Литературный клуб "О вечном"

      - Могло быть и хуже, - пробормотала себе под нос Настя, проходя мимо них. – Могло быть и хуже. Могло быть и хуже.       Алиса глянула на Евсея. Тот казался еще более рассеянным, чем обычно, а в ответ на этот взгляд страдальчески поморщился и пояснил:       - Я разбил какие-то игрушки.       - Он разбил не какие-то игрушки, - возразила Настя, резко оборачиваясь. – Он разбил все игрушки.       Алиса не очень хорошо ее знала, но в людях разбиралась отлично. Настя явно была из тех, кто редко выходит из себя. Да, отпускать шуточки про Евсея и с сарказмом комментировать происходящее – вполне себе, но вот злиться по-настоящему – это явно было не для нее. Такие люди обычно уходят раньше, легко прерывая ссору или неприятный разговор.       И сейчас Настя стояла, уперев руки в бока, и старалась не смотреть на Евсея. Уйти отсюда явно никак не получалось.       - Прости, - виноватым тоном начал было он, но Настя вскинула руку, обрывая его.       - Дождемся ребят из студсовета и спросим, что теперь делать с испорченными игрушками.       - Вовсе они не испорченные, - пробормотал Евсей. – Просто перешли в другое состояние. Типа как вода в лед – целые в разбитое. Это же не значит, что они ни на что не годные, просто…       - Евсей, - тихо позвала его Алиса. – Лучше помолчи.       Тот обиженно сложил руки на груди, но все-таки послушался.       - Хотя бы этот ужас сняли, - вздохнула Настя, глядя на пустой задник стены. – Идите, я останусь ждать остальных. Все равно украшать нечем.       - А как же вторая коробка…       - Евсей, - Настя зло глянула на него. – Если не хочешь платить за дурацкие игрушки – ноги в руки и вон отсюда.       Алиса фыркнула, шепнула Лике: «Сейчас приду» и, схватив Евсея за руку, уволокла за кулисы, подальше от раздраженной Насти.       - Ты чего творишь? – прошипела она ему. – Хотел заполучить внимание?... Поздравляю, получил.       – Я будто специально.       Они через небольшой коридор за кулисами вышли в один из танцклассов. Алиса толкнула дверь, глянула на коробку с разбитыми украшениями и недовольно прицыкнула языком.       - Это было для елки, - грустно прокомментировал Евсей. – Все новое. Такое красивое. Такое недолговечное.       - Хоть елку не тронул, и на том спасибо.       - Елку тронуть сложно. Там только один путь – жечь. Так что спасибо не мне, а тому человеку, который на украшение зала не выделял зажигалок и спичек.       - А кто вообще станет выделять их на украшение зала?       - Не знаю, - совершенно невеселым голосом произнес Евсей, усаживаясь прямо на пол и пряча лицо в руках. – Сжечь зал к чертовой матери – неплохое украшение. Стильно, модно, полезно.       Он так тяжело вздохнул, что Алисе показалось, словно где-то в сердце что-то неприятно кольнуло. А уж сочувствием она никогда не отличалась.       - И меня бы вместе с залом. Вот уж точно пользы больше, чем от игрушек.       И Евсей замер.       - Что это с тобой?       Тот опустил руку и глянул на нее одним глазом.       - Ты ее видела? – тихо спросил он. – Так злиться из-за каких-то игрушек?... Алиса пожала плечами.       - Не из-за игрушек она злится, - сам себе ответил Евсей. – А из-за того, что их разбил я. Я ее раздражаю. Понимаешь?       - С чего ты взял?       - Ну я же не слепой, - фыркнул он. – Глупый, болтливый – ну, возможно, но не слепой же.       Евсей замолчал. Алиса тоже. Так они и сидели вдвоем на полу танцкласса перед коробкой с разбитыми игрушками, пока Евсей не напомнил:       - Вообще-то, ты обещала мне помочь. Ради чего я продал лучшую подругу?       - Ради ее счастья?       - Это ты так себя оцениваешь?       - Не совсем. Чуть-чуть повыше, чем счастье. Я просто стараюсь казаться скромной.       - Настя говорит, никто не любит клоунов, - он поднес руку к губам и, сам того не замечая, принялся грызть ногти. Эта привычка у них с Ликой была одинаковой – Алиса уже заметила. – И я… Понимаешь, всю жизнь это не казалось мне неверной стратегией – шутки. Всем нравится, когда ты веселый, но я… Уже как будто бы не уверен. А я не люблю чувствовать себя не уверенным, это у Лики такое хобби – не у меня. Не поддерживаю.       - Нормальные у тебя шутки, - улыбнулась Алиса. – Настя ведь сама так шутит. Не замечал? Она совсем не снежная королева. К ней можно найти подход.       Евсей озадаченно хмыкнул и посмотрел на Алису.       - Ну и какой?       Та пожала плечами.       - Ее не шутки раздражают. Ее раздражает то, что у тебя – только они и есть. Сейчас ты сидишь здесь, и я слышу твои мысли, потому что ты их озвучиваешь – а Настя не слышит. Для нее ты всегда всего лишь твои шутки. Понимаешь?       - Мои мысли? Мысли о никчёмности и сожжении актового зала? – Евсей нервно хихикнул. – Вот уж так я ее завоюю.       - Да откуда ты знаешь? – Алиса поднялась. – Ты пробовал? Пробовал говорить о том, что думаешь? А не прятаться вечно за своими шутками и улыбкой.       - Да откуда в тебе это?       - Что?       - Вот это, - Евсей неоднозначно махнул руками. – Откуда ты знаешь? Как ты это видишь?       - Это ведь логично, - усмехнулась Алиса. – Ты ведь думаешь, что твои шутки лучше, чем мысли о никчемности и сожжение зала – но ты же видишь, что ничего не выходит. Значит, нужно попробовать по-другому. К любому человеку можно найти ключик, надо просто быть… внимательным.       Пару секунд он молчал, озадаченно глядя на Алису, а потом медленно протянул:       - И что ты… Все время находишь ключик к нужному человеку?       - Ну конечно, - она не сдержала хитрой улыбки. – Ты всегда можешь притвориться. Подождать. Сказать что-нибудь или не сказать – главное видеть.       Она показала двумя пальцами себе на глаза, а потом на Евсея.       - Замечать. И любой человек будет твоим.       - Это, знаешь ли, звучит жутко, - пробормотал он. – Я уже не очень спокоен за Лику. Слушай, а если ей вообще не нравятся девушки? Прям совсем? Что будешь делать?       Алиса наклонилась к нему, оперевшись руками о его колени, и ответила:       - Понравятся.       Звучало так уверенно, что Евсей даже не смог возразить – только пару раз открыл и закрыл рот, а потом произнес короткое и сдавленное:       - Ну пиздец.

***

      На улице пошел снег.       Лика с грустью глянула на белое небо и ткнулась носом в шарф. Ей так сильно не нравилась зима. Она не любила холод и снег, потому что из-за него постоянно к вечеру собирались такие жуткие пробки, что добраться домой из университета не представлялось возможным. Новый год Лика тоже не уважала – к этому празднику у нее вообще было очень много претензий. Толпа людей на улицах, куча машин. Салюты, мешающие спать, приближающаяся сессия. Деньги, которых вечно не хватало ни на какие подарки, елка, которую они с мамой больше не ставили.       Папа. Который ушел под Новый год пару лет назад. И, кажется, унес с собой всю их семью.       Когда она смотрела на елки, высаженные на аллее, ведущей к университету, перед глазами появлялись дурацкие пластиковые иголки из воспоминаний. Лика смотрит на искусственную елку, с мигающей на ней гирляндой, не отрываясь – потому что, если поднимет взгляд, по щекам покатятся слезы. Словно эта елка – последнее, что связывает ее с папой и с той семьей, которая у нее была, и, если она перестанет смотреть – все исчезнет уже навсегда.       Елка, праздник. Гирлянда. И папа.       