Затаив дыхание

Эрена не будят полицейские, стучащиеся в дверь его квартиры, поэтому он считает, что план удался на славу. (Пока что) Жан, по-видимому, еще не заметил ничего подозрительного, и Эрен посмеивается про себя за завтраком. Он почти давится хлопьями, внезапно вспоминая, как Леви смеялся ему в ухо. Ему требуется несколько минут прежде, чем прийти в себя, хотя сзади на шее все еще ощущается раздражающее жжение, которое он не может объяснить приступом кашля.

***

Эрену приходится полагаться на доброту Армина, который теперь возит его на работу и с работы, потому что Жан разбил его машину. Армин настаивает, что не возражает, но Эрен не может не чувствовать себя немного виноватым. …и немного надоедливым. Сейчас он сидит в подсобном помещении и ему безумно скучно. Его смена закончилась, но Армин закончит только через час. Что, черт возьми, он должен делать? Эрен вздыхает, роясь в карманах в поисках жвачки, когда нащупывает кредитную карточку Жана (он чувствовал бы себя странно, если бы просто оставил ее в своей квартире… это казалось компрометирующим). Его палец задумчиво проводит по краю, прежде чем вытащить ее. Она лежит на столе перед Эреном и словно насмехается над ним. … Должен ли он? На самом деле это не самое лучшее место, и он правда не звонит, чтобы заняться сексом по телефону. И нет, его уши не краснеют сейчас, абсолютно нет. Эрен поджимает губы. С одной стороны, разговор с Леви, без сомнения, заставит время пролететь быстро. С другой стороны, он на работе. Но он не работает. Внутренняя борьба разрешилась сама собой без лишних слов, и Эрен, достав свой телефон, нашел номер из списка последних звонков. Он вроде как… взволнован? Он ждёт с нетерпением возможности снова поговорить с Леви. Это странно? Но Леви сказал Эрену, чтобы тот спросил его, так что, возможно, это не так уж и странно. В любом случае все напрасно. Когда он бормочет оператору, что хотел бы поговорить с Леви, оказывается, что его сейчас нет на месте. Эрен отклоняет возможность поговорить с кем-то другим, бормоча еле разборчиво, и вешает трубку так быстро, как только его пальцы могут нажать кнопку «завершить вызов». Может быть, он слегка разочарован, но это, конечно, только потому, что ему скучно.

***

Он позвонит позже. (Только ради осуществления плана, естественно)

***

— Но нет, серьезно, его волосы — это полная катастрофа, он покрасил верхние пряди и пытается делать вид будто это естественно, хотя это явно не… — Тебя и правда это так задевает, — перебивает Леви и в его голосе звучит удивление. Эрен продолжает, яростно жестикулируя. — Леви, ты просто должен увидеть эту хрень, чтобы поверить мне. И у него такое глупое вытянутое лицо, как у лошади или жирафа… Леви снова перебивает его: на этот раз смехом больше похожим на фырканье, но сразу после прочищает горло, будто пытаясь подавить его. Эрен чувствует, как улыбка расплывается на его лице и открывает рот, собираясь сказать что-то вроде: «это был милый звук», но слова застревают в горле, когда он вспоминает, как Леви говорил ему то же самое накануне. Вместо этого он тоже прочищает горло, возможно, немного громче, чем это необходимо. — В любом случае, отвечаю, этот парень — тот ещё прикол. — Судя по всему, так и есть, — соглашается Леви. — Почему вы двое вообще стали друзьями? — Мы не друзья! — восклицает Эрен, почти поднимаясь со своего места. Затем он вздыхает, смягчаясь: — Ладно, мы друзья. Но это не значит, что он не мудак, и что я не буду выговаривать ему за все его дерьмо. — И под дерьмом ты подразумеваешь его собственную оскорбительную внешность, — Леви пытается говорить серьезно, но Эрен слышит, что тот улыбается. — Да! — решительно восклицает Эрен, наклоняясь вперед. — Как благородно с твоей стороны. — Заткнись, я даже не преувеличиваю. В голосе Леви звучит легкое недоверие. — Итак, он чудовищный конь… жирафоподобная тварь. С половиной выкрашенных волос. — Стопроцентная правда. — Хм. Интересно, как бы он описал, как ты выглядишь, а? Может быть, как какая-нибудь птица, потому что ты определённо любишь трепаться языком, — тон Леви дразнящий, игривый, и Эрен начинает чувствовать себя немного странно, но он задвигает это чувство на задний план. К счастью, прямо сейчас он готов выразить праведное негодование, что гораздо важнее. — Я не похож на птицу, — выдавливает Эрен и у Леви хватает наглости усмехнуться. — Тогда как ты выглядишь? Это сказано невинно, абсолютно невинно, но от этого вопроса у Эрена перехватывает дыхание, а рука вцепляется в стол. Ему удаётся уйти от прямого ответа, но когда он лежит в постели позже той же ночью, он не может понять, почему у него была такая реакция.

