SUPERNATURAL Детектив

Шаги в коридоре отеля - дело естественное, но эти шаги казались в высшей степени необычными. Больше ничего не было слышно, дом был на редкость тихим: немногочисленные гости немедленно расходились по комнатам, а лакеи были неслышимы и невидимы, пока их не вызывали. В этом отеле меньше всего можно было ожидать чего-нибудь странного. Однако эти шаги были настолько необычными, что слово "странный" к ним не подходило. Отец Кастиэль как бы следовал за ними, постукивая по столу, словно пианист,разучивающий фортепианную пьесу. Сперва слышались быстрые мелкие шажки, не переходившие в бег, так мог бы идти участник соревнования по ходьбе. Вдруг они прерывались и становились мерными, степенными, раза в три медленнее предыдущих. Едва затихал последний медленный шаг, и снова слышалась частая торопливая дробь и затем опять замедленный шаг грузной походки. Шагал, безусловно, один и тот же человек: и при спокойной, и при быстрой ходьбе одинаково поскрипывала обувь. Отец Кастиэль был не из тех людей, которые постоянно задают себе вопросы, но от этого, казалось бы, простого вопроса, у него голова шла чуть ли не кругом. Он видел, как разбегаются, чтобы прыгнуть; он видел, как разбегаются, чтобы прокатиться по льду. Но зачем разбегаться, чтобы перейти на медленный шаг? Для чего идти, чтобы потом разбежаться? И в то же время именно это проделывали невидимые ноги. Их обладатель очень быстро пробегал половину коридора, чтобы медленно проследовать по другой половине; медленно проходил до половины коридора, чтобы потом доставить себе удовольствие быстро пробежать другую половину. Оба предположения не имели не малейшего смысла. В голове отца Кастиэля, как в комнате, становилось всё темнее и темнее. Однако, когда он сосредоточился, сама темнота каморки словно окрылила его мысль. Фантастические ноги, шагавшие по коридору, стали представляться ему в самых неестественных или символических положениях. Может быть, это языческий ритуальный танец? Или новое гимнастическое упражнение? Отец Кастиэль упорно обдумывал, чтобы могли значить эти шаги. Медленные шаги , безусловно, не принадлежали хозяину. Люди его склада ходят быстро и деловито, или не трогаются с места. Это не мог быть ни лакей, ни посыльный, ожидающий распоряжений. Неимущие иной раз ходят вразвалку - особенно, когда выпьют, но чаще они стоят или сидят в напряжённой позе. Нет, тяжёлый и в тоже время упругий шаг, не особенно громкий, но и не считающийся с тем, какой шум он производит, мог принадлежать лишь одному обитателю земного шара; так ходит среднестатистический джентльмен, который, по всей вероятности, никогда не зарабатывал себе на жизнь. Как раз когда отец Кастиэль пришёл к этому заключению, шаг снова изменился и кто-то торопливо пробежал мимо двери. Однако, хотя шаги стали гораздо быстрее, шума почти не было слышно, точно человек бежал на цыпочках. Ног отцу Кастиэлю не показалось, что тот хочет скрыть своё присутствие, для него звуки связывались с чем-то знакомым, что он не мог вспомнить. Эти воспоминания, от которых можно было сойти с ума, окончательно вывели его из равновесия. Он был уверен, что слышал где-то это торопливую поступь, и не мог вспомнить, где именно. Вдруг у него мелькнула новая мысль; он вскочил и подошёл к двери. Комната его не сообщалась непосредственно с коридором: одна дверь вела в контору и была заперта, другая - в гардеробную. Он посмотрел в окно, светлевшее во мраке резко очерчённым прямоугольником, полным сине-багровых облаков, озарённых зловещем светом заката, и на мгновение ему показалось, что он чует зло, как собака крысу. Разумное (благоразумное ли) начало победило. Он вспомнил, что хозяин запер дверь, обещав придти позже и выпустить его. Он убеждал себя, что есть тысяча причин, объясняющих эти шаги. Он напоминал себе о неоконченной работе и, пересев к окну, поближе к угасавшему свету, снова углубился в работу. Он писал минут двадцать, всё ниже склоняясь к бумаге, становилось темнее, и вдруг резко выпрямился. Снова послышались необычные шаги. Появилась третья особенность: незнакомец начал бегать. По коридору слышались частые, быстрые, словно прыжки мягких лап пантеры. Чувствовалось, что бегущий - сильный, энергичный человек, взволнованный, но сдерживающий себя человек. Но едва он добежал до конторы, как послышался спокойный шаг. Отец Кастиэль отбросил письмо, и прошёл в гардеробную, ведь дверь в контору была закрыта. Служитель временно отлучился, должно быть, потому, что все гости были за столом и его присутствие не требовалось. Пробравшись сквозь лес пальто, священник заметил, что полутёмную гардеробную от ярко освещённого коридора отделяет стойка, через которую обычно передают пальто и получают номерки. Как раз над этой аркой горела лампа. Отец Кастиэль едва был освещён ею и тёмным силуэтом вырисовывался на фоне озарённого закатом окна. Зато весь свет падал на человека, стоявшего в коридоре.