Лика шмыгнула носом, отводя взгляд от аллеи. - Ты чего? – поинтересовалась Алиса, натягивая забавные варежки. – Глянь, снег пошел. Она подставила руку, пытаясь словить снежинку. - Ага, - раздраженно ответила Лика. – Сейчас опять весь транспорт встанет. Надеюсь, ты не в центре живешь?... Алиса озадаченно глянула на нее, замерев с вытянутой рукой. - Сначала Евсей, потом ты – что это на вас так влияет? Ретроградный Меркурий? - Почти, только не «ретроградный», а «зимняя», и не «Меркурий», а «сессия», - пробурчала Лика, стряхивая с себя недовольство, прилипшее к ней вместе с тоскливыми воспоминаниями. – Я просто терпеть не могу зиму. Я в автобусе по несколько часов провожу, меня уже от них тошнит. - Я на машине, - усмехнулась Алиса, позвякивая ключами. – Пошли. Лика удивленно хмыкнула и потрусила вслед за ней, стараясь не поскользнуться на припрошенной снегом земле. - У тебя и права есть? – на всякий случай уточнила она. - Нет, - серьёзно ответила Алиса. – Я надеялась, есть у тебя. Лика озадаченно замолчала, но потом девушка рассмеялась, и та с облегчением выдохнула. - Не стоит так шутить с нервными людьми. - Только с нервными и стоит, - возразила та. – С нормальными эффект не тот. - Да ты садистка, - усмехнулась Лика. Алиса на секунду замерла, но та не обратила на это внимания. - А когда ты успела сдать на права? - В прошлом году, - Алиса тряхнула головой. - А… эм… - Мне девятнадцать, - ответила та на незаданный вопрос Лики. – Я пропустила год после школы. - Почему? Они вышли на парковку. Лика ожидала увидеть что-нибудь простенькое – она совершенно не разбиралась в машинах, но представляла автомобиль первокурсницы чем-то простым и наверняка порядком потрепанным. Но на на сигнал брелока среагировал черный, уже порядком засыпанный снегом седан – единственное, что узнала Лика – значок «Toyota» над номером. Машина выглядела на удивление новой и чистой – а с местными дорогами такое было сравни чуду. - Ого, - не сдержалась Лика. – Это твоя? Алиса удовлетворённо улыбнулась. Ей явно нравилось удивление Лики. - Да, - сказала она, и отвечая на предыдущий вопрос, добавила: - Я не знала, чем хочу заняться. Поэтому и пропустила. Лика хотела бы сказать что-то про разумный подход и систему образования, но Алиса ее опередила: - Хотя нет. Я вру, - она сложила руки на груди и обернулась к Лике. – Я всем так говорю. На самом деле я поступила. - Ага, - озадаченно протянула та. - Но потом ушла. - Аг… - Нет, я опять вру. Меня выгнали. - Что? – совсем перестала что-либо понимать Лика. – Тебя отчислили? - Тц. Алиса покачала головой. - У меня… Были кое-какие проблемы. То есть, по сути, не у меня – но я их организовала. Щёлкнул замок, Алиса распахнула дверь и сверху посыпался снег. - Я вообще хорошо организовываю проблемы. - Ладно, - все так же озадаченно произнесла Лика, забираясь на пассажирское сиденье. – Поняла. На самом деле она совершенно ничего не поняла. Но лезть с расспросами не хотелось – если Алисе будет нужно, сама расскажет. Та завела машину и полезла в багажник за щеткой. Включилось радио. - Oh, the weather outside is frightful But the fire is so delightful… - О боже, - раздраженно прошептала Лика, скрещивая руки на груди. – Сколько можно. - Since we've no place to go… Под ненавистную музыку она смотрела, как Алиса стряхивает снег с лобового стекла. Постепенно на свет появлялись и елки, и белое небо. И забавно подпрыгивающая, чтобы достать до крыши, сама Алиса. Елки, небо. Прежде чем Синатра в радио в очередной раз запел «Let it snow», Лика потянулась к экрану на приборной панели и переключила станцию. На секунду все затихло. - I don't want a lot for Christmas There is just one thing I need… Лика взвыла. Она не просто не любила Новый год – люди, целиком отдавшиеся праздничной суете, приносили Лике тоску. Она завидовала, не в силах больше почувствовать никакой «атмосферы Нового года». Наверное, если бы они с семьей никогда не отмечали этот праздник, было бы проще. Не с чем сравнивать – так всегда легче. Но Новый год был. Раньше. И Лика до чертиков завидовала тем, у кого он есть и сейчас. Она раздраженно отвернулась от елок перед ней и уставилась в боковое окно. - …Make my wish come true… Щетка стряхнула слой снега, появилось раскрасневшееся от мороза лицо Алисы. Она заметила, что Лика на нее смотрит, и улыбнулась. - …All I want for Christmas is you.

