Фриссон.

Паук нервно постукивает пальцами по железной балке маленького забора на крыше, смотря с неё вниз и на здания, на которых всюду висят плакаты. Раньше они редко бывали в этом городе, чаще миссии проходили вообще не в штатах, где-нибудь в отдалённых местах, чтобы не было свидетелей, а им, агентам, соблазна вкусить настоящую жизнь. Питер и раньше, хоть и очень редко, видел подобные плакаты: чувак в железном костюме, ещё один чувак в трико, которое со временем поменялось, но это ему интересно не было. Была цель и страх подвести команду. А сейчас, когда им сказали их убить, и стало известно, что эти люди спасают мир и жертвуют собой, весь настрой на быстрое выполнение миссии ушёл. От мысли, что человечество лишится из-за них надежды на спасение в опасной ситуации становилось дурно, в животе неприятно кололо, а в горле скапливался тугой комок. Питер и Лэс — дети, которых всю их жизнь обучали убивать и сражаться, им привили, что Гидра — главные, они всегда правы и устраняют лишь тех, кто мешает им прийти к миру. Но никто из выживших детей глупым не был, каждый понимал, что и с какой целью делается, но сопротивляться не мог. — Может, не будем убивать их? — Лэс выпускает дым от сигареты через нос, туша её о перила. Они с Питером стоят у края крыши, думая об одном, но в разных направлениях. Будучи воспитанниками Гидры, подростки понимают, как это важно иметь, живя в таком городе, только в их случае — базе, человека, на которого можно положиться. Человека, в котором уверен, которому безоговорочно доверишь свою жизнь. На планету, в частности Нью-Йорк, постоянно кто-то нападал, пытался уничтожить и разрушить. Жителям надо было в кого-то верить. У них разрушить всё могло одно неверное движение. Их веру много раз ломали — каждая смерть товарища разбивала в детях душу. — Ага, и тогда убьют кого-то из наших друзей. Спасибо, не надо, я лучше пристрелю этих двоих, но моя семья будет цела. — Питер, я тоже не хочу рисковать ими, но пожалуйста, ты же гений, нам надо придумать что-то, что поможет спасти обе стороны, — внешне Змея сохраняет спокойствие, держит голос ровно, но Паук слышит её громкие мысли, сосредотачивая свой взгляд на одной точке и напрягаясь, — мы может подстроить убийства. Или сделать графику, — нервно проводит по коротким, выбритым на виске и затылке, волосам, — прости, я сейчас чертовски дерьмово соображаю. — Понимаю, тоже мысли собрать сложно. Но неужели ты готова рискнуть всем ради… них? — Питер знает ответ на этот вопрос, он полностью с ним согласен, но нарастающее беспокойство всё равно остаётся в груди. — А я и не рискую. Я абсолютно уверена в нас с тобой, поэтому мы всё сможем и никто не умрёт, — Лэс ободряюще улыбается, протягивая руку вперёд, — и у меня уже есть намётки. Обещаю, это более продумано, чем прошлые варианты. — Никогда в тебе не сомневался, милая.

***

Питер держится одной рукой за стекло, второй быстро что-то печатая на голографической клавиатуре. У него восемь секунд, прежде чем Джарвис распознает посторонний объект на внешних стенах Башни. Он взламывает центральную систему безопасности, пробегаясь глазами по коду и отключая сигнализацию. Никто не узнает, что они здесь. Паук осторожно открывает панорамное окно, поднимая его вверх, проскальзывая в помещение. Взгляд падает на небольшую круглую платформу, возвышающуюся над полом сантиметров на сорок. Змея поправляет светлый парик, лучезарно улыбаясь охраннику и протягивая свой бейдж. Мужчина, слегка нахмурившись и косо на неё посмотрев, кивает, возвращая его в руки. Осталась последняя стадия проверки — сетчатка глаза. Девушка встаёт напротив аппарата, чуть нагнувшись. Человек за стойкой, смотрящий на результаты анализа, поднимает голову, улыбаясь уголком губ, замечая расстёгнутые пуговицы на рубашке Лэс. — Здравствуйте, Мисс Ванчернико, всё хорошо, ваша личность подтверждена. Приятного рабочего дня, — он похабно улыбается, подмигивая. Змея удерживает себя от того, чтобы закатить глаза. Она прикрепляет бейдж к нагрудному карману белого халата, отходя в сторону и забирая у ещё одного из охранников свою сумку, которую минуту назад обыскивали. Лэс, звонко цокая каблуками, идёт к лифтам. Её вид выражает надменность и уверенность в своей сексуальности. Она всего пять минут провела в образе одной из работниц Старк Индастриз, но уже знает, что та изменяет своему мужу с секретарём и учёным технического отдела, пользуется