Горец

«Гранд Метрополитен» был не самым роскошным отелем Готэма, но Дио выбрал его намеренно. Ему нравилось наблюдать убожество, прикрытое дешевой позолотой. Его номер-люкс пах лоснящейся мебелью и отчаянием. Бросив портфель на кровать, он вышел на балкон. Город гудел внизу — гимн пороку и алчности. Музыка для его ушей. Его слух, обостренный веками, выхватывал из городского гула отдаленные ритмы басов. Бары, стриптиз-клубы... Готэм, казалось, специализировался на продаже иллюзий и плоти. Идеально. Спустя час он уже сидел за столиком в «Багровом бархате» — одном из тех мест, где тьма была товаром. Воздух был густ от дыма, дешевого парфюма и пота. На сцене, освещенная грязновато-розовым светом, двигалась девушка. Не искусная танцовщица, а просто юное тело с уставшими глазами. Ее звали Лола. Дио наблюдал за ней с холодным, аналитическим интересом. В ее движениях была не грация, а покорность судьбе. Это его забавляло. Он поймал ее взгляд и жестом подозвал. Подошел вышибала, но Дио просто положил в его ладню пачку банкнот. Вопросов больше не было. Лола подошла к его столику. Крупные купюры, которые он положил ей в трусики, заставили ее глаза на мгновение оживиться. —Спасибо, — прошептала она. — Твой танец был... исполнен отчаяния, — сказал Дио, его голос был тихим, но он резал сквозь шум музыки. — Мне интересно, что скрывается за ним. Она занервничала. —Я просто танцую. — Все мы просто танцуем на этой сцене, детка, — улыбнулся он, и в его улыбке не было тепла. — Но некоторые заслуживают приватного показа. Он снял ее на весь вечер. Комната в задней части клуба была обита дешевым красным бархатом и пахла отбеливателем. Ее танец здесь, в замкнутом пространстве, был другим — более нервным, менее притворным. Дио сидел в кресле, не двигаясь, его взгляд был тяжелым, как свинец. Когда она закончила, тяжело дыша, и потянулась к одежде, он поднял руку. —Я не давал тебе разрешения заканчивать. Лола замерла. —Мистер, шоу окончено. Вы заплатили за танец. — Я заплатил за твое время, — он медленно встал, его тень накрыла ее. — А теперь я хочу увидеть, на что еще способна эта хрупкая, смертная оболочка. Развлеки меня. В ее глазах вспыхнул страх, смешанный с решимостью. —Нет. Я не занимаюсь этим. Только танец. Он подошел вплотную. От него исходила ледяная аура. —Ты отказываешь мне? — его голос стал шепотом, полным опасности. — Я сказала нет! Удар был стремительным и точным. Не со всей силы, но с такой уничижительной легкостью, от которой у нее перехватило дыхание. Его ладонь оставила алое пятно на ее щеке. Слезы брызнули из ее глаз непроизвольно. — Никто не говорит «нет» Дио Брандо, — произнес он спокойно, глядя на нее, как на насекомое. — Ты должна чувствовать себя польщенной. Лола, всхлипывая, схватила свое платье и выбежала из комнаты. Дио не стал ее останавливать. Он медленно вытер ладонь о бархатную обивку кресла, как будто стирая с себя прикосновение чего-то грязного. Его вечер был испорчен. Не из-за ее отказа, а из-за ее наглости. Эта жалкая, тленная тварь осмелилась бросить ему вызов. В его мире за такое платили гораздо более высокую цену. Он вышел из клуба, его Присутствие, эта черная дыра, теперь излучало волны холодного, безразличного гнева. Готэм начал раздражать его. Его жители были слишком слабы, слишком глупы и слишком несознательны. Возможно, ему стоило ускорить свои планы. Найти эту «летучую мышь» и сломать ее. Это, по крайней мере, могло доставить ему некоторое удовольствие. А пока что город мог готовиться. Дио Брандо вошел в его среду, и его первое впечатление было одним — разочарование. А разочарованного бога всегда опаснее, чем того, кто пришел с четким планом. Бар «Последний причал» был тем местом, где запах пива смешивался с ароматом угрозы и пота. Дио, сидя за стойкой, потягивал виски, его взгляд скользил по обитателям заведения с легкой презрительной усмешкой. Его внимание привлекла женщина с огненно-рыжими волосами в дальнем углу. Ее поза была закрытой, но в глазах читался вызов. Это