7 Смертных Грехов.

Арсений долго сидел на берегу озера, вглядываясь в неподвижную гладь воды, будто пытаясь разглядеть там ответ на вопрос, который не давал покоя его сердцу. Он думал, что расставание с Антоном станет для него освобождением, избавлением от тяжести чувств, которые так долго его раздирали. Но вместо этого тишина лишь усиливала боль. — Ну что, Попов, доволен? — спросил он себя, усмехнувшись, — Все сделал правильно, да? Отпустил его, дал ему шанс жить нормально. Но что такое «нормально»? Для него теперь всё казалось пустым и бессмысленным. Арсений закрыл глаза, позволяя ветру обжигать его лицо. В голове крутились обрывки воспоминаний: смех Антона, его насмешливые, но такие теплые взгляды, слова, которые он говорил, когда думал, что никто не услышит. Всё это напоминало о том, что он только что потерял. — «Смешно, правда? Граф проиграл,» — подумал он и поднялся, стряхивая с брюк пыль. Возвращаться домой не хотелось. Да и домом назвать это было сложно. И вдруг послышался звук, похожий на рингтон его телефона, Арсений не сразу сообразил откуда тот доносится, когда его словно вытолкнули из сна, заставив оказаться наяву. Да такой, своего рода кошмар, посещал Попова достаточно частенько, последнее время. Будто мозг напоминал о том, какой же он трус, потому что не пошел за Антоном, даже не попытался его переубедить. Попов знал причину этому, но пока окончательно решить данную проблему не мог, поэтому и маялся, полуночничая из раза в раз. А тем временем телефон не переставал звонить. Стоило Арсу только взять его в руки, на экране тут же появилась довольная рожа Эда. Ну конечно, кто бы еще ему мог звонить в шесть утра, за исключением этой ранней пташке. — Доброе утро, гений, — раздалось в динамике с привычной насмешливой интонацией. — Привет, — отозвался Арс, сонно потирая глаза. — Что, опять не спал? — Спал. — Ну-ну, расскажешь кому-то другому. Знаю я, как ты «спишь» — Лучше расскажешь ты, Эд, — произнес Арсений, стараясь скрыть свою усталость. — Почему ты решил разбудить меня в такую рань? — Слушай, мне тут птичка напела, что кое-кто, кое-куда направляется. Мне кажется тебе будет очень интересно узнать это, — слишком заговорчиски продолжал он. Попов знал Выграновского не первый год, поэтому мысли о том, что это глупая шутка знакомого, даже не посещали его голову, — Погодь… Ой у меня тут вторая линия, я чуть позднее наберу, полепетаем, — и сбросил трубку, гаденыш такой. Арсу не сложно было догадаться из-за кого Эд так быстро потерял интерес от своего рассказа, ужасно важной информации. Такой человек был один и это очень напрягало Арсения, с учетом того, что и Шаст был близок с этой важной персоной. В любом случаи, спешка была ни к чему, а все, что надо, Попов узнает и после встречи с бывшим психологом, уж опыт в выбивании информации разными методами, у него было предостаточно. Хотя он может и пойти на хитрость, этого более будет чем достаточно, да и Стрелецкий, уж точно не откажется ему в такой просьбе.

***

Сказать, что Шастун не спал всю ночь, проще пулю себе в голову пустить и, больше вообще никогда и ни о чем не думать. Вчерашний вечер, да и вообще весь день, загрузил мозг информацией, которую сам Антон не мог никак, ни опровергнуть, ни доказать. У Арса были настолько сильные проблемы после их разрыва, что он обратился к психотерапевту с экстроординарными методами? Эд стал его отдушиной и вытащил из ямы? Они в отношениях? И как вообще Арс узнал о том, какую информацию сам Шаст пытается достать? — Эти вопросы вихрем вертелись в его голове и сообщение, что пришло на его телефон с подписью «А.Стрелецкий», стало единственным способом, расставить все точки над и. Шастун взглянул на экран, сердце заколотилось. Он не знал, чего ждать от сообщения. Незнакомые номера с незапамятных времен, заставляли его раз сто все обдумать, прежде чем открывать злополучное смс. Содержание текстов в таких ситуациях всегда вызывало опасения и тревогу. Но игнорировать не мог. Он кликнул на уведомление, и текст засверкал перед его глазами: «Мы должны поговорить. Это важно.» Как будто с этого момента мир вокруг него начал медленно вращаться, оставляя только его и это загадочное послание. Антон никогда и не признается, что так быстро он не собирался, даже когда их накрыли менты. Он даже глупо на время не взглянул. Поэтому уже в семь утра он стоял у закрытого бизнес-центра, только сейчас понимая, какой сейчас час. Он уже подумывал где переконтаваться до открытия, когда в далеке увидел знакомую кудрявую макушку. Это был Матвей — если Антон, правильно помнил, тот являлся помощником Стрелецкого, но что он тут забыл в семь утра? — Здравствуйте, Артем Александрович, ждет вас в кабинете наверху, проходите, — пробуробил юноша держа в руках кофе, было видно, что его заставили встать ни свет ни заря, а для