям все постепенно пришло в норму. Бильбо разочарованно вздохнул. «Неужели он снова исчез? – думал он. – Где же ты сейчас?» - Главное, что с тобой все нормально, - психолог поднялся со стула и поставил его на место. – А сейчас приводи себя в порядок. Скоро закончатся уроки, и все пулей примчатся узнавать, как у тебя дела. Беспокоятся о тебе. Так что шевелись, - пожилой мужчина подошел к входной двери, – на носу экзамены, - и вышел. Закрыв за собой дверь, Гэндальф усмехнулся и начал подниматься вверх по лестнице. Бильбо где-то минуты три смотрел на закрывшуюся дверь. «Он соврал, - догадался он. – Ему определенно что-то известно о Нем». С этими мыслями парень сполз с кровати на пол, и его глаза зацепились за небольшой листок бумаги, лежавший на прикроватной тумбочке. Бильбо взял его в руки. На листке красивым почерком было написано только одно слово: «Выздоравливай».