популярностью среди мужчин и, хоть и держится уверенно, носит под юбкой пистолет. Пока кабинка поднимается вверх, Лэс успевает словить на себе четыре мерзких взгляда от представителей мужского пола, но, как и была надежда, далеко не все сотрудники здесь — придурки. С ней в лифте едет ещё три девушки и семеро мужчин. Один из нервно перебирает листы в папке и выглядит, честно говоря, не лучше: растрёпанные волосы, помятая одежда, бледный цвет лица и слегка дрожащие руки. Мда. Вот как выглядит реальный работник Старк Индастриз. Так себе удовольствие. Змея встряхивает волосами, когда кабинка останавливается на тридцать первом этаже — выход Мисс Ванчернико. Она выходит, бегло осматривая лаборатории, и когда убеждается, что на неё никто не смотрит, быстрым шагом идёт к лестнице. Шестьдесят этажей вверх — не проблема, когда ты натренированный мутант. В мастерской Старка её уже ждёт Питер, рассматривающий технологии. — Как эта компания может быть такой успешной, если половина сотрудников — сексуально озабоченные петухи? — гневно, явно испытывая отвращение за сцены при идентификации личности и в лифте, шипит девушка. — Пялились на мою грудь и жопу даже не стыдясь! — Тони Старк один может заменить всех, кто находится в этом здании, ну за исключением супергероев и нас, так что ответ на твой вопрос лёгок — начальник, — Питер заинтересованно просматривает незаконченные проекты, уже выполнив большую часть своей работы. Теперь дело за малым — «случайно» спалиться. Они медленно идут по коридору, прислушиваясь к звукам, исходящим из гостиной. Питер проверяет обойму, удостоверившись, что в случае чего, патронов хватит на всех. Всё тело напряжено, мышцы забиты, как после долгой интенсивной тренировки, но дыхание ровное, не выдающее волнение. За стенкой слышится недолгое копошение, после чего все звуки пропадают. Лэс хитро улыбается, когда из-за угла вылетает кто-то и с размаху бьёт ей по лицу. На Питера тоже нападают, даже успевают совершить несколько ударов, которые сам парень благополучно останавливает. — Вы что делаете? Не видите, что перед вами дети? — в коридор выбегают Стив и Сэм, но и Наташа, и Клинт уже отошли, обнаружив свою «оплошность». — Видим, Сэм, не слепые, — шпионка хрустит шеей, разминая ушибленное запястье, с сожалением и недоверием смотря на тонкую струйку крови под носом девушки, на которую напала, — прости, я среагировала моментально, не было времени рассматривать противника. — Да ничего, не привыкать, — Лэс отмахивается, потому что знает о возможных действиях супергероев, у которых, с вероятностью двести из ста процентов, развилась паранойя. — Кто вы такие и что тут делаете? — Стив складывает руки на груди, с прищуром смотря на подростков. Он выглядит грозно, уверенно, можно было бы испугаться, но Паук и Змея знакомы с Зимним Солдатом. — Принц Лэс и Питер Паркер. Прибыли в Нью-Йорк по заданию Главных, цель — убить Стивена Гранта Роджерса и Энтони Эдварда Старка. Статус задания — не выполнено, причина — не желание лишать граждан Америки супергероев и уверенности в своей безопасности, — Лэс, стоя с прямой спиной, с интересом наблюдает реакции на свои слова. — О, — глупо открывает рот Клинт, — как откровенно. — И почему, спрашивается, мы должны вам верить? Где основания, которые не дадут нам прямо сейчас отправить вас под суд? — Наташа направляет на них пистолет под неодобрительный, но понимающий взгляд Стива. — Оснований нет, мэм, наоборот, вы можете убить нас, потому что за невыполнение задания Главные накажут наших товарищей. Мы не хотим, чтобы они страдали, поэтому можем убить вас, несмотря на нежелание, — Лэс поджимает губы, бросая короткий взгляд в сторону Питера и сжимая его руку за спиной. Наташа замечает жест девушки, косясь на мальчика, которому от силы двенадцать лет. У них нет причин верить детям, но сердце предательски сжимается, когда шпионка вспоминает своё детство в Красной Комнате. По спине пробегает холод, а ладони потеют — неприятно. Она отмахивается от ненужных мыслей, крепко сжимая пистолет, медленно переводя с одного на вторую. — Мы можем выслушать вас, но при условии, что на вас будут наручники из вибраниума, — из-за поворота выходит Тони Старк собственной персоной, со скрещёнными за спиной руками. Он в привычной для его сожителей одежде — в костюме, мужчина крайне редко позволяет себе ходить при ком-то в обычных футболке и спортивках, чтобы не разрушать