Ошибки, за которые приходится платить.

      Несколько часов они передвигались в глубоком, почти осязаемом молчании, среди сочной зелени и душного тепла, свойственных землям страны Огня. Когда до тайного пункта сдачи тел оставалось не более пары километров, Орочимару нарушил тишину неожиданным вопросом:       — Слушай, Наруто-кун, как думаешь, что сделает Минато, когда узнает, что его первенец занесён в книгу Бинго как опасный преступник S-ранга, а за его голову назначено более тридцати миллионов рё?       — Мне без разницы, я не его сын, — глухо отрезал Наруто, даже не повернув головы. — И если бы не твоя поразительная оплошность, ищейки Ивы меня бы в жизни не заметили. Как ты вообще умудрился угодить в такую топорную западню?       — Я ведь уже говорил тебе: их было слишком много. Почти сотня шиноби Скрытого Камня, слаженно зажимавших меня в кольцо.       — Ну да, целая сотня, — с ленивым сарказмом протянул парень, окинув наставника скептическим взглядом. — Только когда я прибыл, их почему-то оказалось всего десятеро, причём из разряда рядовых чуунинов. И теперь из-за твоих сказок я красуюсь в этой чёртовой книге.       — О, не скромничай. Если бы они пронюхали, что их элитный отряд вырезал сын Жёлтой Молнии, на охоту за твоим скальпом выдвинулся бы лично Цучикаге со всей своей армией.       Наруто резко затормозил перед входом в приземистое, неприметное здание, напрочь лишившееся вывески. Обернувшись к учителю, он смерил его пустым, сковывающим холодом глаз:       — Всё, дальше я сам. В прошлый раз от тебя были одни убытки и головная боль. Едва ноги унесли, да ещё и без гроша в кармане.       — Ладно-ладно, Наруто-кун, — Орочимару примирительно вскинул ладони, хотя в глубине его змеиных зрачков промелькнула тень искренней досады. — Только умоляю, поторопись. Мне бы хотелось миновать городские ворота до того, как погаснет закат.       Юноша не удостоил его ответом. Скользнув внутрь полумрака, он оставил Сеннина караулить снаружи. Шаги Наруто звучали размеренно, лицо застыло безупречной маской. Он прекрасно знал, какая шваль промышляет на чёрном рынке, но эти отребья давно перестали вызывать у него хоть каплю трепета.       Оставшись на пыльной улице, Орочимару шумно вздохнул и прислонился спиной к покосившейся стене. Наблюдая за тем, как сухой ветер кружит опавшую листву, он невольно поймал себя на мысли, до чего жутко изменился его подопечный. Мальчишка, который когда-то исступленно кричал о своей боли и жаждал мести всему миру, превратился в монолитный кусок льда, расчётливый и смертоносный. Сеннин до сих пор не мог решить, радоваться этому триумфу собственного воспитания или опасаться его.       Спустя всего несколько минут Наруто переступил порог, небрежно баюкая в ладони увесистый кожаный мешок. Его походная одежда осталась безупречно чистой, а дыхание — ровным.       — Дело сделано, — бросил он на ходу, увлекая учителя за собой.       — Обошлось без эксцессов? — полюбопытствовал Орочимару, бесшумно пристраиваясь по правую руку.       — Абсолютно. Они даже не рискнули торговаться.       Сеннин едва заметно кивнул, скрывая мимолётное изумление. Он знал, что Наруто умеет быть убедительным, но не думал, что местное подполье сдастся без единого звука при одном лишь взгляде на юношу.       — В таком случае прибавим шагу, — отозвался Орочимару. — Чем скорее мы окажемся в черте Конохи, тем спокойнее будет нам обоим.

