Я заставлю тебя себя полюбить

      День вы­дал­ся пас­мурным и жут­ко су­ет­ли­вым. Все ва­лилось из рук, так еще и на­чаль­ство, веч­но вы­казы­вав­шее свое не­доволь­ство, се­год­ня би­ло все от­метки тер­пи­мос­ти. Мо­лодо­го че­лове­ка, на вид двадцати двух лет, с уди­витель­но тон­ки­ми и кра­сивы­ми чер­та­ми ли­ца, стиль­но оде­того, с кра­сивым ма­ки­яжем глаз, под­черки­ва­ющим всю глу­бину взгля­да и длин­ны­ми чер­ны­ми во­лоса­ми, этот день яв­но дос­тал ос­но­ватель­но. Он си­дел в ка­бин­ке муж­ско­го ту­але­та и нер­вно ку­рил. Как же он хо­тел сей­час ока­зать­ся на са­мом не­оби­та­емом ос­тро­ве от всех лю­дей, на­чаль­ства, кли­ен­тов, да и от все­го в це­лом.       Ус­тавший взгляд смот­рел в од­ну точ­ку на сте­не и мыс­ли мед­ленно пе­рете­кали в прош­лое, за­думы­ва­ясь о том, как бы­ло бы неп­ло­хо из­ме­нить свою жизнь и на­чать все за­ново. Вдруг дверь в ту­алет от­во­рилась, па­рень за­мер, не же­лая вы­давать сво­его при­сутс­твия: — Билл… — поз­вал при­ят­ный жен­ский го­лос. — Билл, ты здесь? — А те­бе не го­вори­ли, что по муж­ским ту­але­там шас­тать неп­ри­лич­но? — по­дал го­лос па­рень, все еще на­ходясь в сво­ем мни­мом убе­жище. — Неп­ри­лич­но че­сать зад­ни­цу. А спро­сить у дру­га, как его ду­шев­ное са­мочувс­твие, это вро­де как за­бота, — ска­зала де­вуш­ка, под­хо­дя к ка­бин­ке бли­же. — Ты ме­ня пус­тишь? — Тут са­мому-то тес­но, так еще и те­бя где-то на­до рас­по­ложить, — ска­зал Билл, но зад­вижка все-та­ки щел­кну­ла. Де­вуш­ка ус­пе­ла быс­тро зас­ко­чить, и в эту ми­нуту кто-то во­шел. Оба за­та­или ды­хание, ста­ра­ясь не об­на­ружить се­бя. Пос­лы­шал­ся звук ль­ющей­ся струи, длив­ший­ся веч­ность и, на­конец, дол­гождан­ный от­кры­ва­ющий­ся кран. За­тем звук зак­ры­ва­ющей­ся две­ри и сво­бод­ный вы­дох. — Так что ты хо­тела? — мо­нотон­но спро­сил Билл, вы­киды­вая за­тушен­ный бы­чок в сор­тир. — Ты так вне­зап­но ис­чез… прос­то за­вол­но­валась… мо­жет, мо­гу чем по­мочь? У те­бя, меж­ду про­чим, с са­мого ут­ра ли­цо, ко­торое объ­елось ли­монов, — де­вуш­ка дос­та­ла си­гаре­ту и при­кури­ла, про­тяги­вая пач­ку Бил­лу. Он за­дум­чи­во пос­мотрел на нее, мед­ленно бе­ря пред­ло­жен­ное. Третья си­гаре­та за пос­ледние пятнадцать ми­нут. Это для не­го слиш­ком, и мах­нув на все ру­кой, он при­курил от про­тяну­того огонь­ка. — Ну, так ты по­делишь­ся худ­ши­ми мо­мен­та­ми со сво­ей жи­лет­кой? Друзь­ям обыч­но до­веря­ют. — А оно те­бе на­до? — все также без­различ­но спро­сил Билл. — У те­бя кро­ме, как за­нимать­ся бла­гот­во­ритель­ностью по под­ня­тию нас­тро­ения, дел боль­ше нет? Смот­ри, Рей, Гор­го­на мо­жет не дос­чи­тать­ся сво­ей лю­бимой змей­ки на го­лове и пос­лать на по­ис­ки. А ес­ли нас зас­та­нут тут… да­же пред­ста­вить страш­но, сколь­ко бу­дет ин­те­рес­ных ис­то­рий. — Ес­ли те­бя это силь­но вол­ну­ет, я сва­лю, — за­тяги­ва­ясь, ска­зала де­вуш­ка, но по­пыток сдви­нуть­ся не сде­лала. Билл иног­да по­ражал­ся ее наг­лости и гру­бос­ти, но все-та­ки лю­бил ее по-сво­ему. Хоть она иног­да и при­носи­ла ему ку­чу