создаваемый годами образ. — Хорошо, — Паук молчит, неотрывно смотря на Тони, пока Лэс тянет его за собой, поглаживая по руке. Сейчас, когда мальчик увидел вживую его, он как никогда прежде нуждается в поддержке. Она тихо, чтобы услышал только Питер, шепчет «Я рядом. Всё хорошо.» Стив странно на них смотрит, как-то опечаленно, с примесью подозрения и интереса. Тони ведёт их в свою мастерскую, где Питер уже был, садится в кресло, закидывая правую ногу на левую и скрещивая руки на груди. Наташа, не поворачиваясь к детям спиной, подходит к одному из ящиков у дальней стены, доставая оттуда массивные наручники. — Не подумайте, мы не изверги, но кто-то отключил Джарвиса, причём аккурат в тот момент, когда в здание вошли вы, — Тони медленно качается из стороны в сторону, пока Питер и Лэс покорно протягивают руки вперёд, когда Наташа подходит к ним. — Джарвиса не отключали, он работает, просто воспринимает нас как своих. А вот центральную систему безопасности да, взломали, — наконец подаёт голос парень, сжав челюсть. — И кто же, интересно, её взломал? — Тони пытается поймать взгляд Питера, но тот упорно смотрит в пол, не поднимая головы. — Ну что ты, боишься меня что ль? В голосе мужчины нет насмешки, лишь чистый интерес и лёгкий дискомфорт. Может он и не лучший человек на этой планете, но дети, которые, хоть и высока вероятность, представляют опасность, в вибраниумных наручниках — даже для него перебор. Но жизнь — штука непредсказуемая. — Я, сэр, — парень кусает губу, но этого никто не видит. — Я так понимаю, вам нужно знать в подробностях причину нашего здесь нахождения? Клинт и Тони с сомнением смотрят друг на друга — вряд ли им сказали правду, наверняка это был кто-то другой. Наташа, воспользовавшись заминкой остальных, мельком посмотрела на Сэма и Стива, слегка наклонившись к лицу Питера: — Да, пожалуй. — Три дня н… Нет, начнём пораньше, я думаю, — отвечает Лэс, поднимая скованные руки и лёгким касанием пальцев отодвигая шпионку от брата, — в две тысячи втором году Гидра похитила сорок детей для экспериментов. Мы с Питером в их числе. В течение десяти лет нас тренировали для подобных миссий, мы знаем в идеале тридцать шесть языков, владеем всеми видами ведения боя и оружия, способны проанализировать всё, что угодно и в какой угодно ситуации. В результате одного из экспериментов, — Змея сглатывает ком, образовавшийся в горле из-за потока картинок перед глазами, — я, Питер, Лана и Дин — одни из нас — стали мутантами. Пока информации насчёт этого достаточно. Три дня назад нам дали задание — убить Тони Старка и Стива Роджерса. До этого, на предыдущих миссиях, мы видели плакаты, посвящённые вам, поэтому приняли решение сдаться добровольно и рассказать всё с надеждой на понимание и помощь, потому что, если в течение следующих четырёх часов мы не предоставим Главным доказательства о выполненном задании, они будут пытать, а может, из-за того, что вы — важная цель, и убьют кого-то из нашей семьи. Семья — люди, язык не поворачивается назвать их детьми, работающие с нами. Мы держимся друг за друга и поддерживаем, ни я, ни Питер не хотим, чтобы из-за нас они пострадали. Но убивать вас мы тоже не хотим. Лэс облизывает губы, с волнением осматривая взрослых, стараясь контролировать своё дыхание. Стив сжимает кулаки, представляя, как Гидра мучает детей. Детей. От одной только мысли, что там могут делать, становится плохо. Ещё тогда, в сороковых, без навороченной техники они могли многое, а сейчас на дворе двадцать первый век — век технологии и возможностей. Сэм косится на парня, который всё ещё напряжён. Мужчина, заметив, что таким он стал только с появлением Старка, обещает себе подумать над этим. Клинт криво улыбается, даже не предпринимая попыток сдержать гримасу отвращения. Живот неприятно крутит, когда он представляет маленьких карапузов, учащихся драться в ужасных условиях. Тони залпом выпивает стакан виски, отгоняя навязчивую мысль «Кристофер мог быть там». Наташа неуверенно хлопает Лэс по плечу, с сожалением и болью смотря ей в глаза. Ей кажется, что девушка видит её насквозь, знает о прошлом в Красной Комнате. Становится неуютно. — Нам надо поговорить без вас, — Тони с громким стуком ставит пустой стакан на стол, поднимаясь с кресла и поправляя рукава, — Роджерс, будь так любезен, отведи их в другую комнату и запри. Стив согласно кивает, легко кладя ладони на спины детей, направляя их к выходу.