Сад Эдема

      Глава VI (часть 1)       Не человек.              1941              ???              Снег крупными хлопьями падал на землю. Холод пронизывал мужчину до костей. Пошатываясь, он пытался идти как можно быстрее несмотря на то, что постоянно спотыкался о лежащие на земле трупы, а босые ноги скользили на не застывшей крови и слизи выпавших из разорванных тел органов. Ледяная вода и снег смешанные с кровью, прилипали к ступням. Мужчина споткнулся о чью-то голову и уставился вниз. Глаза, замёрзшие в гримасе страха, смотрели на него. Он отшатнулся, но его шаги всё равно привели к следующему телу. И следующему. Всё это он оставил позади. То, что было людьми легко рвало, кусало и убивало живых, не важно, было ли у тех оружие и каким оно было. Что мертво нельзя убить. Чёрная форма, красная кровь, серая кожа, белый снег. Всё смешалось. Всё мертво.       Вой ветра подступающей метели не мог скрыть крики, что теперь существовали только в его голове.       Окоченевшие пальцы сжимали увесистую стопку папок — всё что осталось от этого места, всё, для чего оно существовало.       Теперь она станет отправной точкой в его новой жизни.                     2014              Лондон              Жаркий воздух обжигал кожу Дэниэла, словно раскалённый песок, поднятый ветром. А, это же он и был. Прикрывая от палящего солнца лицо рукой, он сквозь пальцы наблюдал за окружающим миром. Запах земли смешивался с ароматами трав, масел и свежевыпеченного хлеба. Гул голосов наполнял пространство: низкие баритоны, звонкие женские речи, заливистый детский смех. Всё они сливались с пением птиц и мягким шорохом ткани, колышущейся на ветру.       Он стоял на площади, залитой ярким светом. Каменные плиты под ногами были неравномерны, их поверхность покрыта трещинами и пятнами. Люди в странной старинной одежде неспешно шли. Повозки, запряжённые мулами, медленно пробирались через толпу, их деревянные колёса громко скрипели.       На горизонте возвышалась массивная стена с узкими бойницами и высокими воротами, ведущими к чему-то, что он не мог разглядеть. Купола и плоские крыши зданий отражали ослепительное солнце. Пыль и песок кружили в воздухе, заставляя людей жмуриться и прикрывать лица платками.       Дэниэл медленно двигался по площади, его взгляд ловил каждую деталь. Ряды торговых лавок переливались цветами: груды оливок и фиников, горы душистых специй, корзины с гранатами, апельсинами и виноградом. Торговцы громко зазывали покупателей, ну, наверное, — язык он разобрать не мог. Женщины с кувшинами на плечах двигались к ближайшему колодцу, где с тихим плеском журчала вода.       Вокруг росли низкорослые оливковые деревья, их серебристо-зелёные листья мягко шевелились под горячим ветром. Запряжённые животные стояли под их тенью, терпеливо ожидая своих хозяев. Каменные здания с узкими окнами и свисающими тканями напоминали сцены из книг.       Его внимание привлекла небольшая группа мужчин, стоящих в кругу под раскидистым деревом. Они оживлённо разговаривали, и в их речи слышалась такая уверенность и обаяние, что ему захотелось подойти ближе. Каждый из них выглядел простым и одновременно каким-то величественным. Их одежда была выцветшей от солнца, но чистой.       Но чем ближе он подходил, тем страннее становились их очертания. В отличии от остальных людей, их лица словно расплывались, будто подёрнутые дымкой. Черты исчезали, оставляя лишь тени. Он шагнул ближе, чтобы рассмотреть лучше, но внезапно почувствовал грубую, тяжёлую руку на своём плече. Она резко дёрнула его назад, заставляя оступиться.              Дэниэл открыл глаза и испуганно сел на кровати, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Из угла на него блаженно смотрела икона, её золотистый отблеск, отражённый от утреннего света, казался зловещим и осуждающим.       — Блядь, — пробормотал он себе под нос, смахивая с лица остатки сна. Быстро поднявшись, он направился в сторону кухни, мысленно надеясь, что остальные в лучшем состоянии, чем он.              Там царила странная тишина. Алекс уставился в свой чай и выглядел так, будто пытался его загипнотизировать. Аллен сидел напротив, как воплощение напряжения, сверля парня взглядом.              — И долго вы так сидите? — разорвал молчание Дэниэл, щёлкнув пальцами перед лицом мужчины. Подхватив стоящую перед ним чашку кофе, он с довольной ухмылкой отпил глоток.       Аллен никак не отреагировал. Его взгляд продолжал прожигать Алекса, но теперь обрёл оттенок раздражения.       — Котёнок, не надо придумывать план по убийству моего друга, он мне как брат, — лениво произнёс Дэниэл. — Мне будет грустно без него.       Аллен медленно повернул голову в его сторону и смерил тяжёлым взглядом, который говорил: «Ты, говорящий мусор, вынеси себя на помойку».       Дэниэл, улавливая настроение, хмыкнул и, решив не доводить дело до конфликта, вернулся к кофе. В постели он мог доминировать, но в реальной жизни… С этим было всё сложно.       Спустя полчаса напряжённого молчания, которое, кажется, даже не разбавлялось звуком дыхания, по квартире раздались тихие и заметно осторожные шаги.       Дэниэл поднял взгляд на вошедшего Элиса, всем видом умоляя его что-то предпринять. Тот, заметив этот немой посыл, глубоко вдохнул.       — Мне сейчас так стыдно, что я хочу умереть, — громко и без предисловий сказал он. — Аллен, пожалуйста, не…       Аллен же, словно только и ждал сигнала, резко повернул голову в его сторону.       — Из всех людей на планете ты выбрал того, кто, блядь, похож на…       — Из всех мужчин на планете ты выбрал бледную чумную собаку, — перебил его Элис с ледяным спокойствием. — А до этого спал с жирными, вонючими маразматиками, у которых даже хер не стоял нормально. Разговор окончен.       Атмосфера в комнате зависла на грани катастрофы. Алекс нервно отхлебнул чай.       Аллен просто застыл, пытаясь переварить услышанное. Его глаза округлились до такой степени, что Дэниэл едва сдержал смешок. Не желая попадать под горячую руку, если вдруг что-то случиться, он сбежал переводить себя в порядок, после беспокойного сна.       Но первая волна шока быстро сменилась хриплым, с трудом сдерживаемым смехом.       — Ладно, — наконец произнёс мужчина, откинувшись на спинку стула.       — Отлично, — подтвердил Элис, проходя мимо них так, будто ничего не произошло, и скрылся за дверями ванной.              Двое снова остались одни, и между ними повисла неловкая тишина.       Что-то внутри вдруг подтолкнуло Аллена начать разговор. Возможно, сейчас самое подходящее время решить вопросы, которые уже какое-то время не давали ему покоя. Хотя он так и не смог до конца разобраться в своих чувствах к Дэниэлу и решил плыть по течению, кое-что всё-таки его тревожило.       — Ты можешь мне помочь? — Аллен перекинул волосы через плечо и начал бездумно перебирать их пальцами. — Дэни…эл планирует найти работу, так ведь? Просто… — почему-то этот простой разговор давался ему с трудом, и он никак не мог подобрать подходящих слов. — У него не лучшее финансовое положение, и я, может быть, мог бы помочь. Ему даже не обязательно работать, какая разница? Вроде бы, мы даже об этом говорили…, и я недавно заметил трещину на экране его телефона и предложил купить ему новый, но он так странно на меня посмотрел… Я не понимаю.       — М, — Алекс скривил рот, задумчиво глядя на него. — Прости, но я не вижу смысла быть с тобой чрезмерно вежливым — мы уже действительно не в таких отношениях. Поэтому скажу прямо: это выглядит так, будто ты хочешь купить его, как шлюху.       Аллен застыл, но не успел возразить. Парень продолжил:       — Ты старше, образованнее, эрудированнее, богаче, настолько, что можешь позволить себе буквально всё. У тебя другой социальный статус, и на твоём фоне он выглядит… ну, как нищий из трущоб, который продаёт своё тело. И, между прочим, его финансовое положение вовсе не «не лучшее», оно обычное. Как у большинства людей. Может даже чуть лучше, всё же, его родители оплатили его образование.       Аллен сглотнул, словно слова Алекса поразили его в самое сердце. Он сжал волосы в руках, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями.       — Я не… не это имел в виду, — тихо начал он, голос звучал непривычно неуверенно. — Я просто хотел помочь. Я могу, и это не составит для меня никакого труда. Разве это плохо?       Парень устало вздохнул, проведя рукой по волосам:       — Слушай, я понимаю твои намерения, но со стороны это действительно выглядит странно. Ты предлагаешь ему то, о чём другие даже не могут себе позволить мечтать — дорогие подарки, свободу от работы, уверен, что ты ему ещё и дом бы купил. Но ты думал о том, как это воспринимает он? Возможно, ему это не нужно. Или… он чувствует себя униженным от того, что не может ответить тебе тем же.       Аллен откинулся назад, чувствуя, как его мысли путаются ещё больше.       