было интереснее, чем унылые стриптизерши. Он подошел, не спрашивая разрешения, и занял место рядом. —Одинокий ангел в этом царстве скорби? — его голос, бархатный и глубокий, заставил ее вздрогнуть. Она посмотрела на него — сначала с удивлением, затем с любопытством. Он был не похож на здешних завсегдатаев. Слишком статный, слишком уверенный в себе. —Ангелы здесь не задерживаются, — парировала она. Их диалог был полным скрытых уколов и флирта. Дио наслаждался игрой, возможностью снова упражняться в манипуляции смертным сознанием. Но у женщины был «покровитель» — Лука Траппанти, стареющий, но все еще влиятельный гангстер с репутацией человека, не терпящего конкуренции. Именно в этот момент Лука, сидевший со своей свитой за большим столом, тяжело поднялся и направился к ним. Его лицо было пунцовым от ярости и алкоголя. —Эй, крутой парень, — его голос прозвучал хрипло. — Рыжая — моя. Иди поиграй с кем-нибудь другим. Дио медленно повернул голову, оценивая его. Жалкий, раздутый от чревоугодия и власти старик. Но его телохранители... вот это было интереснее. Двое. Один — настоящий гигант, под два метра ростом, с шеей быка и взглядом туповатого убийцы. Второй — пониже, но с широкой костью и холодными, расчетливыми глазами. Оба носили под пиджаками явные выпуклости оружия. Дио улыбнулся. Широкая, беззубая, оскаленная улыбка, полная абсолютного пренебрежения. —Твоя? — он рассмеялся. — Жалкие люди не могут ничем владеть. Они могут лишь ненадолго арендовать иллюзию. Как и ты, старый жирный червь. Ты арендуешь свою жизнь, свое влияние и эту женщину. И твоя аренда истекает. Лука задохнулся от ярости. Никто не говорил с ним так. Никто. —Ты... ты мёртв, ублюдок! — он прошипел, слюна брызнула из его углов рта. — Ребята, на улице. Разберемся с этим зазнайкой. Дио не стал дожидаться. Он спокойно допил виски, кивнул ошеломленной рыжей и направился к выходу, прекрасно зная, что за ним следуют. Он вел их, как пастух ведет стадо на убой. Аллея за баром была идеальна — грязная, тупиковая, освещенная одним мигающим фонарем. Дио остановился в центре и повернулся к ним. — Ну что, красавчик? Кончились слова? — Лука выступил вперед, его гигант-телохранитель занял позицию слева, а второй, прагматичный, остался чуть сзади, его рука уже лежала на кобуре. — Слова? — Дио поднял бровь. — Они для тех, кто может их оценить. Для вас у меня есть нечто более... осязаемое. Он двинулся с такой скоростью, которая была немыслима для человека его габаритов. Не к телохранителям, а прямо к Луке. Его рука, сильная как тиски, схватила запястье гангстера. Хруст кости прозвучал оглушительно громко в ночной тишине. Лука взвыл. — Сувенир, — прошезпел Дио, и лезвие, появившееся из ниоткуда, блеснуло при свете фонаря. Вспышка стали — и большой палец Луки с золотым перстнем остался в его руке. Гангстер, обезумев от боли и ужаса, рухнул на колени. Практичный телохранитель рванулся за оружием. Он был быстр. Но Дио был воплощением скорости. Прежде чем ствол был направлен на него, Дио был уже рядом. Удар ребром ладони в горло — и хрящ поддался с тяжёлым хрустом. Охранник, задыхаясь, захрипел и упал, судорожно хватая ртом воздух, которого ему уже не хватало. Теперь очередь была за гигантом. Тот, видя, как за секунды был обезображен его босс и убит напарник, с ревом бросился на Дио. Его удар кулаком, способный убить быка, свистнул в воздухе. Дио не стал уворачиваться. Он принял удар на предплечье, и глухой звук удара подержанный по аллея. Это было как будто ударили по бетонной плите. На лице гиганта на миг отразилось недоумение. Ни один человек не мог так принять его удар. — Жалко, — сказал Дио, и его собственный кулак, собравший в себе силу столетий, вонзился гиганту в солнечное сплетение. Тот сложился пополам, глаза вылезли из орбит. Второй удар, в висок, был уже лишним. Тело огромного человека грузно рухнуло на асфальт. Дио выпрямился. Он даже не вспотел. Он подошел к Луке, который, зажимая культю окровавленной рукой, смотрел на него с