чего и зачем так и не обьяснили. Они поднимались в полной тишине. Кажется, Шаст не чувствовал себя так неловко со школьных времен. Когда двери лифта открылись и они зашли в офис Стрелецкого, он тут же развел руками и спросил у своего помощника: — Моть, ну что так долго? Клиент ждет уже час и, где мой кофе? — Артем Александрович, вообще-то мы о таком не договаривались. Сегодня выходной, да и почему я должен исполнять снова все ваши поручения? — Да, да, Моть, не начинай, лучше просмотри, кто записан на следующий сеанс и оповести клиентов, что я снова готов работать. Шастун, пошли, — забирая кофе сказал Артем и направился в свой кабинет, — Я конечно знал, что ты явишься очень быстро, но не думал, что мне тебя стоит ждать в такую рань, — прикрывая дверь с улыбкой сказал Стрелецкий, указывая на кресло, в которое Антону следовало сесть, кажется их ждала долгая процессия. — Зачем ты меня позвал? — кося под дурочка уточнил Шаст. — Встречный вопрос, почему ты пришел ко мне? Дело ведь в Арсении, верно? — спросил Стрелецкий, хотя ответ наверняка знал. — Да, дело в Арсении, — тихо произнес Шастун, чувствуя, как его плечи становятся тяжелыми от напряжения, — Я просто не понимаю, что происходит. Почему он решился на псих… — Шастун глубоко выдохнул, стараясь собраться с мыслями. У него не было желания обсуждать Арса, но обмануть себя он не мог. Да, всё было связано с ним. Боязнь, что Стрелецкий знает больше, чем он предполагает, угнетала. Он зажмурился, пытаясь вспомнить последние моменты с Арсением, но они лишь добавляли боли. — Ты считаешь, что он пришел ко мне, чтобы забыть тебя. Я тоже так думал, Антон, но Попов оказался совершенно другим персонажем, — погружаясь в свои мысли ответил Стрелецкий: — С первого же приема, он поставил все точки над «I», сказав, что проблему решить нужно в кратчайшие сроки. Соглашался на все мои способы лечения, даже если они были опасны для жизни. Но ничего не срабатывало, я долго думал и когда осознал в чем загвоздка, понял, что мои методы здесь бесполезны. «Flashback: » Арсений пришел в офис ближе к вечеру, они уже пару недель пытались проработать его проблему, да на памяти Стрелецкого это был самый сложный клиент. Столько способов, утопление, сжигание вещей, попытка затронуть детство и все ни к черту. — Ну что, нашел корень проблемы? — спросил Попов присаживаясь на кресло, которое за все это время стало для него уже родным. — Нашел. Я наконец понял, Арс, что именно с тобой происходит. Ты пришел ко мне не с проблемой, ты пришел чтобы убедиться в своей правоте или может скажешь, что я не прав? — с легкой улыбкой спросил Артем, ему до ужаса, всегда нравились сложные пациенты, Арсений среди них был высшей точкой эпоса. — Прав, абсолютно прав. — Тогда зачем ты обратился ко мне? — Знаешь, Тем, наши отношения с Антоном, чем-то напоминают ваши с Денисом, я привык его защищать, мне было достаточно просто быть с ним рядом и, знать, что я ему нужен. Мы с ним далеки от идеальной пары, не случись того, что уже произошло, этих отношений могло и вовсе не быть. Когда он решил со мной разойтись, знаешь, я даже ни на секунду не засомневался, знал, что так правильно, что так должно быть. Но после его ухода, стало до ужаса паршиво, я захотел его вернуть. Достаточно эгоистично с моей стороны, не правда ли? — Только если в самой малой степени. Это парадокс любви, Арс. — Не знаю, парадокс это или шмарадокс, не столь важно. Если быть откровенным, я пришел к тебе не за помощью, а чтобы убедиться, что мой план не полон эгоизма, что я своими действиями не наврежу человеку, который мне действительно дорог, просто из-за глупой привязанности. Но мы испробовали кажется методов пять, семь? И все бестолку. Я не забываю его, не потому что не могу, а потому что не хочу этого делать. Он нужен мне. Возможно, сейчас слишком самодовольно прозвучит, но я больше чем уверен, что нужен ему в ровной степени. Единственное, что меня беспокоит — это кошмар, повторяющийся из раза в раз. — Это не совсем кошмары, скорее твое подсознание формирует таким образом осязаемое чувство вины, может пытается даже переубедить тебя, ради общего блага. Но судя по твоему состоянию, ты забьешь на это жирный болт. В любом случаи как психотерапевт, скажу, эти сны перестанут тебя мучить, когда ты разберешься с Антоном, как бы двояко это не звучало в твоем случаи. — Звучит так, будто я должен его убить, — рассмеялся Попов. — Не-не-не, давай без мокрухи, — тут же со смешком ответил Стрелецкий, а затем потерев глаза, еще шире заулыбался, заключая окончательный вердикт: — Да. Я должен был догадаться раньше об этом. Кажется наши сеансы подходят к концу, и все же не могу не задать этот вопрос. Ты сказал, что ваши отношения, похожи на наши с Денисом, но ты же понимаешь, что мы в разных категориях? Любовь и дружба, как ни