***

      Жара мёртвой хваткой вцепилась в Деревню, Скрытую в Листве. Зенитное солнце палило так нещадно, что раскалённый воздух над черепичными крышами шёл тяжёлыми волнами.       Жители спасались в прохладе лавок и жилых кварталов, и лишь дежурным шиноби на главных воротах негде было укрыться от этого изнуряющего пекла. Сегодня, как и всегда, вахту несли двое чуунинов — Камизуки Изумо и Хагане Котетсу, сосланные Хокаге на постовую службу на неопределённый срок за очередное фиаско. Как раз в тот момент, когда Котетсу лениво заканчивал изливать душу по поводу несправедливости бытия, в створе монументальных ворот выросли два силуэта.       Первый путник был облачён в глухие тёмные одежды, полностью скрадывавшие очертания фигуры; на виду оставались лишь бледный лоб да узкие, янтарные глаза с вертикальным зрачком. Орочимару, Змеиный Сеннин, чьё возвращение всегда сеяло среди соплеменников глухую тревогу пополам с благоговением.       Второй спутник составлял с ним поразительный контраст. Высокий, подтянутый юноша с копной иссиня-чёрных, диких волос. Густая чёлка напрочь скрывала правую половину лица, зато левый глаз горел льдистым, пронзительным лазурным светом. Тонкие шрамы на скулах придавали его облику опасную, хищную стать. Сетчатая кольчуга плотно облегала сухой рельеф мускулатуры, поверх неё небрежно развевался расстёгнутый багряный плащ без рукавов. Правая рука парня до самых кончиков пальцев была туго стянута белыми медицинскими бинтами. Свободные тёмные брюки и высокие походные ботинки довершали этот вызывающий образ.       — Орочимару-сама! Какое счастье, что вы вернулись! — хором воскликнули стражи, изрядно удивив Сеннина столь бурной подчёркнутой радостью. — Джирайя-сама здесь такого наворотил... Только вы или Цунаде-сама теперь способны удержать его в узде!       — Что ещё за новости? — Орочимару иронично изогнул бровь. — Обычно его художества ограничиваются подглядыванием за банями. Неужели этот старый дурак окончательно потерял стыд?       — Хуже, гораздо хуже! — Изумо замахал руками, оглядываясь по сторонам. — На днях деревню посетил Даймё со своей супругой и дочерьми. Пока Хокаге вел переговоры, знатных дам сопровождал отряд генинов, и надо же было им наткнуться на Джирайю-саму! Мы не знаем деталей, но этот извращенец во всеуслышание заявил, что одна из дочерей правителя обязана стать его личной музой для новой книги!       — Сбрендил, окончательно сбрендил... Где он сейчас? Живо ведите меня к нему, — помрачнев, скомандовал Орочимару и обернулся к спутнику: — А ты пока осмотрись в городе. Встретимся позже.       — Простите, Орочимару-сама... — осторожно подал голос Котетсу, косясь на угрюмого незнакомца. — А это кто с вами?       — Не беспокойтесь, это мой подопечный. Я ручаюсь за него головой: никаких проблем деревне он не доставит. Верно я говорю?       — Разумеется, пап, — Наруто мягко улыбнулся и с деланной беззаботностью почесал затылок. Он прекрасно знал, как сильно Сеннин дорожил этим словом, и счёл момент идеальным для маленького спектакля.       — Пап?! — Изумо и Котетсу едва не выронили регистрационные журналы. У Змеиного Сеннина есть сын? Столь взрослый? Можно было не сомневаться: уже к вечеру вся Коноха будет гудеть от сплетен, выстраивая безумные теории о том, какая женщина умудрилась разделить ложе с главой змеиного клана.       — Вот и славно. Ведите меня к моему непутёвому соратнику, у нас предстоит крайне тяжёлый разговор, — усмехнулся Орочимару, одобрительно похлопал «сына» по плечу и двинулся вслед за ошеломлённым шиноби.       — Э-э... да, конечно. А к вам как обращаться, молодой человек?       — Наруто. Просто Наруто.       — Что ж, Наруто-сан, можете проходить. Добро пожаловать в Листву.       — Благодарю, — вновь примерил вежливую маску юноша, коротко пожав чуунину руку.       