Тысяча и одно лето

Сердце бешено колотилось от волнения и предвкушения. Йоррел нервно сжимал и разжимал когти, постоянно поправляя одежду, проверяя, не испачкались ли перья и ленты, всё ли на месте, нигде ли ничего не сползло, удобно ли двигаться. Сердце пело от радости, но в его глубине сохранялся страх допустить ошибку и всё испортить. - Да ладно, приключение на две минуты, - Арлес ободряюще пихнула его крылом и улыбнулась, - Вылетишь, спляшешь и вернёшься. Йоррел с усилием улыбнулся в ответ, встревоженно дёрнув крыльями. Слова чёрной драконицы ничем не помогли. Он никак не мог привыкнуть к её простому и грубому стилю общения. Йоррел совсем не любил, когда к нему прикасаются: тыкают когтями, хлопают лапами или крыльями, пихают под бок. Но Арлес делала это постоянно. Он понимал, что это дело привычки, и она пыталась его приободрить, но это мало чем помогало. Раголарк выглядывал из-за её плеча. Он ничего не говорил, только молча и спокойно улыбался. Но уже от этого у Йоррела на душе стало легче. Взволнованно переминаясь с лапы на лапу, он поднял взгляд. Милеи, как и всегда, шумели кронами где-то далеко, у самого неба, но сейчас шелеста их листвы не было слышно за общим шумом. В Ильвишиссе с минуты на минуту должно начаться очередное торжество. Тысячи драконов сидели на ветках, яркие сами по себе, одетые в пестрящие всеми существующими цветами одежды, громко кричащие, смеющиеся, приплясывающие, разговаривающие. У Йоррела голова шла кругом. Нет, вовсе не от пестроты окружающей обстановки - расписных жителей города и праздничных украшениях на деревьях. К этому он давно привык. Голова кружилась от волнения. Сегодня ему разрешили принять участие в общем танце. Он, конечно, был несказанно рад, сам долго это разрешение выпрашивал и потратил на тренировки больше времени, чем было у них в запасе. Но одно дело - танцевать на тренировках, где не страшно ошибаться, потому что всегда есть второй шанс, и совсем другое - перед всем городом, где всё надо сделать идеально с первого раза. Многие драконы привыкли считать танцы простым и занятным развлечением, способом весело скоротать время. Но здесь, под ветвями милеев, танец превращался в серьёзное событие, требующее тщательной подготовки. Здесь это было настоящее искусство. Общий танец отличался своей сложностью и организованностью, потому что танцевал не один дракон, не два, и даже не десять, а гораздо больше. Но самое главное - всё происходило в воздухе. В танце жили беспрерывным движением. Даже птенцы знали, что если в полёте замешкаться или остановиться, то обязательно начнёшь падать. А Йоррел знал, что даже если он и не упадёт, то собьётся с ритма и всё испортит. Музыканты на ветвях милеев начали играть, и Йоррел глубоко вздохнул, стараясь сосредоточиться на задаче. Толпа заметно притихла, обращая голодные до красивых зрелищ взгляды в пустоту между деревьями. Отовсюду слышались постукивания и хлопки. Музыка тропических драконов сплеталась из громких коротких звуков, была живой и порывистой. Они почти не использовали струнные и духовые инструменты. Преобладали ударные. Йоррел мысленно начал их перечислять, надеясь успокоиться. - Не будем мешать, - прошептала Арлес и, уже раскрыв крылья, обернулась и добавила, - Удачи. Чёрная драконица вместе с Раголарком сорвались вниз и направились к ветвям для зрителей. Йоррел проводил их взглядом и отвернулся, снова всё внимание обращая на задачу. Он неотрывно следил за происходящим, терпеливо дожидаясь своей очереди. Никто не рвался в танец с первых секунд. Всё происходило поэтапно. Сначала начинали танцевать на ветвях. Драконы крутились на месте и в самые напряжённые моменты поднимали трепещущие крылья, создавая точные образы яркими рисунками и соцветиями. Йоррел