Не смотри наверх

And the chained man Sang in a sigh "I feel like going home" And the dokhtar fell Holding the shell of her child And said, "I feel like going on" Algiers - remains

Рон бросается к ней и стискивает в объятиях. Поднимает над полом, что-то взволнованно говорит. Только Гермиона ничего не слышит и не видит: перед глазами все ещё стоит удаляющаяся по коридору фигура и беловолосая макушка, постепенно исчезающая во мраке. Выживи, Драко, думает она, смаргивая слёзы в рубашку младшего Уизли. Пожалуйста, только выживи сегодня. - Что случилось, Гермиона? Мы не знали, что думать! Откуда ты появилась? Почему ты плачешь? - забрасывает друг бесконечными вопросами, на которые у неё нет ответов. - Не сейчас, Рон, - качает она головой, осторожно выбираясь из его рук, которые почему-то кажутся руками незнакомца. - Надо уходить отсюда. В этот момент Гарри на полу резко сгибается пополам и заходится болезненным стоном. - Гермиона, - испуганно зовёт Джинни дрожащим от паники голосом. - Гермиона, я не знаю, что с ним. Гермиона подлетает к ним, опускается на колени, всматривается в искореженное страданием лицо Гарри. - Что ты сделала, Джин? - сосредоточенно спрашивает она, пытаясь вспомнить и проанализировать все, что знает про парализующие чары. Понять, можно ли перемещать друга при помощи портала в таком состоянии. - Я? Ты шутишь? - переспрашивает нервно Джинни, и ее состояние граничит с истерикой. - Снейп заколдовал его! - Нет, - качает головой Гермиона, изо всех сил стараясь сохранять самообладание. Время катастрофически уходит, впадать в панику нельзя. Поворачивается к Джинни, берёт ее за руки, заставляя смотреть на себя. - Он уже был заколдован, а точнее обездвижен, знаю. Но потом, Джинни, ты применила к нему что-то или нет? Это важно! - Да, применила. Всего лишь финиту, - пытается оправдаться подруга. - Я думала, это петрификус, Гермиона, должно было сработать! - Что происходит? - спрашивает Рон осторожно. - Все хорошо, - выдыхает она в ответ, пока волна облегчения накрывает с головой. - Все будет нормально. Заклинание отмены подействовало, Джинни, ты не виновата. Просто Гарри не был под петрификусом. - Тогда под чем..- начинает Рон, но его перебивает сам Гарри, который садится, кривясь от боли. - Артикулус, - озвучивает он заклятие, и под недоуменными взглядами обоих Уизли поясняет, - ещё одно заклинание из учебника Принца. Парализует, но лишь на время, проходит само. - И причиняет жертве сильную боль, если попытаться снять его раньше времени, - добавляет Гермиона, цитируя одну из книг, прочитанных в доме Малфоя. Просовывает руку Гарри под левое плечо, взглядом показывая Рону сделать тоже самое. - Вставай Гарри, надо уходить. Откуда-то с нижних этажей доносится грохот, сотрясающий стены и перебивающий даже сигнал тревоги. - Но Пожиратели сейчас в замке. Мы должны помочь Ордену! - предсказуемо пытается протестовать друг. - Гарри Джеймс Поттер! Ты еле стоишь на ногах! - восклицает Гермиона, взбешённая его упрямством и нежеланием думать головой. - Тебя убьют, или кого-то из нас поймают, чтобы ты сдался. Ты - избранный, Гарри, и поэтому должен жить! И все, чем ты сейчас можешь помочь Ордену, это убрать себя с линии огня, чтобы они могли сражаться, не опасаясь за твою жизнь. Так что бери меня за руку сейчас же, а то я за себя не ручаюсь! Она уже достаёт из кармана мантии перо, когда слышит тяжелый вздох Гарри, точно не означающий ничего хорошего. - Прости, Гермиона, - просит он второй раз за ночь, отталкиваясь от её руки и делая нетвердый шаг вперёд. - Я не могу сбежать, пока за меня сражаются другие. Рон, поддерживая его с другой стороны, не делает даже попытки остановить друга. Грейнджер ловит на себе вопросительно-напряженный взгляд Джинни, которая, в отличие от мальчишек, кажется, все понимает, и принимает решение мгновенно. - Мне очень жаль, Гарри, - она еле заметно кивает рыжей, и они синхронно делают шаг вперёд. Джинни берет ребят за руки, а Гермиона свободной рукой стискивает её плечо, прежде чем активировать портал. - Фоукс. Перо в её ладони вспыхивает пламенем всех цветов радуги, выдавая всю мощь магии того, кто создал портал. Выдавая мощь, достаточную для того, чтобы он дважды сработал здесь, в Хогвартсе. Перенос утягивает их за собой, заставляя чертов вой сирены наконец замолчать, и выбрасывает спинами на сырую от росы траву под исколотым звёздами бездонным июньским небом.