***

Ждать пока переключится светофор, чтобы перейти улицу, — одна из наименее любимых вещей Эрена. Он вздыхает, считая секунды, пока мимо проносятся машины. Он мог бы сидеть в своей машине прямо сейчас. Ох, подождите, она же разбита! Полным придурком, не меньше. — Я знаю, Йегер. Эрен подпрыгивает примерно на три фута в воздухе, его голова резко поворачивается, обнаруживая человека, которого он меньше всего на свете хочет видеть (в большинство дней, но сегодня особенно), стоящего позади него. — Ч-что? — Ты даже не попытался это скрыть, ты, осел, — губы Жана опущены, брови сильно нахмурены. Эрен не потеет, нет. У него возникает порыв протянуть руку и проверить карман, чтобы убедиться, что кредитная карточка все еще там, но он сопротивляется этому импульсу. Он будет отрицать до последнего. — Какого черта тебе нужно было всем рассказывать о том, что я разбил твою машину? — ноет Жан, и это абсолютно и точно нытье, хотя Жан будет отрицать это до самой смерти. Эрен закатывает глаза. Ужас, который на мгновение овладел им, медленно растворяется, сменяясь крайним раздражением. — Почему бы и нет? Ты придурок, Жан. Лицо Жана искажается еще более уродливым выражением, чем обычно есть на его лице, и он ворчит: — Это было не специально, идиот! Это был несчастный случай! Эрен остается невозмутимым, приподнимая бровь. — Ты просто злишься, что теперь все знают, какой ты придурок. — Даже Микасе, Эрен? — шипит Жан, сверкая глазами, и тот смеется, смеется так сильно, что его глаза слезятся, и он сгибается пополам, а яростный голос Жана звенит в его ушах. — Ты кусок дерьма, это не смешно! Теперь она никогда меня не простит! Эрен вытирает глаза, давя последние остатки смеха. Он удовлетворенно вздыхает, а затем смотрит Жану в лицо. — Она все равно никогда не стала бы с тобой встречаться. Эти слова вызывают поистине ужасное выражение на лице Жана: его рот приоткрыт, но челюсти сжаты, глаза широко раскрыты, брови сильно нахмурены — он злится. Эрен почти присвистывает. Уходя, чувствует себя вполне довольным тем, как продвигается его план. Он не может удержаться, чтобы не сунуть руку в карман и убедиться, что там все ещё лежит кредитная карточка Жана. Он улыбается при мысли о том, что поговорит с Леви сегодня вечером.

***

После страха быть разоблаченным в начале дня, Эрен понимает, что предвкушает звонок Леви даже больше, чем обычно. Он не знает, что чувствует по этому поводу, поэтому сидит некоторое время, возясь со своим ноутбуком и поглядывая на свой телефон каждые пару минут. Кого он пытается обмануть? Не похоже, чтобы здесь был кто-то еще. Эрен вздыхает, подпирая подбородок рукой. Он смотрит на телефон, невинно лежащий на столе; кредитная карточка Жана просто случайно оказалась лежащей рядом. С ним явно что-то не так. Кто привязывается к парню, работающему в сексе по телефону? (Ну, просто говорит, конечно.) Эрен хмурится, закрывая ноутбук одной рукой. Да, с ним определенно что-то не так. Но с Леви… с ним весело и удивительно легко разговаривать, и они, похоже… он не знает, как сформулировать точно. Между ними кажется проскочила искра, они на одной волне, они… подключились к друг другу, или что-то такое, и это настолько абсурдно — думать о таких вещах — потому что он даже толком не знает Леви. Однако, чем больше Эрен размышляет об этом, тем больше понимает, что не совсем ничего о нем не знает. Леви саркастичен, у него странное чувство юмора, он любит черно-белые фильмы (Эрен узнал об этом, когда Леви сделал отсылку на фильм, который он никогда не видел), только два его ближайших друга знают, чем он зарабатывает на жизнь, и его голос поистине… Эрен обрывает этот ход мыслей, ерзая на своем стуле. Ему не нужно объяснять это самому себе в попытках разобраться. Это ведь не имеет значения, да? Все это просто часть плана, чтобы отомстить Жану и все. В конце концов, разве он не этого хотел? Просто убить немного времени, разговаривая с парнем и позволяя счету становиться все больше и больше? (Убивает ли он просто время, если с нетерпением ждет этого?) Эрен снова вздыхает, затем встает со стула и потягивается. Он плюхается обратно, качает головой