Первый Охотник

— Удобно там, наверху? — Крикнул Линкольн с лесной подстилки. Герман отвёл взгляд от снайперской винтовки, подсознательно поправляя лямки сумки, прикреплённой к его спине, и посмотрел на своих товарищей внизу. — Комфорт – не моя главная забота. — Лицо молодого человека вытянулось, и он закатил глаза. — Со мной всё будет в порядке. Беспокойтесь о себе. — Вы слышали, что он сказал. — усмехнулся Рокки, хлопая Линкольна по спине. Он посмотрел на Германа: — Сигнальный пистолет у тебя в руках? Герман бросил взгляд на предмет, о котором шла речь; любопытное огнестрельное оружие, подаренное ему Рокки, в которое можно было поместить только одну сигнальную ракету, способную подниматься в воздух на сотни футов. Рокки дал ему два вида сигнальных ракет – красную, обозначающую непосредственную опасность, и зелёную, означающую, что всё в порядке. Он снова посмотрел вниз и кивнул. — Хорошо. А теперь. — Рокки хлопнул в ладоши, широко улыбаясь. — Давайте получать деньги! — Береги себя, красавчик!~ — Подмигнув, сказала Сандра, когда она, её брат и Рокки побежали прочь. Герман закатил глаза, но в её словах не было того отчаяния, которое было в них накануне, поэтому он промолчал. Он снова обратил своё внимание на снайперскую винтовку. Это был первый раз, когда он по-настоящему убил кого-то из этого оружия. Безусловно, он показал себя образцово во время тренировок в Биконе. Но звери не были простыми мишенями – они не падали с одного удара. Он тряхнул головой, отгоняя подобные мысли – у него был долг, который он должен был выполнить, миссия, которую он должен был выполнить. Переместившись так, чтобы лежать вплотную к выбранной им ветке, он прижался лицом к снайперской винтовке, глядя в прицел. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти своих нынешних спутников. Они вышли на поляну, выбранную потому, что там было меньше всего деревьев, загораживающих обзор. Рокки, Линкольн и Сандра стояли в центре. Они разговаривали, как вдруг Рокки и Сандра прижали указательные пальцы к своим носам. Затем они рассмеялись над Линкольном, который провёл руками по волосам и посмотрел на небо. Затем зеленоволосый мужчина протиснулся мимо своей сестры, обнажая кинжалы, Сандра превратила своё копьё в винтовку, а Рокки насыпал немного Праха – Герман не смог определить цвет – в свой молот – Фудзи, вспоминал Герман. Линкольн глубоко вздохнул, расслабленно держа кинжалы, закрыл глаза и уставился в землю, Рокки и Сандра стояли рядом с ним. Ах, Герман читал об этом. Продвинутая техника охоты. Охотник остановился на особенно болезненном воспоминании, чтобы вызвать негативные эмоции и привлечь Гримм. Простая идея в теории. На практике нужно было быть осторожным, чтобы не позволить воспоминаниям захлестнуть себя. Герман не был...оптимистом в отношении своих шансов на успешное выполнение техники. Линкольн, однако, казался мастером своего дела, и только лёгкое подёргивание бровей выдавало его спокойствие. АРВУУУУУУ... Герман напрягся, когда по лесу разнёсся вой. За ним последовали ещё десятки. Через прицел он увидел, как его товарищи приняли боевые позы, их тела на короткое мгновение вспыхнули разными цветами. Первый Охотник прищёлкнул языком – Аура. Он почти забыл. Он напрягся, почувствовав напряжение внутри себя. Он сделал несколько глубоких вдохов, перемещаясь, когда его тело покрылось защитным слоем энергии. Он смотрел на своих союзников через оптический прицел, каждые несколько секунд переводя взгляд с одного на другого. Затем Линкольн напрягся, выкрикивая что-то, что не было слышно на ветру, и указывая на север. Герман прицелился, кряхтя, когда дюжина Беовульфов ворвалась на поляну. Целясь в грудь вожака стаи, он