животным ужасом. — Передай своим, старик, — тихо сказал Дио, вытирая окровавленный клинок о плечо гангстера. — В Готэме появился новый король. И он не терпит конкуренции. Он развернулся и вышел из переулка, оставив за собой следы крови, трупы и сломанного человека. Его Присутствие, эта черная дыра, поглотившая еще немного жизни, стало лишь сильнее. Охота началась. И первая кровь пролилась. *** Саске Учиха двигался по крышам промышленного района Готэма как тень, его шаги были беззвучны. Его Присутствие, острое и сфокусированное, было настроено на поиск одной конкретной «вибрации» — того, кто устроил бойню в порту. Но ночь преподнесла другой сюрприз. В переулке между двумя складами он почувствовал его. Другое Присутствие. Не такое мощное, как у Бэтмена, и не такое хаотичное, как у берсерка. Оно было... жадным. Нервным. Как у шакала, почуявшего легкую добычу. Саске остановился на краю крыши, глядя вниз. В переулке стоял мужчина в потрепанной кожаной куртке. Он что-то нервно искал в карманах, его взгляд бегал по сторонам. Он был новичком. Чувствовалось, что он недавно в Игре и еще не научился скрывать свою природу. Саске спрыгнул вниз, приземлившись в нескольких метрах от него. Незнакомец вздрогнул и резко обернулся, его рука потянулась к длинному ножу за поясом. — Успокойся, я не за тобой, — холодно сказал Саске. — Все вы так говорите! — просипел незнакомец. Его глаза блестели лихорадочным блеском. — Здесь может быть только один! Я это усвоил! Он рванулся вперед. Его атака была быстрой, но грубой, неотшлифованной. Он полагался на ярость и внезапность. Саске легко уклонился, чувствуя, как клинок проносится в сантиметрах от его горла. — Ты не тот, кого я ищу. Уйди, — предупредил Саске, его рука лежала на рукояти своего меча. — А я возьму твою силу! Мне нужна любая сила! — закричал незнакомец и снова атаковал. На этот раз Саске не стал уворачиваться. Его собственный клинок, «Гаррота», с тихим шелестом вынырнул из ножен. Сталь встретила сталь с резким звоном. Незнакомец отшатнулся, его лицо исказилось от удивления и боли — сила удара Саске была подавляющей. Бой длился недолго. Незнакомец был полон отчаяния, но не умения. Он метался, рубил без плана, его движения были предсказуемы. Саске, с его столетиями боевого опыта, читал его как открытую книгу. Он парировал, уворачивался, изматывал противника. И затем, когда тот сделал особенно широкий замах, открыв грудь, Саске нанес свой удар. Быстро. Чисто. Без лишних усилий. Клинок рассек шею. Голова с выражением застывшего ужаса и недоумения отлетела в сторону. Тело, еще не понимая, что мертво, сделало шаг и рухнуло. И тогда это случилось. Озарение. Вихрь чужих воспоминаний, знаний и силы обрушился на Саске. Это было не так интенсивно, как с сильными Бессмертными, но все же... Он зажмурился, пропуская через себя поток. Имя — Лео. Работал механиком. Погиб в драке год назад. Очнулся в морге. Испуган. Запутан. Встретил другого Бессмертного, который объяснил Правила и тут же попытался его убить. Лео убил его в отчаянии, получил первую Силу. С тех пор жил в страхе, охотясь на слабых, пытаясь набраться сил для выживания. Никакого мастерства. Никакой великой цели. Только животный страх и жадность. Поток прекратился. Саске стоял над медленно исчезающим телом, его лицо было бесстрастным. Он не чувствовал триумфа. Только пустоту. Сила, которую он поглотил, была ничтожной. Воспоминания — жалкими. «Так вот какие отбросы плавают в этих водах», — подумал он с презрением. Он не стал искать клинок Лео. Тот был дешевым и никудышным. Встряхнув голову, чтобы очистить разум от остаточных образов, Саске вновь сосредоточился. Эта стычка была лишь помехой. Настоящая цель — могущественный убийца и его хозяин — все еще была где-то там, в тенях Готэма. Он вновь растворился во тьме, став на шаг сильнее, но не приблизившись к ответам, которые искал. Охота продолжалась, и он теперь знал, что в этой Игре ему придется иметь дело не только с хищниками, но и с испуганными шакалами.