Алекс помолчал, словно обдумывая, прежде чем произнёс:       — Тебе стоит разобраться в себе. Что ты к нему чувствуешь на самом деле? Потому что сейчас это больше похоже на покупку домашнего животного, жалость или желание контролировать, а не что-то искреннее. Разберись, Аллен. Иначе вы оба только пострадаете. Я, честно, даже не видел, чтобы вы разговаривали.       Слова больно задели Аллена, гораздо сильнее, чем он ожидал. Что он чувствовал к Дэниэлу? Интерес. Страсть. Когда он увидел Дэниэла, оседающего на пол с пробитой головой, испытал нечто иное — страх. Непонимание, как совершенно чужой человек может так самоотверженно поступить.       Может, он и говорил о любви, но была ли это правда?       Их отношения были сложной смесью из одержимости, желания, животной страсти и обстоятельств.       Алекс тихо выдохнул, отвёл взгляд и снова посмотрел на Аллена, заметив его растерянность.       — Я не знаю, что у вас обоих на душе, — наконец произнёс он, внимательно смотря на него. — Может быть, всё станет понятнее со временем.       — Считаешь наши отношения провальными? — Аллен впился в него взглядом, ожидая прямого ответа.       — Нет, — Алекс пожал плечами. — Но, как мне кажется, сейчас не время строить личную жизнь. Мы вроде как ищем вашего пропавшего родственника, который, судя по всему, не без удовольствия убивал людей.       Аллен резко фыркнул, его губы дрогнули в усмешке, хотя глаза остались холодными. Он скрестил руки на груди.       — Ты? Ты говоришь мне это? Полночи строил свою личную жизнь с моим братом. Довольно громко. К тому же этот родственник — его отец.       Алекс чуть поморщился, но не отвёл взгляд.       — Я хотя бы понимаю, что делаю, — спокойно ответил он. — А ты пока сам не разобрался, чего на самом деле хочешь. И от Дэниэла в том числе.       Аллен прищурился, его голос стал громче, а в словах зазвучало раздражение:       — Что я хочу? Ты серьёзно? Я просто хочу…       — Быть рядом? — Алекс перебил его с лёгкой иронией в голосе. — Или сделать так, чтобы он зависел от тебя? Ты привык, чтобы всё шло по твоим правилам, Аллен. Чтобы ты контролировал каждую мелочь. Но с ним это не сработает.       — Ладно. — Аллен выдохнул. — В конце концов, он смог заставить меня меньше пить. Кто тут кого ещё контролирует…       ***              Эмоции после вчерашнего неприятного открытия улеглись, и теперь Элис мог сказать, что, в целом, совершенно не удивлён. Смирение пришло как-то само собой, будто всё, что произошло, было неизбежно. Отец убивал людей? Ну и чёрт с ним. Если они всё-таки смогут встретиться, то Элис просто попробует вытянуть из него правду. А там уже как получится — принять, осудить или просто забить.       Сейчас его больше волновало то, что произошло ночью. О, об этом он точно не жалел. Смахнув со лба мокрую челку, он бросил взгляд в зеркало. Постаравшись откинуть все навязчивые мысли, Элис внимательно осмотрел своё отражение. На самом деле, всё не так плохо, как ему казалось. В какой-то степени физическая близость с другим человеком (высоким, самоуверенным в себе красавчиком, который мог выбрать любого, но выбрал его) и яркий засос на бедре добавили уверенности.       Но тревога никуда не делась.       Прошлое может остаться в прошлом, но будущее… Будущее угнетало. Никакого чёткого плана у них не было. Приехать, поговорить, поугрожать револьвером…и что дальше? Попытка вытянуть из Дэниэла предсказание тоже вряд ли принесёт что-то хорошее. Он выглядел измотанным и, похоже, ещё не отошёл от вчерашнего.       Элиса вырвал из мыслей резкий стук в дверь.       — Ты там утопился от стыда? — Дэниэл стоял, подперев плечом дверной косяк. На вид собранный, но в глазах всё же читалась такая же тревога.       — Знаешь, мы можем подождать пару дней, — продолжил он. — Собраться с мыслями, всё такое.       — А ты сам-то хочешь ждать? — Элис прищурился, оглядывая его с головы до ног. — По-моему, мы оба ждали слишком долго.       Дэниэл усмехнулся, но ничего не ответил.       Ему казалось, что они уже на финишной прямой. Ещё немного, последний рывок, и все тайны наконец раскроются. Эта мысль странно успокаивала, как будто конец, какой бы он ни был, обещал облегчение. Смущал, конечно, сегодняшний сон, но он решил не придавать ему значения. Ну, просто сон. Ему ведь могут сниться просто сны, без скрытых смыслов и мрачных предзнаменований? Хотя что-то в нём всё-таки не давало покоя, шевелилось где-то на краю сознания, подтачивая его уверенность.       