вдохнул, прицелился и выстрелил. Винтовка легла ему на плечо, но Герман успел увидеть, как Зверь рухнул на землю, а его тело уже растворилось в тумане. Герман на мгновение нахмурился – значит, Гримм падёт с одного удара. Тряхнув головой, чтобы избавиться от этой мысли, Первый Охотник прицелился ещё раз и пронзил грудь другого Гримм. И ещё одного. И ещё. Ещё девять Зверей пали от его рук, прежде чем он был вынужден отступить, чтобы заменить магазин своего оружия. Когда он снова посмотрел в прицел, Охота действительно началась. Рокки и Линкольн молниеносно пронеслись по полю, первый сокрушил Гримм одним взмахом своего могучего молота, а второй практически обезглавил тех, кому не повезло оказаться у него на пути. Сандра осталась на своей позиции, добив Гримм меткими ударами в голову. Если кому-то из них удавалось подобраться поближе, она вертела в руках винтовку, превращая её в копьё, и либо убивала Гримм, либо бросала его в его же сородичей; после чего Линкольн поджигал их своевременной гранатой. И всё это время Герман расправлялся с животными, задержавшимися на краю поляны, постепенно уменьшая численность стаи. Не самая захватывающая охота, в которой он принимал участие, но, тем не менее, она обещала быть успешной. ГРРААААХХ Герман остановился, отворачиваясь от кровавой бойни, чтобы посмотреть назад. Он приподнял бровь, когда в поле зрения появились два Гримм, намного крупнее и массивнее Беовульфа. Урса, понял он. Он хмыкнул – либо они были новоприбывшими, либо кто-то солгал при отправке задания. — О, это не имеет значения. — пробормотал он, садясь и держа в одной руке снайперскую винтовку, а в другой – свой Погребальный Клинок. Одна Урса пронеслась мимо другой, с рёвом встала на задние лапы и врезалась в дерево. С тихим фырканьем Герман спрыгнул вниз, высоко подняв клинок. Зверь поднял голову как раз в тот момент, когда Погребальный Клинок вонзился в его череп. И продолжил рассекать Гримм пополам. Герману удалось не споткнуться, когда он упал дальше, чем ожидал, и Урса развалилась на две половины прямо перед ним. Не сводя глаз с другого Гримм, который держался на расстоянии, Герман поднял свой клинок на уровень глаз. В отличие от того, когда он тестировал его на Ауре, его сияние не уменьшилось. Он посмотрел на Зверя, стоявшего перед ним, сквозь дымящиеся останки его товарища. Зверь встал на задние лапы, взревел, прежде чем рухнуть обратно на землю. Первый Охотник хмыкнул, прислонил снайперскую винтовку к дереву, повесил Погребальный Клинок обратно на бедро и взял Резьбовую Трость на её место. Он осмотрел оружие, взмахнув запястьем, чтобы превратить её в хлыст, а затем обратно в трость. Урса взревела, сотрясая воздух, и бросилась в атаку. Герман побежал ей навстречу. Зверь опустил голову и взмахнул ею вверх по широкой дуге, его белая, как кость, маска сверкнула в лучах утреннего солнца. Первый Охотник уклонился от удара, занеся Резьбовую Трость и целясь в шею зверя. Из того, что читал Герман, Урсы были одним из самых сильных видов Гримм, их шкуры были особенно толстыми. Увы, такая защита не помешала Резьбовой Трости проткнуть шею Зверя, прорезав его подобие плоти и выйдя с другой стороны. Глаза Урсы, светящиеся красно-жёлтым и полные ненависти, потускнели, когда она безвольно упала на лесную подстилку. Первый Охотник насмешливо фыркнул, выдёргивая своё оружие и при этом отрывая твари челюсть. И ни капли крови, чтобы компенсировать это. В небе вспыхнул яркий зелёный свет. Герман поднял глаза и увидел, как в воздухе пролетела зелёная вспышка. Бросив беглый взгляд на окружающую обстановку, Герман в ответ выстрелил из своей зелёной сигнальной ракеты и вернулся к своей снайперской винтовке, снял сумку, разобрал винтовку и положил её туда. Несколько мгновений спустя в поле зрения появились его соотечественники. Рокки присвистнул, ухмыляясь, глядя на разлагающиеся трупы: — А я-то думал, почему ты перестал стрелять. Линкольн наклонился к разделанному пополам Зверю. Он поморщился: — Это очень...