и проводит рукой по лицу. Это глупо. Решив больше не задумываться об этом, Эрен хватает свой телефон. Прежде чем он осознает это, он уже на линии, ждет, когда его соединят с Леви, и в животе у него появляется маленький пузырек предвкушения. (Который он решительно игнорирует. Да.) — Добрый вечер, это Леви, — мурлычет Леви, и волосы на затылке Эрена встают дыбом. — И с кем я имею честь разговаривать? — Это просто Эрен, — выдыхает он в ответ, и голос быстро покидает его. Может быть, ему стоит просто перебить Леви в следующий раз. Не то чтобы он хотел, чтобы Леви так с ним разговаривал. — Ах, просто Эрен, — повторяет Леви, его тон возвращается к нормальному, и желудок Эрена перестает делать сальто. — Значит месть продолжается? Эрен усмехается. — Да, этот болван даже не догадывается. Он подошел ко мне сегодня, и я подумал, что он все понял, но он просто поныл о чем-то другом. — Бьюсь об заклад, сначала ты обосрался, — говорит Леви, забавляясь. Эрену, однако, не очень забавно. (В основном потому, что это правда) — А вот и нет, — ворчит он, скрещивая ноги. — Звучит очень убедительно. — Осторожнее, Леви, — игриво угрожает он, скривив губы в усмешке. — Или что, надерешь мне задницу? На самом деле я и сам не промах, знаешь ли. Сердце Эрена колотится, и он записывает еще одну вещь в список того, что знает о Леви. (Не то чтобы это имело значение. Правда.) — Да? Думаю, тогда драку придётся пока отложить, — вздыхает Эрен с притворным разочарованием. — Но тебе лучше быть готовым к тому, что твой друг попытается надрать тебе задницу. Даже несмотря на то, что у тебя есть оправдание, он вряд ли будет мыслить рационально. Эрен уже готов огрызнуться, что он может сам о себе позаботиться, как вдруг его поражает, что Леви проявляет… беспокойство. Вроде. Как будто ему не все равно, что случится с Эреном. — Не беспокойся об этом, — бормочет он, а его щеки необъяснимо пылают. Он в полной жопе. — Как скажешь, Эрен, — отвечает Леви, и наступает мгновение тишины. У Эрена же прямо сейчас едет крыша, потому что он серьезно подумывает о том, чтобы задать Леви вопрос, который ему определенно не следует задавать. В любом случае, имеет ли значение, что ответит Леви? Но тогда какая разница, даже если он спросит, ведь это все просто… Его сердцебиение громко отдается в ушах. Что он делает? (Это происходит все ещё из-за Жана?) (Да, да, из-за него, но также уже…) — Эй, Леви… — нерешительно начинает Эрен, ненавидя то, как неуверенно он звучит, но все равно неуклюже продолжает: — Как, эм… Как ты выглядишь? — Мм? — судя по звуку, Леви явно удивлен вопросом, и Эрен краснеет до корней волос. Черт, он так и знал, что не надо было этого спрашивать. — Ах, ты действительно хочешь знать? — спрашивает Леви, и Эрен боится ответить, беспомощно открывая и закрывая рот несколько раз. После долгого молчания, которое Леви, похоже, воспринял как подтверждение, он продолжает: — Ну, сначала ты должен сказать мне, как ты выглядишь. — Н-но… — заикается Эрен, его голос жалобно замирает. — Я уже спрашивал тебя, и ты не ответил, так что все по-честному, — голос Леви звучит непринуждённо, и Эрен рад этому, рад, что, возможно, Леви не воспринимает это всерьез. Если бы он знал, что Эрен сейчас рухнул на свой стол, что его руки аж вспотели, то Эрен, вероятно, уже бы умер от смущения. (Такими темпами он умрет в любом случае). — Эм… — он рассеянно трет ладонью о штанину, пытаясь вернуть себя хотя бы в подобие нормального состояния. (Хотя, черт возьми, похоже уже слишком поздно, Господи Иисусе) — У меня каштановые волосы… и… Почему так трудно описать самого себя? Он почти собирается встать и посмотреть в зеркало, но боится, что у него может возникнуть непреодолимое желание разбить голову о стекло и положить конец своим страданиям, поэтому он воздерживается. — Я вроде как… среднего роста, я думаю… Наступает долгая пауза, пока Эрен смотрит на свою руку, которая сейчас сжимает его же колено. Его разум в настоящее время пуст, пока время отсчитывает секунды. — Какой красочный портрет ты изобразил, — слова сочатся сарказмом, и Эрен пытается что-то ответить, дать отпор, но не может до конца