Было ещё одно, что приятно удивляло. После последнего «приступа» он не чувствовал себя полутрупом. Обычно, когда его «накрывало»: целые сутки он валялся еле живым, с тошнотой, головной болью и ощущением, будто его тело больше не принадлежит ему. Но на этот раз всё было иначе. Голова не гудела, мысли не путались. Всё стало чётче, яснее, осмысленнее, что-ли. Он почти чувствовал себя нормально.       Похоже, тот «ритуал» действительно сработал. Хотя думать об этом Дэниэл старался как можно меньше. Воспоминания о нём казались липкими, как паутина, от которой невозможно полностью избавиться. Как только он касался этой темы в мыслях, его тут же охватывало странное ощущение, будто кто-то невидимый смотрит ему в затылок.       Вместо этого он сосредоточился на предстоящем. Они просто обязаны дойти до конца.                     ***              Указанный адрес привёл их в мрачный, будто вымерший пригород. Небольшие частные дома выстроились в ровный ряд, их одинаковые фасады казались мёртвыми. Окружающая тишина давила, в ней не было ни шума машин, ни звуков жизни, несмотря на разгар дня. Лишь ветер шелестел сухими листьями по асфальту.       Они остановились перед высоким железным забором. Калитка была снабжена магнитным замком, ржавым, но всё ещё выполняющим свою работу.       Конечно, закрыто.              — Ну что, всё? — Дэниэл осмотрел забор, слегка тронув один из железных прутьев — пролезть тут без шансов, даже, с его комплекцией. — Хотя бы звонок могли повесить.       Элис стиснул зубы. Он уже поднял руку, чтобы в гневе ударить по калитке, но его остановила резкая хватка. Аллен молча перехватил его запястье и, взглянув осуждающе, указал на замок.       — С другой стороны открыть можно, — сказал он негромко, будто опасаясь, что кто-то посторонний услышит. Затем перевёл взгляд на Алекса. — Кто-то достаточно высокий сможет перелезть.       — Тут все достаточно высокие, — пробормотал Алекс с издёвкой, но шагнул вперёд. Бросив окурок на землю, он внимательно осмотрел забор, затем ухватился за верхнюю перекладину.       Металл был холодным и скользким, после прошедшего дождя. Парень поднялся с трудом, едва не сорвавшись на землю, но, выругавшись вполголоса, всё-таки оказался на другой стороне. Он тихо спрыгнул вниз, боясь потревожить зловещую тишину двора, и несколько раз с усилием нажал на заклинившую кнопку замка. Дверь наконец открылась, скрипнув так громко, что все невольно скривились.       — Добро пожаловать, — сухо бросил Алекс, расправляя куртку.       — Надеюсь, не в Ад, — ответил Аллен, проходя внутрь, но в его голосе не было даже намёка на шутку.       Элис молча шагнул за ними. Что-то в этом месте было неправильным. Воздух казался густым, тяжёлым, душным, и каждое их движение отзывалось беззвучным эхом. Дом, стоящий в глубине, смотрел на них тёмными окнами, как пустыми глазницами.       Зайдя во двор, они аккуратно принялись осматривать территорию.       Скривив лицо, Аллен придирчиво огляделся. Довольно неопрятно, местами газон зарос сорняками, кое-где валялся мусор, а на стенах дома виднелись пятна сырости. Однако, в целом, всё выглядело терпимо. Внезапно порыв ветра раскачал старое дерево, и сухая ветка с громким треском ударила в окно. Аллен резко обернулся, но не удержался на скользкой траве и неуклюже рухнул на землю. В ладони неприятно защипало. Стоило обуть что-то более подходящее.       Все трое тут же подошли к нему и синхронно нахмурились.       — Уже ветром сносит? — Алекс не упустил возможности вставить шутку. — Чёрт…       — Нормально, — Аллен вытер кровь о и без того испачканные штаны. Разбитое стекло, валявшееся в траве, оставило на его ладони неглубокий, но ощутимый порез. — Дэни, как думаешь, плохой знак?       Тот лишь пожал плечами и помог мужчине подняться.       Дэниэл настороженно повёл головой, внимательно оглядываясь по сторонам. Тихо. Почему к ним до сих пор никто не вышел?       — Может, в дверь позвонить? — предложил Алекс, всё ещё с недоверием оглядывая дом.       Элис покачал головой и, будто читая мысли Дэниэла, сказал:       — Если нас никто не заметил, то, может, стоит сохранить эффект неожиданности. Я видел там заднюю дверь, она выглядит не слишком надёжной. Попробуем выбить или сломать замок?       — А если там кто-то есть? — тихо спросил Дэни, бросая настороженный взгляд на окна, за которыми царила пугающая тьма.       — Ну, там точно кто-то есть, — усмехнулся Элис, но в его голосе было напряжение.              