точный разрез. — Все Гримм были устранены? — Спросил Герман. — Пока что. — ответила Сандра, пнув (в основном) неповреждённый труп Урсы и сфотографировав его своим Свитком (жуткое действие, но он совершал и похуже). — Ты видел, что они пришли с севера? — Он кивнул. — Думаю, нам стоит отправиться туда и посмотреть, есть ли какие-нибудь Гримм постарше, которые не попались в нашу ловушку. — Отличный план. — ответил Герман, закрывая сумку. — Пошли. Рокки проворчал: — Давай построимся ромбом. Линкольн. — зеленоволосый кивнул. — займи позицию. Я буду замыкать. — Я займу лево! — прощебетала Сандра, двигаясь рядом с братом, Герман молча встал рядом с ней. Как только Рокки занял свою позицию, четвёрка умчалась. Увы, все надежды Германа на успешное путешествие рухнули, когда Линкольн сказал: — Ты классно стреляешь из этой винтовки, тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил об этом? Первый Охотник фыркнул: — Я стараюсь овладеть всеми видами оружия, с которыми могу столкнуться. Снайперские винтовки не являются исключением. Рокки хихикнул: — Ты всегда так говоришь? — В ответ на вопросительное хмыканье Германа он уточнил: — Как будто пытаешься достичь какого-то минимума в характере? Герман фыркнул: — Это моя естественная манера говорить. — Я думаю, это здорово. — Первый Охотник бросил взгляд на Сандру. — Не так! — она закатила глаза. — Это заявление. Так ты оставляешь свой след в мире. Герман обдумал её слова. Он пожал плечами: — Я поступаю так, как поступаю, не потому, что хочу создать какой-то имидж. Это часть того, кто я есть. Ни больше, ни меньше. — Не могу отрицать, что ты выглядишь впечатляюще. — бросил Линкольн через плечо. Он не мог, Герман согласился. Рокки прищелкнул языком. — Должен сказать, что этот плащ действительно...постойте. — оборвал он себя, и голос его стал стальным. Все четверо резко остановились. — Мне показалось, я что-то увидел, шесть часов. Сандра подошла ближе к Линкольну, подняла винтовку и посмотрела в прицел позади них. Герман вытащил из кобуры один из своих пистолетов, держа его обеими руками и глядя прямо перед собой. — Гримм? — спросил он. — Линкольн... — Я займусь этим. — сказал мужчина, прерывая сестру и делая глубокий вдох. Герман бросил взгляд на Линкольна и заметил, что тот закрыл глаза и слегка подёргивает головой. Это продолжалось ещё мгновение. Затем Линкольн открыл глаза, лицо его нахмурилось. — Это были люди. — Был? — Спросил Рокки. — Они убегают – на запад. Вероятно, это те самые бандиты, о которых мы слышали. Трусы. — выплюнул он. — Прошу прощения. — сказал Герман, опуская пистолет. — но не будет ли кто-нибудь из вас так любезен сообщить мне, что только что произошло? Трое охотников моргнули, прежде чем Рокки щелкнул пальцами: — Точно! Ты был на дереве! — Это моё Проявление. — сказал Линкольн. — Я чувствую вибрацию земли. Герман промурлыкал: — Это звучит...полезно. Мужчина прищёлкнул языком: — Было бы лучше, если бы он был с фильтром, и я мог бы пользоваться им, не стоя на месте. — Он покачал головой. — В любом случае, кто бы ни был поблизости, он уже давно ушёл. Если уж на то пошло. — он наклонил голову. — Я не почувствовал никаких Гримм. Вы, ребята, хотите продолжить поиски? — Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. — быстро ответил Первый Охотник. — Я с ним. — добавил Рокки. — Снова в строй, ребята. — сказала Сандра, опуская оружие. И они продолжили путь.