нормально сформулировать слова. — Но да, по-честному так по-честному, поэтому я тоже скажу тебе, — произносит Леви, и пальцы Эрена подсознательно сжимаются. — У меня черные волосы, и я не среднего роста. Эрен с тревогой ждет, когда Леви продолжит, и, поняв, что этого не произойдёт, рассеянно бормочет: — Не среднего? Это значит… Ты выше или ниже? — Эту тайну мы отложим до лучших времен, — раздается невозмутимый ответ, и Эрен хмурит брови. — Это… все? Леви усмехается. — Это все, что ты мне сказал, так что все по-честному. — Ну да…– Эрен замолкает, мысли снова разбегаются кто куда. Этого не так много, чтобы сформировать образ, но он пытается представить Леви в своей голове. Черные волосы, и он, вероятно, в хорошей форме, и… Эрен краснеет, почесывая щеку, затем возвращает руку обратно на стол. — О чем ты думаешь? Вопрос пронизан искренним любопытством, и Эрен, ну, у него полный абзац в голове, а ещё он, очевидно, в какой-то момент сошел с ума, поэтому понятия не имеет, что сказать в ответ. — О тебе. Блять. Он что, правда только что…? (Да. Он, определённо, это сказал.) Эрен сильно закусывает губу, ожидая, что скажет Леви. Что он вообще хочет от него услышать? (Становится все труднее притворяться, что это все еще не имеет большого значения) — Серьёзно? Эрен не может распознать его тон и начинает паниковать, бессмысленно бормоча: — П-просто это, ну, э-э, ты знаешь… ты, должно быть, думаешь, что твоя работа довольно скучная, а? — Что есть, то есть, — Леви все еще непроницаем, и Эрен задается вопросом, о чем тот думает. — Я имею в виду, что… тебе должно нравиться, ну, и ты должен слушать, даже если люди ведут себя грубо, а тебе на самом деле … на самом деле тебе в действительности, гм, не нравится ни один из них. О чем, черт возьми, он сейчас говорит? Эрен даже сам не понимает, и встает со стула, нервно расхаживая по комнате. — Нет, это не похоже на то, как если бы была… близость. Нет никаких причин, чтобы в его животе все упало от ответа Леви, чтобы его сердце начало биться так быстро, и конечно нет никаких причин, чтобы Эрен вспоминал, как он думал, что у него с Леви может быть что-то вроде близости… — Эрен? Эрен приходит в себя при звуке голоса Леви, с ужасом осознавая, что его рука прижата к бедру, и в животе как-то предательски жжет, и черт, он в просто в полной, тотальной заднице. — Ты… — Леви вопросительно замолкает, затем быстро отступает: — Неважно. Он должен остановиться, перестать катиться вниз по наклонной. Правда. Серьёзно, ему нужно остановиться. Это неправильно, он не должен… — Эй, Леви, как это…как это все обычно начинается? Ногти Эрена впиваются в бедро, вдавливаясь почти до кости. Что он делает, что он делает, он почти уверен, что точно знает, что делает, но почему, зачем он… Наступает пауза, а затем Леви отвечает: — Ну, на самом деле, с вопроса «как ты выглядишь?» Эрен надеется, что он дышит не так громко, как ему кажется, его пальцы начинают обводить край брюк. — И… а дальше? — …Ну например, что-то вроде: «Ты сейчас в своей постели?» — Леви произносит слова медленно, может быть, немного осторожно. Эрен мог бы прямо сейчас посмеяться, пошутить, чтобы разрядить обстановку, как угодно, что угодно. Он должен был бы, но он этого не делает. (На самом деле не хочет) Он отводит взгляд в сторону, на свою кровать. — Нет, но я… рядом с кроватью. Странный трепет охватывает его при мысли о том, что может сказать Леви, сердце бьется в предвкушении. — Ты… — голос Леви низкий, и глаза Эрена на секунду закрываются, когда он делает небольшой вдох. — Эрен, ты действительно хочешь это сделать? Нет. Может быть. — А ты? — вместо этого спрашивает он, пытаясь казаться храбрее, чем есть на самом деле. — Это не имеет значения. Я спрашиваю тебя, Эрен. Леви по сути не отрицает, скорее, он просто ушёл от вопроса. Эрен не знает, должен ли он позволять себе надеяться, и снова прикусывает губу, терзая тонкую кожу. — Мне… лечь на кровать? — слова сами вылетают изо рта Эрена, его уши горят, кончики пальцев покалывает. Долгая пауза, а затем: — Ты уверен? Эрен не может удержаться, чтобы не издать тихий звук, от разочарования или желания, он сам не