Оставив позади озадаченного стража, Наруто неторопливо пошёл по центральному проспекту. Рассматривая чистые улицы и ухоженные фасады, он вынужден был признать: здешний быт разительно отличался от упадка других скрытых селений. За годы странствий он успел повидать почти весь континент, за исключением разве что скрытой Молнии — натянутые дипломатические отношения между Конохой и Кумо не позволяли чужакам беспрепятственно пересекать их границы. По мере продвижения вглубь кварталов Наруто всё чаще ловил на себе заинтригованные взгляды прохожих: парень с такой колоритной внешностью и статью за версту выделялся из толпы.       Миновав очередной перекрёсток, Наруто едва заметно повёл плечом, зафиксировав появление нескольких чужих очагов чакры.       «Надо же, как оперативно», — промелькнуло в мыслях.       Тройка оперативников Анбу плотно села ему на хвост, ведя скрытое наблюдение и прощупывая потенциального шпиона.       Мысленно махнув на ищеек рукой, парень продолжил поиски какого-нибудь приличного заведения. Желудок уже вовсю напоминал о себе голодными спазмами: Орочимару поднял его с постели в дешёвом приграничном мотеле ни свет ни заря, сразу погнав на марш-бросок. Наконец его взгляд зацепился за вывеску «Рамен Ичираку». Чуть пригнувшись под низким навесом, Наруто отодвинул выцветшие занавески-норен и заглянул внутрь. Стойка пустовала, в зале не было ни души. Идеально — Наруто терпеть не мог делить трапезу с посторонними. Стоило ему занять место на центральном табурете, как из кухонной зоны вышел благообразный седеющий повар лет пятидесяти.       — Добрый день, — приветливо отозвался старик, кивнув на закреплённый под потолком свиток с меню. — Впервые в наших краях? Что-то я не припомню вашего лица.       — Да, заглянул ненадолго вместе с отцом. Это его родной дом, и он очень хотел показать мне Коноху.       — О, дело хорошее, — улыбнулся старик, добродушно облокотившись на деревянную стойку. — А кто ваш отец, если не секрет?       — Да его здесь каждая собака знает. Не люблю хвастаться, но зовут его Орочимару.       При этом имени повар мгновенно изменился в лице, по его виску скатилась крупная капля пота. Кто в Листве не знал дурную славу Змеиного Сеннина? После того грандиозного скандала с подпольными лабораториями и запретными техниками ему было строжайше запрещено вести любые изыскания без личного присмотра Третьего Хокаге.       — В таком случае... угощение за счёт заведения, — упавшим голосом выговорил старик.       — Бросьте, не стоит так переживать, — мягко улыбнулся Наруто, упиваясь чужим страхом. — Отец не станет разносить вашу лавку, даже если вы сдерёте с меня тройную плату. Относитесь ко мне как к обычному гостю. И если мне понравится ваша стряпня, я обещаю стать вашим постоянным клиентом.       — Х-хорошо... — сглотнул хозяин. — Что будете заказывать?       — Дайте подумать, — Наруто задумчиво коснулся подбородка, изучая перечень блюд. — Давайте две порции с нежной свининой и две с морепродуктами. И креветок, если можно, не жалейте.       — Вас понял! Пять минут — и всё будет в лучшем виде.       Пока за ширмой закипал бульон, Наруто уловил со стороны улицы приближающийся многоголосый гам. Судя по нарастающей громкости, весёлая компания целенаправленно двигалась именно сюда.       «Прощай, тихий обед», — обречённо вздохнул Наруто, заставив повара сочувственно хмыкнуть.       — Старик! — звонкий девичий крик бесцеремонно разрезал тишину заведения. — Мы вернулись! Выкатывай свои самые огромные чашки, у нас тут намечается великая битва!       Шустрая девчонка с пышными, ярко-жёлтыми волосами вихрем взлетела на соседнее сиденье, даже не удостоив Наруто взглядом. Следом за ней в тесное пространство забегаловки ввалилась целая ватага подростков. Плотный паренёк, безостановочно хрустевший чипсами из шуршащего пакета, грузно устроился по правую руку от блондинки и с набитым ртом парировал:       — В этот раз тебе не победить, Мия! Мой желудок прошёл суровую школу клана Акимичи, так что победа будет за мной!       — Да ладно вам, Чоджи, вечно вы ерундой страдаете... Лучше бы я сейчас дома поспал, — зевая во весь рот, парень с причудливым хвостом на макушке лениво опустился на табурет слева от Наруто. Вопреки напускной сонливости, его узкие глаза мгновенно зафиксировали чужака, сканируя каждое его движение.       — Мия, ты невыносима! Ну какая из тебя девочка после таких соревнований? — подала голос утончённая блондинка с высоким хвостом.       — Вот-вот! Ино-свинья хоть раз в жизни говорит дельные вещи, — поддакнула её подруга с широким лбом.       — Заткнись, лобастая! На себя посмотри: ешь как птичка, а бока шире, чем у Чо... — договорить Ино не успел ленивый парень со странной причёской, бесцеремонно запечатав ей рот ладонью.       — Ну полно вам, молодёжь, — Теучи поспешил разрядить обстановку, выставляя перед ними чашки. — Рад видеть тебя, Мия. Опять решила разорить меня своими талонами?       — Ну что вы, дядя Теучи! У вас ведь лучший рамен во всей стране Огня!       — Ладно, за такой комплимент первая порция за мой счёт, — оттаял старик, вызвав у детей восторженный гул.       Приняв свою глубокую пиалу, Наруто негромко поблагодарил мастера и уже занёс палочки над ароматной лапшой, как его бесцеремонно прервали.       — Слышишь... — донеслось справа. — Ты откуда здесь такой взялся?       Повернув голову, Наруто наткнулся на пару круглых голубых глаз, буравивших его с явным вызовом. Несколько секунд они молча мерили друг друга взглядами, пока девчонка не сморщилась и раздосадованно не заморгала.       — Эй, я вообще-то к тебе обращаюсь! — повысила она голос, уязвлённая тем, что незнакомец преспокойно вернулся к еде, полностью её проигнорировав.       — Мия, оставь человека в покое, — попыталась урезонить подругу Сакура, но это лишь подлило масла в огонь.       — Ну уж нет! Терпеть не могу, когда от меня воротят нос. Послушай, парень, тебе лучше не злить шиноби этой деревни! Наруто лишь снисходительно усмехнулся, отправляя в рот очередную порцию сочной свинины.       — Мия, тише ты... мы ведь даже академию ещё не закончили, — испуганно прошептал Чоджи, подвигая к себе чашку.       — И что с того? Годом раньше, годом позже. Всё равно мы будущие защитники Конохи, так что пусть проявляет уважение, — так же «шёпотом» ответила она, хотя её звенящий голос прекрасно слышали все присутствующие.       Ленивый парень со странной причёской лишь прикрыл глаза, пробормотав своё коронное «проблематично», и откинулся на спинку стула, не упуская чужака из виду ни на миг.       — Мия! А ну прекрати приставать к моим гостям, — строго прикрикнул Теучи. — Не то отберу все бесплатные купоны.       — Ну за что, дядя Теучи? Я просто хотела узнать, что это за тип!       — Потому что тебе лучше не знать, чей он сын, — отрезал повар. Но едва до него дошло, что он сболтнул лишнего в присутствии самого Наруто, старик побледнел пуще прежнего, а его руки мелко задрожали. — П-простите, Наруто-сан... Я не хотел проявить неуважение к вам или к вашему уважаемому отцу. Ради бога, не держите зла...       Дети мгновенно уловили эту перемену. Теучи, всегда бывший оплотом добродушия и спокойствия, сейчас выглядел так, словно перед ним стоял сам Демон-Лис. Юный Узумаки молча поднялся со своего места, не спеша промокнул губы салфеткой, извлёк из кармана несколько крупных купюр и небрежно опустил их на деревянную поверхность стойки. Не проронив ни единого слова, он развернулся и покинул заведение.       — Чёрт, — сквозь зубы выругался повар, утирая холодный пот.       — Дядя Теучи, да кто он такой? — Мия недоумённо захлопала ресницами.       — Эх, Мия, Мия... Кажется, из-за твоего длинного языка у меня теперь будут крупные неприятности. Очень крупные.       — Да плевать мне на его отца! Мой папа — Четвёртый Хокаге, сильнейший человек в селении! В его деревне никто не посмеет вас тронуть.       — Ошибаешься, девочка. В данном случае даже Четвёртый может оказаться бессилен.       — Это ещё почему? — подал голос Шикамару, мгновенно растеряв всю свою напускную сонливость.       — Потому что его отец — Орочимару. Тот самый Змеиный Сеннин.       — Да быть того не может! — вскинулась блондинка. — Джирайя-сенсей наверняка бы знал о таком!       — Дай бог, чтобы ты была права, милая... Дай бог, — тяжело вздохнул мужчина, без сил опускаясь на табурет за перегородкой.       — Ладно, — насупилась Мия, стараясь скрыть пробежавший по спине холодок. — Разберёмся с этим типом позже. А сейчас — кто быстрее опустошит чашку!..