/ + / + / + / + /

В конце концов, после нескольких часов поисков, они больше не нашли Гримм. Как и никаких доказательств того, что они были на охоте. Таким образом, они вернулись к Сламберу. Это было...странно – не принести труп в качестве доказательства успешной охоты. О, он знал, что природа Гримм делает такой подвиг почти невозможным, но всё равно это было странно. При въезде в деревню их встретили Олли Риверс, ещё несколько человек, которые казались важными – во всяком случае, настолько важными, насколько это вообще возможно для выборных должностных лиц небольшого поселения – и другие горожане. Олли широко улыбнулся, взял Рокки за руку (человеку, которому посчастливилось привести их в город) и с энтузиазмом пожал ее. — Спасибо вам всем. — он улыбнулся всем остальным. — За вашу тяжёлую работу. — Это было не так уж трудно. — тихо пробормотал Герман себе под нос. Впрочем, недостаточно тихо, учитывая короткое фырканье Линкольна. Сандра прочистила горло: — С Гримм разобрались. Ваши люди должны быть в безопасности. — Затем она вытащила свой Свиток, повернула его к члену совета и...ах! Вот почему она сделала эти снимки. Приятно слышать. Конечно, это требует большого доверия к технологии, которую, судя по тому, что читал Герман, можно подделать. В конце концов, он предпочёл бы привезти труп в качестве неопровержимого доказательства. Улыбка Олли померкла. — Пока они неизбежно не вернутся. — Он покачал головой: — Надеюсь, к тому времени мы немного окрепнем. — Он отступил назад, разводя руками. — Ваши деньги будут переведены на ваши счета. Могу я порекомендовать отпраздновать это событие в Эклипсе? — По-моему, звучит заманчиво! — Рокки ухмыльнулся. Вокруг них раздались радостные возгласы, и толпа направилась к гостинице. Герман усмехнулся: — Довольно возбудимый сброд. — Не то чтобы мы проделали всю работу. — добродушно проворчал Линкольн. — Кстати. — ухмыльнулась Сандра. — Мы там неплохо поработали. — Я вынужден вас прервать. — Рокки поднял руку. — У меня нет постоянных команд. Мне не нравилось это в Шэйде, не нравится и сейчас. Сандра надулась и с надеждой посмотрела на Германа. Охотник проворчал: — Я согласен, что мы хорошо поработали вместе. — Он кивнул своим временным товарищам: — Не обольщайся. Я предпочитаю передвигаться с места на место пешком. Сандра, Линкольн и даже Рокки скривились. Первый заговорил раньше остальных: — Да, ты можешь быть хорош на вид, но не настолько, чтобы «ходить по милям». — Чёрт возьми. — Рокки оглядел Германа с ног до головы. — Что ты ешь? Герман пожал плечами: — Много чего. — Он слегка посерьёзнел. — Но это не значит, что я устал от вашего присутствия. За то короткое время, что мы провели вместе, я убедился, что вы все достойны ответственности, возложенной на вас как на охотников. — Он поклонился. — Для меня было честью сражаться на вашей стороне. — он с ухмылкой поднял голову. — Вернее, в нескольких сотнях футов от вас. Сандра судорожно вздохнула, — Боже...