неп­ри­ят­ностей. По­рой да­же без заз­ре­ния со­вес­ти мог­ла сдать на­чаль­ству на рас­терза­ние и при этом вес­ти се­бя, как ни в чем не­повин­ная скром­ни­ца. Он лишь ус­мехнул­ся ее сло­вам и при­тянул к гу­бам си­гаре­ту. — Так от­ку­да та­кое доб­рое и ра­дуж­ное нас­тро­ение? Не­уже­ли Гор­го­на ус­пе­ла на­гадить в ду­шу? — И она то­же… Ты не за­бивай се­бе го­лову…. Прос­то нас­тро­ение не за­вяза­лось, на­до­ело как-то все… Да­же объ­яс­нить сей­час не смо­гу. Да­вай мы поз­же по­гово­рим, а? — Ну, ты что, ко­тенок? Да что в са­мом де­ле слу­чилось? — оза­бочен­ным го­лосом спро­сила Рей, бе­ря Бил­ла за ру­ку. — Ну, хо­чешь, пой­дем се­год­ня ку­да-ни­будь по­сидим? И я обе­щаю, что не бу­ду те­бя до­могать­ся, как в сек­су­аль­ном, так и в мо­раль­ном пла­не. Бу­ду прос­то пай-де­воч­кой! — по­ложа ру­ку на сер­дце, клят­венно про­гово­рила она. — Мне уже от тво­их слов ста­новит­ся жут­ко, а ты еще хо­чешь, что­бы я по­верил. В пос­ледний раз из-за тво­их обе­щаний мы чуть на раз­де­лоч­ную дос­ку в морг не уго­дили… А о том, что клуб «Грейс» при ви­де нас зак­ры­ва­ет две­ри и рас­пуска­ет пер­со­нал, во­об­ще ста­ра­юсь не вспоми­нать. Тво­ей не­адек­ватнос­ти толь­ко пси­хам за­видо­вать, — Билл мрач­но вы­давил из се­бя сар­касти­чес­кую улыб­ку. — Ес­ли ко­тенок улыб­нулся, зна­чит, я не зря тор­ча­ла в муж­ском ту­але­те под стра­хом быть зас­ту­кан­ной и ис­терзан­ной пош­лы­ми ис­то­ри­ями доб­рых лю­дей на­шего агентства. Я, по­жалуй, пой­ду, а то точ­но ско­ро объ­явят в ро­зыск. А ве­чером да­вай все же встре­тим­ся, ес­ли хо­чешь, мо­жем по­сидеть у ме­ня или у те­бя? — Рей за­туши­ла си­гаре­ту и от­пра­вила ее в ни­куда, ут­руждать се­бя куль­тур­ны­ми за­маш­ка­ми бы­ло не в ее сти­ле. — Лад­но, пос­ле ра­боты не ухо­ди. По­едем ку­да-ни­будь, — об­ре­чен­но ска­зал Билл, зная, что она прос­то так не от­ста­нет и весь ос­тавший­ся день бу­дет мо­раль­но да­вить на пси­хику. В ито­ге все бу­дет по ее сце­нарию, по­это­му он пос­чи­тал на­илуч­шим ва­ри­ан­том сог­ла­сить­ся, сох­ра­нив два меш­ка нер­вных кле­ток.       Пос­ле ухо­да Рей Билл по­сидел еще ми­нут де­сять. За­тем встал и, нап­равля­ясь к умы­валь­ни­кам, пос­мотрел на свое от­ра­жение. Ус­тавшие гла­за го­вори­ли о том, что по­ра про­сить от­пуск или впо­ру за­болеть. Он слег­ка смо­чил пы­ла­ющие ще­ки прох­ладной во­дой, опи­ра­ясь ру­ками на края ра­кови­ны, опус­тил го­лову. Дверь ми­моле­том от­во­рилась и фи­гура, на мгно­вение мель­кнув­шая в про­еме, ска­зала: — Билл, Гор­го­на тре­бу­ет жер­тву. Не хо­чу те­бя огор­чать, но ею, ка­жет­ся, бу­дешь ты, — не дож­давшись от­ве­та, го­ворив­ший быс­тро зак­рыл дверь и вих­рем убе­жал в су­ету сво­их проб­лем. — Да уж. Се­год­ня оп­ре­делен­но для ме­ня са­мый счас­тли­вый день. Прос­то рас­сыплюсь от та­кого ко­личес­тва счастья…