крути, отличаются. — Артем, ты серьезно? Ты же психотерапевт, высший квалификации, у тебя дедукция на уровне шерлока, а строишь из себя овечку, «ничего не вижу, ничего не слышу»? Да любой обуватель, пообщавшись с вами хотя бы минут двадцать, поймет, что вы далеко не просто «друзья» Стрелецкий рассмеялся, он понимал о чем говорит Попов, да с таким пациентов в незнайку не сыграешь, видит будто насквозь. Он давно ощущал, что грань между их дружбой с Денисом трещит по швам, переваливаясь несколько в другую сторону. Стрелецкий даже на миг выпадает из реальности, погружаясь в собственные неразберихи, а когда выходит из этого состояния, видит, на лице пациента ухмылку, будто они играют в морской бой и, тот со 100% точностью, выигрывает. — Вас что, этому учат? — Не, не, не, просто у меня друг психолог, пару фишечек у него своровал. — Но зачем тебе это? — вдруг спрашивает Стрелецкий, начиная понимать, насколько они похожи. — Знаешь, Артем, кажется в этой жизни, я могу помочь кому угодно, кроме себя самого, — усмехается Арс. — Знакомая пьеса. На этом и расходятся, заканчивая психологический перфоманс. «The End Flashback» Из собственных мыслей психотерапевта вырывает Антон, щелкая пальцами у его лица: — Что-то не так? Ты говорил про Арса и резко замолчал. Так о чем вы говорили на сеансах? — Артем только хмыкает, понимая, насколько же тогда Попов был прав, они серьезно созависимы, друг без друг явно не могут. А тем временем Антон наклонился ближе, его любопытство распирало его изнутри, — Давай, расскажи мне, о чем вы с ним говорили? — настаивал он, его глаза блестели от интереса. Артем понимал, что разговор о Арсе вызывает у парня напряжение, чем больше становилось это чувство, тем веселее становилось Стрелецкому. — Не могу, Антон, врачебная этика не позволяет разглашать личные проблемы пациентов, кем бы ты ни был, — разводя руками, начал в своей манере выводить на эмоции Артем, это было даже легче, чем он себе представлял. — Тогда нахуй я сюда явился?! Нахуй ты меня позвал?! Че, блять, за приколы такие?! Я несусь как угорелый через весь город, чтобы не получить в ответ нихуя, ахуенный план, схема во! — пришел в ярость Шастун, это же надо было только подумать, что ему так просто удастся выведать ответы, ага, размечтался и подпрыгнул! Просто беллисимо, а не день. — Скажем так, считай, что ты явился по моей прихоти. Допустим у меня не закрытый гештальт, я не смог помочь Попову, и решил переключиться на тебя, — крутя в руках кубик рубик, слишком спокойно говорил Стрелецкий, от-чего бесил пациента еще больше. — Да ты издеваешься, блять?! — Почему ты решил его бросить? — резко повысив голос и отставив занимательную игрушку подальше, спросил психотерапевт. От такой смены тона, Шастун, что секундой ранее уже орал на него с высоты всего своего роста, вновь упал на кресло, — Считал себя недостаточно достойным? Или может, нашел кого-то по привлекательнее, чем Арсений? А, точно, как я сразу не догадался, нашел кого-то по моложе? Арс, ведь не молодеет с каждым годом, все же не вино, — Стрелецкому нужно было добиться того, чтобы Антон вошел в конфрантацию с собой, глупые вопросы, которые никоим образом не были правдой, отлично действовали на этого яростного юнца. Антон стиснул кулаки, его лицо покраснело от гнева, — Ты не имеешь права так говорить! — выпалил он, его голос дрожал от подавляемых эмоций, — Арс — это не просто человек, он часть меня! И ты, чертов психотерапевт, ты даже не понимаешь, что такое любовь! — Его слова звучали как настоящая истерика, и Артем был уверен, что внутри Антона все клокочет. — Любовь? — повторил Стрелецкий, уловив момент, — Значит, ты считаешь, что оставить его — это проявление любви? Позволить себе уйти, когда он нуждается в тебе? Это не любовь, это трусость. Возможно ты хотел просто уйти от проблем, что связаны с жизнью и работой Попова? Может он тебе наскучил? Или ты устал вечно попадать в неприятности из-за него? — Да ты заебешь! — рыкнул Шастун, — Я действительно устал, но все, что ты несешь, полная хуйня! Хочешь правду, так слушай, я устал быть для него обузой. Он вечно подчищал за мной, пока я творил полную дичь и лез нарожон! Если бы нас не связывал брак и отношения, он бы вышвырнул меня за дверь, даже не посмотрев, а так я как ебанный чемодан без колесиков, и тащить тяжело и бросить жалко! — Он это лично тебе говорил? — прервал его Стрелецкий. — Нет, но я же понимаю, что он хотя бы раз о таком задумывался. — Да что ты говоришь, — удивленно приподняв брови, ответил психотерапевт, — Святые дьяволы, когда до людей уже начнет доходить, что их мысли не всегда имеют под собой осязаемую подноготную? — будто общаясь сам с собой, прыснул со смеху Артем, — Антон, знаешь, как видит эту ситуацию «чертов психотерапевт»? Ты принял собственные страхи за факты и решил сбежать, пытаясь