знает. — Должен ли я быть? — повторяет он, более чем слегка задыхаясь. Проходит всего несколько секунд, прежде чем Леви снова заговорил, но, кажется, что прошло несколько часов. — Что на тебе надето, Эрен? Лицо Эрена вспыхивает от небольшого изменения в интонации Леви, внизу живота все сжимается еще сильнее. — Эм, только… брюки и рубашка… — Сними их, — приказывает Леви, и глаза Эрена расширяются, сердце вот-вот готово выпрыгнуть из груди. — Х-хорошо, — заикается он и неловко кладет свой телефон на кровать, руки дрожат, когда он пытается освободиться от одежды. Он изо всех сил старается не задумываться: не думать о том, что он делает, чему он позволяет случиться, что он хочет, чтобы случилось. Эрен ненадолго колеблется, глядя на резинку своих боксеров, а затем решает снять и их тоже. Он фактически роняет телефон, и когда пытается поднять его снова, благодарит бога, что тот просто ударяется о мягкую простыню и не падает на пол. Эрен неловко подносит его обратно к уху, и понимает, что не знает, что говорить дальше. — Леви? — неуверенно шепчет он, пытаясь подавить внезапный ужас от мысли, что, возможно, все это большая шутка. — Я здесь, — успокаивающе отвечает Леви, как будто точно знает, о чем думает Эрен. — Итак, нижнее белье ты тоже снял? — Да… — Хорошо, Эрен, — уши Эрена горят от этого довольного тона. — Я хочу, чтобы ты лёг на живот. — Хорошо, — бормочет Эрен, упираясь одним коленом в кровать, пытаясь игнорировать комок нервов в животе. Он ерзает по сторонам, подыскивая положение, достаточно удобное, чтобы ещё и прижимать телефон к уху. Через несколько мгновений он бормочет: — Я лёг. — Тебе комфортно, Эрен? Ну, его наполовину сформировавшаяся эрекция прижимается к простыням, а его сердце, кажется, вот-вот самопроизвольно воспламенится в любой момент, но помимо этого… — Да, я в порядке. — Тогда закрой глаза. Он немедленно выполняет, и ждет. — Я собираюсь поцеловать тебя между лопатками, Эрен. Хочешь этого? Эти слова удивляют его, и он заикается: — Э-эм, я… Леви перебивает его, понижая голос, меняя его так, что у Эрена сводит внизу живота. — Когда в последний раз тебя кто-то ласкал, Эрен? Черт, он уже чертовски растерян, а прошло всего две минуты. Эрен напрягает мозги, пытаясь придумать подходящий ответ. Его последние отношения были с Энни четыре года назад, когда ему было девятнадцать, но они не особо утруждали себя прелюдиями, вместо этого просто приступали сразу к делу. — …некоторое время назад, — наконец отвечает он, чувствуя необъяснимое смущение. — Все в порядке, — отвечает Леви, не насмехаясь над Эреном, как тот боялся. — Тогда мы просто не будем торопиться. Эрен не может не прижаться бедрами к кровати немного сильнее, сдерживая стон от трения о его (теперь полностью сформировавшуюся) эрекцию. — Я хочу прикоснуться к тебе, — шепчет Леви, и Эрен тихо вздыхает, представляя, как нежные кончики пальцев пробегают по его спине. Он все еще не может до конца поверить, что делает это, и с парнем, но это Леви, так что… — Держу пари, у тебя мягкая кожа, — мурлычет Леви. — Тебе нравится, когда я прикасаюсь к тебе? С закрытыми глазами он почти может представить, что Леви на самом деле здесь, рядом с ним. Он облизывает губы и шепчет: — Да… Леви… — Я знаю, что нравится, — голос Леви уже сводит Эрена с ума, и он с еще большей настойчивостью прижимается к кровати, кусая губы, чтобы заглушить вырывающиеся звуки. — Сейчас я проведу руками по твоим бокам, Эрен, приподниму тебя, чтобы ты встал на колени. Эрен прерывисто вздыхает, затем медленно двигается, пока слегка не приподнимается. — Я хочу прикоснуться к твоему члену, Эрен. Он уже твёрдый из-за меня, да? При этих словах вся кровь в спешке приливает к члену Эрена, и он обхватывает себя свободной рукой, не в силах сдержать стон удовольствия. — Тебе хорошо, малыш? Эрен крепче обхватывает себя руками, борясь с дрожью, и проводит рукой вверх и вниз. — Да… очень хорошо, — выдавливает он между прерывистыми вздохами. Он не уверен, что у него не просто галлюцинации, вызванные всем, что происходит прямо сейчас, но Эрену кажется, что дыхание Леви становится немного быстрее, и он не может