***

      Али­са Шней­дер на по­вышен­ных то­нах раз­го­вари­вала по те­лефо­ну, ког­да Билл по­казал­ся в две­рях ее ка­бине­та с бу­мага­ми, ко­торые он дол­жен был при­нес­ти еще полча­са на­зад. За что те­перь го­товил­ся по­лучить ку­чу не сов­сем хо­роших выс­ка­зыва­ний в свой ад­рес. Жен­щи­на жес­том по­каза­ла прой­ти и ука­зала на крес­ло.       Для сво­их сорока пяти лет она бы­ла в прек­расной фор­ме. Жес­ткая и во­левая жен­щи­на, не про­гибав­ша­яся за всю свою жизнь ни под од­но пра­вило, всег­да выс­тра­ива­ла свои ус­ло­вия, с ко­торы­ми вы­нуж­де­ны бы­ли сог­ла­шать­ся поч­ти все. На­ходясь двадцать пять лет в этом биз­не­се, она всег­да шла по го­ловам и ни­ког­да ни на что не ог­ля­дыва­лась. И вот те­перь, имея ог­ромное вли­яние в сво­ей сфе­ре, бы­ла ко­роле­вой ба­ла. Ска­зать ей сло­во «нет» оз­на­чало под­пи­сать се­бе смер­тный при­говор в биз­не­се. За что и по­лучи­ла не­офи­ци­аль­ное прозвище ГОР­ГО­НА.       Где-то при­мер­но го­да два на­зад ей приш­ла мысль в го­лову сде­лать что-то сов­мес­тное с ка­кой-ни­будь вли­ятель­ной ком­па­ни­ей, та­ким об­ра­зом, при­тянув к се­бе го­раз­до боль­шие вло­жения. И здесь ее ус­лужли­вая сви­та на­рыла све­дения об агентстве То­маса Трюм­пе­ра. По­лучив всю де­таль­ную рас­клад­ку, она ре­шила, что вы­год­ней это­го со­юза ей прос­то не най­ти.       За два го­да она тща­тель­но прис­мотре­лась к ним со всех воз­можных сто­рон и вот те­перь на­конец-та­ки пос­ле дол­гих и упор­ных пе­рего­воров с пред­ста­вите­лем это­го агентства, не­ким Мар­ти­ном Прай­ером, они приш­ли к сог­ла­шению сот­рудни­чес­тва. Все бы­ло ула­жено, ос­та­лось толь­ко под­пи­сание и от­кры­тие са­мого круп­ней­ше­го агентства в Гер­ма­нии. Зак­лю­чение двух сто­рон бы­ло наз­на­чено на се­год­ня. При­гово­рив те­лефон к мол­ча­нию, она об­ра­тилась к Бил­лу: — Билл, се­год­ня круп­ней­шее сли­яние и у ме­ня для те­бя мно­го дел. На­до бу­дет соб­рать все до­кумен­ты для Алек­са, зай­ти в от­дел фи­нан­сов и от­дать эти бу­маги, — она ука­зала на стоп­ку в ру­ках Бил­ла — в от­дел к Ма­ри за­неси ко­пии. За­тем со­бери все до­гово­ра за те­кущий год у На­тали, и к семи ча­сам под­го­товь мне их. И пос­та­рай­ся не опаз­ды­вать, как се­год­ня. Мы ведь не хо­тим ис­кать но­вую ра­боту?       Что-ли­бо от­ве­чать бы­ло бес­смыс­ленным, Билл, все за­писав в ежед­невник, толь­ко сог­ла­сил­ся кив­ком го­ловы. Али­са не лю­била лиш­них слов, пред­по­чита­ла дей­ствия и це­нила быс­тро­ту ис­полне­ния ее при­казов. — И еще… С зав­траш­не­го дня ты ра­бота­ешь с То­масом Трюм­пе­ром. Мне ну­жен свой че­ловек, а ему — по­мощ­ник. Луч­ше те­бя никто не спра­вит­ся, сво­боден. Билл вы­шел, зак­рыв за со­бой дверь со сло­вами: — Злоб­ли­вая суч­ка.       Про­ходив­ший ми­мо сот­рудник обер­нулся: — Что? — Дождь го­ворю, со­бира­ет­ся… — Аа… — как бы по­нимая про что речь, про­пел кол­ле­га по ра­боте.       Он пос­мотрел на за­писи. Ку­ча дел и пе­сок вре­мени, ко­торый уте­ка­ет сквозь паль­цы. Желание ока­зать­ся на не­оби­та­емом ос­тро­ве вновь ми­моле­том по­сети­ло его. Нра­вилась ли ему та­кая ра­бота на по­бегуш­ках? Да­же он сам не мог пра­виль­но все сфор­му­лиро­вать. В чем-то, на­вер­ное, и прель­ща­ла эта бе­гот­ня. Все луч­ше, чем быть там, от­ку­да он при­шел.