Они медленно двинулись к задней части дома, ступая осторожно и прислушиваясь к каждому шороху. Ветер продолжал раскачивать деревья, их скрип действовал на нервы. Аллен, нахмурившись, сжимал пострадавшую ладонь. Ещё никого не встретили, а уже начались проблемы.       Дойдя до задней двери, Элис прижал ладонь к облупившейся деревянной поверхности провел по ней рукой, спустившись вниз он тихонько надавил на ручку.       — Заперто, — пробормотал он. — Кто бы сомневался…       — Дай попробую, — сказал Алекс, осмотрев дверь. Он упёрся плечом и толкнул сильнее, но та даже не шелохнулась. — Проклятье…       — Давай вместе, — предложил Дэниэл, вставая рядом.       — Может стоит быть тише? — зашипел Аллен, озираясь.       Элис вздохнул, обречённо посмотрел на двоих парней, и, обхватив ручку двумя руками, резко дёрнул вниз. Дерево жалобно затрещало, но… ничего не произошло.       — Погоди… — Алекс наклонился ближе и прищурился, разглядывая щель замка. — Тут, кажется, можно чем-то поддеть.       — Чем? Ногтем? — усмехнулся Аллен.       — У кого-то есть нож? — спросил Алекс, оборачиваясь к остальным.       Дэниэл порылся в рюкзаке и достал небольшой складной ножик.       — Это всё, что у нас есть, — сказал он, передавая его. — Я стащил у Николаса. Не смотрите так.       Алекс аккуратно вставил лезвие в щель и принялся возиться с замком, стараясь не сломать нож. Несколько минут напряжённого молчания, и вдруг раздался щелчок.       — О… — выдохнул Алекс.       Дверь медленно приоткрылась.       — Ладно, пошли, — кивнул Аллен, первым переступая порог.              Они вошли внутрь, стараясь не шуметь, дверь за ними скрипнула, закрываясь. Дом встретил гнетущей тишиной и темнотой.       И вдруг кто-то с силой ударил по выключателю. Раздался громкий треск, и пара тусклых ламп вспыхнула, заполняя комнату резким, дрожащим светом.       В углу, среди хаотично сваленных коробок, вещей и пыли, стоял мужчина. Он слегка склонил голову набок, скривив губы, и посмотрел на них с явным осуждением, так, словно одновременно и ждал их появления, и был этим крайне недоволен.       Медленно оторвавшись от стены, он шагнул ближе, и его уверенная, лениво-грациозная походка заставила всех инстинктивно напрячься.       Алекс рефлекторно вышел вперёд, заслоняя остальных. Скользнув взглядом по незнакомцу, он невольно отметил его высокий рост — около шести с половиной футов, утонченное, аристократическое лицо, обрамлённое беспорядочными чёрными завитками. Тонкая талия, длинные ноги.       Но сильнее всего цепляли большие, глубокие, абсолютно чёрные глаза — бездонные, будто лишённые зрачков, они резко контрастировали с бледной, фарфоровой кожей.       «Красивый. Ему бы в модели…» — на миг пронеслось в голове Алекса, и он тут же мысленно выругался за собственные нелепые мысли.       Но затем его взгляд зацепился за губы незнакомца. Узкий, старый белёсый шрам тянулся от уголка рта по щеке, создавая иллюзию полуулыбки.       Молчание повисло между ними, густое и давящее. Казалось, оно длилось вечность, пока Элис, не выдержав, дерзко выпалил:       — Голова не кружится?       Это прозвучало неожиданно громко в гробовой тишине.       Мужчина не моргнул, только чуть сильнее склонил голову, словно изучая их ещё пристальнее.       — Во-первых, не вежливо врываться в дом незнакомых людей, — его голос был тихим, с лёгкой ленцой, — Во-вторых, шутить про мой рост не очень уместно, в обстоятельствах, при которых мы встретились. — Тут же он повернул голову и его взгляд упёрся в Дэниэла, — А тебя тут вообще быть не должно.       Закатив глаза, Аллен толкнул Алекса плечом, оттесняя его, и твёрдым шагом вышел вперёд. Подняв руку с револьвером, он прицелился прямо в грудь мужчины. Его рука почти не дрожала.       Стараясь говорить уверенно, не выказывая замешательства, Аллен задал вопрос, который вертелся у него в голове. Остальные, казалось, не узнавали того, кто стоял перед ними.       — Что ты такое, и почему выглядишь так молодо? — его голос даже не сорвался. — Стой, блядь, на месте.       Мужчина насмешливо скользнул взглядом по оружию, словно смотрел на игрушку в руках ребёнка. Игнорируя заданный вопрос, он сделал медленный шаг вперёд, излучая пугающую уверенность.       — Мы всё ещё можем остановиться на конструктивном диалоге, без бессмысленного кровопролития, — ровным голосом произнёс он. — Может, хотите чай?       