Тысяча и одно лето

- Не успеем... - прохрипел Скаджери, пока Раголарк тщетно пытался дрожащими лапами зажать рану на его животе, чтобы остановить кровотечение. Кровь медленной тёмно-вишнёвой струёй стекала по белой чешуе на такой же ослепительно белый снег. - Н-надо хотя бы попытаться... - он умоляюще посмотрел на друга. Лапы уже были скользкими от крови, - Т-ты ведь сам говорил, что лучше... Что сдаваться нельзя! Скаджери только устало улыбнулся и покачал головой. - Я знаю эти места вдоль и поперёк, - выдохнул он и болезненно поморщился, когда Раголарк снова надавил на рану, - До ближайшего селения три дня беспрерывного полёта. В моём распоряжении... - он глубоко вздохнул и сделал небольшую паузу, собираясь с силами, - В лучшем случае час. - Неправда! - в отчаянии воскликнул Раголарк и с особым усердием принялся за дело. Скаджери только бросил на него сочувствующий взгляд, словно вовсе не он сейчас был на волоске от смерти. Как назло, они оставили на хранение Йоррелу и Арлес все лекарства. С собой у них только карта, тёплая одежда да несколько кинжалов и верёвка. И цель - увести Орлов как можно дальше от Йоррела. Раголарк трясущимися лапами зажимал чужую рану, надеясь, что сейчас проснётся у костра, в окружении друзей, и всё снова будет хорошо. Скаджери медленно и тяжело дышал, глядя на разгорающийся над лесом закат. Он знал, что Раголарку ни за что не справиться с драконами Ордена, и принял почти весь удар на себя. Раголарк отделался только парой лёгких царапин. - Не трать время зря, - вздохнул он, с трудом приподнимаясь на передних лапах, - Лети, пока Орлы не нашли тебя. Если будешь держаться береговой линии под скалами, то улизнёшь незамеченным. С высоты они... - Я никуда без тебя не полечу, - перебил его Раголарк. Ему бы хотелось крикнуть погромче, но Орлы были ещё где-то рядом. Он не мог понять, почему Скаджери говорит так, словно ничего не случилось. Как всегда, делится советами и совсем не замечает, что снег под ним уже ярче заката, растекавшегося по горизонту. - Не глупи, - он тепло улыбнулся, - Я прожил хорошую жизнь и ни о чём не жалею. Пытаясь меня спасти, ты идёшь на неоправданный риск. Можешь попробовать, и тогда погибнем мы оба. А можешь, - он внимательно посмотрел на дракона, - Вернуться к брату и помочь ему. Что ты хочешь - потерять две жизни или спасти? Раголарк удивлённо воззрился на него, приоткрыв пасть. И как он только может такое говорить? Речь идёт о его жизни! Он совсем ей не дорожит? Дракон с изумлением заметил, что во взгляде Скаджери нет и тени страха или сожаления. Как будто он знал, что так и случится. Он всегда смотрел таким взглядом, и Раголарк в ужасе осознал, что ничего о нём не знает. Скаджери не рассказывал о своём прошлом: кто он, откуда и как стал пилигримом. Он просто знал ответы почти на все вопросы. Или знал, где эти ответы искать. - Лети. Йоррел ждёт, что ты вернёшься от Орлов живым. - Я не могу... - жалобно просипел Раголарк, опуская взгляд. Чувство полной беспомощности давило на плечи. Ничего он не может: ни помочь другу, ни укрыть брата. Даже дороги не знает, - Мы не знаем, куда лететь. Ты... Ты нам нужен! - Летите в Сертевинд. У Ордена над ним нет власти. Только... - он поднял голову, глядя на закат, и в его взгляде мелькнула какая-то неясная эмоция, которую Раголарк понять не мог, - Одевайтесь теплее. И не спите на ветру. Сон на холоде - вечный сон. Скаджери с усилием поднялся на лапы. Раголарк с готовностью бросился на помощь, но дракон только отвёл его лапу в сторону, давая понять, что может подняться сам. Неловко пошатнувшись, он сделал осторожный шаг вперёд. Лапа задрожала от напряжения, но он не упал. Прихрамывая, Скаджери направился к обледенелому краю скалы. Возле обрыва он остановился и сел, тяжело вздохнув. - Думаю... Это может вам пригодиться, - дракон отстегнул от задней лапы футляр с картой и, развернувшись, швырнул его попутчику. Раголарк едва успел поднять лапы, чтобы поймать его. - Что? Нет, я не могу... Это же твоя карта, - дракон в исступлении замотал головой, разжимая когти и роняя деревянный футляр в сугроб. Он знал, как Скаджери дорожил своей картой. И если он её так просто отдаёт, значит... - На том свете она мне не понадобится, - усмехнулся дракон, снова вставая. - Не говори так! - Раголарк бросился к нему, ещё не зная, что собирается делать, но твёрдо понимая, что сделать что-то обязательно нужно, - Ты ведь уже сбегал от Орлов раньше, верно? Мы сбежим и сейчас! Ты знаешь, как лечить такие раны. Нужно... Нужно только добраться до Арлес и... Ты ведь... Ты мог бы научить нас... Ты хорошо летаешь, для тебя ведь не проблема... - "Ты, ты!"- передразнил его Скаджери, раздражённо фыркая, а затем посмотрел на Раголарка так серьёзно, что ему стало не по себе, - Не бери с меня пример. Мне приятно, что ты считаешь мои скудные достижения поводом для гордости. Но я не пример для подражания, - он сделал небольшую паузу, тихо отрывисто дыша и собираясь с силами, и его взгляд потеплел, - Теперь ты волен сам выбирать свой маршрут. А я свой уже выбрал. Пообещай мне, что сегодня по этой дороге пролечу только я один. Раголарк замялся. Слова застряли в горле. Ему не хотелось обещать нечто подобное. Но под выжидающим взглядом он быстро сдался. - Обещаю... - тихо ответил Раголарк, часто моргая, потому что на глаза уже наворачивались слёзы. Скаджери довольно кивнул и повернулся к солнцу. Оно медленно падало вниз, на острые зубья заснеженных сосен. - Забавно, - усмехнулся белый дракон, - Второй раз мне так не повезёт. - Второй раз?... - осторожно спросил Раголарк, заглядывая ему в глаза. - Долгая история. Вряд ли у нас есть время на неё, - прохрипел он, не отрывая взгляда от солнца, - Тебе стоит запомнить только одну простую вещь. Что бы ты ни думал о путешествиях, твой самый верный попутчик - это смерть. - Что... - севшим голосом начал Раголарк, но, заметив, что Скаджери собрался взлетать, в ужасе встрепенулся, - Что ты делаешь?! - Не хочу подыхать в снегу, как замёрзшая пташка, - усмехнулся он, расправив крылья, и строго взглянул на Раголарка, - Не вздумай лететь за мной. - Но!... - Ты обещал. Раголарк поджал губы и медленно отступил на дрожащих лапах. Скаджери ласково улыбнулся и, оттолкнувшись лапами от земли, усердно забил крыльями по воздуху, поднимая облако снежной пыли. Сдерживать слёзы больше не было сил, и Раголарк, тихо вхлипнув, невольно зажмурился, когда заходящее солнце расплылось и пошло трещинами. И самой большой трещиной в небе был чернеющий впереди силуэт летящего дракона. Словно из небесного стекла выбили крупный осколок. Раголарку показалось, что осколок вылетел вовсе не из небесной глади.