***

      Билл ро­дил­ся и вос­пи­тывал­ся не в луч­ших рай­онах Гам­бурга. Веч­но боль­ная и гу­лящая мать, всег­да на­весе­ле и с ком­па­ни­ей отец, а пос­ле его смер­ти и нар­ко­ман от­чим, ко­торый сдал Бил­ла в при­ют, ког­да и мать, на­конец, по­кину­ла этот мир. Род­ных боль­ше у не­го не бы­ло, или, по край­ней ме­ре, он их не знал, а мо­жет, и они его знать не хо­тели.       Всю свою соз­на­тель­ную жизнь ему при­ходи­лось от­ста­ивать свои пра­ва и не ло­мать­ся под тя­жестью жиз­ненных пе­рипе­тий. В при­юте ему, ко­неч­но, приш­лось слож­нее все­го. Там он бо­рол­ся не толь­ко про­тив про­из­во­ла сверс­тни­ков, пос­то­ян­но до­казы­вая, что, не смот­ря на хруп­кую внеш­ность, мо­жет у­ебать, уку­сить или по­цара­пать. В вы­боре ору­дия дол­го ду­мать не при­ходи­лось — в ход шло все. Пос­ле го­да пос­то­ян­ных по­казов к не­му на­чали от­но­сить­ся бо­лее или ме­нее ува­житель­но, но тут на­чал­ся не­адек­ват сре­ди ра­бот­ни­ков при­юта.       На пред­ло­жение стриж­ки Билл выс­ту­пил с ак­ци­ей про­тес­та, за что по­нес на­каза­ние в ви­де при­нуди­тель­ных ра­бот на кух­не. Не прек­ра­щая бун­та и упор­ной ре­шимос­ти не ид­ти на по­воду, он по­шел на бо­лее кар­ди­наль­ный и вы­зыва­ющий шаг. Билл стал под­во­дить гла­за чер­ным ка­ран­да­шом. Этой вы­ход­кой он, ко­неч­но, ос­но­ватель­но зас­та­вил за­быть всех о сво­их нестри­женых во­лосах, пе­рек­лю­чив все си­лы на борь­бу с про­из­во­лом на ми­лом ли­чике. Но все же пос­ле не­од­нократ­ных умы­ваний в при­нуди­тель­ном ви­де, на не­го мах­ну­ли ру­кой. Та­ким об­ра­зом, сэ­коно­мив се­бе нер­вы и спо­кой­ствие в при­юте в це­лом.        Пос­ле улег­шихся ура­ганов Билл вро­де как бы хо­тел вер­нуть­ся в нор­маль­ный вид, но чем ча­ще он смот­релся в от­ра­жа­ющие по­вер­хнос­ти, тем на­вяз­чи­вей бы­ла идея ос­та­вить се­бе по­доб­ный имидж. Как-то вро­де уве­рен­ней он се­бя чувс­тво­вал или бо­лее за­щищён­о…. В об­щем, оп­ре­деле­ние сво­ему ре­шению Билл най­ти не мог, но вид ему с каж­дым ра­зом стал нра­вить­ся все боль­ше и боль­ше.       Пос­ле дос­ти­жения со­вер­шенно­летия, соб­рав нем­но­гочис­ленные ве­щи, он пос­та­вил пе­ред со­бой нес­ги­ба­емую цель: ДО­БИТЬ­СЯ В ЭТОЙ ЖИЗ­НИ РЕ­ЗУЛЬ­ТА­ТОВ! Зна­ния са­ми по се­бе за­лега­ли в его го­лове лег­ко и на­дол­го, по­это­му, пот­ру­див­шись над кни­гами на сла­ву, пос­ту­пил в ин­сти­тут на фа­куль­тет инос­тран­ных язы­ков. Также вы­иг­рал гранд для даль­ней­ше­го обу­чения.       