доказать того, чего у тебя не просили, о чем даже не думали. — Я не сбегаю, я пытаюсь быть честным, — прошептал Антон, его голос стал более тихим, как будто он осознал глупость своих слов, — Я не могу вредить Арсу, и чем больше я мыслю об этом, тем больше понимаю, что мы оба застряли в этой ловушке. Стрелецкий чуть улыбнулся, отметив, как искренность наконец начала пробиваться сквозь гнев и упрямство юнца, — Это уже на что-то похоже, — сказал он, вновь берясь за кубик, — Так почему бы вам не сесть и не поговорить об этом? Вместо того чтобы мучить друг друга? В этот момент в кабинет зашел Денис, как всегда без стука, в руках он держал папку, по всей видимости с теми самыми документами, о которых уже успел сообщить Арсений. По крайней мере именно так думал Антон. И это любопытство к пачке бумажек не ускользнуло от глаз недодруга, недолюбовника. — Попов все еще не здесь? — спросил раздраженно Денис. — И тебе привет, Ден, — проговорил, улыбаясь довольный, словно кот обьевшийся сметаны, Стрелецкий. — Я ему че, секретарша на побегушках? Найди то, принеси это, как был раздражающим психом, таким и остался, — продолжал бурчать Ден, — Слышь, ты же его коллега, на ему и передашь, — отдавая заветную папку с информацией о транспортировки парема, — И скажи, чтобы больше не лез в нашу жизнь. Антон лишь благодарно покивал и быстро попрощавшись, удалился из кабинета. Все же желание разобраться самому и помочь Арсению, он никак не мог пересилить. И только дверь за ним закрылась, только Денис успел сесть на кресло напротив Артема, как шкаф стоящий неподалеку распахнулся и из него вышел никто иной, как сам «Граф» Попов, — В нашу жизнь? Серьезно? — усмехнулся Арс, прикрывая деревянные двери, — Звучит, будто вы семейная пара. — Какого хуя?! Ты все это время был там?! — испуганно произнес Ден, явно не ожидавший такого спонтанного появления. — Нет, блять, я неуловимый ниндзя, хожу через стены, и проникаю в нужные мне помещения, — саркастично фыркнул Попов, усаживаясь на диван стоящий неподалеку, — Ден, а ты же в курсе, что передача конфиденциальной информации карается по закону? — уже более серьезно спросил он. — Да ты о чем? — с недоумением взглянул на Попова Ден, — Это всего лишь документы, никакой секретной информации тут нет. — Ага, и я один из клоунов в этом цирке, — усмехнулся Арс, откидываясь на диван. — Но знай, Ден, если ты еще что-нибудь решишь передать без моего ведома, я не оставлю это без последствий. Я надеюсь ты не настолько глуп, чтобы отдавать полностью все бумаги? — зловещим тоном спросил вновь Попов. — Арс, завязывай, — еле сдерживая смех попросил Артем. — А что не так? — за секунду сменив гнев на улыбку и, разведя руки по обе стороны, спросил Арсений, — Тебе значит моего мужика кошмарить можно, а мне твоего нельзя? — Мой не настолько подготовленный, как твой. Посмотри, он весь бледный уже как поганка. — Да, ему бы валидольчика попить, ну или вам в баньку сгонять вдвоем, попариться, расслабиться, все дела. — Я вам блять тут не мешаю?! — выпалил Денис, не в силах больше слушать этот сумасводящий диалог, — И с каких пор я стал его мужиком? Я как бы не гей, и на минуточку, у меня есть жена и дочь! — О полиаморные отношения, веселая у вас жизнь, Артем Александрович. — Да ты прикалываешься?! — вновь выпалил Ден, — Мы не встре-ча-ем-ся! — Ну, не знаю, — произнес Арс с ухмылкой, — Может, у вас скрытые чувства, о которых вы сами не подозреваете? — Что за бред ты несешь? — воскликнул Денис, теряя всякое терпение, — Я нормальный человек с нормальной жизнью. И если кому-то еще интересно, то эти шутки нихуя не смешные. — Вот, видишь? Действительно нервничает, — подметил Попов, вновь откидываясь на диван, — Нормальные мужчины, как правило, так себя не ведут. Может, ты просто слишком боишься собственных эмоций? Денис сжал челюсти, пытаясь удержать себя в руках, — Не хочу я ни с кем разговаривать о чувствах! — прошипел он, — У меня есть дела, мне надо работать, а не слушать ваш идиотизм. Тем, с тобой мы поговорим отдельно, когда этот псих покинет нас, — и вышел из кабинета, хлопнув дверью. — Тебе не кажется, что это было перебором? — спросил Стрелецкий, доставая копию документов, что успел отсканить еще с утра. И когда Ден научиться прятать важные вещи, ну в самом деле? Хотя зная характер своего друга, ох чуял психотерапевт, что им еще много предстояло обсудить и это касалось не только более секретного места для важных бумаг. — Нисколечки. Чем быстрее он поймет, что вас связывает не просто дружба, тем быстрее вы закончите этот спектакль, — наскоро пробегаясь глазами по полученным докам, заверил того Попов, — А то не дай бог еще твой побежит рассказывать моему, что я все это время прятался у тебя в шкафу. — Ох и тяжкая у нас с тобой жизнь, — усмехнулся Артем, на прощание пожав руку старому приятелю.

