Преданные сердца

— Уводите женщин и детей дальними тоннелями. Сможете выйти у истока реки и скрыться в пещерах. — Слушаюсь, ваше высочество. —Молодой воин мгновенно бросился вглубь горы. Торин с лучниками остались на стенах, готовые до последнего защищать свой дом и своих близких. Хотя и понимали, бессильны перед столь смертоносной силой, что надвигалась на них с Дейла. Минуты тянулись за минутами, а дракона все ещё не было видно. Он налетел неожиданно. Дыхнул и огненная стена непроходимым кольцом сжала гору. Гномы, задыхаясь от удушливого чада и жара, пытались высмотреть дракона в серой завесе. Бууум! С диким грохотом обрушился верхний ярус, где располагались жилые покои. — Всем стоять! — зычно рявкнул Торин, стараясь перекричать грохот падающих камней. — Оооогоооонь! — и сотня стрел отскочила от золотой чешуи, не причинив Смаугу вреда. Буууум! Рухнула под ударами мощных когтей статуя великого Дурина, что украшала вход в Подгорное королевство. Буууум! Торин едва удержался на ногах, наблюдая как огромные трещины, словно пауки Унгалианты, расползаются по стенам и полу. В этот миг огромная тень накрыла гномов. Смауг был так близко, что можно было разглядеть клыки на морде, и как разгорается огонь в груди под золотой чешуёй. — Уходим в гору! За колонны! Едва Торин успел заскочить в зал, как мощный столп пламени превратил часть эреборского войска в груду пепла. — В тоннели. Быстрее! Буууум! И гора содрогнулась под мощью атакующего змея. Торин оглянулся. Каменные коридоры раскалились и напоминали жаровни. Отовсюду валил едкий дым и слышались ужасные вопли, переходящие в стоны. И вокруг тела, тела, тела… Обожённые, со страшными ранами от падений, с гримасами боли на лице, они окружали молодого гнома со всех сторон. «Не битва, бойня…» Торин судорожно вздохнул и заорал: — Бегите через шахты к западному выходу… Свод должен выдержать! Быстрее! Принц подтолкнул ближайшего гнома в спину. А сам рванул в сторону сокровищницы. Он помнил, что перед нападением Трор укрылся подле своего золота. Буууум! От мощного удара Торин едва не сорвался в провал, но успел схватиться за небольшой выступ в стене. В нос ударил резкий тошнотворный запах, и гном понял, что Смауг на нижнем ярусе. Он побежал так быстро, как ему позволяли полуразрушенные лестницы и дым, заполнивший коридоры Подгорного царства. — Узбааааад! — Торин едва успел за руку вытащить деда из сокровищницы и захлопнуть тяжёлую створку, прежде чем Смауг, разрушивший стену с противоположной стороны, выплюнул столп огня, превратив массивную дверь в расплавленную печать. — Аркенстон… Сокровища… — Трор попытался вывернуться из железной хватки внука. Но Торин не останавливался, перескакивая через тела мертвых гномов и таща упирающегося деда все дальше в недра горы. Глаза застилали слезы клокочущей ярости и боли. Он бежал по тоннелями из собственного дома, не имея возможности защитить его и спасти свой народ. Ещё через пару десятков переходов, перепачканный сажей и покрытый кровоточащими ссадинами, он смог вытащить деда на воздух и захлопнуть каменную дверь. Гномы прислонились к стене и почувствовали, как содрогается камень от беснующегося внутри горы чудовища и предсмертных криков горящих заживо. Ноги предательски подкашивались, а грудь разрывал сильный кашель. Но времени передохнуть у них не было. Они должны были найти тех, кто смог выбраться. Выживших гномов народа Дурина, что сегодня лишились всего…