Алекс судорожно сглотнул, а Элис сжал кулаки, но первым не выдержал Дэниэл. В его глазах полыхнуло что-то дикое, и прежде, чем кто-то успел его остановить, он рывком выхватил револьвер у Аллена и, движимый неконтролируемым порывом, нажал на спусковой крючок.       Грохот выстрела. Пространство наполнил запах гари и крови.       Мужчина отшатнулся, медленно опуская взгляд на рану в животе и зажимая её. Кровь густыми тёмными пятнами расползалась по его рубашке, из отверстия рваной ткани была видна пробитая насквозь плоть. Но, ко всеобщему ужасу, через несколько секунд он выпрямился, словно выстрел был лишь неприятным ударом.              — Какого хуя?.. — прошептал Дэниэл, лихорадочно пытаясь понять, как перезарядить револьвер.       Аллен, не теряя времени, выхватил оружие обратно и методично выстрелил ещё несколько раз. Глухие хлопки разносились по комнате. Но вместо того, чтобы упасть, мужчина лишь слегка пошатывался, а затем… раны начали затягиваться, исчезая, как будто их и не было.       — Это невозможно… — выдохнул Алекс, пятясь назад.       Пауза длилась всего мгновение, но этого хватило. Незнакомец рванулся вперёд с нечеловеческой скоростью, его движения были размыты, а прежде, чем Аллен успел среагировать, удар пришёлся ему по запястью, выбивая револьвер на пол. Глухой стук металла о деревянные доски прозвучал оглушительно.       Схватив Аллена за руку, мужчина грубо заломил её за спину, заставляя того вскрикнуть от боли.       — А теперь, — его голос стал холодным, в нём больше не было той ленивой насмешки, — вы осторожно достаёте всё, что притащили, или я сверну ему шею.       На пол со стуком полетел складной нож. Алекс бросил растерянный взгляд на Дэниэла, но тот лишь беспомощно развёл руками. Губы его дрожали, а лицо было бледным, как полотно.       — Это… всё, — пробормотал он, с трудом сглатывая.       Незнакомец медленно провёл взглядом по их испуганным лицам, усмехнулся и, не ослабляя хватки на руке Аллена, шагнул вперёд, заставляя их пятиться назад.       — За мной, — его голос звучал почти шёпотом, и от этого он стал ещё страшнее.                     Коридоры тянулись бесчисленными поворотами, превращаясь в лабиринт, от которого начинала кружиться голова. Элис не мог сосредоточиться, он видел лишь бесконечное море дверей и ответвлений, которые будто уводили их всё дальше от реальности. Как дом может быть таким большим? Этого просто не могло быть.       Мысли путались, будто кто-то нарочно менял и стирал их, оставляя только липкий страх и отчаяние. Всё, что оставалось — это молча смотреть на Аллена, которого незнакомец тащил вперёд, словно мешок. Лицо Аллена перекосилось от боли, но он не сопротивлялся, это было просто бессмысленно. Алекс и Дэниэл шагали позади, обменивались лишь редкими тревожными взглядами. Никто не решался сказать хоть слово.       Тишина нарушалась только глухими ударами их шагов.       Даже стены, казалось, сжимались вокруг, как ловушка.       Наконец, спустившись по лестнице вниз, они остановились перед дверью. Её поверхность была покрыта незнакомыми символами, выжженными или вырезанными с поразительной точностью, как написанные на обычной бумаге. Чёрные и красноватые линии казались живыми, словно шевелились под тусклым светом.              — Что это ещё за… — начал было Дэниэл, но голос тут же затих, когда он почувствовал, как по телу разлилось ледяное онемение.       Странная, давящая аура окутала их всех, как плотный невидимый кокон. У Элиса подкосились ноги, он едва удержался, чтобы не опуститься на колени. Ноги стали ватными, руки слегка дрожали.       — Что… — Алекс попытался заговорить, но голос его прозвучал едва слышно, словно пространство вытягивало из него все силы.              Мужчина, всё это время молчавший, коротко взглянул на них через плечо.       — Добро пожаловать, — сказал он спокойно.       Открыв дверь ключом, он рывком втолкнул Аллена внутрь. Тот споткнулся, рухнул на колени и зашипел от боли. В помещении горел тусклый свет и было довольно душно.       Элис и остальные, переглянувшись, осторожно переступили порог. Но едва он вошёл, как его накрыла волна странного, до боли знакомого запаха.       Он замер, сердце пропустило удар.       И в этот момент чьи-то крепкие руки внезапно обвили его, прижимая к себе с силой, от которой перехватило дыхание. Он почувствовал тепло чужого тела и бьющееся сердце.       — Элис… — над его ухом раздался дрожащий голос, в котором смешались изумление и страх.       