***

- Мне кажется, я одни только программы буду устанавливать вечность, - недовольно произнесла Лика, глядя на окошко загрузки. – Вот черт. - Ничего страшного, - Алиса наклонилась к ней через плечо, разглядывая экран. – Я не тороплюсь. Хочешь чаю? Или чего-нибудь покрепче?... - Я не пью, - сразу ответила Лика, не собираясь больше повторять ошибок прошлого. - Да? – недоверчиво протянула Алиса, оборачиваясь к ней. Она снова было очень близко, но Лика больше не краснела – сама и не заметила, как полное отрицание личного пространства Алисой перестало ее беспокоить. - Ну, я… - Лика смутилась. – Не умею пить. Алиса рассмеялась и положила руки ей на плечи. - Нет, правда – мне достаточно двух бокалов шампанского, и я уже стоять нормально не могу. - Да? – протянула Алиса. – То есть, споить тебя ничего не стоит?... - Стоит, - фыркнула Лика. – Как минимум заблеванного ковра и потрепанных нервов. Моих, чужих – нужное подчеркнуть. Она передвинула руки ближе к ее шее, и Лика пошевелила плечами, прогоняя внезапные мурашки. - Это надолго, - произнесла она, чтобы выкинуть из головы чужие прикосновения. – Надо было попросить тебя заранее установить. Квартира у Алисы была небольшой, но выглядела стильно – может, из-за светлых, чистых цветов, а, может, из-за минимального количества мебели, не успевшей еще зарасти дурацкими безделушками. Тут было три комнаты – но Лике и этих трех комнат казалось многовато для одного человека. - Ничего страшного, - Алиса слегка сжала пальцы на ее шее и сразу же убрала руки. – Можешь остаться столько, сколько хочешь. Это касание было совершенно мимолетным, но Лика вздрогнула от волны жара, неожиданно поднявшейся откуда-то из живота. Пальцы, сжимающие ее шею, были словно из огня сделаны – Алиса давным-давно отстранилась, но прикосновение осталось на коже. Оно было намного более откровенным, чем руки Алисы под свитером Лики, и та даже не могла объяснить, отчего вдруг ей так кажется. - …Эй, прием, - добрался до нее голос девушки. – Все нормально? - Да-да, - тяжело сглотнув, ответила Лика, старательно пялясь в экран. - Я говорю, есть хочешь? – повторила она. Та покачала головой. Алиса еще раз наклонилась через ее плечо, разглядывая окошко загрузки, и добавила: - А насчет времени не переживай. Если хочешь, можешь остаться на ночь, - она обернулась к ней с совершенно невинной улыбкой. – Я не против. - Нет, - немного резко ответила Лика, и сразу же исправилась: - Нет, спасибо. У меня еще есть дела. - У тебя всегда есть дела, - недовольно заметила Алиса, по-хозяйски обнимая ее, пригибаясь через спинку кресла. – По-моему это отговорка. - Ну и что, если отговорка? – пробурчала Лика, пригвожденная к стулу этими объятьями. - Бежать от людей легче, чем остаться с кем-то? – уже намного тише и куда-то в шею Лике спросила Алиса. - Остаться? – нервно переспросила та. – Я остаюсь. - Ты понимаешь, о чем я. - К чему этот разговор? В объятьях Алисы, ощущая дыхание на своей коже и тихий голос совсем рядом, Лика чувствовала себя пойманной котом птичкой. И она все еще не понимала, почему рядом с Алисой сама себе кажется младше лет на пять. Ребенок, честное слово. Так легко смутить. - Просто интересно. Я так никогда не делала – это… весьма забавно. Но неудобно. - Неудобно