Сказание о Свитке Бессмертного Неба

      Серая роба Кадзухи была покрыта мокрыми крапинками, придавая наряду причудливый вид. Он лучезарно улыбался, будучи счастливым видеть старого друга. В последний раз они виделись на праздновании дня рождения Бэй Доу в Инадзуме. Люмин до сих пор помнила трогательное стихотворение, которое он посвятил капитану «Алькора».             — «Кадзуха, ты ли это!?!», — она не могла поверить своим глазам, — «Разве вы с Бэй Доу не должны быть в Сумеру?».       Люмин встала из-за кофейного столика, не обратив ни малейшего внимания на изумленного Аякса.       — «Давно не виделись, спасительница», — Кадзуха поднялся на террасу и обнял подругу. Люмин охотно ответила на его объятия своими, зарывшись лицом в его шею. Чайльд буравил незнакомца взглядом, прожигая в нём дыру. Объятия затянулись немного дольше, чем то позволяли приличия, поэтому блондин отстранился.       — «Я попал в небольшую передрягу во время плавания, вот и решил поправить здоровье у Бай Чжу. Я очень часто обращаюсь к нему, и уверяю, что этот мужчина творит чудеса», — рассказал Каэдахара и бросил взгляд на одинокого рыжеволосого парня.       — «Дорогая Люмин, разве ты нас не представишь? », — Аякс развёл руками, а затем оперся головой на одну из них. Он сделал фальшивый заинтересованный вид.       — «Разумеется», — но она понятия не имела как представить Аякса. Сказать, что он один из одиннадцати предвестников Фатуи она не могла, а назвать своим другом после недавней перепалки не желала из принципа, либо же из вредности.       — «Принцесса, молчание неприлично затянулось, тебе не кажется?», — на лице предвестника нарисовалась хитрая ухмылка. Девушка подумала о том, как было бы хорошо треснуть по его милой мордашке чем-нибудь тяжёлым, однако, выдавив из себя подобие улыбки, она произнесла:       — «Кадзуха, познакомься это Чайльд, мой знакомый», — после того как она произнесла кодовое имя парня, Люмин сделала многозначительную, но короткую паузу, наблюдая за реакцией Аякса.       Ухмылка с его лица тут же сошла, а на месте неё появились поджатые в тонкую линию губы.       — «Чайльд, познакомься, это Каэдахара Кадзуха, мой хороший друг», — теперь же она сделала акцент на имени и его положении в отношении девушки. Самолюбие парня было подорвано, он не знал какую игру затеяла Люмин, но играть по её правилам не собирался. Чайльд снова оглядел соперника и перевел взгляд на горы, стараясь делать вид, что ему абсолютно безразличны ее слова.       — «Ты не против немного прогуляться? Нам надо о стольком поговорить», — пригласил блондин.       — «Конечно», — она сняла халат со спинки простенького стула и накинула на оголённые плечи. Грудь девушки закрывали тугие бинты, делая её фигуру похожей на мальчишескую, а ноги закрывали льняные серые брюки.       — «Милая, разве ты забыла, что у нас есть дела?», — спросил Аякс, зубами отрывая вишенку от ветки.       Люмин одарила его скептическим взглядом, а затем демонстративно взяла под локоть Кадзуху.       — «Я думаю, что наши дела могут немного подождать», — с этими словами блондин и девушка скрылись за углом дома.       Аякс с такой силой сжал челюсть, что косточка вишни, которую он до сих пор держал во рту раскололась пополам. «Да что она о себе возомнила? Ведёт себя так, будто я что-то ей должен, да ещё и позволяет себе подобные провокации. Как будто мне есть до неё дело.», — размышлял парень, отрицая тот факт, что напарница ему не безразлична. В тот момент, когда Кадзуха в объятиях положил руку на талию девушки, предвестник вспомнил как совсем недавно он сам крепко, но нежно сжимал её на Тростниковых островах. Чайльд не хотел вспоминать тот звездный вечер, но как назло, помнил каждую деталь. Он помнил как дрожала ее нижняя губа, когда их губы были опасно близки, как грудь девушки поднималась на вдохе, а перед выдохом на мгновение застывала. А ещё он помнил игривый блеск янтарных глаз, навсегда поселившийся в его голове.       Даже сейчас, когда перед глазами так ярко и красочно рисовалась полуобнаженная Люмин, Тарталья не хотел признавать, что был бы рад оказаться на месте Кадзухи.       Нет, он не был влюблён в неё в привычном смысле этого слова, но желание стыдливо накрыло парня с головой, и он поспешил уединиться.

