Игра стоит свеч. / Pay to play.

      — Так, — проворчал Рэтчет, отключая оборудование. — На этом всё, — и пробубнил себе под нос: «Слава Праймусу!»       Вообще, вернуть руку Нокауту было достаточно быстро и просто, но оба медика порядочно отклонились от курса. Нокаут повращал своей свежеустановленной конечностью, с хитрой улыбкой предаваясь воспоминаниям. Прошло уже столько времени, что атмосфера между ними перешла от постперегрузочного удовлетворения к неловкому осознанию (по крайней мере, у Рэтчета), потом — к осязаемому сожалению (опять же, Рэтчет) и вернулась к осторожному прощупыванию почвы. Нокаут уже было открыл рот, чтобы спросить, какие ещё козыри в рукаве прячет док, но не успел: тот уже что-то неразборчиво вещал в коммуникатор.       «Оптимус, он подготовлен. Да, я…» — Рэтчет глянул на Нокаута, но тут же отвернулся. «Один из наших сопроводит его. Да, да, понял».       — Так быстро прогоняете меня? — Нокаут подложил под голову свободную руку и растянулся на койке.       — Можно было бы и быстрее, — кисло процедил Рэтчет.       Нокаут чувствовал: Рэтчета мучило что-то помимо очевидной связи с врагом, и нарушения медицинского кодекса, и… и что ещё там у Автоботов принято.       О-о, тут скрывается что-то более пикантное.       Десептикон уже работал над методами вскрытия причины Рэтчетовской еле заметной, но столь интригующей перемены настроения, но отголоски разговора из коридора прервали его.       Двое вышли из-за угла и явно ожидали встретить только Рэтчета, но при виде Нокаута улыбка слетела с их лиц быстрее, чем Старскрим с капитанского мостика.       — Какого хрена здесь забыл Нокаут?! — рявкнула Арси.       — Благодари за это Уилджека, — отмахнулся Рэтчет. — Но, к счастью, Нокаут уже покидает нас. Оптимус ждёт его для допроса. Я как раз подготовил координаты для его отправки, но, м-м… Не могу пойти с вами. Земной мост и прочее…       Автоботы, должно быть, тоже почувствовали, как он уходит от ответа, и глядели на него ехидно заодно с Нокаутом. Рэтчет кашлянул в кулак и вытянулся, попытавшись вернуть авторитет:       — Арси. Балкхэд. Один из вас должен конвоировать заключённого.       Вышеупомянутые автоботы одновременно вздрогнули. Балкхэд вдруг нашел весьма интересным бетонный пол и посвятил ему исключительное внимание. Арси едва заметно отшатнулась и решительно уставилась в пространство.       — Ну? — снова попробовал Рэтчет, озадаченный отсутствием ответа.       — Ну… — начал Балкхэд, но не смог продолжить мысль.       — Ну, мы бы с радостью, но учебный день только что закончился, — к счастью, Арси пришла на помощь.       — Да! — брякнул Балкхэд с нескрываемым облегчением. — Нам же нужно забрать ребят…       — … И смена Джека начнётся через полчаса…       В абсолютном блаженстве Нокаут осознал, что в этой комнате он единственный чувствует себя вольготно. Превосходно! Потрясающе!       Конечно им будет неуютно! В жизни не встречал более пристыженной компании. Разве что на какой-нибудь из оргий… Что ж, заслужили!       Рэтчет снова начал настаивать на необходимом привлечении к делу другого, хоть какого-то бота, но в потоке извинений, отговорок и пожиманий плечами Арси и Балкхед ретировались с места событий с рекордной скоростью. Рэтчет только уставился им вслед.       Нокаут присвистнул.       — Да чтоб они провалились! — прогремел Рэтчет, собравшись с духом. Вскинув голову, он уставился в потолок и потряс кулаком, обращаясь к любимому богу автоботов: — Праймус!!! Никогда не встречал такого вопиющего неповиновения! Как только Оптимус узнает об этом, он… А-а! Стоять! Бамблби, не смей и думать в сторону выхода!       Желтая фигура, шаг за шагом крадущаяся к выходу во время тирады Рэтчета, в мгновение замерла. Пойманный за руку Бамблби явно больше боялся медика, чем двух слинявших автоботов, поэтому с обиженным видом поник, бикнув что-то неприличное себе под нос.       — Да брось, нечего ныть, — по-своему уговаривал его Рэтчет. — Просто проводи Нокаута через земной мост к координатам Оптимуса. Я же не прошу тебя штурмовать Немезиду в одиночку.       В тоне Бамблби прозвучала надежда:       *Может, тогда лучше штурм? *       Рэтчет всем видом говорил «нет».       Автобот медленно поплелся навстречу.       — Отлично, — это должно было прозвучать как грубое одобрение, но в ответе Рэтчета преобладали нотки облегчения.       Нокаут сдерживал ухмылку всё время, пока автоботы отстёгивали его от койки. Интересно, сколько эти двое знают о его миссии, знают ли они, что Нокаут трахнул их обоих, и если да, то насколько дискомфортно им осознавать (или не осознавать) этот факт.       О, какой простор для развлечений.       — Спасибо, что не убежал хотя бы в этот раз, Би, — промурчал Нокаут, придвинувшись как можно ближе к разведчику, и в этот раз всё-таки захихикал.       Бамблби поднапрягся и зыркнул на него с немой просьбой помолчать.       Очаровательно. Раз Би не настроен на разговор, значит, он и от Рэтчета сохраняет эту тайну. Нужно немного поднажать.       — Спасибо и тебе, Рэтчет. Я был приятно удивлен твоим умениям в постели, — насладившись реакцией на скандальное заявление, Нокаут улыбнулся и добавил: — Медицинской постели, конечно же.       Если бы взглядом можно было убивать, Рэтчет прославился бы как автобот, засмотревший офицера десептиконов до смерти.       Рэтчет захлопнул раскрытую панель Нокаута с чуть большим усилием, чем требовалось, и тот аж воскликнул от удивления. Бамблби выудил пару знакомых наручников из-за койки. Что ж, автоботы не впечатлились его колкими замечаниями, но это не значило, что он прекратит.       — Держу пари, я попал сюда вместе с ними, — насмешливо добавил Нокаут, послушно протягивая запястья. — Да, наверняка. Узнаю вкусы Уилджека.       Бамблби и Рэтчет переглянулись. Намёк наконец-то перерос в грязное, ужасающее осознание. Уровень стеснения подскочил до невероятных высот. Заковав пленника, Рэтчет отцепил Нокаута от койки и рыкнул:       — Поднимайся без резких движений.       Нокаут подчинился, отметив напряжение, исходившее от обоих автоботов: как будто он был самой опасной личностью в этой комнате… Особенно сейчас, когда Нокаут в любой момент может подскочить поближе и прижаться к кому-нибудь. Пушка Бамблби наполовину заряжена и направлена прямо на него. Какое лестное прощание.       — Не двигайся, — приказал Рэтчет и подключил кабель медицинской панели к основанию шлема Нокаута. Секунду спустя тот почувствовал стопроцентный отклик служб процессора.       — Ты позволишь мне уйти вот так, со всеми системами онлайн? — лукаво пропел Нокаут. — А что, если я решу наброситься на Бамблби и сбежать? — Бамблби возмутился, но в его биках отчетливо сквозило смущение, вызванное воспоминаниями их прошлой стычки. — А как же ваш Прайм? — продолжил Нокаут с ухмылкой. — Думаете, разумно отпускать меня к нему во всеоружии? Я могу покончить с войной одним ударом.       Рэтчет прыснул, чем смертельно оскорбил честь Нокаута как десептикона, и откашлялся:       — Перепроверь. Оружие и связь всё ещё отключены. Оптимус лично восстановит оставшиеся функции, если посчитает нужным. И не переоценивай себя: у тебя и шанса нет против Оптимуса Прайма.       — Возможно, это зависит от места битвы, — продолжил улыбаться Нокаут, кивнув в сторону медицинской кровати, совсем недавно послужившей тем самым местом, и впитал внезапное смущение дока.       — Достаточно, — Рэтчет потопал к контроллерам земного моста и раздражённо махнул в сторону мерцающего водоворота. — Убери его отсюда.       Нокаут позволил Бамблби аккуратно увести его, но перед мостом обернулся в последний раз:       — Ну что как в первый раз, Рэтчет!       Финальный аккорд флирта — Нокаут подмигнул и прошёл через портал, смеясь всю дорогу.       Он и Бамблби едва услышали настигнувшее их яростное шипение: «Паскуда».