***

And one by one They made the ants march down Down into the killing fields

Поле пахнет травами и сырой землей, ветер носится над их головами, разгоняя остатки облаков. Гермиона устало прикрывает опухшие от постоянных рыданий глаза, всего на секунду. Открывая их снова, видит над собой разгневанное лицо Гарри. - Где он, - рычит тот, шаря взглядом но ее лицу в поисках ответов. - Где портал? Я возвращаюсь! - Мне жаль, Гарри, - сиплым голосом повторяет Гермиона, качая головой. Сгибает руку, протягивая ему то, что осталось от пера - обугленное основание, очевидно, без единого следа магии внутри. Он отшатывается от неё, будто Грейнджер вдруг превратилась в соплохвоста. Джинни, сидящая рядом, успокаивающе тянется к его плечу, но он зло отбрасывает ее руку, поднимаясь на ноги. - Я должен быть там! - восклицает он гневно в темноту, отворачиваясь. - Сражаться вместе с Орденом. - Ты должен жить, - негромко возражает Гермиона, рывком заставляя себя сесть, хотя голова до сих пор кружится от второй телепортации за ночь и больше чем суточного недосыпа. - Вспомни пророчество, только ты можешь убить его, Гарри. А для этого нам нужно найти все крестражи и уничтожить прежде, чем вы встретитесь в бою. - Как? - спрашивает он надтреснуто, и его плечи дрожат. - Как мы это сделаем без Дамблдора? Если даже он не смог.., - Гарри запинается, будто слова причиняют ему физическую боль. - Если даже ебучий медальон был фальшивкой. Всё это было зря! Он погиб зря и не оставил нам никаких инструкций! Мы не знаем, где искать, не знаем, что искать, Гермиона! Мы ничего не знаем, и ничем сейчас не можем помочь Ордену, кроме поддержки в бою, но и оттуда бежим, как последние трусы! Повисает молчание, Рон хмуро сидит рядом и методично выдёргивает траву из под своей согнутой ноги. Джинни хочет подойти к Гарри, но не решается его трогать в таком состоянии. Гермиона ждёт. Ждёт вопросов, которые последуют дальше. Ветер шелестит высокой травой и бросает спутавшиеся волосы ей в лицо. - Почему ты ничего не сказала нам? - спрашивает Гарри, наконец, обвиняюще. - Про таблетки, про срывы, про то, насколько все на самом деле плохо? Мы чуть с ума не сошли, когда ты не приехала в школу, решили сначала, что на твою семью напали. Гермионе кажется, что она ослышалась. В коротком прощальном письме, которое она написала Гарри и Рону, находясь под империусом, не было ни слова про ее расстройство. Только извинения за то, что она якобы решила сбежать с родителями в Австралию подальше от войны. - Что? - тупо уточняет она, пытаясь понять, о чем говорит друг. - Почему вы так решили? - Никто из нас не поверил в историю про больницу, - Гарри по-своему понял её вопрос. - Что ты могла исчезнуть вот так, ни слова не сказав, ограничившись одной короткой запиской. Мы подумали, что-то случилось, ведь как раз тогда впервые напали на семью нечистокровного студента. Я хотел вернуться в Лондон, поговорить с твоими родителями, пошел к Дамблдору, но он все подтвердил, про твоё лечение. Сказал, что тебе временно запрещены контакты с внешним миром, что это для твоей же пользы. Что твоих родителей увезли из Англии, потому что ты слишком переживала за них. - Дамблдор так сказал? - севшим голосом переспросила Гермиона, порадовавшись, что сидит и давя в себе истерический смех. - Да, велел не беспокоиться, - согласно закивал Рон, подтверждая слова друга. - Сказал, что ты в надежных руках, и что