***

Не спрашивайте как и коим образом Шастун попал на балкон, но сейчас он стоял именно там, быстро делая снимки документов. Время играло явно против него, Арсений в скором времени должен был прийти, ну если судить по тому факту, что Денис все так быстро сделал. Шастун нервно оглядывался по сторонам, прислушиваясь к каждому звуку доносящегося из помещений бизнес-центра. Сердце колотилось в груди, когда он наконец поймал в объектив камеры последнюю страницу. Документы были важны, и содержание их могло изменить ход событий. Антон точно знал, что сможет обязательно придумать план действий, но для начала ему стоило изучить полученную информацию. — Руки вверх. Послышался знакомый голос за спиной. Шастун дрожащими руками спрятался телефон в карман джинс и медленно повернулся, подняв руки над головой, уже на ходу придумывая, как будет оправдываться перед Арсением. Вот только перед ним стоял не бывший муж, а Егор. Друг с расслабленным лицом смотрел на Антона с легкой усмешкой. — Что ты тут делаешь? И что это за папка у тебя? — сведя брови к переносице вопросил Булаткин. — Это не то, о чем ты думаешь, — быстро говорил Антон, стараясь придумать убедительное объяснение, — Я просто… я просто искал информацию для Арсения… Ну знаешь, чтобы ему не пришлось штудировать, всю эту мукулатуру. — С каких пор ты решил проявить к нему такое благородство? Тох, тебе не кажется, что сейчас самое время рассказать мне, что между вами двумя было? — вот только в ответ вместо слов, Егор получил лишь опущенную голову и отрицательный кивок, — Ясно. Шаст, ты же понимаешься, что это статья? — ох, знал бы сам Булаткин, сколько раз Шастун почти попадался властям, уже бы кальян в сторонке курил, — Тебе настолько нужно куда-то вляпаться?! — еще один кивок. Булаткину толком-то ничего и не оставалось, кроме как жалобно застонать и приняться решать сие проблему радикально, — Ладно, хрен с тобой, но если твой Попов узнает, я не при делах, — тут же подметил он. — Сначала мне нужен твой телефон, — коротко продолжил Егор, выставив условия. Антон мгновенно замер. Он знал, что с его устройства невозможно удалить все улики, — Не твори глупостей, просто отдай его. Мы оба сделаем вид, что ничего не произошло. Шастун ощутил, как холодный пот выступает на лбу. Мысли метались, и он понимал, что времени на раздумья нет. Если он отдаст телефон, все снимки окажутся в руках Егора, и его шансы на спасение сведутся к нулю. «Нужно придумать что-то», — пронеслось в голове. — Егор, подожди, давай обсудим это, — тихо произнес он, стараясь показать уверенность. Таким Булаткина он не видел никогда, обычно веселый парень сейчас походил на бандита и никаких парламентерских речей трактовать, судя по всему, не собирался. — Шаст, нечего тут обсуждать. Телефон, — протянув руку, твердо заключил Егор. Антон сдался под напористым взглядом и отдал устройство, чувствуя как проигрывает обстоятельствам в очередной раз. — Первое правило шпиона: никогда не делай снимки, что могут доказать твою причастность, — подчищая галерею, быстро сказал Егор и на его лице появилась улыбка, — И второе, всегда имей компаньона, которому в случаи чего, можно передать сведения не привлекая внимание тех, кому они нужны, — отдавая телефон назад владельцу, уже в более добродушном настроении завершил он. — Так ты все же мне поможешь, — расплывшись в улыбки, утвердительно произнес Шастун, кажется от привычек Попова он уже не сможет избавится. — Да куда ж я денусь, — ударив легонько того по плечу, ответил булаткин. — Ладно, давай отбросим формальности. Тебе действительно нужна помощь, — произнес Егор, окинув Антона проницательным взглядом, — Расскажи, что ты узнал. Может, вместе сможем придумать, как это правильно использовать. — Ладно, но я сразу скажу, что могу обьяснить тебе только половину, есть моменты в этих документах, которые тебе знать тупо нельзя, — теперь настало время Антона говорить серьезно. — Бляха, Шаст, иногда мне кажется, что ты раньше бандитом и мафиозником был, — посмеиваясь сказал Егор, даже не представляя насколько он был прав, — Ладно, тогда рассказывай что сможешь, посмотрим, что с этого своять можно.