Ты уверен... Быстро, как молния, Герман вернулся в исходное положение, на его лице застыло нейтральное выражение. — Моя позиция по отношению к твоим достижениям не изменилась, Сандра. Женщина пожала плечами: — Эх, нельзя винить женщину за то, что она старается. — Она весело поприветствовала их: — Увидимся в баре. Линкольн вздохнул: — Полагаю, это означает, что я тот, кто отправится отсюда следующим транспортом. — Мне сказали, что в этом городе ещё нет маршрутов для буллхедов. — сообщил Герман. Линкольн простонал: — Конечно, нет. — и отправился за дополнительной информацией, оставив его и Рокки позади. Темнокожий мужчина скрестил руки на груди: — Что ты планируешь? Первый Охотник пожал плечами: — Съешь что-нибудь. Убедись, что твоё оружие в оптимальном состоянии. А Ты? — Планирую выполнить ещё пару заданий – в других деревнях, похожих на эту. После отправлюсь к Патчу. — Ах да. — кивнул Герман. — Сандра сказала мне, что у тебя есть любовница на острове. Рокки покраснел и почесал щеку. — Думаю, немного больше, чем любовники. Надеюсь, правда. — прошептал он. Не обращая внимания на боль в собственном сердце, Герман протянул руку и похлопал мужчину по плечу. — Береги её. — сказал он. Рокки моргнул, но, тем не менее, торжественно кивнул и продолжил свой путь. Стряхнув с себя остатки меланхолии, Герман решил тоже пойти в гостиницу. Он не остался бы на празднование, но, тем не менее, показал бы своё лицо благодарным жителям Сламбера. Однако всё изменилось, когда он увидел, как несколько охранников вывешивают что-то на доске на городской площади. Он подошел к ним и спросил: — Что происходит? Один из охранников обернулся, и он узнал женщину, с которой встречался на днях. Она тоже узнала его: — А, это вы. — Она отступила назад, позволяя ему увидеть, что они с коллегой вывесили. Два объявления о розыске, как это было на самом деле. Герман проворчал: — Я вижу, водитель смог дать описание бандитов. — Он присмотрелся к фотографиям повнимательнее. Двое мужчин, противоположности во всех отношениях. Один из них казался невысоким, безволосым, со смуглой кожей и тёмными глазами. Другой был крупным, с густой шевелюрой и растрёпанной бородой, с почти болезненно бледной кожей и глазами голубыми, как ясное небо. Под фотографиями была общая информация, включая их имена – Камрен Херон и Умбра Дастин, соответственно – их вознаграждение, физические характеристики и идентификационные данные, список преступлений и... Герман застыл, прочитав последнюю информацию под именем Умбры. — Академия Атлас... — повторил он. Охранница прищёлкнула языком. — Да. Чертовски неприятно, когда Охотник становится плохим. — ...Действительно. — проворчал Первый Охотник.

/ + / + / + / + /

Умбра шумно выдохнул: — Не думал, что мы наткнемся здесь на каких-нибудь охотников. Камрен фыркнул, разжигая их скудный костёр. — Кто ещё, чёрт возьми, стал бы посылать зелёные сигнальные ракеты. — Умбра хмыкнул, кивая. Оглядываясь назад, он понимает, что это было довольно очевидно. Чёрт возьми, это была стандартная операция Атлезианцев. Конечно, он уже давно не был частью Атласа. — И всё же. — Камрен посмотрел на него с ухмылкой. — Неплохой улов. Умбра ответил тем же жестом: — Чертовски верно. — Он опустил взгляд на свою грудь, где к патронташу были прикреплены различные Праховые гранаты. — Довольно впечатляюще для какого-то захолустного городка у чёрта на куличках. Камрен расхохотался, подняв голову к небу. БАХ Умбра подпрыгнул, выхватывая мечи, привязанные к его спине. — Какого хуя?! Камрен, ты слышишь... Стук Умбра резко обернулся, активировав Ауру и разразившись проклятиями, когда безжизненное тело Камрена упало, обнажив пулевое отверстие