потом собирать разбитое сердце и прочую ерунду, - Лика совсем не любила откровенничать, но в этот раз – может, от смущения, а, может, из-за этого ощущения ловушки, она сказала то, о чем думала, и только потом поняла, что произошло. - Опять же, психиатр дорого стоит, - пробурчала она, пытаясь заставить Алису забыть о предыдущих ее словах. – Ну и… - И кто это разбил тебе сердце? – Алиса взяла Лику за подбородок, поворачивая ее голову к себе, и сама сдвинулась так, что теперь смотрела ей прямо в глаза. - Никто. Забудь, ничего серьезного. Алиса улыбнулась. Ее ладонь скользнула с подбородка Лики к ее щеке, а та замерла, как зачарованная глядя в зеленые глаза. - Евсей сказал, у тебя не было отношений. - Предатель. - Почему не было? Лика нахмурилась. - Да это бессмысленно, - не выдержала она, хватая Алису за руку. – Отношения. Они все заканчиваются одинаково – разрывом, и зачем тогда?... Любовь – полная ерунда, она так легко предается. Просто слово. Слово, которому посвятили, как по мне, слишком много жизни. - Не ради разрыва, а ради чувств. Зачем все время думать о финале? - Да чтобы потом не было больно. Алиса помолчала секунду, все так же глядя на нее, а потом хмыкнула. - Как все банально. - Ох, ну спасибо, - выдохнула Лика, отворачиваясь обратно к экрану. - Я думала, может, тебе с парнями не везет? – как ни в чем не бывало продолжила Алиса. – Ну, или они тебе просто не нравятся? - Чего? - Я спрашиваю: может быть, тебе не нравятся парни? – послушно повторила Алиса. – Может, тебе нравятся девушки? - А, - растерянно протянула Лика. – Я не… Она на секунду замолчала, и Алиса произнесла: - Не хочешь говорить – ничего страшного. Я уже поняла, что ты не из разговорчивых. - Да нет, я просто… ну… - Лика пожала плечами. – Сложно определиться с ориентацией, когда ни в кого не влюбляешься. - Ах, какая холодная, - рассмеялась Алиса, потрепав ее по волосам. – Я думаю, ты многое потеряла. - Я так не считаю. - Любовь – это здорово, - Алиса крутанула кресло, в котором сидела Лика, и оперлась руками о подлокотники, нависнув над ней. – Особенно, когда выбор такой большой. - Такой большой? - Не зависящий от пола и предрассудков. - Ох, - только и выдала Лика. – Так ты… Алиса заулыбалась, видя ее смущение. - Не ограничиваю себя. Я наверняка не первая, кто тебе это говорит – но, может, и тебе когда-нибудь стоит попробовать завести отношения? Лика сложила руки на груди. - Это всегда так забавно слышать – будто у меня целая свита поклонников, из которых можно выбирать. - Тебе просто нужно получше приглядеться, - ухмыльнулась Алиса. – Кто-нибудь да найдется. Лика закатила глаза. - Говоришь, как Евсей, с ума сойти. Вы одинаковые. - Да, а у Евсея есть подходящая кандидатура?... - А у тебя что - есть? – в очередной раз совершенно перестав что-либо понимать, спросила Лика. Алиса загадочно улыбнулась, отстраняясь. - Алиса, - в панике начала Лика. – Алиса, что ты имела в виду? - Я чай сделаю. - Алиса! - У тебя загрузилось, - та развернула ее кресло обратно компьютеру, и почти сразу же послышались удаляющиеся шаги. - Алиса! Лика посмотрела на окошко загрузки и тихо, но очень озадаченно поинтересовалась: - Что, блять, происходит? Но экран компьютера, очевидно, ответить никак не мог.

