Любимец ветра

Кэп стоял у окна и думал, что эта странная чернота ничем не отличается он ночного моря. Такая же густая, плотная, с искрами звёзд и вереницами светлячков. — Знаешь, я когда маленьким был, часто уходил ночью в поле. Ложился на землю и смотрел в небо, — Зоран, наконец, отошел от стекла и облокотился на кресло в котором сидел Нортон. — Будто летаешь. Я потом, когда матросом нанялся, в море уплывал. Ляжешь на спину, а вокруг только звёзды и я, и больше никого. Ощущения намного сильнее, чем в детстве. Такое острое чувство одиночества, ужаса, возбуждения, будто лежишь на ладони у вечности, а она, в любой момент, может сжать кулак. — Знакомо, — Нортон не без труда поднял голову и посмотрел на Капитана. Уж слишком эти слова были близки к его мыслям. — А ты чего вдруг пиратом стал? Я же правильно понял, вы пираты? — Я бы назвал иначе. Сопротивление. — Грабите плохих и раздаете добычу хорошим? — улыбнулся Нортон. — Можно и так сказать, — кэп посмотрел на притихшего Юлиуса и понизил голос до шепота. — Да, это ближе всего к сути вещей. — Не выдержал новой обстановки и перегрелся, — Нортон кивнул в сторону уснувшего, прислонившись спиной в стене, лекаря. — Это он еще ученый, а как команда? Кстати, что с ними, они где? — Именно, что учёный. Много знает, больше думает, иногда, вот, и придумывает лишнего. С командой всё просто: велено сидеть и не отсвечивать — сидят и не отсвечивают. — Это очень хорошо и правильно. Нортон пересел поудобнее и поморщился от боли. Из курса доврачебный помощи он знал, что с ним почти всё в порядке, а ушибы и ссадины, по идее, должны спасть через пару дней. Зоран же, внимательно следивший за раненым, факт его дискомфорта не упустил. — Нет, так дело не пойдёт. Тебе нужно залечить раны. Геройствовать совсем ни к чему. — Отдыхать это хорошо, но есть много задач, — возразил Нортон. — Например провиант, питьевая вода, нужно разобраться где мы, обучить команду и тебя. Проверить в каком стоянии оружие и что… — Тихо-тихо, разошелся, — улыбнулся Зоран. — Мы пойдем неспеша и всё успеем. — Нет, — прервал его Нортон. — Я не могу вас вот так бросить одних, вдруг сепсис… это… лихорадка или что похуже. — Ну хорошо, — Зоран оглядел помещение, немного подумал и согласился. — Думаю ты прав. — Конечно прав, — Нортон хотел развести руками, но ребра сильно болели и он ограничился поднятыми ладонями. — Поэтому, — Зоран уперся рукой в спинку кресла на котором сидел Нортон, - жить мы будем с тобой прямо здесь. — Вдвоём что ли? — Нортон раздраженно хмыкнул, отпихивая от своей головы руку Зорана. — Тебя это смущает? — капитан наклонил голову, чтобы спрятать улыбку. — Ну в общем да. Мирок у вас со странностями. — Значит так ты решил? — Зоран больше не стал сдерживаться и заржал в голос. Юлиус, потревоженный смехом, что-то промычал во сне и удобно устроился на полу, свернувшись калачиком. — Ладно, мы все не по этой части. Извини, я тебя дразнил. — Так себе шуточки, — пробурчал Нортон. Дверь открылась без стука — Кэп, кок в бешенстве! — Пусть ждёт. Я здесь еще не закончил, — резко ответил Зоран и повернулся к старпому, чтобы уточнить что же именно из недавно сказанного команда не поняла, но увидев выращенные от ужаса глаза и трясущуюся руку, вытянутую в сторону окна, разумеется передумал устраивать выговор. — А! А-а-а! — наконец старпом обрел голос и завопил. — Нортон! — рявкнул капитан и развернул кресло. — Что это? Нортон увидел, как на них несётся сгусток ослепительно голубого света. — Чего разорались? — ухмыльнулся он. — Это всего навсего скульса — ящерка такая. Хорошо, что она нарисовалась, теперь я знаю где мы. Плохо, конечно, что она плотоядная. Но снова хорошо, что скульсу можно уничтожить обычной звуковой пушкой, а она, — Нортон потянулся к пульту и выдвинул рычажок, — у нас, кхе-кхе, в наличии. Пы-ы-ых! И мы снова в безопасности. — Стой! Он живой? — Зоран не отрывая взгляд от диковинного существа, переливающегося всеми оттенками голубого, перехватил руку Нортона и заявил. — Погоди убивать. — Не думаю, что именно сейчас нам стоит любоваться зверушкой. Это крупная скульсочка. Такие на раз корабль лома… — Помолчи немножко. Дай я кое-что попробую, — попросил его кэп. — Как скажешь, — Нортон убрал руку от пульта и с интересном наблюдал, как Зоран сел перед стеклом и, закрыв руками глаза, начал медленно раскачиваться. Прошло около трех минут. Старпом сидел на корточках возле проснувшегося Юлиуса и что-то тихо ему объяснял. Лекарь понимающе кивал. Нортон с восхищением наблюдал за тем, как зверь замедляется, тормозя крыльями, и замирает перед самым кораблём. Никогда он еще не видел живую скульсу так близко. — Он нас не тронет, — наконец сказал Зоран. — Хрена се! — взывл Нортон. — Что ты с ним сделал? — Договорился, — поднимаясь на ноги ответил капитан. — Я думал, что вы, пираты, без таких сантиментов. Чик и врага нет. — Мы не убийцы, а пираты. И это не враг, а всего навсего животное. Нортон, забыв про все свои повязки и боль, сам поднялся с кресла и подошел к Зорану. — Научишь? — В обмен на знание про пушку, — подмигнул ему капитан и аккуратно, чтобы не причинить боль, положил руку на плечо Нортону. — Кэп! Там кок беснуется, — напомнил о себе старпом. Зоран с тихим стоном развернулся и с мрачной целеустремленностью вышел в коридор.