встревоженно впился в кору когтями, усилием воли заставляя себя перестать нервно дёргаться. Его очередь ещё не настала. Когда многоголосый хор затянул песню, танцующие на ветвях драконы синхронно сложили крылья, пропуская вперёд первое кольцо танца и переманивая на него всё внимание зрителей. С верхних ветвей спланировало около десятка драконов всех оттенков жёлтого, в багровых праздничных нарядах. Они закружились в воздухе, за считанные секунды сформировав кольцо, и начали стремительно его сужать, спиралью спускаясь вниз. Зрители оцепенели, боясь пропустить хоть секунду выступления. Для них это выглядело, как энергичное, наполненное красками, импульсивное движение, в котором каждый взмах крыла сквозит эмоциями. Йоррел видел только холодный расчёт и результаты долгих и упорных тренировок. Он не сводил взгляда с танца, отсчитывая удары барабанов до того момента, когда настанет его черёд влиться в движение. С ветвей милеев сорвалось второе кольцо общего танца. В нём принимало участие больше драконов, но, как и первое, оно начало сужаться, когда танцоры спиралью плавно спускались вниз. Когда кольца оказались совсем близко друг к другу, первое кольцо моментально слилось в один яркий солнечный порыв, стрелой пролетело через центр второго кольца, а потом драконы рассредоточились и окружили второе кольцо. Не теряя ни секунды, оба кольца начали вращаться в противоположные стороны. Йоррел напрягся, наблюдая за тем, как третье кольцо поднимается с нижних ветвей. Он должен лететь вместе с четвёртым и сейчас был сосредоточен, как никогда раньше. Все проблемы отошли на второй план, остался только маленький мирок танца и чётко отработанных движений. Йоррел тихо отсчитывал удары барабанов, пока песня набирала темп. Когда прозвучал ожидаемый сигнал, он раскрыл крылья и нырнул вниз, вливаясь в общее движение. Больше не было ничего, кроме ярких узоров, одежд, украшений и беспрерывного движения. Йоррел крутился на месте, медленно спускаясь вниз, стрелой взлетал вверх крылом к крылу с остальным кольцом, так же синхронно устремлялся вниз, перелетая от одного милея к другому, покручиваясь на лету и как можно шире расправляя раздвоенный хвост. Когда все семь колец оказались в сборе, начался припев: музыка с новой силой ударила по ушам, а голоса зазвенели особенным торжеством. Драконы в постоянном движении создавали телами большие и красочные узоры. Они лишь на долю секунды показывались зрителям, потом исчезали, а потом появлялись новые. Все вопросы морали остались где-то далеко, на краю сознания. Йоррел был полностью сосредоточен на своих движениях. По жилам бежала чистая энергия. Вокруг безумной круговертью вспыхивали краски и огни фонарей в мягком полумраке под кронами милеев. Он со всеми устремился к верхним огням, как делал на тренировках, чтобы поменяться местами и нырнуть вниз, закручиваясь спиралью. Музыка отдавалась в теле, играя не вокруг, а внутри него. Йоррел следил за чужими движениями, отвечая им своими, сливаясь в одно целое с потоком крыльев и хвостов, забываясь в празднике и оставляя себя в далёком прошлом, чтобы больше никогда не вспоминать о том, кто он. - Я потеряла его из виду, - пожаловалась Арлес, вытягивая шею в попытках разглядеть Йоррела в беспрерывной пляске красок и огней. Она посмотрела на Раголарка. Он не отрывал взгляда от танцующих драконов. Хотя на его морде и была печальная улыбка, но она знала его достаточно давно, чтобы сразу же заметить отблески тревоги в глубине чужих глаз. Драконица придвинулась ближе, прижимаясь к чужому боку. - Всё будет хорошо, - сказала она просто, но уверенно. Раголарк только кивнул, продолжая смотреть. Арлес проследила за его взглядом и увидела вылетающего в столб света Йоррела, горящего золотом и изумрудной зеленью.