***

Пока грузилась последняя программа, вскипел чайник. Алиса достала кружки, и теперь сидела, недовольно глядя на Лику, которая все никак не могла встать из-за компьютера. - Ну? – в очередной раз спросила она. – Серьезно, оно там и без тебя загрузиться, не переживай. - Ага, - ответила Лика, кусая ногти. Одно дело сидеть, не глядя на Алису и уставившись в компьютер – тогда можно представить, что тут и нет вовсе никого. Другое дело сесть напротив и – и что? Поддержать разговор? Вот уж с чем у Лики были проблемы. - Я сейчас достану коньяк. - Ладно, я иду, - Лика поднялась из-за компьютера. – Выглядит вкусно? - Зефир, - Алиса откусила кусочек и облизала пальцы – это, видимо, было сродни привычки Лики грызть ногти. – Надеюсь, ты ешь сладкое. - Ага, - Лика обреченно глянула на компьютер и потянулась за кружкой с чаем. – Прости, что так долго. Я даже не поду… - Сколько раз еще повторить, что это ерунда? – фыркнула Алиса. – Я живу одна. Лика пожала плечами, и, чтобы заполнить чем-то затянувшуюся паузу, сказала: - Красивая квартира. Еще и в центре. Ты работаешь, или… - Не работаю. Лика вопросительно подняла бровь. Алиса оттряхнула руки и откинулась на спинку стула. Глянула на компьютер, который было видно с кухни, и усмехнулась. - Ничего я не буду тебе рассказывать – ты же так делаешь, да? - Ой, да ладно, - хмыкнула Лика, потянувшись за зефиром. – Будто это секрет. - А разбитое сердце – секрет? Та с укором уставилась на Алису. - Вот видишь, - заметила она. – Каждый сам определяет степень секретности. Да я, может, бабушку топором тюкнула за эту квартиру – а ты так на меня смотришь. - Ну, выходит, это больше не секрет. Я звоню в полицию. - Вот так и заводи друзей, - закатила глаза Алиса. Лика хмыкнула. Они немного помолчали, а потом Алиса внезапно предложила: - Давай сыграем. - Крестики-нолики или скакалочка? – насмешливо уточнила Лика. - Классики, - в тон ей ответила Алиса. – В обмен секретами. Ты спрашиваешь, я отвечаю – а потом наоборот. Чтобы было не так обидно. - Обмен секретами звучит даже забавное, чем классики, - заметила та. - Ну, хорошо, - ни капли не обиделась Алиса. – Давай попробуем, и ты скажешь, насколько это забавно. От последних слов по коже побежали неприятные мурашки. Лика стала замечать это только недавно – иногда Алиса менялась, буквально на секунды – словно из милой рыжей девчонки-первокурсницы превращалась в… В кого-то другого. В кого – Лика не понимала. Только видела эту перемену, вот и все. Поэтому она только пожала плечами и поднесла кружку к губам, стремясь скрыть свою растерянность. - У меня богатые родители, - улыбнулась Алиса. – Но им не повезло с детьми. Бывает. - В смысле? - Я проблемная, - легко ответила та. – До этого я училась в университете в другом городе. Он был намного лучше, кстати. Алиса поморщилась. - Но я совершила ошибку. После этого поссорилась с родителями. Они сплавили меня сюда, нашли эту квартиру. Они, конечно, не могут от меня отказаться – в нашей семье отсутствием моральных принципов отличаюсь только я, поэтому родители просто так меня не бросят. Когда Евсей говорил о том, что ему неприятно, Лика это замечала – но совсем не видела подобного в Алисе. Она говорила спокойно и так же спокойно смотрела на нее – ей словно было совершенно наплевать. - Поэтому у меня квартира, университет, машина и в целом жизнь, о которой я могу и не думать – деньги точно будут. Только родителей нет. - Ох, - Лика отставила в сторону кружку и поддалась ближе к Алисе, сидевшей за столом напротив. – Мне жаль. Правда, это должно быть очень… - Больно? Нет, это не больно, - легкомысленно перебила та. – Сначала – да, а потом все… Все приходит в порядок. Как будто, так и должно быть. Я знаю, что им лучше без меня, и они это тоже знают. Как взаимная любовь. Только игнорирование. Лика замолчала, не понимая, что ответить. Ее сбивало это равнодушие. Уход своего отца она сама переживала слишком тяжело, а Алиса, выходит, лишилась обоих родителей. Да, пусть у нее были деньги, но вряд ли они стоят настоящей семьи. - И ты их совсем не видишь? - Да. С прошлого Нового года. Родители в другом городе – бизнес, все дела. - Я… - Лика хотела было выдать очередную фразу про то, что ей жаль, но вовремя опомнилась. Казалось, жаль