****

      — «Почему ты здесь? », — Каэдахара Кадзуха задал вопрос о том, как она оказалась в лечебнице Бай Чжу.       Люмин внимательно наблюдала за косяками летящих по серому небу журавлей, погруженная в собственные размышления.       — «А? Хм... Мне и Чайльду пришлось не сладко, мы выполняли задание, а противник оказался слишком силен», — не стоило рассказывать всю правду.       — «Выглядишь очень уставшей, когда ты в последний раз отдыхала? », — заботливо спросил ронин.       — «Так давно, что я даже и не помню».       — «Тогда, как насчёт вместе провести Фестиваль? Давай, будет весело», — блондин умоляющим взглядом просил согласия Люмин.       Девушка была готова согласиться, но вспомнила об Аяксе, которому она хотела показать все прелести праздника. Кроме Люмин никто бы не смог вынести его высокомерия.       — «Прости... Я обещала Чайльду пойти с ним, он никогда не был на празднике», — она виновато улыбнулась.       — «Ничего, к тому же, я вижу, что этот парень не просто «знакомый» ». — Кадзуха был проницателен. Девушка понятия не имела как он догадался, но отрицать не стала. Она и сама до конца не понимала своих чувств. Чайльд был её хорошим другом, чертовски привлекательным и обаятельным. Интересно, сколько девушек стали жертвами его природного магнетизма? Скольких из них он соблазнил так же, как и ее? Люмин благодарила тех Фатуи за то, что застукали их как шаловливых подростков. Страшно было представить как это могло бы повлиять на их дальнейшую работу.       «Ну уж нет, больше я не позволю ему и пальцем каснуться меня в таком ключе», — в голове девушки это прозвучало неуверенно. Она встряхнула головой и продолжила пустой диалог с другом.       Небо уже давно потемнело,а пение птиц сменил стрекот сверчков, но Люмин так и не появилась на пороге дома со своим загадочным другом. Чайльд лежал на кровати и делал то, что и всегда, когда нервничал — полировал кинжал. «Где её носит?», — ежеминутно думалось предвестнику. За окном, в саду послышался смех Люмин. Чайльд встал с кровати и подошёл к открытому окну.       На качели сидела Люмин, а Кадзуха раскачивал цепи, отчего девушка иногда визжала в детском восторге. В скором времени люди удалились в другой конец сада, откуда доносились лишь отголоски фраз. Единственная фраза, которую он отчётливо слышал была нежно произнесена Кадзухой:       — «Я люблю тебя».

****

В саду Бай Чжу росло множество различных цветов и растений, начиная с глазурных лилий и шелковицы до травы Наку, растущей в Инадзуме. Удивительно, как такие разные растения могли уживаться не в родном для них климате. Кадзуха наслаждался великолепным запахом цветов, заострив внимание на растущем Кровоцвете. — «Прекрасные цветы, неправда ли? Они напоминают мне о Бэй Доу». — парень тоскливо вздохнул. — «Бэй Доу?». — «Знаешь почему я не на Сумеру?», — он не дожидаясь ответа продолжил: — «Я не смог сказать ей то, что давно хотел. Мы здорово повздорили и мне пришлось уйти. Поэтому я здесь, залечиваю душевные раны». — он опустил голову, демонстрируя свою печаль. — «И что же ты не сказал ей, Кадзуха?». — «Я люблю тебя». Слова Кадзухи приятно удивили девушку. Она и понятия не имела, что такой нежный, романтичный и сдержанный молодой человек может пасть жертвой непробиваемой пиратки Бэй Доу. Блондин продолжил рассказ о том, как долгие годы он хранил в себе эти чувства, о моментах их с Бэй Доу близости, и о том, какой невероятной она ему виделась. Невольно сердце девушки наполнилось нежностью и состраданием к другу. Она ободряюще обняла парня. — «Ты не против, если я пойду в дом? Я немного замерзла». — «Конечно нет,а я ещё немного посижу». — затем девушка удалилась в дом. Зайдя в в бамбуковое жилище, она прошла в кухню. Найдя необходимые ингредиенты, Люмин принялась за готовку благодарственного ужина. Тонко нарезанные кругляшки баклажанов звонко шкварчали на раскалённой сковороде. Блондинка возилась с жёстким куском свинины, пытаясь разделить его на части, однако, мясо никак не поддавалось. Девушка вытерла руки о кухонное полотенце и отправилась за помощью к Чайльду. Стоя перед дверью его комнаты, она несколько раз усомнилась в том стоит ли просить его о помощи, чтобы не нарваться на очередной поток дурацких шуток. Люмин постучала. За дверью было подозрительно тихо. От лёгкого толчка руки, дверь со скрипом распахнулась, открывая абсолютно пустое помещение. Не было ни оружия, ни вещей, ничего, что напоминало бы о Чайльде.