***

Знаете какое удивительное ощущение складывается в голове, когда наблюдаешь за запутанной игрой? Такое чувство, будто это сумасшествие может распутать только сам дьявол. Не знаете? А вот Выграновский знает и чувствует все на себе. Хотя тут случай даже более радикальный. Он сам по сути является частью этой запутанной игры. И сейчас Эд стоит у лифта и сам себе удивляется, да и своим друзьям и новым и старым тоже. Чего стоит лишь один Арс, который за какие-то полчаса сумел договорится с гражданским психотерапевтом, между прочим своим бывшим лечащим врачом и оказаться у него в кабинете, да так и остаться там незамеченным для особенного человека. Шастун тоже хорош, спереть в тихую документы, увести их можно сказать из-под носа мафиози, ну только дурак может. Вроде умный парень, Попова знает давно, неужели даже никаких сомнений не возникло? Хотя они с Егором тоже хороши. Булаткин играет на два фронта, ни себе ни людям, ей-богу. Сначала покрывает Шаста, помогая ему во всем, звонит бывшему, даже заключает с ним договор, который, по мнению Эда, ему мало приятен, чтобы защитить этого дурочка. И поверьте на слово, Выграновский более чем уверен, что чуть позднее он лично явится к Попову исполняя свою миссию. А сам Эд чего стоит, столько лет работает с Поповым, столько проблем вместе прошли, а стоило только одному блондинчику поумолять и предложить приятные условия, как сразу поджав хвост, побежал. — Опаньки, а шо вы там двое делали? Неужели развлекались, экстримчика захотелось? — со смешком спросил он, выходя из своих раздумий, когда в его полезрения появились Егор с Антоном. — Выграновский, закрой свой поганый рот, — тут же осадил Булаткин. — Смотрю ты сегодня не в духе, блондиночка, моя сладенькая. — Я тебе сейчас точно всеку. — Успеешь еще, золотце, — останавливая его руку и целуя костяшки, тихо шепчет Эд, а затем переключается на другого, — Шаст, тебя кстати Арс в кабинете ждет, беги, а то он сегодня шото не в духе. Антон дернулся, готовый сорваться с места, но замер, глядя на Эда. Недоверие читалось в каждом мускуле его лица. Выграновский усмехнулся, зная, что Шастун чует подвох. Оно и к лучшему. Пусть думает, пусть сомневается, это только закалит его. — Не смотри на меня так, будто я тебя на органы собрался продать, — хмыкнул Эд, — Арс действительно ждет. И тебе лучше поторопиться, он не любит, когда его заставляют ждать. Сам знаешь. Шастун, поколебавшись секунду, кивнул и исчез за приоткрытой дверью кабинета психотерапевта. Эд проводил его взглядом, а затем перевел его на Булаткина. В глазах Егора плескался нескрываемый гнев, смешанный с тревогой, — Не понимаю, чего ты добиваешься, — прорычал Булаткин. — Ты играешь с огнем, Эд. И сгоришь вместе со всеми. — Уж если и сгорать, то только с тобой, красавица, — поправляя челку того, отчеканил с улыбкой подобной только ему, ответил Выграновский, а затем уточнил: — Ты же помнишь, что за молчание должен мне? — Помню. И чего ты хочешь? — Все просто. Я, ты, сегодня вечером только вдвоем. Повеселимся как в старые добрые, птенчик, — прошептал Эд ему на ухо, прикусывая мочку уха младшего. Егор отшатнулся, одергивая плечо. — Ты совсем обезумел? Я не собираюсь… — Тише, тише, птенчик. Не стоит так кричать. Не забывай, что именно я прикрыл твою задницу перед Поповым. И я не думаю, что Антону нужно знать о твоих маленьких секретах. На лице Булаткина промелькнула тень отчаяния. Он сжал кулаки, пытаясь сдержать ярость, — Ты шантажируешь меня? Эд лишь усмехнулся, наслаждаясь властью над ситуацией, — Называй это как хочешь. Я лишь предлагаю тебе взаимовыгодное сотрудничество. Ты — молчишь, я — развлекаюсь. Все просто. — Ты отвратителен, — выплюнул Егор, злобно сверля его взглядом. — Возможно. Но это не отменяет наших планов на вечер, не так ли? — с усмешкой сказал Эд. — Ты будешь гореть в аду, Выграновский! — отказаться не было возможным, и это Егор прекрасно понимал. — Только с тобой, голубоглазка.