тут только ей. - Так кто разбил тебе сердце? – как ни в чем не бывало, спросила Алиса, хватая с тарелки зефир. - Что? - Секреты, Лика, - она помахала сладостью перед собой. – Забыла? Я рассказала свой, теперь твоя очередь. - Точно, - буркнула та, разом забывая про родителей Алисы. – Один кретин. - Вы встречались? – деловито поинтересовалась та. - Нет, - мрачнее с каждым словом, ответила Лика. – Я была не самой популярной в классе – удивительно, да? Серая мышка. Он… ну, видимо, это было забавно. Поспорить на меня с друзьями. Еще забавное то, что конец у таких споров счастливый только в книжках. А в жизни это всегда чье-то разбитое сердце с одной стороны и здорово потешенное самолюбие с другой. Счастливый конец вообще, кажется, только для сказок. Она выдохнула, стараясь не дать вспоминанием испортить себе настроение. - Какой кретин, - протянула Алиса, и Лика увидела, как разламывается в ее руках мягкий зефир. – Надеюсь, ты что-нибудь ему сделала? - Что? – насмешливо спросила Лика. – Что я вообще могла ему сделать? Алиса пожала плечами, засовывая разломанный зефир в рот. - Я бы убила, - ответила она, и прозвучала так серьёзно, что Лика на секунду даже опешила. – Ну, может, его хотя бы жизнь наказала? - Понятия не имею. И, если честно, не хочу знать. И вспоминать об этом тоже. - Ладно, - легко согласилась Алиса. – Давай следующий секрет. Лика ненадолго задумалась. - Почему тебя выгнали из университета? - У меня были проблемы с преподавателем. Я, как бы это сказать… - Алиса пошевелила пальцами, словно пытаясь ухватить мысль. – Редко думаю о последствиях. - Проблемы? Типа ссор или… - Сначала «или», а потом уже «типа ссор». - Ты же понимаешь, что вообще ничего не объяснила? – так и не дождавшись нормального ответа, спросила Лика. - Я просто подумала, что тебе совсем нечем заплатить за этот секрет, - хмыкнула Алиса. – Я не права? Лика недовольно сложила руки на груди. Не то чтобы ей кровь из носу необходимо было узнать, почему Алису выгнали из университета – но теперь история казалась интересной. И вообще вся Алиса неожиданно приобрела какие-то тайны за спиной – а кого не привлекают тайны?... - Могу рассказать, как случайно убила хомячка в пятом классе. Алиса расхохоталась. - Ничего смешного, - возразила Лика. – Между прочим, сама сказала – каждый сам определяет степень секретности. Да и в целом… - Я переспала с преподавателем, - неожиданно перебила ее Алиса. Лика замерла, так и не донеся до рта зефир. - И не один раз – вот в чем была ошибка. Я просто люблю все милое. Ничего не могу с собой поделать. Лика открыла рот, а потом закрыла. Озадаченно почесала кончик носа. - Ну и… Об этом узнали? - Да. Этот кретин рассказал моим родителям, а им тогда было совершенно не до этого. У нас… Мы все вместе праздновали семейную трагедию. Типа дня рождения или Нового года, только чуть менее весело. Я поссорилась с родителями, с ним – со всеми. Алиса глянула в свою пустую кружку и поднялась из-за стола. - Но я мстительная. И редко думаю о последствиях. Вот сейчас Лика видела: она злится. Раздраженно кидает кружку в раковину, сдувает прядь волос с лица – и движения неожиданно становятся резкими, нервными. - По крайне мере, так говорят родители, - она подошла к Лике, сжавшейся на своем стуле и уже сотню раз пожалевшей о том, что задала этот вопрос. – Он сам как-то предложил записать видео – видишь ли, это был не совсем… не просто секс. Представь: у него была карьера преподавателя. А у меня дико неприличное видео. И желание отомстить. Алиса оперлась одной рукой о стол, а другой о спинку стула, на котором сидела Лика, и нависла над ней. Та больше уже ничего не спрашивала – ей достаточно было этого разъярённого взгляда зеленых глаз. - Если коротко: никого из нас больше нет в том университете. Finita la commedia. - Не просто секс? – очень аккуратно переспросила Лика. - Это уже следующий секрет, - улыбнулась Алиса, наклоняясь ближе. – А ты еще не расплатилась за этот. - Сама сказала: история про хомяка тебя не интересует, - нервно откликнулась Лика, пытаясь отодвинуться от нее. - Ничего страшного, возьму натурой. Это совершенно точно была шутка – но с этим горящим взглядом напротив и растрепанными рыжими волосами, сейчас как никогда напоминавшими огонь, Лика