Элис оцепенел, боясь поверить своим ушам. Медленно подняв голову, он встретился взглядом с мужчиной, который держал его так крепко. Его лицо ничуть не изменилось, разве что кожа стала бледнее, чем он помнил. Криво обрезанная челка скрывала часть лица, а длинные рыжие пряди струились вниз по плечам и спине.       — Папа?.. — голос Элиса прозвучал едва слышно, хрипло, словно он произнёс это слово впервые за десять лет.       Алекс и Дэниэл замерли, молча глядя друг на друга с полным непониманием. Как этот человек может быть чьим-то отцом?       Аллен с трудом сел, прижимая раненую руку, и с удивлением посмотрел на мужчину, державшего Элиса. В напряжённой тишине слышалось лишь их прерывистое дыхание. Его глаза тут же наполнились влагой. Он не мог пошевелиться. В груди всё перевернулось, мысли спутались.       — Ты… всё-таки… — Аллен сглотнул, пытаясь подобрать слова, но вместо этого лишь судорожно выдохнул.              Элис чувствовал, как внутри нарастает паника, смешанная с лихорадочным счастьем и страхом.       Позади них мужчина, который привёл их сюда, с ухмылкой наблюдал за сценой, скрестив руки на груди.       — Трогательная встреча… — усмехнулся он.       — Фэй! Блядь! — рыжим вихрем мужчина подлетел к нему, резко дёрнул за ворот рубашки вниз, собираясь заорать прямо в лицо, но, заметив состояние Фэя и пятна засохшей крови, заметно остыл. Он сделал шаг назад, выдохнул, махнул руками и, уже куда тише, но напряжённо произнёс: — Объяснишь?       Фэй поднял на него взгляд, полный смеси усталости и злости.       — Они вломились сюда всей толпой, а эти двое, — он кивнул на Аллена и Дэниэла, — расстреляли меня почти в упор. Пусть сами объясняют. — Его голос слегка дрожал. В нём была…Обида? Развернувшись, он просто ушёл оставив их.              После щелчка замка наступила тишина.       — Ну, — нарушил молчание Аллен, собравшись с духом. Он подошёл к мужчине и, обняв его, тихо проговорил: — Ты хотя бы жив.       Повернувшись к Дэниэлу, Аллен попытался вернуть хоть какую-то ясность:       — Дэниэл, ты его искал.       Дэниэл, который до этого безмолвно следил за происходящим, сузил глаза, всматриваясь в незнакомца.       — Элиот? — его голос прозвучал с явным недоверием.       «Да он же выглядит едва на тридцать…»       Элиот, ошарашенный происходящим не меньше, чем остальные, молча шагнул к дальнему углу комнаты и опустился на стул. Казалось, он собирался что-то сказать, но, передумав, встал, коротко взглянул на всех и, пройдя обратно к Элису, остановился. Элис, едва сдерживая слёзы, попытался незаметно стереть их ладонью.       Смотреть на своего отца в таком состоянии было тяжело. Он казался тенью самого себя: бледная кожа с сероватым оттенком, заострившееся лицо с резкими чертами, глубокие тени под глазами. Элис заметил ссадины на лице, и отсутствие ногтей на нескольких пальцах. На некоторых оголённая плоть была покрыта толстой коркой засохшей крови, на других же они только начинали отрастать. Взгляд Элиота был тусклым, а в его движениях, будто сквозила скрываемая боль.              — Ты совсем из ума выжил? — Элиот дал сыну лёгкий, но ощутимый подзатыльник. — Что вы тут забыли, а? — Он оглядел остальных, но взгляд, полный напряжения и волнения, задержался уже на Аллене. — Ты назвал его Дэниэлом. Это..?       — Её сын. Это долгая история…       — Рассказывай, — перед тем, как сесть на кровать, Элиот сгрёб в охапку Аллена и Элиса, усаживая с собой и пытаясь обнять обоих. Его сердце разрывалось, но ситуация требовала хладнокровия. Самое худшее ещё впереди.       Вздохнув, Аллен кратко пересказал события последних нескольких месяцев, умалчивая некоторые нежелательные подробности. Чем дольше он говорил, тем сильнее хмурился Элиот, то и дело бросая подозрительные взгляды на Алекса. Тот старался не встречаться с ним глазами, будто чувствовал, что становится причиной этого напряжения. Втянуть в эту историю постороннего человека — очевидная ошибка, которая грозила обернуться большими проблемами.       Элиот, несмотря на то что сейчас был крайне недоволен их безрассудством, сдержался. Он прекрасно понимал, что все сейчас держатся из последних сил. Конечно, он заметил, что Аллен не был до конца откровенен, но то, что он вообще способен говорить связно, уже можно считать достижением. Остальное — позже.       Когда слова Аллена наконец улеглись в голове, он пришёл к неутешительному выводу, который озвучил сухо и без лишних эмоций:       — Понятия не имею, что делать. Вас не выпустят — однозначно. Зря вы сюда пришли.       