***

      Марево портала появилось в тихом, редком лесу, и Нокаут с облегчением втянул свежий воздух. Как же хорошо выбраться из их тесной «базы». Его новоиспечённый конвоир, судя по всему, знал, куда нужно идти, и подтолкнул Нокаута в направлении крутого холма, плавно переходящего в широкую долину. И посреди этой долины возвышался бот, одарённый смиренной грацией, — Оптимус Прайм, настолько суровый и статный, насколько это вообще возможно.       Нокаут оценивающе оглядывал лидера автоботов, пока они добирались до места встречи. Прайм, высокий, собранный, с широкой грудью и плечами, навёл Нокаута на мысль, почему он так любил проводить время с Брейкдауном. И это сочетание цветов, и блеск покрытия… Праймус постарался как следует над этим венцом инженерной мысли. Неудивительно, что Мегатрон всё ещё его не прикончил: это будет невосполнимая потеря.       — Спасибо, Бамблби. Можешь быть свободен, — пророкотал Прайм, как только они подошли.       Ах, этот голос!       Этот голос определённо что-то пробудил в нём.       Бамблби помедлил и, наконец… похлопал Нокаута по спине? Утешающе? Обнадёживающе? Разведчик удалился, ничего не пояснив. Эта ситуация заставила Нокаута занервничать и проанализировать Прайма с другой точки зрения. Физически он сравнился бы с Мегатроном, судя по их постоянным стычкам, но, в отличие от лидера десептиконов с его взрывным темпераментом и вспыльчивостью, Оптимус источал холодное спокойствие и невозмутимость. Прайм был силой, с которой следует считаться. Это было проблемой. К слову, Нокаут не мог вспомнить ни одной истории, как Прайм лично кого-то допрашивал. Может, Бамблби знает что-то, чего не знает он? У Нокаута не было ни единой зацепки.       …Но как же он горяч. Праймус! Как же хороши такие боты!       Мягкий раскатистый голос вырвал его из размышлений:       — Нокаут, я вижу, что твоя рука в порядке. Тебя беспокоит что-то ещё?       — Нет-нет, нет, сэр, Прайм, нет, вовсе нет, — поморгал сбитый с толку вопросом Нокаут.       Он выдал себе мысленный пинок за такую жалкую попытку ответа секси-Прайму.       — Я в порядке, — в конце концов сообразил Нокаут и подавил желание добавить «спасибо за заботу». Вот тебе и допрос. Первой же фразой выбил почву из-под ног!       — Рад слышать, — искренне порадовался Оптимус. На секунду показалось, что Прайм тоже не очень-то уверен в происходящем.       — Полагаю, у вас есть ещё вопросы, — выдавил Нокаут, чтобы разбавить тишину. — Вряд ли вы вывезли меня в эту глушь только чтобы убить. Не ваш стиль.       — Не мой, — вздохнул Прайм. — Бросать одного из моих солдат в одиночестве на чужой планете — тоже не мой стиль. Так скажи мне, почему Мегатрон посчитал необходимым сделать это?       — Так вам это известно.       Прозвучало пристыженно.       — Балкхэд передал мне эту информацию. Информацию, по его словам, полученную лично от тебя.       Чёрт возьми! Нельзя же сказать, что он наказан за беспорядочные половые связи с… почти всеми десептиконами! А сейчас он умудрился провернуть это ещё и с почти всеми автоботами! Впервые в жизни Нокаут задумался о своем распутном поведении. Но что поделать, если он видит красоту во всех! Взгляд Нокаута случайно перетёк на длинные ноги Прайма, его тонкую талию и дурацкие синие вставки, которые будто специально притягивали взгляд к интерфейс-панели Оптимуса. О Боги!       Нокаут дотумкал, что ему вообще-то задали вопрос.       — Лорд Мегатрон недоволен моими результатами в последнее время.       — Так значит, это наказание, — кивнул Оптимус, будто подтверждая свои мысли.       По крайней мере, он избежал судьбы Старскрима — каждый раз попадать под тяжёлую руку Мегатрона. Руки Прайма, тоже крупные, были расслабленно опущены и подчёркивали прекрасно очерченные бёдра… Даже представить тяжело, что он способен на жестокость. Эти руки могут быть твёрдыми, но без излишнего насилия, могут дисциплинировать, но в совсем другом ключе.       Например, поймать меня за талию!       — Да-да, наказание, — прохрипел Нокаут. Ах, этот силуэт… А каковы же его скрытые части…       — …Нокаут, — Оптимус прозвучал мягко, но обеспокоенно. — Твоя оптика расфокусирована. Всё в порядке? Возможно, Рэтчет что-то упустил в процессе твоего восстановления.       — Отнюдь! — Нокаут рассмеялся в ответ. — Ваш медик весьма детально подошел к делу!       Прайм был озадачен.       — Что ж. Тогда настало время перейти к сути.       О да. Наконец-то.       Ему было всё сложнее не пялиться на тело Прайма.       — Нокаут, я не из тех, кто влезает в дела моих подчинённых, но ты должен понимать: у них нет никаких причин скрывать от меня сведения о брошеном десептиконе, вставшем на пути.       Погодите-ка. Они что, всё ему рассказали? Тогда какого хрена он настолько собран, если знает, что я поимел всю его команду? Если только он… О, Праймус, если только он не против. Если только Оптимус не против интерфейса до потери чувств между враждующими фракциями.       — Вы в курсе? — Нокаут чуть не задыхался. — И вы… приветствуете это?       Оптимус кивнул, и по его губам скользнула тень улыбки.       Проклятье. Он реально не против.       Прайм переступил с ноги на ногу и принял более расслабленную позу.       — Хорошо, что ты обратился к нам, хоть и не по своей воле. Понимаю: Мегатрон беспощаден и весьма изобретателен в методах наказаний. Он без колебаний готов использовать всего тебя для достижения победы. Как автобот, ты бы не столкнулся с таким обращением. Тебя бы по достоинству ценили: как опытного и компетентного члена команды.       Наконец-то, хоть кто-то ценит хороший секс!       Прайм наклонился к Нокауту, и его искра сжалась от такой неожиданной близости. Прайм взял его руки в свои, и его двигатель захлебнулся. Нокаут даже не думал, что нависающая над ним тень Оптимуса — это то, что ему было так необходимо. Он машинально подался назад, ожидая, когда тот даст себе волю. Десептикон прикрыл оптику, предвкушая прикосновения Прайма к лицу, груди, к его стремительно греющейся интерфейс-панели… Мягкий щелчок — и наручники спали с его запястий. Нокаут сжал кулаки, желая ощутить массивные ладони на своём теле, иначе он сам набросится на него.       Нокаут чуть ли не на носочках продолжал на что-то надеяться, пока голос Оптимуса не вернул его в реальность.       — Держи.       Нокаут нехотя открыл глаза и обнаружил, что Оптимус протягивал ему крошечный чип.       — И что же это такое? — он изогнул бровь и забрал устройство. На нём едва ли могла поместиться пара строчек кода.       — Это откат мед-скрипта, блокирующего часть твоих систем.       — А? — сухо отреагировал Нокаут.       — Вставь чип в центральный порт, и восстановится доступ к оружию и-       — Да понятно! — оборвал объяснения Нокаут, всплеснув руками. — Но это тут при чем?!       Кому вообще интересны оружие и связь в такой момент? Только если у Прайма нет какого-нибудь кинка на стволы. Или он хочет, чтобы вся Немезида их услышала? Праймус и Юникрон вместе взятые!       Его процессоры вскипели до того, что он чуть не пропустил следующую фразу:       — Ты волен вернуться к Десептиконам. Если это то, чего ты хочешь.       Нокаут на секунду завис. Потом до него дошло.       — А-а-а. Ага. Или я могу присоединиться к Автоботам. Вы к этому ведёте?       Оптимус кивнул, выдав свою фирменную кроткую улыбку. Его хорошо сдерживаемый энтузиазм был чертовски очарователен.       Уверен, он себя и в постели так ведёт. Отзывчивый, готовый принести удовольствие тому, кто снизу. Или тому, кто сверху…       У Нокаута недоставало зацепок, чтобы угадать привычную позицию Оптимуса. Возьмет ли он коннектор Нокаута в рот, отлижет ли его порты до перегрузки?.. Или он предпочтет роль безвольной игрушки в чужих руках?       Но Лорд Мегатрон, внезапно возникший в его воображении, быстро прервал поток фантазии. Нокаут постарался не вздрагивать, представляя последствия своего предательства.       — Благодарю за столь щедрое предложение, Прайм, но у Лорда Мегатрона короткий разговор с перебежчиками. И я боюсь его гнева больше, чем верю в вашу защиту. В интересах самосохранения, вынужден с сожалением отказаться.       — Вот как, — судя по тону, Оптимус невообразимо расстроен. — Я весьма знаком с его деспотичным нравом. И хотя нас, Автоботов, не так много на этой планете, мы стоим друг за друга. Могу ли я сделать что-то, чтобы переубедить тебя?       От такого ласкового тона повысилось давление энергона в сети. Нокаут уже не мог прогнать мысль, как можно использовать это мощное тело. Интересно, как зазвучит его бархатный голос в порыве страсти и как будет вибрировать его порт под напором десептиконского коннектора. Температура подскочила сразу на десять градусов. Нокаут встряхнулся, прогоняя наваждение.       Думай головой, а не головкой!       Но следом на него напали воспоминания и о других автоботах. Он почувствовал, что порт его сжался, и внезапно вспомнил: у Оптимуса и Рэтчета БЫЛО. А значит, Прайм знает ТУ САМУЮ технику, и, о боже, если он использует… Если Нокаут использует её… на Прайме… пока Рэтчет руководит… О-о, или вдруг у Оптимуса тоже есть кинк на доминирование, как у Уилджека. Учитывая размеры Прайма, Нокаут мог бы запихнуть в его порт сразу две руки, а оковы за его спиной трещали бы под натиском этой живой мощи. Что вообще сможет сдержать Прайма, который чуть ли не в два раза больше по всем габаритам?! Придётся обратиться к Уилджеку за консультацией. Или можно связать их обоих… И трахать Оптимуса руками, пока Уилджек умоляет о своей очереди. А Балкхэд… А Балкхед будет смотреть, как расправляются с его лидером, и лопотать одобрения. И его массивный коннектор будет упираться в Нокаута сзади, не оставляя медику пути к отступлению.       Рука Прайма приземлилась на плечо — Нокаут жадно вдохнул и осознал, что задыхается.       — Что такое, Нокаут? — обеспокоенный голос Прайма мгновенно слился с предыдущими фантазиями и подстроился под сценарий.       «Что такое, Нокаут», — ухмыльнулся Прайм, подпихнув его задницу. Большие чёрные пальцы обернулись вокруг десептиконских бедер и развели их настолько широко, насколько позволяла конструкция, а в пространстве между ними расположилась точёная синяя фигура со знакомым энергоновым копьем наперевес. Он застонал и раздвинул влажный вход собственными пальцами, обнажая призывно мерцающие внутри диоды перед Праймом и начинающей доминатрикс. На лице Арси расцвела непривычная улыбка, когда она оценивающе провела по сочащемуся порту.       «Рановато. Что думаешь, Прайм?»       «Пусть начнёт выпрашивать».       — Нокаут, ты перегреваешься! — голос на грани паники едва зарегистрировался системой.       «…ты перегреваешься», — упрекнул Прайм. Кулеры взревели, когда Нокаут толкнулся Бамблби глубоко в глотку. Разведчик с нетерпением принял его, будто это его единственное желание, нет, его единственное призвание! Они хорошо его выдрессировали. И пока Нокаут трахал Бамблби в жадный рот, ладонь Прайма подгоняла его самого вобрать поглубже в горло коннектор лидера автоботов (который не смог бы поместиться там полностью, как ни старайся). Капли жидкости стекали с уголков губ Нокаута и приземлялись на гладко отполированное праймовское бедро. Еще немного, и Оптимуса настигнет перегрузка, и тогда он заполнит Нокаута до краёв. И пока Бамблби сосал его коннектор, Нокаут вбирал Оптимуса, и это было так горячо, настолько горячо, что Нокаут расплавится, если прямо сейчас не кончит.       — Аргх! Да трахнешь ты меня или нет?! — взвыл Нокаут и чуть ли не набросился на Оптимуса.       Макушка Нокаута едва доставала ему до середины торса, поэтому пришлось постараться, чтобы дотянуться до груди. Прайм дёрнулся у него в руках, отпрянул назад, запнулся о свои же ноги и с оглушительным грохотом шлёпнулся на землю. Нокаут хищно нырнул следом, довольный, что в новой позиции разница в их размерах не так ощутима.       Отбросив пышущую жаром интерфейс-панель, Нокаут с облегчением подставился под холодный воздух. Кольца его порта расширились за мягким ободом, смазка свободно растеклась по бёдрам синеватыми разводами. Его коннектор выдвинулся моментально, и учитывая все фантазии, нагружавшие процессор, Нокаут уже не знал, что конкретно он хочет сделать с Праймом. Его руки беспорядочно хватали всё, до чего могли дотянуться, и Нокаут с наслаждением отметил, как тепло разливается по наружным панелям чужой брони, а нежно-голубой румянец — по лицу.       — Нокаут, пожалуйста, прекрати! — воскликнул Оптимус и начал извиваться, пытаясь отпихнуть Нокаута подальше от своей интерфейс-панели, чуть не уронив его.       — Поздно стесняться! — выражение его лица всё больше и больше наполнялось одержимостью. Он просунул свои коготки под набедренные щитки Оптимуса, и автобот выгнулся над поверхностью земли. — Или ты просто притворяешься? Сдерживаешься? Сопротивляешься своим желаниям? — тело Оптимуса дрожало, а голос его запнулся, стоило ему открыть рот. Хват его рук на плечах Нокаута усилился, вызвав у последнего волну статики по корпусу. Тот скользнул пониже по ногам Оптимуса и напоказ облизнул свои губы. — Не переживай, я позабочусь о тебе как следует.       — Нет, остановись! — прогудел Прайм.       Нокаут уже вылизывал жгучую линию вдоль интерфейс-панели Оптимуса, когда вдруг его озарило: такой сценарий повторяется с каждым автоботом! Делают вид, что сомневаются, но охотно реагируют на первый шаг! Так и Прайм говорит «остановись», хотя сквозь его панель льётся жар. Это очередная ловушка автоботов!!!       — Ты… Ты пытаешься соблазнить меня, не так ли? — обвинительно прошептал Нокаут вплотную к пластине.       Прайм замер и, улучив момент, суматошно задёргался и всё-таки смог отползти немного от Нокаута:       — Нет, у меня не было таких намерений!       Ах, это ошарашенное выражение лица. Прайм — прирожденный актер! Широко распахнутая оптика, раскрытый рот, миленький румянец и мелкая дрожь. Будто он и впрямь не намеревался!              — Аха. Ха-ха. А ты хорош! Посмотри на себя и на свои обещания. Но я вижу тебя насквозь. Ты соблазнитель! Искуситель! Ты хочешь сначала трахнуть меня до потери чувств, а потом сделать меня автоботом! Ты такой же изворотливый, как и весь твой маленький коварный отряд!       — Изворотливый? Нокаут, я уверяю тебя…       — Ну уж нет! — Нокаут изо всех сил потряс головой, оставаясь поверх Оптимуса. — Я не куплюсь больше на вашу игру в хороших парней! Я уже достаточно натерпелся от перевозбуждённых автоботов! И этот твой роскошный коннектор я уж точно к себе не подпущу!       К слову, Нокаут его уже представил во всех подробностях.       Прайм дёрнулся так, будто его обожгло кислотой.       — Ах-ха! — в безумной ярости гаркнул Нокаут и покачал пальцем перед шокированным лицом Оптимуса. — Попался. Думал, что сможешь провести меня, Нокаута, великого соблазнителя? Не сегодня, ав-то-бот!       Нокаут вскочил и решительно захлопнул свою интерфейс-панель с победным хохотом, хотя его порт всё ещё сжимался, а коннектор саднило. В прескверном расположении духа он тыкал в Прайма пальцем после каждой фразы:       — За этот месяц меня жестоко обманули, загнали до изнеможения и оставили неудовлетворённым, растянули до пределов моих возможностей, БИЛИ ТОКОМ, а твоей медик… Ха! Я даже не понял, что конкретно твой медик со мной сделал!       — Притормози, Нокаут, — Прайм осторожно поднялся на ноги, умоляюще выставив перед собой руки, а на его лице — маска неподдельного смятения. — Боюсь, я всё ещё не понимаю.       Да, он хорош. Играет дурачка до конца.       — Тогда пойми вот что, Прайм! Держи своих озверевших автоботов подальше от меня! И ебитесь друг с другом как хотите! — Нокаут трансформировался и сорвался с места, оставляя Оптимуса Прайма в пыли, пришибленного и смутно возбужденного…       Прайм на секунду нахмурился, а потом его брови поползли вверх вместе с тем, как он осознавал смысл сказанного Нокаутом. Обманут? Загнан? Растянут??? Прайм настраивался на свой фирменный тон, пока устанавливалась связь с Рэтчетом, но всё равно гаркнул: «Рэтчет! Немедленно собери всех на базе и подготовь мне земной мост. Нам нужно пересмотреть способы взаимодействия с Десептиконами».       Долгая пауза прозвучала перед робким ответом: «Есть, Оптимус».       И что-то в этой паузе заставило Оптимуса снова нахмуриться, и это что-то подсказывало: история медика ему особенно не понравится. «И отправь детей по домам. Вечер предстоит неприятный».       Рэтчет заметно сглотнул: «Принято, Прайм».       Автоботов ждала знатная выволочка.