Umbrella

      Они возвращаются в Англию, и Андреа, если честно, немного жаль, потому что та атмосфера, воцарившаяся между ней и Шерлоком в пёстрой и яркой Индии, растворяется под дождливым небом Англии. Они ничего друг другу не должны и не обещают. Просто два одиноких человека хорошо (она на это надеется) провели время.       О том, что случилось в Индии, Харрис никому не рассказывает. Шерлока там не было, она ездила туда по работе и только. Пересеклись? Нет.       Она застёгивает пуговицы светло-голубой рубашки в тёмно-синюю полоску, не смотря в зеркало. Мыслями Андреа не здесь, она возвращается в Индию, и прикрывает глаза. Никогда не думала, что можно насколько хорошо узнать человека, узнать его тело и его реакции, но жизнь (консультирующий детектив с Бейкер-стоит) умеет удивлять. Харрис возвращается в реальность, окончательно застёгивает рубашку, брызгает на запястья любимым парфюмом и, прихватив сумку, покидает квартиру.       «Бонхамс» умеет отвлекать. Она окунается в организацию очередной выставки с головой, старательно отгоняя от себя мысли о Шерлоке и о том, что было. Отношения между ними в рамки нормальных не вписываются, и Андреа хмыкает — она никогда не была нормальной. До сих пор многие соседи косятся на неё, когда она приезжает к родителям, но Андреа научилась жить с этими взглядами.       — Тебя вызывает Артур.       — Что такое? — приподнимает брови Андреа, так и не донеся ложку с салатом до рта. У Ричарда слишком серьёзное выражение лица. — Это не терпит…       — Нет. Дело срочное.       — Ладно, уже иду.       Отец с порога кабинета огорошивает её «радостными» новостями.       — «Портрет Сары Сиддонс» пропал.       — Что? — переспрашивает Харрис. — Как это пропала? Я же привезла её из Индии и доставила в «Бонхамс». Была в зале. Что?..       Андреа не заканчивает предложение. Ричард смотрит на неё, сидящая на диване и молчавшая Кейт тоже смотрит на неё. Артур со вздохом снимает очки и тоже, подняв голову, удостаивает дочь взгляда.       Обстановка накаляется.       — Последней около этой картины видели тебя, — говорит Артур.       — Вы меня обвиняете?       — Нет, что ты, — он качает головой — в самом страшном сне отец будет обвинять собственного ребёнка. — Мы обязательно выясним, что случилось. Надеемся, что справимся сами и публичной огласки не будет. Сейчас я же… Сейчас же я вынужден временно тебя отстранить. Сама понимаешь…       Андреа кивает. Кивает и, развернувшись, покидает кабинет.       — Вы что, с ума сошли?! — она слышит восклицание Ричарда, а затем дверь закрывается. Раздаётся цоканье каблуков, и Харрис разворачивают к себе за руку. В нос ударяет знакомый запах духов с ароматом малины, и Ланкастер заключает её в свои объятия.       — Детка, всё будет хорошо, — шепчет она, поглаживая Андреа по волосам. — Это просто глупое недоразумение. Мы обязательно выясним, кто украл картину.       — Спасибо, Кейт, что поддерживаешь, — шепчет она в ответ, обнимая её.       — Уверена, что это досадная случайность, — продолжает Кейт, и Андреа немного успокаивается. — Как раз обеденный перерыв. Хочу купить тебе кофе.       — Не стоит, думаю, поеду домой…       — Кофе взбодрит. Давай, Андреа, не отказывайся.       — Ладно.       Когда Кейт покупает ей кофе в кафе неподалёку, то Андреа наблюдает за ней. Чёрная узкая юбка-карандаш, красная блузка и такого же цвета губы; уложенные в каре светлые волосы — воплощение элегантности. Кейт Ланкастер и из неё подобное (Андреа так до сих пор считает) вылепила, когда она только устроилась в «Бонхамс». Андреа и не возражала: из гардероба исчезли мешковатые вещи, застёгнутые наглухо рубашки, а сама она стала раскованнее и больше общаться с людьми.       Если публичный скандал пока не наступает, то домашнего избежать не удаётся. Андреа искренне жалеет, что у неё есть родственники кроме родителей.       — Лишить её наследства! — надрывается бабушка на созванном экстренно, без Андреа, семейном совете. — Позорила фамилию нашей семьи что с детства! Поверить не могу, что моя внучка — воровка!       — Мама, ещё ничего не доказано… — пытается воззвать к матери Артур, но Аннис Харрис непреклонна.       — И думать здесь нечего!       — Согласна! — восклицает Аннамей, поднимаясь со стула. — Моя дочь ни в чём не виновата. И это будет доказано, Аннис, а вам станет стыдно. Хотя, если честно, я сомневаюсь, что вам знакомо понятие «стыд».       — Боже мой! — восклицает Пенелопа, прижимая ладони ко рту.       — Она не дама в беде. Главная подозреваемая. Ты хоть представляешь, какой разразится скандал, если обо всём прознают журналисты? Репутация «Бонхамс», репутация Антеи. И всё из-за Андреа Харрис, решившей, что ей мало денег.       Раздаётся звук захлопнувшейся двери — Антея не выдерживает и, встав из-за стола, покидает дом.       — Все хотят денег, — пожимает плечами Альберт, обращаясь к притихшей Алисии. Та с распахнутыми глазами наблюдает за разворачивающимся представлением и поверить не может, что это происходит. — Все хотят, но моя племянница никогда не была меркантильной. Да и зачем ей — она и так в «Бонхамс» работает. Денег там…       Джоанна смотрит на неё с тревогой, выслушав всё, что ей рассказывает Андреа.       — Может, мне стоит отменить мою командировку в Бирмингем… — произносит она.       — Нет, поезжай, — заверяет её Андреа, садясь на диван и расслабляясь. — Я в порядке, Джо. Это всего лишь отстранение — на меня не вешают обвинения. Я в порядке, — повторяет она и протягивает лежащую на диване сумку Нельсон.       — Я могу…       — Я не маленькая девочка. Ты хотела эту поездку в Бирмингем.       — Задерживаться не буду, — обещает ей Джоанна, беря сумку нехотя. — Оставайся на связи.       — Хорошо.       Андреа выжидает несколько минут, когда за Джо закрывается дверь. После она торопливо надевает пальто и, спустившись вниз, тормозит такси.       — Шерлок, у тебя ещё один клиент! — сообщает звонко миссис Хадсон, пропуская Харрис.       — Мой рабочий день закончился час назад, миссис Хадсон, — отвечает ей Шерлок. — Вряд ли вы можете предложить мне что-то интересное.       — Это Андреа Харрис! — кричит Андреа, поднимаясь по лестнице. Дверь, ведущая в нужную ей квартиру, распахивается.       На ней, видимо, нет лица, раз Шерлок без всяких возражений хватает её за плечи и усаживает в кресло Джона. Миссис Хадсон поднимается следом и в кружке с цветочным орнаментом протягивает Андреа успокаивающий чай.       — Выпейте, милочка, должно стать легче.       — Что случилось? — спрашивает Шерлок.       И она рассказывает. В конце речи Андреа поднимает голову и смотрит ему в глаза:       — Помоги мне. Пожалуйста, помоги. Мне больше не к кому пойти. Никто не верит, а моя семья… — она прикрывает глаза, вспоминая пересказанный ей Аннабель семейный совет. — Моя семья…       — …среагировала совсем не так, как ты ожидал, — заканчивал за неё Шерлок. — Мне не нужны деньги — опережая твой вопрос.       — Тогда что? Что нужно?       — В ванной на полке лежит чистое полотенце, — он пропускает её слова мимо ушей. — Я принесу тебе сменную одежду. Прими душ и иди в мою комнату.       Андреа кивает, запуская пальцы в волосы и зажмуриваясь. День выдаётся ужасным, и, кажется, горячий душ может спасти его. Она снимает с себя пальто и проходит в ванную комнату. Харрис распускает волосы, когда Шерлок открывает дверь и протягивает ей свою тёмно-фиолетовую рубашку. Выйдя из душа, Андреа кидает взгляд в окно — на Лондон опускается вечер.       — Ложись спать, ты целый день на ногах, — говорит Холмс, открывая дверь в свою спальню.       — Остаться здесь? Я вернусь к себе…       — Оставайся. С утра начнём разбираться в сложившейся ситуации. Джона не будет — уехал к сестре.       — Я не засну.       — Попытайся. Если что-то понадобится, то я буду на кухне.       — Но это твоя спальня, — возражает Андреа, переминаясь с ноги на ногу возле ванной комнаты. — Где будешь спать ты?       Всё, что было в Индии, остаётся в Индии. Поведение там и в Англии отличается, и Харрис не ждёт от Шерлока того же.       — У меня на всю ночь запланирован эксперимент, — поясняет Шерлок, снимая пиджак.       — Шерлок…       — Я разберусь, — отзывается он. — Постарайся заснуть.       Андреа кивает и идёт в спальню, прикрывая дверь.

