Полуночный рейд. зарисовка

      Два дня мы удерживали участок с едой. Два дня, круглосуточно, нас атаковали младшие без стаи. Наконец, когда уже стало ясно, что так продолжаться не может, рано или поздно мы устанем и сами станем их пищей, если задержимся здесь. И мы отправились дальше в путь.       Единственное отличие, что наша скорость упала вдвое из-за новой сестры. Ее скорость в два раза меньше моей средней, и поэтому всей стае пришлось подстраиваться под нее. Но в качестве бонуса у нее теперь свой эскорт из 5 эсминцев, которых она лично отобрала и захватила. Эсминцы под ее руководством постоянно слушают океан и вообще пытаются во всем следовать за своим лидером. А сама она слышит младших и сестер на очень большом расстоянии, и постоянно отправляет мне образы о замеченных младших и сестрах. Вообще ее скорость может быть выше, но ненадолго. В этом случае ее скорость будет примерно на треть медленнее чем моя, но тогда она уже не сможет также хорошо слышать. Кроме того на поддержание этой скорости у нее уходит слишком много сил.       Сейчас порядок стаи таков: Впереди на острие атаки идет новая сестра, как самая медленная и внимательно слушает округу. Следом двигаются ее пять младших с торпедами. Следом идут мои младшие, растянувшись, по привычке, полумесяцем. Далее иду я, следом идет сестра-крейсер, и замыкает ее свита.       Нынешний переход длится уже несколько дней и сейчас стая готовится встать на отдых. Все уже привычно, младшие выкапывают еду, эсминцы охраняют. Маленькая сестра слушает море.       Сейчас, мне уже не хватает мыслей описать мою стаю. Изначально я руководила ими на правах сильнейшей, буквально силой отдавая приказы, которые выполнялись беспрекословно. Однако, у каждого в стае свой личный и неповторимый отклик. И я всегда знаю их желания на данный момент. А если сосредоточусь на отдельном эсминце, то могу даже видеть его глазами. Правда исключая эсминцев, которые закреплены за сестрами. Также в моей ауре сильно выделяются Сестры, которые сверкают как те яркие штучки наверху ночью — Sterne.       Я, конечно, могу как и раньше управлять стаей с помощью прямых приказов, и стая выполнит их. Но, сейчас гораздо проще транслировать образ того, чего я хочу от них добиться, прямо сестрам. Это гораздо удобнее в том, что сталкиваясь с подобной ситуацией в очередной схватке, стая действует сама.       Сейчас когда все уже поели, стая отдыхает. Я с сестрами общаюсь мысле-образами. Когда-то Сестра-крейсер не понимала того, что я ей показывала. Но постепенно она привыкла. И сейчас проявляет осторожный интерес. Что же до маленькой сестры, так она сама часто скидывает мне свои мысле-образы. То, что видит и слышит. И с каждым разом ее образы становятся точнее и детальнее. Вот и сейчас она делится со мной всем тем, что сегодня видела и слышала: кучу разных рыб, редкие отметки младших которые почувствовав нашу стаю, торопливо скрывались. Сестра-крейсер точно также получает эти образы. После того как маленькая сестра наконец показала все, я им показываю разные свои-не свои образы. И с каждым образом, идет посыл моих ощущений и сестры, буквально чувствуют тоже, по отношению к ним, что чувствую я.       Отдохнув, стая двинулась дальше, и двигалась в течении нескольких дней. Наши младшие за все время не чувствовали даже признака еды, и я даже уже планировала плыть в другую сторону, но тут маленькая сестра услышала чужих младших. А там где младшие, там и еда. Спустя некоторое время наша стая действительно нашла целую кучу младших, которые буквально усеивали дно, и не замечая никого и ничего вокруг, копали землю.       А дальше, буквально за жирной черной полосой из младших, дно стремительно шло вверх. Повинуясь моему приказу, стая всплыла на поверхность. Не вся, конечно, на поверхность поднялись только я и обе мои сестрички, да и то, мы лишь вынырнули по плечи из воды, остальные замерли в верхних слоях воды на Periskoptiefe       Вдалеке виднелся берег. Волны океана бились о золотой песок. За полосой которого виднелась буйная растительность. И целая куча полуразрушенных зданий. Они были повсюду, насколько хватало взгляда. Ощетинившиеся пустыми глазницами окон двух-четырех этажные остовы зданий.