мы встретимся, как только тебе станет лучше. - Тебе стало лучше? - оборвала его Джинни, пристально всматриваясь в лицо подруги. Этот вопрос в лоб заставил Гермиону инстинктивно напрячься, потому что не прозвучал с обидой или беспокойством как у мальчишек. Он прозвучал с недоверием. Это оказалось больно. Сильнее ранило лишь то, что это недоверие было вполне заслуженным, пусть и не по вине Гермионы. - Лучше, - выдохнула девушка, чувствуя, как ложь застревает в горле. - Лучше… - попыталась она подобрать слова, ведомая странным ощущением, что младшая Уизли видит ее насквозь, - но я все ещё не в порядке. - Ты так и не ответила на мой вопрос, - напомнил ей Гарри, доставая из кармана и возвращая ей палочку. - Почему ты не сказала про своё состояние раньше? Это ведь началось еще осенью, ты была сама не своя. Прятала таблетки, уходила с уроков. Почему ты не попросила нас помочь, Гермиона? Мы же лучшие друзья, помнишь? В его голосе сквозят искренние непонимание и обида. Если бы только она могла все рассказать, думает Гермиона с горечью. Про настоящую причину своего отсутствия, про Малфоя, про Дамблдора. Когда-то они делились всем, а теперь что? Кто она теперь? Гермиона не знала. - Я думала, что справляюсь, - признает девушка еле слышно, и это правда, несмотря на то, что все остальное - обман, придуманный Дамблдором. Весь прошлый год ей казалось глупым обременять друзей своими проблемами. Возможно, именно поэтому они так отдалились друг от друга. Поэтому она сблизилась с Малфоем - во всей школе только он знал, что с ней происходит, и в каком-то смысле мог понять, а они - нет. Возможно, именно поэтому Гермиона весной пошла в Выручай-комнату за учебником Принца одна, ничего никому не сказав. Даже не задумавшись, чем это может закончиться - хотя прекрасно знала, что слизеринец зачем-то часто бывает там. А когда они столкнулись, даже решила сначала, что справится. Что остановит Малфоя, сможет переубедить. Какая же она была дура. Самое ужасное, что даже теперь Гермиона покрывала его. Слёзы навернулись на глаза, когда Гарри опустился рядом и обнял её. Он пах собой, пах домом, уютом, немного хвоей и почему-то выпечкой. Ноздри защекотало, и Гермиона, к своему ужасу, шмыгнула носом и совершенно по-детски разрыдалась, вцепившись пальцами в его кофту. - Прости меня, - извинился друг негромко, чем только вызвал новую серию судорожных всхлипов, предательски рвущихся из груди. - Прости, я такой идиот, чувствовал же, что-то с тобой происходит, но.. - Хватит, Гарри, - просит она слабо, потому что слышать его извинения невыносимо. - Ты ни в чем не виноват. Я сама так решила, я не должна была так поступать. Только слёзы и не думают останавливаться. - Все хорошо, - Гарри успокаивающе гладит ее по голове, будто маленького ребёнка. - Все кончилось, Гермиона, тебе помогли, ты снова здесь, с нами. Все позади. Эти слова будто выбивают землю у Гермионы из-под ног, останавливают ход времени, и будто в замедленной съемке она проматывает в голове начало этой бесконечной ночи. То, как она, дрожащими пальцами разворачивает записку, и водит взглядом по строкам. Постскриптум, щерятся буквы, издевательски поблескивая в полумраке. Постскриптум. Камин будет открыт ещё сутки, на случай, если решите вернуться. Если. Решите. Вернуться. Гермионе хочется закинуть голову в ночное небо и заорать, но хватает сил только на побеждённый шёпот: - Нет, Гарри. Ещё нет.