***

      После безнадёжно испорченного обеда Наруто бесцельно побрёл по торговым рядам, присматривая какое-нибудь тихое кафе, где можно было бы перехватить сладостей на вынос. На глаза попалась колоритная лавочка, торгующая свежими данго. Несмотря на плотную толпу внутри, парень быстро сделал заказ.       Забирая коробку из рук продавца и отсчитывая монеты, он внезапно почувствовал, как к его спине бесцеремонно прижалось мягкое женское тело. Покосившись через плечо, Наруто обнаружил девушку, чей наряд балансировал на грани откровенного вызова: сетчатый комбинезон едва сдерживал соблазнительные изгибы пышной груди и крутых бёдер, оставляя минимум пространства для воображения. Только благодаря многолетним тренировкам и железной выдержке Наруто сумел сохранить маску абсолютного равнодушия, проигнорировав внезапный прилив жара к паху.       — Как звать-то тебя, красавчик? — томно протянула брюнетка, порочно облизывая пухлые губы.       Не дожидаясь ответа, она властным движением развернула парня к себе лицом, вплотную притираясь упругим бюстом к его груди. Выхватив из его пальцев коробку со сладостями, она небрежно перебросила её своей спутнице — миловидной шатенке с глубокими алыми глазами, которая густо покраснела и явно сгорала от стыда за безумную выходку подруги.       — Что же ты молчишь, змеёныш? Подари мне своё имя.       — Наруто, — чуть сипло выговорил юноша, чувствуя, как внутри закипает чисто физиологическое возбуждение.       — О-о... Я смотрю, ты искренне рад нашей встрече, — Анко хищно опустила взгляд на отчётливый бугорок, обозначившийся под свободной тканью его брюк.       — А как, по-твоему, должен реагировать здоровый мужчина? — Наруто перехватил инициативу, дерзко ухмыльнувшись и демонстративно поправив поясной ремень. — Я парень без предрассудков, а твои формы действительно заслуживают самой высокой оценки.       — М-м-м... — судорожно вздохнула Анко, прильнув к его уху и слегка прикусив чувствительную мочку. — А мне нравится твоя зубастость. Скажи, сладкий, не поднадоел ли тебе этот пресный данго? Мы могли бы устроить куда более изысканное пиршество... в каком-нибудь уединённом месте, где нам никто не помешает.       Наруто мазнул взглядом по сторонам. Обыватели на улице уже вовсю оборачивались на их колоритную парочку, шушукаясь по поводу столь бесстыдного флирта средь бела дня.       — Для начала представься сама. Я своё имя назвал, а твоё пока остаётся тайной. Не в моих правилах делить постель с незнакомками.       — Какая избирательность! — весело расхохоталась куноичи. — Зови меня Анко. А вон та скромница с коробкой — Куренай. Но на неё губу не раскатывай: у неё уже есть постоянный кавалер, правда, этот придурок Асума до сих пор не нашёл в себе смелости сделать хоть один решительный шаг к её трусикам.       — Анко! — вспыхнула шатенка, едва не выронив сладости от такой вопиющей бестактности. — Тебя совершенно не касаются наши отношения! Молодой человек, умоляю, не слушайте эту сумасшедшую. Мне очень приятно познакомиться с вами, Наруто-сан, — добавила она, стараясь вернуть беседе благопристойный тон, и протянула ладонь.       Стоило Наруто коснуться её изящных пальцев, как краем глаза он засёк три беззвучные тени, соткавшиеся прямо за спинами девушек. Характерные фарфоровые маски и серые жилеты не оставляли сомнений: личная гвардия Хокаге решила перейти к активным действиям.       — Простите, Наруто-сан, — глухо произнёс оперативник в маске Пса. — Вам придётся прервать вашу прогулку и проследовать за нами. Вас ожидает Четвёртый Хокаге.       — Что этому человеку от меня нужно? — ледяным тоном осведомился Наруто, мгновенно растеряв весь игровой задор. Ему совершенно не улыбалось представать пред глазами Хокаге, и было глубоко плевать на его авторитет. Он не являлся шиноби Листвы и не давал никаких присяг. Если эти псы посмеют обнажить клинки, он вырежет их без малейших колебаний.       — Все подробности узнаете в резиденции.       — Я отказываюсь.       — У вас нет права выбора, Наруто-сан. Мы уполномочены доставить вас либо с вашего добровольного согласия, либо с применением жесткой силы.       — И у кого же из вас троих хватит на это силёнок? — насмешливо бросил парень, аккуратно отодвигая в сторону заинтригованную Анко.       — Советуем не искушать судьбу. Нам бы очень не хотелось ломать вам ноги и тащить до кабинета на собственных плечах. Проявите благоразумие.       — Повторяю для особо тупых: мне плевать на приказы вашего Хокаге, — Наруто медленно наклонил голову вбок, издав сухой хруст шейных позвонков, и его лицо исказилось хищным оскалом. — Ну же, вы ведь хотели применить силу... Я заждался.       В ту же секунду Анбу в маске Пса растворился в чистейшем мерцании техники телепортации, заходя со слепой зоны для сокрушительного удара. Обычный шиноби не успел бы даже зафиксировать колебание воздуха, но Наруто двигался за гранью человеческого восприятия. Он просчитал траекторию атаки ещё в момент зарождения чужого намерения. Резко развернув корпус, он встретил выпад встречным ударом кулака. Плотный, костяной хруст разорвал тишину улицы. Оперативник в маске с глухим хрипом отлетел на добрый десяток метров, проломив собой кирпичную кладку ближайшего магазина, и скрылся в облаке строительной пыли.       Второй боец в маске Медведя застыл, парализованный увиденным. Их капитан, один из сильнейших мастеров ближнего боя в элитном отряде, был отправлен в нокаут одним единственным ударом — причём чужак даже не соизволил применить чакру!       Прежде чем Медведь успел сложить хотя бы одну печать, мир перед его глазами крутанулся, и он со всего маху впечатался лицом в каменистую мостовую. Острая боль настигла его лишь мгновение спустя, но когда сознание вернулось к нему, Наруто и след простыл.       Ошарашенные Анко и Куренай, ставшие свидетелями этой секундной расправы, смогли лишь дословно передать оставленное им послание:       — «Я глубоко разочарован. И это элита Хокаге? Жалкое зрелище. Лучше бы тратили время на полигонах, а не шпионили за мирными гостями. Если ещё раз кто-то из вас посмеет ко мне приблизиться — живыми из этой подворотни не выйдете».       Потратив больше двух часов на бесплодные поиски беглеца по всем теневым узлам Конохи, уцелевшие оперативники вынуждены были вернуться в резиденцию ни с чем. О том, что их «слегка помяли», в официальном рапорте не было сказано ни слова, однако мертвенная бледность лиц и дрожь в голосах говорили сами за себя: они столкнулись с монстром, чья реальная сила многократно превосходила любые ожидания.       День неумолимо угасал. Солнце, обратившись в огромный раскалённый слиток, медленно погружалось за острые вершины скал, окрашивая раскинувшееся небо в багровые, золотые и тревожно-алые тона. Закат над Листвой был поистине грандиозным — даже Наруто, сидевший на каменной макушке монумента Первого Хокаге, вынужден был признать это редкое великолепие.       Бросив прощальный взгляд на пылающий горизонт, он негромко усмехнулся, прикрыл глаза и лениво растянулся на прохладной, пахнущей сочной зеленью траве. Вечерний бриз приятно остужал разгорячённое лицо, принося из низины ароматы цветущих садов и домашнего очага. Сонливость мягкими волнами накатывала на усталое тело, и юноша уже всерьёз подумывал перебраться на ветку ближайшего векового дуба, как вдруг его чувства зафиксировали до боли знакомый спектр чакры. Уходить не хотелось, и Наруто остался лежать неподвижно.       — Вот ты где прячешься, — раздался тихий, пропитанный застарелой усталостью голос. Наруто не открывал глаз, но этот вкрадчивый шёпот он узнал бы из тысячи.       Орочимару бесшумно опустился на траву рядом, изучая профиль своего ученика долгим, нечитаемым взглядом.       — Я уже весь город перевернул в твоих поисках.       — Что-то стряслось? — сухо осведомился Наруто, не меняя позы.       — Да так, сущие пустяки... Тебя разыскивает лично сам Хокаге. Поговаривают, какой-то дерзкий юнец устроил переполох в центре города, выдавая себя за моего блудного сына. Не имеешь к этому отношения?       — Хм-м, понятия не имею. Наверное, обознались, — отозвался парень, сохраняя абсолютное спокойствие.       — Ну разумеется, — усмехнулся Сеннин. — Ладно, поднимайся, нам пора нанести визит Минато. И будь добр, наложи иллюзию на свои волосы. Если Кушина-чан увидит, что ты перекрасил фамильную шевелюру в траурный чёрный, нам обоим не сносить головы. А мне, признаться, до смерти не хочется вновь испытывать на себе гнев твоей матушки.       — Я ведь уже предупреждал тебя, сенсей: я никуда не пойду, — в голосе Наруто звенящей струной прорезалась сталь, хотя пальцы всё же послушно сформировали знак Хенге, возвращая прядям привычный вид. — Тем более к нему. Если Четвёртому так приспичило поговорить, пусть поднимает свой зад из кресла и топает сюда лично. Но даже в этом случае я не гарантирую, что стану его слушать.       — Я ни секунды не сомневался, что ты скажешь именно это. И поэтому... — Орочимару ловко извлёк из рукава кунай особого образца с цепочкой фуин-символов и небрежно подбросил его в воздух за своей спиной.       — И всё же моё присутствие понадобилось, — соткался из золотой вспышки чистый, глубокий баритон.       Наруто даже не пошевелился. Он продолжал созерцать темнеющий небосвод, но где-то в глубине его груди застарелый шрам, оставленный годами сиротства, предательства и глухой обиды, вспыхнул живой, непереносимой болью. Он кожей чувствовал, кто именно стоит за его спиной. Минато, Кушина... Но ему было бесконечно плевать.       — Здравствуй, Наруто-кун. Ты... ты стал совсем другим, — тихо произнёс Минато, тщетно пытаясь поймать хотя бы мимолётный взгляд сына.       — Господи, как же ты вырос... Настоящий мужчина, — прерывистым шёпотом выдохнула Кушина, судорожно прижимая ладони к груди. Ее голос откровенно дрожал от подступающих слёз, но юноша оставался монументален, словно те самые скалы под ними.       Ни ответа, ни банального кивка в знак приветствия не последовало. Кушина беспомощно опустила голову, чувствуя, как между ними разверзается непреодолимая пропасть, и не зная, какое слово способно её разрушить.       — Наруто... Нам необходимо так много тебе объяснить, столько всего рассказать. Понимаешь, у тебя ведь теперь есть... — начал было Хокаге, но его грубо оборвали на полуслове.       — Меня это не интересует, — Наруто наконец неторопливо поднялся на ноги, лениво отряхнув штанины от налипшей травы. — Зачем вы здесь?       — Как это зачем, сынок? Мы просто хотели увидеть тебя... — попыталась улыбнуться женщина, но эта улыбка больше походила на судорогу невыносимой боли.       — Увидели? Отлично. Теперь можете проваливать на все четыре стороны.       — Наруто-кун, прояви хоть каплю милосердия, дай им шанс высказаться, — попытался вмешаться Орочимару, но в его тоне сквозила скорее смиренная просьба, чем привычный приказ учителя.       — Я уже говорил тебе, сенсей: я не их сын! Мои родители умерли в день моего рождения, — Наруто резко встал, отряхнул штаны и ледяным взглядом посмотрел на Минато и Кушину. — Вы мне не нужны. Мне не интересна ваша жизнь. Я здесь только потому, что меня попросил мой учитель. Как только появится нужная информация, я уеду и вернусь к своей нормальной жизни. Я всё сказал.       Сделав шаг назад, Наруто без тени сомнения шагнул с края отвесной скалы Хокаге, растворяясь в наступающих сумерках. На вершине остались лишь беззвучно рыдающая мать, растерянный, сломленный правитель и Сеннин, который лишь тяжело вздохнул, глядя вслед упрямому юноше.       — И что мне с тобой делать... — едва слышно пробормотал Орочимару.       — Чёрт бы всё это побрал, Минато! — Кушина в отчаянии разрыдалась, бессильно колотя мужа кулаками по груди. — Что же мы натворили? Как мы могли допустить такое?! Он ведь смотрит на нас как на пустое место... Он больше не считает нас своей семьёй!       — Это целиком моя вина, Кушина. Успокойся, прошу тебя... Я сделаю всё возможное, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз. Пусть даже он попытается меня убить — я костьми лягу, но верну нашего мальчика домой.       — Будь предельно осторожен, Четвёртый, — Орочимару с двусмысленной усмешкой протянул Минато раскрытый на нужной странице свиток международной книги Бинго.       Приняв документ, Хокаге скользнул взглядом по строчкам и застыл, точно поражённый молнией. Его зрачки сузились до размеров игольного ушка, а пальцы предательски задрожали. Подняв на Сеннина полный ужаса взгляд, Минато безвольно выронил свиток из ослабевших рук.       — Какого... — это всё, на что хватило великого шиноби.       — Что там, Минато? — Кушина подхватила упавшую книжку. Но стоило её глазам пробежаться по ровным иероглифам, как женщина оцепенела. Длинные алые волосы Узумаки начали медленно подниматься вверх, разделяясь на девять яростных, пылающих багровым пламенем прядей. Дикая, первобытная чакра бурей взметнулась вокруг её фигуры, а сокрушительная жажда убийства, намертво зафиксировавшаяся на Орочимару, мгновенно раскалила воздух до предела.       — Как это понимать? — её голос упал до утробного, смертоносного рыка. — Что ещё за прозвище «Тихая смерть»?! Откуда в графе наград тридцать пять миллионов рё?! Чем вы двое вообще занимались все эти годы, пока якобы «путешествовали по миру»?!       — Тише, Кушина-чан, умоляю, держи себя в руках, — Орочимару поспешно отступил на несколько шагов, кожей чувствуя, как его жизнь сейчас висит на тончайшем волоске. — Я готов предоставить самые подробные отчёты, но исключительно в присутствии самого Наруто. В противном случае ты разорвёшь меня на части прямо здесь. А так мальчишка послужит мне хоть какой-то гарантией неприкосновенности.       — В его присутствии? Да он разговаривать со мной не хочет!       — Не беспокойся, эту часть я беру на себя. На один разговор я его уговорю.       — Завтра! На рассвете! На этом самом месте! И если ты вздумаешь сбежать из деревни...       — Полно тебе, Кушина-чан, я ещё слишком молод, чтобы умирать, — натянуто улыбнулся Орочимару, хотя по спине Сеннина провёл ледяной палец подлинного страха. Каким бы колоссальным арсеналом техник он ни владел, против чистой ярости Аловолосого Дьявола клана Узумаки у него не было ни единого шанса.       Судорожно просчитывая в уме варианты, как заставить упрямого Наруто пойти на этот критически важный компромисс, Орочимару сухо распрощался с четой Хокаге. Бросив прощальный взгляд на зажигающиеся огни ночной Конохи, он растворился в тени деревьев, бормоча под нос:       — Проблемная семейка... Ну и досталась же мне чертовски проблемная семейка.