***

Вот уже час Егор сидел в машине возле дома Попова. В голове метались мысли, что делать и как быть, с одной стороны он молодец, что поступил как считал нужным, помог Антону, даже если это сулило не самым приятным вечером с бывшим в виде Выграновского, хотя кого он обманывал, не таким уж и неприятным он считал этого человека и время проведенное с ним. Но с другой стороны, его коробила совесть, после того, как они покинули бизнес-центр, Шаст сказал, что кажется Арс ничего не заметил, что было определенно ложью, которую кажется сам Антон не понимал, зато его все прекрасно знал и видел. Попов не был из тех, кто не узнает даже о малейшем действии, которое проворачивают за его спиной. Да и если подумать, Егор сам, как человек работающий на Попова, не мог не сообщить об этих документах. Егор запустил руку в волосы, взъерошивая их. Мерзкое ощущение липкой паутины, сотканной из долга, страха и симпатии, окутывало его. Он предал Арсения, предал доверие, пусть и показное, но все же существовавшее между ними. И все ради призрачной надежды, что Шастун выберется из этой передряги целым и невредимым. В голове пульсировала мысль о предстоящем вечере с Эдом. От одной стороны его воротило, от другой — против воли пробегали мурашки. Воспоминания о прошлом, о той безумной страсти, что связывала их, всплывали непрошеными гостями. Он понимал, что Эд играет с ним, манипулирует, но что-то внутри, какая-то темная, запретная тяга, не позволяла ему просто отрубить все концы. Егор тяжело вздохнул. Выбор сделан, и теперь придется расплачиваться. Он провел рукой по лицу, стараясь собраться с мыслями. Завтра будет новый день и нужно придумать, как минимизировать ущерб от сегодняшних решений. Но кажется и здесь он просчитался, и понять это пришлось только в тот момент, когда пассажирская дверь открылась и на сиденье рядом приземлился Арсений: — Так и будешь здесь сидеть и заниматься самобичиванием? — уточнил Попов прикрывая дверь, слишком спокойно, кажется он вовсе не злился. — Я так и думал, что ты все знаешь, — обессиленно прошептал Егор, падая головой на руль. — И что дальше? Уволишь меня? Скажешь всем, что я предатель и, что работать со мной это не лучшая идея? Или вообще в ссылку сошлешь. — Господи боже-ш ты мой. Егор, ты действительно дурак или прикидываешься? Будь таков мой план, я бы к тебе не пришел. Сделал все тихо, красиво и без лишних свидетелей. Ты знаешь на что я способен. Но я здесь перед тобой, как думаешь, почему? Егор поднял голову, смотря на Арсения, пытаясь понять смысл его слов. В голове царил хаос, смешанный из страха и облегчения. Он ожидал худшего, криков, обвинений, возможно, даже физической расправы. Но Попов, сидевший рядом, казался почти спокойным, если не считать стального блеска в глазах. — Почему? — тихо спросил Егор, не смея поднять взгляда. — Потому что ты мне не безразличен, Егор. Таких преданных информаторов сейчас днем с огнем не сыщешь. И потому что даже в твоей глупости и импульсивности я вижу… — Арсений замолчал, подбирая слова, — что-то настоящее. Ты мог просто слить информацию и не только Антону, тому же совету например, подставить меня, разрушить мою жизнь, но ты решил поступить так, как считал нужным. Это дорогого стоит, поверь мне. Булаткин не знал, что и сказать, столько лет работы с Поповым, а он до сих пор не понимал «Графа», его действия, логика, были загадкой, которую разгадать было сродне невозможному. Он молча достал из сумки документы передавая их Попову: — Я бы все-равно их тебе передал, слишком многое ты сделал для моей семьи. Единственное мое оправдание, так это то, что я хотел отсрочить этот момент, может действительно хотел дать Шасту шанс, доказать что-то тебе. Не знаю. — Ага, а еще хотел провести бурную ночь с Выграновским, — не смог не усмехнуться добродушно Арс. — Не тебе смеяться. Если бы не ты, мы бы и не познакомились, — шикнул Булаткин надув губы. — Как дети малые, ей богу — ответил Арс, передавая назад документы, непонимание в глазах напротив возникло незамедлительно, — Ты правда думаешь, что я не позаботился о копии? Антон, хотел получить эти документы, он их получил, но как ни крути, я должен знать во что собирается вляпаться мой бывший муж. — Знаешь, а он ведь так и не сказал мне кем вы друг другу приходитесь. — Как и ты ему про вас с Эдом. Ладно пошли, кудесник, а то твой тебя уже заждался наверняка. — А ты? — Не волнуйся, я лишь заберу ноутбук и слиняю, дам вам время побыть наедине, — ответил Арсений, и они покинули транспорт направляясь в дом. Вот только в квартире их уже ждал сюрприз. И это мужчины поняли, когда поднявшись на нужный этаж, обнаружили открытую дверь, а следом услышали крики: — Я тебя точно прикончу, паскуда! — орал явно Шастун. Арс с Егорм лишь