Аллен усмехнулся, глядя в пол. В его глазах промелькнула дерзость.       — Если я не позвоню через два дня своей помощнице, она пойдёт в полицию. У неё есть все адреса, вся информация о наших передвижениях. К тому же камеры в клинике того мудака точно записали моё лицо.       Элиот посмотрел на него с таким выражением полным умиления, будто перед ним сидел наивный ребёнок.       «Ну да, полиция… Конечно».       Напряжение в комнате только начало спадать, когда раздался протяжный скрип двери. Вслед за ним послышался низкий, недовольный голос:       — У меня есть имя.       Все обернулись. В комнату вошёл Фэй, с виду раздражённый и усталый. Он быстро направился к Аллену, схватив его за руку. Резким движением он поднял ладонь Аллена так, чтобы рассмотреть рану.       Тот тут же запаниковал и стал вырываться. Но его попытки пресёк спокойный голос Элиота:       — Всё нормально. Успокойся.       Фэй лишь цокнул языком, бросив на Аллена взгляд, полный упрёка. Из кармана он извлёк небольшую аптечку.       — Хочешь заражение? Или остаться без руки? Могу сразу отрезать. Не дёргайся. — Его голос звучал раздражённо.       Аллен нахмурился, но позволил Фэю заняться своей рукой. Тот работал быстро и аккуратно: промыл рану дезинфицирующим средством, убрал грязь и мелкие остатки стекла, затем наложил чистый бинт. Закончив, он молча осмотрел свою работу и отпустил руку Аллена.       Спустя какое-то время он посмотрел на Дэниэла, который сидел у стены.       Мужчина сжал кулаки, его лицо напряглось.       — Ты идиот, — бросил он резко. — Хоть знаешь, на что пошла твоя мать, чтобы тебя здесь не было? Я мог… — Он осёкся.       Упоминание матери, будто брошенная спичка, подожгло Дэниэла. Он уже начал подниматься, готовый броситься на Фэя, но Элиот опередил его. Одним движением он схватил мужчину за рубашку и рывком притянул к себе, почти роняя.       — Ты что?! Вы виделись снова?       Тот аккуратно отцепил его пальцы, спокойно выпрямился и устало произнёс:       — Не твоё дело. Сейчас это вообще не важно.       После этого он опустился на пол рядом, облокотившись на кровать. Словно невзначай, он дал Элиоту возможность осмотреть себя. Тот окинул его внимательным взглядом: круги под глазами, рубашка, испачканная кровью, и общая усталость говорили сами за себя. Но часть напряжения в Элиоте всё же отступила.       Заметив это, Алекс тут же нахмурился. Что-то в выражении лица Элиота, в его облегчении, казалось ему неправильным.       Внезапно, неожиданно для всех, Элис встрепенулся и, словно подчиняясь внезапному импульсу, схватил Фэя за руку. Его пальцы сжались вокруг тонкого, холодного запястья. Внутри него что-то кричало, требовало это сделать.       — Ты, сука, похитил моего отца, — произнёс он, холодная ярость звучала в его голосе.              После того, как они вошли сюда, тело Элиса ныло, слабость накатывала, сковывая движения, но желание выплеснуть все эмоции захлестнуло его. Ему хотелось разбить голову Фэя о пол, вцепиться ногтями в горло, вырвать глаза. Эта ненависть, казалось, жила своей жизнью, пока внезапно его взгляд не встретился с удивлёнными, расширенными глазами мужчины.       Сознание Элиса вырвалось из реальности. Он почувствовал, как морозный ветер обжёг его щёки, снег хлестнул в лицо, а в нос ударил едкий запах гари. Громкие голоса кричали где-то совсем рядом, но он не мог разобрать слов.       Боль. Нестерпимая, всепоглощающая боль пронзила тело, концентрируясь в районе живота. Свет — слишком яркий, ослепляющий, выжигал глаза. Сердце колотилось так сильно, что он был уверен, оно вот-вот остановится.       И всё оборвалось.       Элиот среагировал мгновенно. Рывком он оборвал контакт, встав между ними.       Элис пришёл в себя с резкой болью в голове. Тёплая кровь потекла из носа. Его руки ослабли, тело пошатнулось, а перед глазами всё поплыло.       Лицо Элиота исказил шок, но почти сразу он сменился пониманием, тяжёлым, будто обречённым. Он подхватил сына, который терял сознание, и осторожно усадил его рядом.       Фэй же отполз назад, будто обжёгся. Он мелко дрожал, судорожно одёргивая рукава своей рубашки, пытаясь спрятать кожу, словно это могло защитить его от чужих прикосновений.       Замешательство погрузило комнату в тишину       Наконец мужчина поднял глаза, и в его взгляде сквозила усилившаяся усталость. Он спросил низким, тяжёлым голосом:       — Ну и что ещё вы сделаете?