удержаться от внезапного вопроса, неожиданно вспыхнувшего у него в голове. — Леви… Леви, ты… — стонет он, губы мгновение беззвучно шевелятся, когда он представляет это, — Ты… трогаешь себя? — Эту тайну мы отложим до лучших времен, — поддразнивающе отвечает Леви, повторяя свое предыдущую фразу, и Эрен с шипением выдыхает, проводит большим пальцем по щели на своем члене. Он хочет этого, так сильно хочет, чтобы Леви тоже прикасался к себе. Леви усмехается, и этот звук, низкий, глубокий и сексуальный, заставляет ноги Эрена дрожать. — Я думаю, что на данный момент этого достаточно, мы же не хотим, чтобы все веселье закончилось так скоро? Рука Эрена замедляет свой темп, и когда он снова обретает дар речи, все, что он говорит, это: — …А? — Шшш, — выдыхает Леви, и затылок Эрена покалывает, когда этот голос словно проникает в него, распространяется на каждый дюйм его тела, и все, о чем он может думать — это Леви. — Я хочу, чтобы ты опустил руку ниже, Эрен. Я хочу, чтобы ты прикоснулся к себе. Брови Эрена в замешательстве сдвигаются, и он бормочет: — Но я … . Я уже… — Нет, я хочу, чтобы ты скользнул пальцами ещё ниже… — Эрен неуверенно скользит вниз, на мгновение касаясь своих яиц, его дыхание сбивается где-то в горле, и его рука замирает. — Я хочу, чтобы ты коснулся своего входа, Эрен. Сделай это для меня. Возникает волна внезапного беспокойства, потому что Эрен никогда раньше не трогал себя там, и это… ну, с Леви это могло быть… — Э-эм… Леви, я… — его нерешительность очевидна даже его собственным ушам, пальцы все еще неподвижны, а сердце колотится. — Все в порядке, — немедленно говорит Леви, и его тон немного успокаивает нервы Эрена. — Все, чего я хочу, это чтобы тебе было хорошо, ты же знаешь это, верно? Он верит, он действительно верит в это. Эрен тихо бормочет: — Я… Да, хорошо… — Сделай это, малыш, сделай это, — подстрекает его Леви хриплым голосом, и Эрен давится стоном, когда делает то, о чем его попросили, медленно, медленно проводя пальцем вниз, вниз, пока не упирается… Его прерывистое дыхание выдает его, и Леви снова шепчет ему на ухо. — Ты нашел ее, да? Ты трогаешь свою дырочку прямо сейчас, Эрен? Она подергивается, предвкушая меня? Эрен не может ответить, просто прижимает свой сухой палец ближе, сильнее трется о нежную кожу там, резко выдыхая. — Я хочу поцеловать ее, — говорит Леви, и Эрен стонет, стонет слишком громко, как Леви может говорить такие вещи, никто не должен такое говорить, но мужчина продолжает, — Я собираюсь наклониться и поцеловать эту пульсирующую дырочку прямо сейчас, не волнуйся. Но сначала я согрею её нежную кожу своим дыханием, буду смотреть, как твое тело двигается подо мной, смотреть, как сильно ты этого хочешь, Эрен. — Да, — бездумно соглашается Эрен, член дергается от всех грязных слов, выливающихся изо рта Леви, и когда он представляет горячее дыхание там, где находится сейчас его рука. — Я собираюсь поцеловать твою дырочку, провести по ней губами, Эрен, вылизать её так, чтобы ты скулил. И Эрен ничего не может с собой поделать, звук, похожий на скулеж, о котором только что просил Леви, срывается с его губ без его согласия. — Хороший мальчик, — раздается неожиданная похвала, и Эрен издает еще один неловкий звук, когда мощная волна возбуждения устремляется прямиком к его члену. Его палец быстрее скользит по дырочке, отрывисто прикасаясь, и он пытается представить, что это губы Леви, что это Леви делает это с ним. — Я хочу проникнуть в тебя своим языком, Эрен, раздвинь себя для меня, — непристойно продолжает Леви, и глаза Эрена распахиваются всего на мгновение, прежде чем он снова закрывает их. — Она… — Эрен изо всех сил пытается заговорить, его голос хриплый и низкий, — Там грязно, ты не должен… — Это не так, и знаешь почему? Эрен может только издать тихий звук в ответ, но, по-видимому, и этого достаточно. — Потому что ты подготовился для меня, не так ли? Ты был готов к этому и так сильно этого хотел, верно? Его член течёт от смазки, пачкая простыни под ним, и Эрен стонет, боже, он хочет слышать каждое извращенное слово, которое способно вырваться изо рта Леви. — Я сначала вылизываю ее, делаю