прямо над его сердцем. — Блядь! — крикнул Умбра. Он развернулся, выставив вперед клинки. — Покажи себя, трусливый уёбок! — В ответ он услышал только треск костра. — Блядь, блядь, блядь! — выдохнул он, обводя взглядом темный лес. Сможет ли он убежать? Возможно, но если бы он побежал, то, скорее всего, получил бы пулю в спину, которая не убила бы его, но сбила бы с ног. Тогда он был бы всё равно что мёртв. Он также не хотел оставаться и сражаться – он никогда не был лучшим в прямом бою. Он втянул в себя воздух; гранаты! Убрав один из своих клинков в ножны, он схватил одну из гранат, прикреплённых к груди, выдернул чеку, но ещё не активировал её. Либо он попадёт в того, кто решил с ним поиметься, либо устроит лесной пожар. В любом случае, он выберется из этого живым. Позади него хрустнула ветка. Быстро, как вспышка, Умбра развернулся, зарядил и бросил гранату изо всех сил. Его мозг поймал его, когда граната выпала из его рук, как раз вовремя, чтобы увидеть, как какой-то высокий уёбок в странной одежде поймал взрывчатку. Умбра вздрогнул, когда их взгляды встретились — взгляд этого уёбка был твёрдым и безжизненным, как камень. И тут граната взорвалась, окутав уёбка огнём, резкий треск разорвавшейся Ауры наполнил воздух, прежде чем её поглотил рёв пламени. Умбра уставился на него, не веря своим глазам. Затем он начал смеяться. — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Ты тупой ублюдок! Что у тебя блядь был за план! — Он был в таком приподнятом настроении, что почти не заметил, как из огня выдвинулась фигура. Почти. Умбра едва успел охнуть, прежде чем что-то горячее – настолько горячее, что он почувствовал это через свою Ауру – обхватило его за шею, подняв в воздух и ударив о дерево. От удара у него перед глазами всё поплыло. Не то чтобы это помешало запаху горящей плоти проникнуть в его ноздри – его могло бы стошнить, если бы горло не было зажато. Когда зрение восстановилось, его все равно вырвало. Лицо – если его ещё можно было так назвать – этого...существа...представляло собой расплавленную чёрно-красную массу, стекающую по белому, как кость, черепу на горящую одежду. Но это было не самое худшее – боги, если бы только это было самое худшее. Когда слизь потекла вниз, плоть начала срастаться на черепе. Сначала мышцы, а затем и кожа. Глаза – вернее, пространство, где должны были быть глаза – начали пузыриться, ещё больше слизи потекло по восстанавливающемуся лицу, два серых глаза бесстрастно уставились на него. И затем, после того, как губы этого...существа преобразились, оно улыбнулось. — Как очаровательно. — прошипело оно, наклоняясь ближе к Умбре, которая начала плакать. — Я оказываю достаточное давление, чтобы стереть камень в порошок, а твоя Аура всё ещё держится. — П-пожалуйста. — сумел выдавить из себя Умбра сквозь страх и желчь. — Н-не у-б-б... И тут монстр рассмеялся, ужасным пародийным смехом. — Ты, тот, кто повернулся спиной – хуже того, обнажил меч – к тем самым людям, которых поклялся защищать, а теперь просишь пощады? — Существо снова рассмеялось. — Очень хорошо. Как дурак, Умбра позволил надежде зародиться в его груди. И тут давление на его горло усилилось. Умбра начал биться, тщетно пытаясь вырваться из этого кошмара. Последнее, что он услышал, последнее, что почувствовал – это то, что его Аура разрушилась.