уже ни в чем не была уверенна. - Что? – пискнула она, и рука, которой Алиса опиралась о стол, скользнула к ее затылку, не позволяя отклониться. - Шутка, - ухмыльнулась та, откровенно разглядывая Лику. – Обойдусь поцелуем. - Что? – глупо повторила она, не зная, куда деваться от сладкого запаха и зеленых глаз. - Поцелуй меня. - Да я не… Лика сбилась и тяжело сглотнула, не понимая, что делать и как до этого дошло. Может, это вопросы о прошлом так действовали на Алису?... Странная реакция. И злость тоже странная – никто в порывах ярости не требует поцеловать его. - Не… Отшутиться бы – но и на это слов не находилось. - О боже, - фыркнула Алиса. – Ты не знаешь, что такое поцелуй? Показать?... И прежде чем Лика успела ответить, он прижалась к ее губам. Да, Лика отлично знала, что такое поцелуй. Выражение любви – нежности, в конце концов, но этот поцелуй явно не подходил ни под один критерий. Он был грубым, настойчивым – Алиса совершенно беспардонно сминала ее губы и не давала отстраниться. Лика уже было собралась оттолкнуть ее, но тут чужая рука спустилась с затылка на ее шею. Движение было таким собственническим, что Лика на секунду опешила. А потом Алиса сжала пальцы на ее горле – и случилось то, что Лика почувствовала тогда, при мимолетном прикосновении – волна жара накрыла ее с головой. Заставила застыть, словно кролика перед удавом, подчиняясь чужим движениям. Губы у Алисы были горячими – от чая, и сладкими – от зефира. Она положила вторую руку Лике на шею и сжала сильнее. Та приоткрыла рот – воздуха не хватало. Алиса тут же воспользовалась моментом, углубляя поцелуй, а Лика почувствовала, что задыхается – и вряд ли в этом были виноваты руки на ее шеи. Наверное, Лика совсем сошла с ума – или это этот дикий жар сжег все мысли и опасения - ее губы дрогнули, неуверенно отвечая на поцелуй. Лика сразу же спохватилась, но чужие пальцы схватили ее за волосы, грубо оттягивая голову назад, и Алиса, наконец, сама разорвала поцелуй. - Теперь поняла, что нужно было? – хрипло спросила она, продолжая держать ее за волосы. Лика тяжело дышала. Она словно до сих пор чувствовала ее пальцы на своей шее, и жар внутри все не унимался – поэтому до нее не сразу дошел смысл того, что только что произошло. - Ты что делаешь? – она дернулась в ее руках. – Алиса! Какого черта! Та моргнула, приходя в себя, и отпустила Лику, отстраняясь. - Блять, - тихо протянула Алиса, но Лика все равно услышала. - Что ты делаешь? – повторила она, подскакивая со стула. – Это входит в определение «контактный человек»? - Прости, - вздохнула Алиса. – Правда, прости. Я просто разозлилась. - Разозлилась? Да… Это… - Лика махнула руками, даже не в силах сформулировать претензии, и прижала ладони к горящим щекам. – Мне нужно идти. - Нет, постой! – та попыталась было ухватить ее за руку. – Не нужно убегать. - У меня… - Дела, да, я уже это сотню раз слышала, - перебила Алиса, следуя за ней до коридора. – Это просто плохая шутка, я же сказала… - Шутка? – переспросила Лика. – Серьезно? Такие у тебя шутки? - Почему бы нет? - Да мы знакомы от силы неделю, о чем ты? - Это только для тебя проблема, - Алиса вновь начинала злиться. – Я и так долго ждала. - Да о чем ты вообще? – Лика на секунду замерла, натягивая сапоги. – Чего ты ждала? На тебя так влияют рассказы о разбитом сердце? Алиса, ты разве не видишь, как сильно это похоже на издевательство?... Алиса ничего не ответила. Лика поджала губы и отвернулась, потянувшись за курткой. - Прости, - повторила Алиса. - Все нормально, - мрачно откликнулась Лика. – Нормально.

***

Захлопнулась дверь. Алиса провернула защелку на замке, секунду постояла, глядя перед собой, а потом прислонилась лбом к двери. Раздавала советы Евсею, а сама не справилась с собственными эмоциями. А главное – все ведь шло по плану. Всего-то нужно было проявить немного терпения. Которым Алиса не отличалась. Кто же знал, что это – не просто стеснительная девочка с милым лицом. Тяжело заставлять открываться того, кто вообще не умеет этого делать – и пытаться остановить очередное бегство. Тяжело лечить чужие раны. Тем более, когда своих предостаточно. С Ликой будет труднее, чем Алиса себе представляла. - Блять, - раздосадовано протянула она, закрывая глаза. – Бля-я-ять.