мокрой, заставляя тебя извиваться… Эрен поспешно подносит руку ко рту, слегка отклоняясь от телефона и облизывая свои пальцы так, чтобы Леви не услышал (хотя, вероятно, ему бы это понравилось). Он не может поверить, что делает это, но он хочет этого… хочет, чтобы это было так, как говорит Леви, хочет, чтобы она стала влажной, хочет чувствовать как Леви… — Потом я проталкиваю в тебя язык. Внутри так узко. Так узко, что я медленно погружаюсь… — голос Леви обрывается стоном, и Эрен тянется, чтобы провести влажными пальцами по своему входу, представляя, как Леви облизывает его, вылизывает внутри, его дыхание срывается. — Тебе это нравится, Эрен? — От вопроса лицо Эрена горит сильнее, если это вообще в принципе возможно, и он прерывисто выдыхает, теплый воздух обдает его и без того разгоряченную кожу. — Ммм, — все, что он выдает, на данный момент. Он очень, очень далек от того, чтобы складывать слова в предложения. — Эрен, — шепчет Леви, и Эрен стискивает зубы, чтобы подавить стон. Черт, то, как Леви произносит его имя…— Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня. Пальцы Эрена скользят обратно, касаясь мошонки, представляя, что это Леви дразнит его. — Ага… — Наклонись еще вперед и разведи колени в стороны, — приказывает Леви, и Эрен легко подчиняется, прижимая свою верхнюю часть тела к кровати и приподнимая нижнюю. Он раздвигает ноги, стараясь не думать об открывающемся виде. И вообще стараясь не думать ни о чем, кроме Леви. Леви, должно быть, слышит, как он возится, потому что тихо шепчет: — Хороший мальчик, Эрен, ты так хорош. И снова Эрен не может сдержать постыдный звук от похвалы, он должен бы посчитать это унизительным, думает он, но нет, совсем, совсем наоборот, и его член пульсирует, ему так сильно хочется дотронуться до себя, но он ждет, ждет, когда Леви продолжит говорить. — У меня есть кое-что еще для тебя, — мурлычет Леви, и желудок Эрена сжимается в ответ. — Ты знаешь, что это? Эрен извивается, отчаянно нуждаясь хотя бы в трении о простынь, но в таком положении он не может дотянуться. Его бедра беспомощно двигаются вперед, он заикается: — Н-нет… — Все хорошо, я обещаю, что тебе понравится, — Эрен продолжает двигать бедрами, теперь медленнее, сосредоточившись на голосе Леви. — Ты ведь хочешь мой член, верно? Эрен ничего не может с собой поделать и стонет, обхватывая рукой свой забытый член, слегка сжимая, заставляя себя не двигать рукой, он хочет кончить. Боже, он так сильно хочет этого, но не сейчас, ему нужен Леви, чтобы… — Не волнуйся, малыш, я знаю, что ты хочешь его, — успокаивающе говорит Леви. — Но сначала я хочу насладиться твоей красивой задницей. Так что я просто раздвину ее и потрусь своим членом между ягодицами. Еще один стон, и Эрен проводит пальцами по предэякуляту, капающему с кончика члена, быстро двигая руку вниз, чтобы затем провести влажными пальцами по расселине. — Ты чувствуешь себя потрясающе, Эрен, и звучишь ты тоже великолепно, и это все для меня, верно? Эрен издает тихий звук: в горле пересохло, хотя это не единственная причина, по которой он сейчас не может говорить. — Я знаю, что это так, — шепчет Леви, — И теперь я прижму свой член к твоей дырочке, прямо туда, где ты его так хочешь, почувствую, как ты дрожишь от того, как сильно ты его жаждешь. Его пальцы скользят вниз, чтобы прижаться ко входу, и тело Эрена дергается вперёд, рвано выдыхая. Выдох звучит как имя Леви. — Насколько сильно ты его хочешь? — грязный шепот эхом отдается в голове Эрена, заставляя его пальцы двигаться быстрее, и он стонет, выдавая тихие, приглушенные звуки с каждым вдохом, который делает. — Ты бы умолял меня засунуть в тебя мой член, Эрен? Рот Эрена приоткрыт, его щека прижата к подушке, стоны становятся громче, а его бедра снова начинают двигаться. — Я … я … — Эрен пытается, не в силах думать, говорить. — Я … Леви… Его рука взлетает к члену, снова сжимая его. Он прерывисто стонет, понимая, что слышит тихое дыхание Леви в телефоне. Эрен больше не может ждать, и его рука летает туда-сюда, запястье болит из-за всего, что он делал. Кто знает, как долго он выдержит, и он чувствует, как чудесно сжимается