/ + / + / + / + /

Сандра слегка застонала, вдыхая свежий ночной воздух и потягиваясь. — Боже...вкусная была еда. — Линкольн, сидевший слева от неё, что-то пробормотал. Она усмехнулась и толкнула брата локтем. — Не в каждом городе найдется хорошая баранина, Линкольн. — Чепуха. — игриво выплюнул он, прежде чем погрузиться в уютное молчание. После еды они решили прогуляться, чтобы сжечь немного калорий. Сандра никогда не любила маленькие городки, но ей всегда было приятно наблюдать, как люди разгуливают в приподнятом настроении после истребления Гримм. Если бы только Герман разделял её симпатию, тогда это был бы действительно хороший день. — Приближается раненый! — Сандра вздрогнула от неожиданного голоса. — У него много вещей! — Она подняла глаза и увидела охранника, указывающего на город. Линкольн втянул в себя воздух: — Ещё одно нападение бандитов? — Сандра надеялась, что нет – с бандитами было так тяжело иметь дело. Дайте ей пачку Гримм в любой день. Они с Линкольном быстро добрались до главных ворот, легко прокладывая себе путь (ну, она-то в основном и проталкивалась). Каково же было её удивление, когда в ворота вошла окровавленная фигура Германа, который нёс в руках несколько металлических чемоданов. Линкольн потянул её за рукав. — Ты знала, что он отправился разбираться с бандитами? — Она покачала головой. — Извини, извини! — Сандра оглянулась через плечо и увидела, как Олли Риверс проталкивается вперёд. — Герман! — закричал мужчина. — Я...что случилось? — Я позаботился о вашей проблеме с бандитами. — сказал он, аккуратно ставя металлические ящики на землю. — С сожалением должен сообщить вам, что они забрали часть ваших продуктов питания. И одну гранату. — После этого дамбу прорвало, и несколько человек бросились к ящикам. Сандра и Линкольн проигнорировали это и направились к Герману. Высокий мужчина повернулся к ним лицом, собираясь поклониться. — Подожди! — Крикнул Линкольн, бросаясь вперед. “Не делай резких движений! Нам нужно тебя осмотреть! Окровавленный охотник томно моргнул. — Что ты...о! Нет, это не моя кровь. В животе Сандры образовалась пустота. Быстрый взгляд на её брата показал, что он чувствует то же самое. Герман, очевидно, был в сильном шоке – как ещё он мог быть таким спокойным. — Что за хуйня?! Сандра резко обернулась, услышав это заявление, как раз вовремя, чтобы увидеть, как нескольких человек вырвало. Теперь в животе у Сандры образовалась совсем другая пустота. Она медленно приблизилась к ящику. Ужасная вонь, поразившая её сознание, подсказала ей, что её ждёт, но она всё равно должна была это увидеть. И вот, две головы безучастно уставились на неё, а на дне металлического ящика собралась лужица крови. Сандре удалось проглотить свой ужин. Линкольну повезло меньше. Она медленно повернулась к Герману. Она не была до конца уверена, что ожидала увидеть, но пришла в ужас, увидев, что он был...раздражён. Олли Риверс – один из первых, кого вырвало. – пришёл в себя, побледнев, когда посмотрел на Германа. — Ч-ч-Ч-что... — пробормотал он, заикаясь. Герман закатил глаза. — Я разобрался с вашими бандитами. — Ты убил их! — выдохнул советник. — Конечно, я так и сделал. Это было единственное решение. Теперь Сандра нашла в себе силы заговорить, её разум был в равной степени напуган, недоверчив и зол. — Это ложь! — заявила она. Ей пришлось побороть желание вздрогнуть, когда его каменный взгляд метнулся к ней. — Тебе не обязательно было убивать их! Затем выражение лица Германа изменилось. Сменилось...разочарованием? Он вздохнул. — Наивный ребёнок. — сплюнул он. Затем он развернулся, плащ взметнулся, разбрызгивая вокруг себя кусочки засохшей крови. — Проследите, чтобы их общая награда была переведена на мой банковский счёт. — сказал он, не оборачиваясь. — Я думаю, мы все можем согласиться с тем, что мне не стоит сюда возвращаться. И с этими словами он растворился в ночи.