Тайна влюбленного сердца

      Гарри почувствовал свое дыхание. Отрывистое, громкое, с лёгким хрипом. Он неуверенно сглотнул, боясь открыть глаза. Неужели после смерти можно дышать? Эта мысль настолько захватила сознание и взволновала, что каждый вдох казался ценным подарком.       — Гарри, — кто-то прошептал его имя прямо над ухом. Любопытство пересилило. Он аккуратно открыл глаза, с удивлением замечая, что он все ещё стоит. А вокруг была привычная пустота и черная дверь. Он обернулся, чтобы увидеть обладателя голоса, но ничего. Голос тихо рассмеялся. — Гарри, все хорошо. Я здесь. Мы здесь.       Из пустоты, перед дверью, материализовались три темные фигуры в черных мантиях. Фигура по середине сделала шаг вперед, снимая капюшон с головы. Гарри сделал шаг вперёд, неверяще протягивая руку.       Две фигуры повторили за первой, также снимая капюшоны.       — Вы пришли за мной? — прохрипел Гарри, стоя так же с протянутой рукой.       Том мягко улыбнулся и протянул руку в ответ, легко сжимая. Гарри почувствовал еле ощутимое покалывание и громко выдохнул от переполняющих его эмоций.       — Мы пришли попрощаться, — сказал Том, отпуская руку Гарри. — Теперь мы спокойны.       — Гарри, тебя ждёт великое будущее, — Джеймс быстро подошёл, порывисто обнимая сына.       — Но...       — Мой мальчик! — теперь пришла очередь Лили обнимать сына. Она крепко сжала его в своих объятиях и тихо всхлипнула. — Никогда не сомневайся в себе. Ты ведь наш сын, ты наша кровь.       — В тебе течет наша сила и наша любовь, которые подавлял Дамблдор многие годы. Теперь ты стал свободным и наконец почувствуешь все, что было скрыто от тебя, — улыбнулся Джеймс. — Верь всегда самому себе и своей триаде.       — Не живи прошлым, — добавил Том. — Мы всегда с тобой, помни об этом, но живи настоящим.       — И не бойся любить, — прошептала Лили. — Нам пора...       Яркий свет заставил зажмуриться Гарри, хотя он хотел остаться подольше со своими родителями. Он снова почувствовал свое громкое, отрывистое дыхание. Чьи-то голоса становились все громче и громче, приобретая знакомые нотки.       — Уизли, я самолично тебя убью, если он не очнётся!       — Драко, Рон просто...       — Да вы просто не понимаете меня!       — Я не могу поверить, что ты это сделал, Рон!       Голоса кричали все разом, создавая настоящий хаос. Голова ужасно разрывалась от такого количества шума, но сил едва хватало на то, чтобы выдавить из себя слабый стон.       Первым его услышал профессор Снейп, приказывая всем замолчать. Гарри постарался выдавить из себя ещё один стон, чтобы на этот раз услышали все.       — Никому не двигаться! И никому не говорить! — прокричал профессор Снейп властным голосом. Он подошёл к Гарри, взяв его на руки, и перенес в другую комнату. Гарри невольно ощутил себя маленьким ребенком и слегка расслабился. Теперь все хорошо. Теперь можно и отдохнуть. Он тут же погрузился в долгий сон. ***       — Я был прав! — заявил Рон, скрестив руки на груди. — Все это время Гарри был крестражем Дамблдора.       — Но как такое возможно! — нахмурился Блейз. — Ни одна наша безумная теория даже близко не стояла к правде. Это ещё безумнее, на самом-то деле!       Драко позволил себе выдохнуть и наконец расслабиться. Он опустил плечи, не слушая никого, и собрался вслед за профессором. Гермиона взяла его за руку, поддерживая. И только тогда она заметила, насколько мокры были ее щеки от слез. Она неуклюже провела ладонью по ним, смущаясь.       — Мы должны быть с ним, — прошептала она.       — Всегда и навсегда, — кивнул ей Драко.       — Всегда и навсегда, — Гермиона сжала его руку крепче. Осознание, что они могли остаться вдвоем, без Гарри, вызывало липкий, противный страх, от которого слегка подкашивались ноги. Драко понимающе обхватил ее за талию, и они спокойным, твердым шагом пошли в комнату Гарри.       И неважно, что происходит во всем мире.       Важно быть вместе. ***       — И долго ты будешь ходить вокруг да около? — внезапно где-то сбоку появился Тео, на что Рон испуганно икнул. — У нашей триады все хорошо, Снейп уладил все дела, а Панси наконец-то свободна.       — Не понимаю, что ты имеешь ввиду, — закатил глаза Рон.       — Твои взгляды, они такие... — усмехнулся Тео. — Завтра мы вернёмся в Хогвартс, снова пары, вечеринки и прочая лабуда. Вся эта атмосфера пропадет!       — Я не собираюсь к ней подкатывать, только потому что вы поставили на нас, — процедил Рон. — И не делай такое лицо.       — О чем говорите? — Панси появилась так же внезапно, как и Тео, заставив Рона испуганно икнуть во второй раз. — Что с тобой такое, герой?       Ласковое прозвище "герой" приклеилось к Рону за эти два суетливых дня и никак не хотелось забываться. Уизли постарался не краснеть. Получалось плохо.       — Панси, сколько можно говорить, это ты героиня, а я так, просто впервые в жизни решил подумать. Мне понравилось, надо попробовать ещё как-нибудь, — нервно хихикнул он. — Я пойду вещи собирать, да и домой заскочу. Мама, наверное, с ума сходит!       И тут Рон осознал, что никто не знает о триаде, кроме вот этой маленькой группы. Он хотел позвать Гермиону и Гарри к себе, но без Драко это было невозможным. А Малфой в доме Уизли без подготовки так это совсем что-то нереальное. Казалось, что существует весь мир, и они. Рон ещё раз взглянул на Панси и Тео, а потом широко улыбнулся.       — Хотя, мама поймет, что её младший сын никак не может разобраться с зельями и останется вплоть до окончания каникул. Профессор Снейп очень строгий преподаватель...       Панси счастливо визгнула, кидаясь на шею к Рону. И нет, Тео вовсе не подмигивал, у него просто глаз дёргался. ***       Блейз все никак не отставал от триады, ходя за ними по пятам, спрашивая очень интересные вопросы, вгоняющие в краску. Гарри, проспав целые сутки, все ещё был в улетевшем состоянии, смакуя встречу с родителями, и никак не реагировал на Забини. Гермиона сразу вспыхивала и отворачивалась, утыкаяясь в книгу и делая вид, что ее не существует. Драко же лишь закатывал глаза, он уже боялся, что они так и останутся в таком состоянии до конца каникул, прогонял Блейза из их комнаты. Но Блейз не учился бы в Слизерине, если бы сдался так просто.       — И вы вдвоем на Грейнджер накидываетесь что ль? — философски размышлял он. — Или кто-то один наблюдает? А вы пробовали гейский секс? А кто сверху? Ставлю на Поттера! Прости, Драко, но ты не выглядишь как актив.       — Тут у нас произошло черти что, а Блейза интересует только одно, чертов извращенец, — вздыхал Драко. — Ты никому не интересен, иди доставай Тео. Или Уизли.       — Вот если бы они были бы триадой, я может и пошел к ним, но просто обычные отношения меня не интересуют, — усмехался Блейз и продолжал размышлять дальше. — Грейнджер, прости, но я никогда бы не подумал, что ты можешь с двумя. Ну, самая лучшая ученица школы и такая...       — Блейз, черт возьми! Меня пугает твое маниакальное желание все знать. Нам было не до этого!       — Гормоны никуда не денешь, — со знаем дела смеялся он.       — Мерлин, мне стыдно что ты мой друг.       — Поверь, мне тоже. Мой друг не хочет со мной делиться ценной информацией!       Итак, по кругу и по кругу. И на самом деле, Драко понимал, чего добивался Блейз, и был ему благодарен за все эти дурацкие вопросы. Забини не давал ему думать о будущем. Пока они здесь, то были скрыты от всего гребанного мира, но стоит вернуться в Хогвартс, то уже не скрыть их браслеты, их связь. Слухи очень быстро дойдут до Министерства и... Дальше Драко не давал думать Блейз.       — Драко, а ты хотел бы быть сверху? Гермиона, ты посмотрела бы на своих мальчиков? Ставлю все свое богатство на то, что они, наверное, очень горячи вместе...       — Скажи, почему я все ещё не применил на тебя Силенцио?       — Потому что я подкидываю вам идеи? Записывайте, записывайте. Сейчас я, профессор Забини, проведу лекцию о сексуальном образовании. Гермиона, ну посмотри же на меня, ты же любишь учиться!       Девушка лишь фыркнула, а Гарри мягко рассмеялся.       — Зачем нам учиться, если нас ведёт любовь.       И здесь действительно ничего было нельзя возразить. ***       Гарри нагло закинул ноги на Драко, а голову на колени Гермионы. Она задумчиво перебирала его волосы, Драко мягко поглаживал его колени. Гарри медленно обвел всех взглядом, понимая, что бы ни произошло в прошлом, то не было бы такого настоящего. И он сделает все, чтобы было прекрасное будущее. Дамблдор боялся любить, жил прошлым. Он прожил долгую жизнь, но был ли он счастлив? Его же родители хоть на мгновение были счастливы и сделали все ради него. И теперь он среди прекрасных людей, которые ради любви и дружбы сделали все, чтобы спасти его. Была ли такова судьба, или они шли против судьбы, он не знал и не хотел знать.       Профессор монотонно рассказывал о чем-то отвлеченном, приняв свой самый строгий вид, будто находился на уроке. Но печенья, которые он приготовил для детей, весело стояли на столе, говорили о настоящем отношении к ним. Рон уплетал их одним за другим, слушая рассказ Панси о том, чтобы она изменила в этом мире. Блейз писал что-то в пергаменте, переодически утыкаяясь куда-то взглядом, который никто не мог понять. Тео же слушал профессора, сидя в позе лотоса, иногда кидая говорящие взгляды Рону. Но тот их тщательно игнорировал, улыбаясь Панси. И если есть настоящая любовь в этом мире, то она сделает все сама.       Камин тихо потрескивал, отбрасывая тени...