в животе, бедра резко дергаются вперед, он чувствует, что скоро кончит. — Эрен, ты уже почти у цели, верно? Я слышу, — бормочет Леви ужасно неровным голосом, и мысль о том, что Леви, возможно, тоже прикасается к себе, в сочетании с последним отчаянным рывком на своем члене, заставляет его кончить так сильно, что испуганный крик вырывается из его горла. Он вообще ни о чем не может думать в течение, как ему кажется, долгого времени, от гула кульминации все его тело томно покалывает. Первое, что он пытается сделать, это восстановить дыхание, и звука его собственного затрудненного дыхания достаточно, чтобы вывести его из состояния эйфории. Его сведенное судорогой запястье медленно опускается. Эрен чувствует, как небольшое количество слюны капает на подушку, но он не в том состоянии чтобы беспокоиться об этом сейчас. — Ты в порядке, Эрен? Голос Леви звучит немного более сдержанно, все еще немного неровно, и поэтому сердцебиение Эрена замирает. Он внезапно осознает боль в спине, боль в шее и жжение на бёдрах, он осторожно перекатывается на бок, произнося тихое: — Мм… — Ты был хорош, Эрен, так хорош, — говорит Леви, и щеки Эрена горят, а пальцы сжимают постель. — Я устал, — бормочет он тихим голосом, и это правда, он внезапно чувствует невероятную усталость, и вздрагивает, когда голос Леви становится на октаву выше. — Не ложись пока спать, иди приведи себя в порядок, — раздается строгий голос Леви. — Меня нет рядом, чтобы сделать это, так что ты должен сам. От этих слов у него не должно перехватывать дыхание, а пальцы не должны так отчаянно сжимать простынь, но Эрен понимает, что хочет этого, хочет больше, чем должен. Внезапное желание, чтобы Леви оказался здесь — с ним, поражает его, как удар под дых, подавляя до такой степени, что он чувствует неприятную боль в груди. Он боится, разве это чувство не должно было пройти вместе с фантазией? Эрен прикусывает губу, пытается не думать о том, что Леви, вероятно, обычно не особо заботится о том, приведут ли люди себя в порядок после всего, и прислушивается к тихому дыханию Леви. Его беспокоит, что то самое чувство, похоже, стало только сильнее. — Я… Да, я так и сделаю, — Эрен заставляет себя ответить. Он, конечно, сейчас в полном и полнейшем беспорядке, тут не поспоришь. — Ты будешь благодарен утром, — твердо отвечает Леви, и Эрена поражает осознание того, что он не слышал, как кончил Леви. Он задается вопросом, кончил ли тот, или он только притворялся возбужденным, чтобы подстегнуть Эрена. Он хмурится, прежде чем может что-то с собой поделать. — Ты уверен, что с тобой все в порядке? И снова это беспокойство. В нем нет необходимости, Леви не нужно его показывать, и Эрен чувствует, как хмурое выражение исчезает с его лица. — Да, я в порядке, — он пытается казаться уверенным, хотя, честно говоря, чувствует себя довольно смущенным. Леви хмыкает в ответ, и на несколько мгновений становится тихо. У Эрена появляется странное чувство внизу живота, и он с трудом пытается подобрать слова, которые хочет сказать. — Это… — черт, это будет нелегко. Эрен делает глубокий вдох и заставляет себя продолжить, — Могу я. Я могу еще позвонить? Просто чтобы … поговорить? Возможно, они только что сделали что-то совершенно возмутительное, но, честно говоря, Эрену правда нравится просто разговаривать с Леви, и он не уверен, перешли ли они какую-то черту, когда все уже не может вернуться к тому, как было раньше. — Конечно можешь, — говорит Леви довольно раздражённо. — Почему, черт возьми, нет? Ответ заставляет его сердце биться немного быстрее, глупая улыбка застывает на лице, а его глаза закрываются. — Хорошо. Он чувствует себя удовлетворенным, его глаза остаются закрытыми; Леви как будто чувствует это, так как внезапно рявкает: — Черт, не смей засыпать, придурок! Вставай и приведи себя в порядок. Эрен смеется, скользя вдоль кровати и свешивая ноги. — Хорошо, хорошо, я уже иду, — вздыхает он, звуча гораздо более расстроенным, чем есть на самом деле. Они желают друг другу спокойной ночи, Эрен бросает телефон на комод рядом с кроватью, и шагает в ванную, твердо решив ни о чем не думать до завтрашнего дня.