Я познакомился с Андреа Харрис следующим утром, когда вернулся на Бейкер-стрит. Миссис Хадсон не спала и что-то бормотала себе под нос, готовя, когда я заглянул поздороваться. Она была чем-то обеспокоена, но не сообщила, что её расстроило. Поднявшись, я увидел Андреа. Точнее, сначала я увидел длинные обнажённые женские ноги. Незнакомая мне девушка сидела в моём кресле и читала книгу. На ней была одна из рубашек Шерлока, и она была увлечена происходящим в произведении. — Простите?.. — подал голос я. Её карие глаза расширились. Она вспыхнула, вскочила на ноги (я отвёл взгляд в сторону) и неловко улыбнулась. Из кухни вышел Шерлок. — Так, погоди. У нас в гостиной только что…. Ты ничего не хочешь мне объяснить? Кто это?.. — Наша клиентка. — С каких это пор клиентки носят твои рубашки? — Блестящая наблюдательность, но ты мешаешь мне сосредоточиться. — А если бы пришёл не я, а Майкрофт? — Ммм, понедельник — день тяжёлый. Не думаю, что он бы у нас сегодня появился. — Ты серьёзно? Шерлок подошел к окну, а после быстро направился к двери, убирая чужую обувь, а пальто отнёс к себе в спальню. — Сиди в комнате. Майкрофт всё же решил почтить нас своим визитом, — обратился он к девушке. — Ты ничего не знаешь, — а эта фраза уже предназначалась мне. — Но я и так ничего не знаю.

      Джон хватает ноутбук и садится в кресло, которое ещё несколько мгновений назад занимала Андреа. Шерлок подхватывает книгу и возвращает её на законное место на полке. Его предсказание сбывается — пару минут спустя в квартире появляется Майкрофт.       — Доброе утро, — здоровается Джон, что-то печатая.       — Если бы доброе, — драматично вздыхает Майкрофт. — Не буду тянуть: произошло кое-что, что выбило Антею из колеи.       — И что же это? — интересуется Шерлок, проходя на кухню и ставя чайник.       — Её младшая сестра подозревается в краже картины из «Бонхамс». Всё пока указывает на неё, и Антея очень опечалена этим фактом.       Шерлок хмыкает и поворачивается к Джону.       — Что-то не видел в утренней газете заметку о «Бонхамс». Джон, ты видел?       — Нет, — тянет Ватсон.       Майкрофт прищуривается, шагает ближе к Шерлоку, и они оказываются нос к носу.       — Мне не смешно, Шерлок. Никому не смешно.       — Зачем ты здесь?       — Держись от этого подальше, — сообщает Майкрофт. — Или ты возомнил себя джентльменом, а её — девой в беде? Разочарую тебя, брат, мы живём в двадцать первом веке.       — Какая забота, Майкрофт. Но я, пожалуй, поступлю так, как считаю нужным.       — Отсидит лет десять и выйдет.       Джон пытается понять, почему Майкрофт ведёт себя так, будто знает, что Шерлок в курсе ситуации. Его на это натолкнуло поведение брата? Шерлок слишком спокоен? Слишком спокоен, потому что уже осведомлён о ситуации? Если да, то Майкрофт Холмс чёртов ясновидящий.       — Ты уже записал её в воровки? Без должных доказательств? — приподнимает бровь Холмс-младший. — В Британском Правительстве теперь работают так? Что ж, тогда меняйте метод — он отвратителен.       — Чувства, Шерлок, делают людей слабыми, — терпеливо, как маленькому ребёнку, начинает разъяснять Майкрофт. — Но не должны делать нас таковыми. Ты утомлён или что, раз этого не понимаешь? Неужели в первый раз в жизни влюбился? Тогда ты выбрал неподходящую кандидатуру.       — Чувства Антеи заставили тебя сюда приехать, — отбивает нападки брата Шерлок. — Как сентиментально.       — Меня волнует её эмоциональное состояние, потому что оно сказывается на качестве выполняемой работы. Моя помощница должна быть в превосходной форме.       — Занимайся Англией, — советует ему Шерлок и отходит. — У тебя это получается лучше всего.       — Что ж… — Майкрофт напоследок одаривает его и Джона взглядами и покидает квартиру.       — Ну, что у тебя родственники с изюминкой, что у неё, видимо, — пожимает плечами Ватсон, делая вывод из услышанного диалога: сестра Антеи оказывается в щекотливой ситуации и, судя по всему, обстановка в семье накалилась сильно, раз Аннабель не может взять себя в руки, а это на неё не похоже.       Из спальни Холмса выходит уже полностью одетая Андреа, и Джон украдкой выдыхает: так лучше, чем смотреть на девушку, на которой надета лишь рубашка его друга.       — Прошу прощения, что выскочила перед Вами в одной рубашке, Джон, — она слабо улыбается. — Шерлок не говорил, что Вы завтра возвращаетесь. Я и не ожидала, что…       — Ничего. Значит, Шерлок?..       — Мы знакомы уже как несколько лет. Он помог нам вернуть картину в «Бонхамс».       — Это был «Мальчик в гавани», — Шерлок идёт на кухню, за ним идут и Джон с Андреа.       — О, ты помнишь?       Он красноречиво на неё смотрит, но Андреа игнорирует направленный на неё взгляд. Вместо этого она, словно опомнившись, протягивает Джону руку.       — Где мои манеры… Андреа Харрис.       — Джон Ватсон.       — Приятно познакомиться.       — Взаимно, — говорит он, пожимая ей руку. Джон встаёт, решив, что одним чаем сыт не будешь, поэтому он на скорую руку готовит бутерброды. Они завтракают, где Андреа немного рассказывает о себе, упоминая и «Мальчика в гавани». Ватсон был бы и рад остаться, но работа в больнице не ждёт, поэтому он, приняв душ и переодевшись, покидает квартиру. Едва он уходит, как лёгкая улыбка исчезает с губ Андреа, а она сама вздыхает, потирая лоб. Шерлок отодвигает от себя чашку, наблюдая, как она встаёт со стула и прислоняется спиной к кухонной тумбе.       — Андреа…       — Десять лет! — восклицает она. — Ты слышал Майкрофта! Десять лет за то, чего я не делала!       — Посмотри на меня.       Медленно, но Андреа поднимает голову. Она не знает, чего хочет — разрыдаться или вонзить в себя лежащий на кухонном столе нож.       — Мы оба знаем правду.       — А толку-то? — горько произносит Андреа. — Десять лет… Да и твой брат не особо обрадуется, если ты будешь в этом замешан. Он это, кажется, ясно дал понять.       — Мнение Майкрофта интересует меня сейчас меньше всего.       — А кто ему, милая, скажет? — улыбается миссис Хадсон, ставя на журнальный столик поднос. Андреа преследует чувство дежавю — она чуть отстраняется от Шерлока и упирается копчиком в столешницу кухонной тумбы. Он тоже отходит, беря нож и отодвигая его на другой край стола. — Не переживай, всё разрешится.       — Вы…       — Миссис Хадсон, домовладелица, — щебечет женщина. — Вижу, вы уже позавтракали, но от успокаивающего чая вреда не будет. Вам понадобятся крепкие нервы.

Я знал, что кража картины Гейнсборо не пройдёт бесследно. Но я не знал, что это может выяснить.