Ошибки, за которые приходится платить.

      — Когда уже отдых? Я устал, Орочимару-сенсей. Хочу есть, хочу пить. И спать, в конце концов!       Наруто плёлся позади учителя, волоча по земле маленький рюкзак. Они ушли из Конохи неделю назад, и мальчик уже сто раз пожалел об этом. В деревне под присмотром Анбу не приходилось столько ходить, готовить еду или обустраивать ночлег. А последние несколько дней ему вообще приходилось самому искать пропитание, чтобы не умереть с голоду. Сеннин сразу дал понять, что нянчиться не станет: жизнь ниндзя суровая, так что учись выживать.       — Хватит ныть, Наруто-кун. Скоро придём в город, там купишь себе поесть, — не оборачиваясь, ответил Орочимару.       — Так у меня же денег нет! Ни копейки в карманах!       — Это твои проблемы. Попрошайничай, уговаривай, воруй. Мне без разницы, где ты достанешь еду. Хочешь есть — думай головой и старайся не попасться.       — Может, займёте немного? Я верну, честно.       Наруто прибавил шагу и поравнялся с учителем, заглядывая ему в лицо. Но Орочимару смотрел вперёд совершенно равнодушно.       — Нет, Наруто-кун. Ты должен сам найти выход. Я в тебя верю, так что не подведи.       — Гадство, — буркнул мальчик. Он пошёл дальше, пиная камешек и сверля взглядом спину Сеннина, мысленно ругая его за жадность.       Вскоре лес закончился, и они вышли на протоптанную дорогу. У ворот города стояла огромная очередь. Мужчины, женщины, старики и дети толкались, кричали и ругались каждый раз, когда кто-то пытался пройти без очереди.       — Орочимару-сенсей, а куда они все? — Наруто такое видел впервые.       — В город, куда же ещё. Смотри в оба, Наруто-кун. В такой толпе легко остаться без кошелька.       — Если бы он у меня был, — усмехнулся мальчик.       Орочимару проигнорировал толпу и уверенно пошёл прямо к воротам. В спину им тут же полетели злые крики:       — Куда прёте?!       — Совсем совесть потеряли?!       — В очередь встали, живо!       Наруто старался не слушать, прижимаясь ближе к учителю. Вдруг чья-то рука больно схватила его за плечо и резко развернула. Перед ним стояла разъярённая женщина с покрасневшим лицом и вздувшимися венами на висках.       — Мы тут стоим уже несколько часов, мелкая дрянь! — прикрикнула она.       Наруто сильно испугался. Женщина хотела сказать что-то ещё, но резко замолчала, когда у её шеи оказался длинный меч Сеннина. Орочимару сжимал рукоять клика, его змеиные зрачки сузились в тонкие линии. От него повеяло такой сильной угрозой, что у Наруто, несмотря на прохладную погоду, спина покрылась потом, а колени задрожали.       Женщина замерла. От страха она рефлекторно сжала пальцы на плече мальчика ещё сильнее, и тот застонал от боли. В ту же секунду её голова слетела с плеч, а из шеи брызнул фонтан крови. Толпа вокруг взвизгнула. Люди бросали вещи и в панике разбегались, пытаясь скрыться в лесу. За пару секунд дорога опустела.       Наруто упал на землю, не обращая внимания на брызги крови на лице. Обезглавленное тело покачнулось и рухнуло прямо на него, придавив к пыльной дороге. Мальчик в ужасе закричал.       — Успокойся, Наруто-кун, — Орочимару спокойно подошел и убрал клинок, просто проглотив его. — Я не причиню тебе вреда.       — Но... она...       — Не думай о ней. Она всего лишь мусор под твоими ногами. Такие, как она, должны кланяться тебе.       — Почему?       — Потому что ты особенный. Я расскажу об этом позже. А сейчас нам нужно отмыться от грязи и крови, согласен?       Наруто не ответил. Он тупо смотрел на свои испачканные руки. В голове промелькнула странная, пугающая мысль. Какая-то часть его сознания, словно тихий хриплый шёпот, твердила, что это было... правильно. Шёпот был едва слышным, но настойчивым.       Орочимару брезгливо оттащил труп в кусты и протянул ученику руку. На его лице играла жутковатая улыбка. Наруто несмело протянул ладонь в ответ, втайне молясь, чтобы его не убили так же легко.       Они пошли к воротам. К удивлению Наруто, местная охрана носила странную пластинчатую броню и необычные маски-респираторы, через которые они переговаривались, будто по рации. У каждого за спиной было минимум по два меча. Орочимару подошёл к главному. Наруто не слышал, о чём они говорят — он боялся подойти ближе, боясь новой драки. Но всё обошлось. Поговорив, Орочимару вернулся к нему.       — Мы можем пройти. Снимем комнату. Так и быть, сегодня я тебя накормлю, но только потому, что наши «хорошие» друзья, — он кивнул в сторону стражи, — попросили не устраивать беспорядков в городе. Понял?       — Да, учитель, — Наруто прошёл мимо охранников, низко опустив голову. Ему было страшно и стыдно. Но сильнее всего пугало то, что глубоко внутри ему понравился вид поверженной женщины, которая посмела сделать ему больно. Пытаясь отогнать эти мысли, мальчик зашёл в город.       Это место совсем не походило на Коноху. Наруто мало что помнил о родной деревне, ведь почти всё детство пролежал в больничной постели, но разницу заметил сразу. Здесь не было шиноби. Никто не прыгал по крышам, спеша на миссии. Вокруг ходили обычные люди в простой одежде. Торговцы громко зазывали покупателей, со всех сторон пахло свежей выпечкой, цветами и сладостями. У Наруто даже голова пошла кругом.       В этой яркой суете он быстро забыл о мёртвой женщине на дороге. Город казался дружелюбным. В Конохе жители всегда смотрели на него с помесью злости и страха. А здесь местный пекарь просто так, улыбнувшись, протянул ему тёплую булочку с корицей, потому что у него было хорошее настроение. Наруто подумал, что здешние люди гораздо добрее и честнее, но Орочимару тут же разрушил его иллюзии.       — Не думай, что они хорошие, Наруто-кун. Тебе улыбаются только потому, что я рядом. Окажись ты один в подворотне, эти жители разорвут тебя на части. Не верь тому, что видишь.       — Но меня же угостили...       — У него просто не было выбора, мой наивный ученик. Он знает: если он косо посмотрит на тебя, я сожгу его пекарню вместе с ним.       — Вас здесь так хорошо знают? — спросил Наруто, заметив, как какая-то женщина поспешно свернула в переулок, едва увидев Сеннина.       — Страх. Ими движет обычный страх. Когда-то давно здесь была моя лаборатория. Весёлое было время, — Орочимару усмехнулся и повернул к старому бару.       Вывеска здания едва держалась на одном гвозде, буквы стёрлись, а сами стены из прогнивших досок выглядели паршиво — повсюду были следы грязи и застарелой крови. Изнутри несло гнилью. Наруто показалось, что крыша бара вот-вот рухнет им на головы.       — Что это за место, учитель? Тут ужасно воняет...       — Не переживай, мы ненадолго. Заберём кое-что у моего помощника и пойдём в гостиницу.       — Хорошо. Можно я подожду на улице? — Наруто жалобно посмотрел на Сеннина, надеясь на жалость.       Но Орочимару лишь хмыкнул и зашёл внутрь. Оставшись один, Наруто тут же спиной почувствовал чужие взгляды. Он медленно обернулся и обомлел. Недавние весёлые прохожие теперь смотрели на него совсем по-другому. В их глазах читались злость, гнев и отвращение — даже хуже, чем в Конохе. Поняв, что оставаться на улице опасно, Наруто рванул за учителем.       Он ворвался в бар со скрипом дверей. Орочимару стоял у входа, прислонившись к стене. Он явно знал, что мальчик побежит за ним.       — Пошли, — коротко бросил Сеннин.       Они подошли к стойке. Лысый бармен при виде Орочимару побледнел. Он молча, дрожащими руками протянул Сеннину свиток и указал на дверь позади себя. Орочимару забрал послание и скрылся в темноте за дверью. Наруто помешкал секунду, глядя на потеющего бармена, который судорожно вытирал лысину тряпкой.       — Извините... — начал было мальчик.       — Я ничего не знаю, малец, — перебил его мужчина. — Иди за ним и молись, чтобы не кончить так же, как другие дети.       Наруто сглотнул. Слова бармена ему сильно не понравились, но оставаться здесь было ещё хуже. Он толкнул дверь и шагнул за учителем.       За дверью оказалась полная темнота. Пахло жуткой сыростью и гнилью, у Наруто даже подступила тошнота. Он шёл вслепую, стараясь не шуметь. Вокруг что-то скрипело, сверху капала вода, а под ногами ощущалось что-то склизкое.       Вдруг он упёрся в деревянную дверь. Нащупав ручку, Наруто потянул её на себя. Дверь предательски заскрипела, и на мальчика тут же уставилась пара тяжёлых, пристальных глаз.       — А я думал, ты так и останешься в коридоре, — Орочимару подошёл и небрежно стряхнул пыль с плеча ученика. Повернув его к сидевшему в комнате мужчине, он сказал:       — Знакомься, это мой помощник, Тенрю. Тенрю, это Наруто, мой ученик.       Наруто вежливо поклонился, не сводя глаз с незнакомца. Тот вызывал у него подсознательный страх. Мужчина был высоким, крепким, но чуть ниже Орочимару. Лицо казалось странно гладким — ни одной морщины или шрама. Маленькие чёрные глаза были похожи на жуков, а на лице полностью отсутствовала одна бровь. Густые тёмные волосы доходили до лба.       — Ну, чего застыл, малец? — раздался голос Тенрю.       Наруто вздрогнул. При такой мощной комплекции ожидался басистый голос, но Тенрю заговорил хриплым, шуршащим шёпотом, от которого по коже побежали мурашки. Мальчика затрясло. Орочимару, видимо, предвидел такую реакцию: он тут же достал из кармана ватку со резким запахом и поднёс к носу ученика. Наруто закашлялся, но пришёл в себя.       — Теперь понимаю, почему вы запрещаете мне общаться с подопытными, Орочимару-сама, — хмыкнул Тенрю, косясь вглубь комнаты.       — То-то же, — усмехнулся Сеннин и слегка похлопал Наруто по спине, успокаивая. — Давай закончим побыстрее, пока наш юный ниндзя не грохнулся в обморок.       — Эта лаборатория всегда ваша, мой лорд, — Тенрю заговорил тише, чтобы снова не напугать мальчика. — Все мои исследования — только ради ваших целей.       — Хорошо. Скажи, до меня дошли слухи, что в окрестностях появились «крысы». Это правда? — Орочимару сел на деревянный стул в центре комнаты, позволив Наруто осмотреться.       — Да, пришли около месяца назад. В город они не суются, поэтому я их не трогал. Но если прикажете...       — Не нужно. Я хочу научить мальчика убивать, так что они пригодятся. Поможешь ему в одном деле.       — Можете даже не просить, господин, — Тенрю опустился на одно колено. — Ваше слово — закон.       — Прекрасно.       Вдруг в углу раздался звон бьющегося стекла. Орочимару и Тенрю обернулись. Наруто стоял у стола с открытым ртом, а у его ног валялись осколки разбитой колбы.       Пока взрослые разговаривали, Наруто от скуки разглядывал инструменты. Увидев, как сильный и страшный мужчина так легко встал на колени перед Орочимару, мальчик от неожиданности выронил пробирку. Он понял, что Сеннин гораздо сильнее, чем кажется, раз заставляет таких людей подчиняться.       — Что случилось, Наруто-кун?       — Ничего, простите! Я сейчас всё уберу!       Наруто заметался по комнате в поисках метлы. Пытаясь найти хоть что-то, он заглянул за плотную тёмную ткань, перегораживающую часть помещения. Спустя секунду оттуда раздался дикий крик. Наруто вылетел обратно, упал на пол и, тяжело дыша, попятился назад, тыча пальцем в занавеску. Его зрачки расширились от ужаса.       — Ну и зачем ты туда полез? — вздохнул Тенрю. Он подошел и одним рывком сорвал ткань.       Перед Наруто открылся настоящий кошмар. В железных клетках лежали остатки людей — полусгнившие тела с сошедшей кожей. На столах покоились вскрытые трупы, из которых буквально вываливались внутренности. Повсюду была кровь. Из глубины доносились слабые, жуткие стоны. Наруто не выдержал: его вывернуло прямо на каменный пол остатками вчерашней еды. Сквозь слёзы он разглядел висящих на цепях детей. У некоторых не было ног, у кого-то выколоты глаза, а у одной девочки отсутствовала челюсть.       Для пятилетнего ребенка это было слишком. Наруто разрыдался. В панике решив, что его ждёт то же самое, он подполз к Орочимару, схватил его за плащ и стал умолять о пощаде.       — Глупый ты, Наруто-кун. Ты никогда не окажешься на этом столе. Если только тебе не понадобится медицинская помощь, — Орочимару прижал мальчика к себе, тихо посмеиваясь. Его голос звучал мягко, но взгляд оставался холодным.       — Ты для меня уже как сын. Не нужно меня бояться. Каким бы садистом я ни был, тебя я не трону. Мне, конечно, интересно, что стало с твоими каналами чакры после Кьюби, но потрошить тебя ради этого я не стану.       — Честно? — Наруто крепко обнял Змея своими маленькими дрожащими ручками, размазывая слёзы по его одежде.       — Честно. Пока ты со мной, никто тебя не обидит. Я научу тебя защищаться, чтобы ты никогда не стал таким же, как они, — Сеннин кивнул в сторону клеток. — Ну что, пойдём отсюда?       — Да, пожалуйста...       — Хорошо. Тенрю, приберись тут и подготовь свитки для тренировок моего сына.       — Будет сделано, Орочимару-сама, — помощник поклонился, провожая их взглядом.       Когда дверь закрылась, Тенрю повернулся к столу с трупами. На его губах заиграла безумная ухмылка.       — Ничего, юный господин. Скоро вы сами будете этим заниматься, — прошептал он, натягивая перчатки. Он взял скальпель и вернулся к работе с холодной, привычной точностью. Для него это было своего рода искусством, которое он посвятил своему мастеру. В лаборатории снова стало тихо, и лишь редкие капли крови гулко падали на каменный пол.