What if? Сборная солянка

      Кларисса видела мир совсем не так, как думали все.       Не жила лишь войной и желанием побеждать. Не мечтала о тысячи трофеев с поисков. Не желала обрести боевые силы отца, Ареса. Нет, она вовсе не та, кем её считают.       Но сама смогла понять это только встретив Криса Родригеса у порога своего дома. Совершенно чокнутый, болезненный, сошедший с ума в злополучном Лабиринте. Тогда его просто пожалела.       Но что-то в её сердце надломилось. Каждый взгляд на него, – на смуглую кожу, на глубокие карие глаза с безумным блеском, на наивную улыбку, на дёрганые движения, – менял что-то в душе, перестраивал клетки. Те чувства, которые раньше находились где-то внутри, очень глубоко в подкорке, со свежими силами вырвались наружу, вспыхнули ярким пламенем. Она ни дня не могла провести без Криса.       Никто не знал, что она тайно посещала больного парня, проводила с ним время в жалких попытках вылечить. Та, что дралась агрессивнее и яростнее прочих, та, что считалась самой опасной девушкой в лагере, тихо плакала в плечо Криса, дрожащей рукой гладя его по тёмным жёстким волосам. Он либо молчал, либо болезненно смеялся в ответ. Совсем не говорил. Не мог.       Мистер Ди, он же Дионис, впервые сжалился над своими подопечными. Он настолько же хорошо разбирался в людях, насколько и в сортах вина. И в этот раз чуйка не подвела: смертным нужна была помощь. И без божественной магии здесь никуда.       Однажды, вновь придя в подвал, где запирали буйного Криса на ночь, Кларисса ощутила явные изменения. Он сидел на полу в позе лотоса, но взгляд был чист. Поманил рукой, светло улыбаясь. Девушка села напротив, подогнув ноги под себя. Лёгкое касание короткой каштановой пряди, а затем и щеки.       – Спасибо, что была рядом.       Перехватила его руку, крепко стиснув в своей ладони. Глотая непрошенные слёзы, растянулась в улыбке. Вот он, её мир. То, что делает её настоящей.