***

And I know more than one place Where you might never come back If you show how you really feel

Первые признаки боя становятся слышны у лестничных пролетов. Внизу проносятся вспышки заклинаний, звучат выкрики проклятий и ругательства. Драко перевешивается через мраморные перила, чтобы разглядеть, кто сражается. - Голову оторвёт, - предупреждает его Снейп, очевидно, раздражённый таким ребяческим поведением. - Нам наверх, - и начинает подниматься по лестнице, ведущей в башню директора. - Зачем? - недоуменно спрашивает Драко, - Разве мы не должны присоединиться к остальным? - Чтобы что? - хмыкает зельевар, не оборачиваясь. - Искать в замке Поттера по приказу Лорда? Поверь, если наш ненаглядный избранный и его друзья всё ещё здесь, я найду их первый, когда мы будем на месте. - Да о чем вы, черт возьми говорите? - злится Малфой. - Что за бред? - Сладкая вата, - говорит Снейп горгулье пароль и, проигнорировав все вопросы, направляется в кабинет. Министерская сипуха, восседающая на директорском столе, встречает их недовольным уханьем и протягивает лапу с конвертом. Снейп разламывает сургуч Министра и разворачивает письмо. Всего на мгновение на его обычно безэмоциональном лице проступает такая нечеловеческая усталость, что Драко хочется сделать шаг вперёд и положить руку крестному на плечо, но он быстро одергивает себя. - Что… - хочет спросить он, но Снейп молча отдаёт ему лист и, поднявшись на кафедру, отворачивается к окну. В руках у Драко приказ от сегодняшнего дня, подписанный министром и заверенный несколькими присутствующими - в именах двоих из которых Драко узнаёт недавно примкнувших к Лорду Пожирателей. Приказ, назначающий Северуса Снейпа директором школы Волшебства и Чародейства Хогвартс. - Эльфы, - зовёт Снейп, и Драко молча наблюдает, как они начинают появляться с хлопками, несуразные, дрожащие от непонимания происходящего создания. Их несколько десятков. Невидимые глаза, уши и руки школы. - Гарри Поттер, Рональд и Джиневра Уизли, - перечисляет зельевар троицу, на которую Темный Лорд объявил облаву этой ночью. - Сейчас в замке? Малфой ловит себя на том, что затаил дыхание - домовики не смогут соврать новому директору, магия замка им не позволит. - Нет, они исчезли, - пищит один, тот, что стоит ближе всех, в ответ. Драко чувствует на себе чей-то взгляд и узнаёт среди домовиков Добби. Тот победно улыбается, не таясь, и прежнего Малфоя эта наглая улыбка привела бы в бешенство. Но вместо этого он чувствует облегчение и совершенно неуместную идиотскую радость. Домовик доволен, а значит, Поттер благополучно свалил из школы. Значит, Грейнджер в безопасности. Им ее не достать, вот что главное. А в остальном плевать он хотел на ухмылки идиотского эльфа. - Позвать всех преподавателей сюда и не выпускать студентов из башен до дальнейших указаний, - тем временем раздаёт крестный тихие приказы. - Если есть раненые несовершеннолетние, доставить их к больничное Крыло. В бой не вмешиваться. Эльфы продолжают гипнотизировать зельевара своими огромными, полными ужаса и недоумения глазами. Им, как и всем домовикам, сложно быстро реагировать на смену обстановки и тем более смену хозяина. - За работу! - рявкнул Снейп, и только после этого начали раздаваться хлопки аппартации. Когда последний исчез, мужчина повернулся к Драко: - Сейчас я открою камин на выход. Возвращайся в Менор, и доложи Лорду, что все кончено. Поттер сбежал. - Шутите? - фыркает Драко. - Он убьёт меня на месте! - Не убьёт, - безразлично покачал головой профессор. - Ты, в отличии от всех остальных, выполнил то, что тебе велели. - Вот сами и доложите, - огрызнулся Малфой, на что Снейп дернулся вперёд грубо схватил его за ворот мантии. - Какого..? - Замолчи и слушай, мальчишка, - прорычал зельевар, окончательно потеряв терпение. - Сейчас здесь будет весь преподавательский состав школы, ты и правда хочешь их видеть, после того, что сделал? Аргумент, надо признать, весомый. Только встречаться с Лордом желания ещё меньше, а уж тем более сообщать ему плохие новости. - Ты уже доразмахивался палочкой на башне, теперь неси ответственность за свои решения и веди себя как взрослый человек, - продолжил его отчитывать крестный. - Отправляйся и доложи Темному Лорду, что выполнил задание. Уверен, он будет удивлён. И напомни ему сказать своим псинам к ноге, пока они не заигрались и не убили кого-то из студентов. С этими словами Снейп отпустил его, и взмахом палочки открыл камин, который полыхнул зелёным огнём. - Думаете, ему не плевать, - издевательски изогнул бровь Малфой, неохотно загребая летучий порох в кулак, - на парочку порезанных магглороженных? Снейп скривился, отчего парень, как часто бывало в разговорах с ним, почувствовал себя умственно отсталым. - Он не просто так приказал обойтись без жертв в школе. Сейчас тебе не семидесятые, Драко. Весь мир смотрит на то, что будет происходить в Англии с его приходом к власти, - надо признать, в этом была логика. - У нашего режима все ещё не так много поддержки в других странах, чтобы беспрепятственно устроить геноцид. От последней фразы Драко передернуло. Отвратительно. - Почему вы мне все это говорите? И зачем, в таком случае, отпустили Поттера и его друзей, если вы на стороне Пожирателей? - обескураженно спрашивает он, но выражение лица Снейпа остаётся непроницаемыми, пока тот чуть улыбается одними губами. - А почему я научил тебя окклюменции, Драко? Снизу раздаётся звук отъезжающей в сторону двери и стук каблуков по каменным ступеням. - Северус! - вбегая в кабинет, Макгонагалл будто вкладывает в это обращение весь спектр эмоций: панику, и обвинение, скорбь, и.. надежду, понимает вдруг Малфой. Этот крохотный проблеск чужой надежды валится на его плечи запоздалым осознанием того, что он натворил. Что все по-настоящему. Он - убийца. - Менор, - говорит Драко, на автомате разжимая кулак и шагая в огонь. Собственный голос кажется чужим. Снейп оказался прав. Находиться в одной комнате со старой преподавательницей невыносимо настолько, что даже давящая тишина особняка кажется спасением. Только нет более обманчивого ощущения, знает Драко. Выйдя из камина, он падает на колени и, сжав кулаки, потерянно смотрит в пустоту перед собой. Ощущает, как метка пульсирует и оживает на запястье, почуяв близость хозяина. Давится омерзением и желчью, подкатывающей к горлу, потому что понимает - нельзя. Не показывать слабость. Не сейчас, не здесь, потому что скоро за ним придут. Через минуту они и правда приходят.

We're your careless mistakes We're the spirits you raised We are what remains...