переглянулись и пулей влетели в гостинную. Картина Репина: «приплыли» по другом и не опишешь, творящийся здесь беспредел. По всей комнате были разбросаны лепестки роз, а на диване лежал Эд, отбивающийся от рук Антона, что оседлав его пытался придушить. — Вы ебнулись?! — тут же крикнул Булаткин. Пока Арсений подойдя к дивану, схватил Антона поперек груди и силком стащил с Эда. — Что здесь происходит? Demgin, какого черта? — Попов еще раз осмотрелся по сторонам и закатив глаза, на выдохе спросил: — Выграновский, что ты опять учудил. — Этот придурок отправил мне сообщение, где он с голым торсом и с бутылочкой твоего, сука, между прочем, любимого вискаря, со словами, что ждет свою голубоглазку. Арс, я знаю, что между нами все кончено, но обьясни своему нынешнему, что нехрен меня так провоцировать. — Нынешнему? — удивленно спросил Арсений, если сдерживая смех, — Ну точно цирк. Эд, зачем ты это сделал? Эд сел на диване и откашлевшись произнес: — А в чем я не прав, Арс? Я действительно ждал свою голубоглазку. Кто ж виноват, шо у вас с блондинчиком глаза одинакового цвета? — И ты знаешь об этом давно, сообщение Антону зачем отправил? — наклонившись поближе спросил Попов с улыбкой, понимая, что этот чертила задумывал. — Бляха Арсюх, ну давай я скажу, шо перепутал чаты и ты поверишь, — попросил Выграновский, но увидев отрицательный кивок все же понял, что придется пояснять, — Ну а шо, долго мы еще будем играть в эту Санта-Барбару, этот фензель, ваще думает, шо мы мутим с тобой. Мне надоел этот цирк, вот и отправил ему интригующее сообщение. — Зачем? — Бляха, ну шо ты как маленький? Хотел проверить есть ли у него еще чувства к тебе или это все фарс, неизвестно для чего. — И как, убедился, что не фарс? — усмехнулся Арсений, не уставая пытаться понять творящуюся вокруг него клоунаду. — Ага, блять. Так убедился, шо чуть кони не двинул. Антон, отдышавшись, злобно посмотрел на Эда, смерив его ненавидящим взглядом. — Ты конченый! Я чуть человека не убил! И все из-за твоих идиотских проверок. Нахуй лезть в чужие отношения? — Да ладно тебе, — отмахнулся Эд, — зато теперь ты знаешь наверняка. А Арс? Арсюх, ты как? Доволен результатом эксперимента? Арсений покачал головой, не зная, смеяться ему или плакать. — Эд, в следующий раз, прежде чем устраивать такие проверки, будь добр, предупреди меня. А то я уже испугался, что у нас тут действительно Санта-Барбара в худшем ее проявлении. Антон, вы двое… — он вздохнул, упав на диван. — Да все в лучшем проявлении нас, и почему я не удивлен. Demgin, садись и ты, Егор, тоже, похоже надо рассказать, все как есть. — Да, шо тут рассказывать епте? Короче Тох, смари, какая хуйня, Арс мафиози, ну ты это знаешь, мы с Егор знаем шо он твой бывший муж, и у вас там свои шуры муры были. Я киллер, Егор информатор, и мы оба работаем на Арса, хули тут рассказывать, на это в принципе все. — Вот поэтому тебе никогда и не доверят вести переговоры, — тут же осадил его Егор, — Нельзя так просто взять и все вывалить не обьяснив и думать, что человек все поймет. Антон сидел, ошарашенно глядя на присутствующих. Информация обрушилась на него, как снежная лавина. То, что его любимый Мафиози не было удивлением, он как бы и так это знал, но то, что киллер, человек, которого он считал новым любовником Попова и информатор, человек, который стал для него другом, работают на бывшего мужа. Это вообще в голове не усваивалось — все это казалось бредом сумасшедшего. Он переводил взгляд с одного на другого, пытаясь осознать услышанное. «Шуры-муры» говорите? Да у них тут целая криминальная драма разворачивается, а он, как слепой котенок, тыкается во все углы. — Выграновский, ты в своем репертуаре, — устало качая головой, сказал Арсений, — Тут на самом деле в двух словах и не расскажешь. Если уж говорить о событиях последнего времени, то это я попросил Егора за тобой приглядывать, а Эда подключил, на случай если вдруг что. — Погоди, но если я правильно понял, они не являются частью французской группировки, иначе сидели сейчас во Франции, тише воды ниже травы. Тогда почему вы двое так просто согласились на план Арсения? Быть вечно на стреме с человеком, которого толком не знаете — не совсем безопасно. — Ну как сказать. Шаст, сейчас это прозвучит еще большим бредом, но мы с Эдом тебя знаем, еще с твоего десятого класса, просто ты этого не помнишь. — Это как понимать? Арсений тяжело вздохнул: — Помнишь день, когда я фальсифицировал свою смерть? — получив кивок он продолжил, — Demgin, такое одному физически провернуть невозможно. Это началось с рокового звонка, одним днем, — Антон не прерывал Арса ни на секунду, столько лет он хотел узнать, как и что тогда произошло и вот сейчас у него есть такая возможность, и ее он точно не упустит.