Ожи­дая дав­ле­ния на свой внеш­ний вид, ко­торый воп­ре­ки все­му он ре­шил не ме­нять, Билл очень уди­вил­ся, ког­да это­го са­мого дав­ле­ния не об­на­ружил. И бо­лее то­го, стал поль­зо­вать­ся по­пуляр­ностью сре­ди сту­ден­тов. Пре­пода­вате­ли от­но­ситель­но спо­кой­но вос­при­нима­ли по­доб­ное са­мовы­раже­ние.       Прак­ти­чес­ки сра­зу на не­го сва­лилось чувс­тво, при по­мощи ко­торо­го хо­чет­ся об­нять весь мир и не один раз. Про­ще го­воря, он влю­бил­ся в луч­шую де­вуш­ку на пла­нете, ес­ли на тот мо­мент до­верять его мыс­лям, ко­торая не­замед­ли­тель­но от­ве­тила ему вза­им­ностью. Око­ло двух лет про­дол­жа­лись их от­но­шения. За это вре­мя Билл по­нял, что его иног­да при­тяги­ва­ют осо­би оди­нако­вой с ним по­ловой при­над­лежнос­ти. Прис­лу­шав­шись к се­бе и по­копав­шись в за­путан­ных моз­гах, он приз­нал на­личие би­сек­су­аль­нос­ти… Но про­верять на де­ле так и не ре­шил­ся. Хо­тя хо­телось, и при­чем не­од­нократ­но!       Как и все сту­ден­ты, Билл под­ра­баты­вал. Пе­реме­нив дос­та­точ­ное ко­личес­тво мел­ких про­фес­сий, ти­па офи­ци­ант или убор­щик в ка­фе, он как-то нат­кнул­ся на слу­чай­ный раз­го­вор. Тре­бовал­ся по­мощ­ник в од­ном круп­ном и из­вес­тней­шем агентстве. Пос­чи­тав, что ниче­го по­ложи­тель­но­го под­слу­шан­ный раз­го­вор ему не даст… он все же ре­шил схо­дить и про­верить, нас­коль­ко судь­ба его лю­бит. Ока­залось, что она в нем прос­то ду­ши не ча­ет! Его не взя­ли на дол­жность, упоминаемую в раз­го­воре, но тре­бова­лись по­сыль­ные. Так как раз­мер оп­ла­ты пре­вышал все, что он имел до это­го, осо­бо ут­руждать се­бя ло­гичес­ки­ми раз­мышле­ни­ями Билл не стал и быс­тро дал свое сог­ла­сие.       Так и ка­тилась его ус­та­нов­ленная на рель­сы те­леж­ка с кра­сивым наз­ва­ни­ем «ЖИЗНЬ»! Уче­ба шла без проб­лем, в ос­новном. Бы­вали, ко­неч­но же, нес­ты­ков­ки и про­чее, но в це­лом пре­пода­вате­ли лю­били его за ус­пе­ва­емость, прак­тичность, усер­дие… в об­щем, за все за­меча­тель­ные ка­чес­тва. До­пол­ни­тель­ная ра­бота в сво­бод­ном гра­фике, что бы­ло прос­то пре­вос­ходно, зак­лю­чалась в дос­тавке оп­ре­делен­ных па­кетов и бан­де­ролей из рук в ру­ки.       Пос­те­пен­но он по­пал в по­ле зре­ния лю­дей за­ин­те­ресо­вав­шихся его лич­ностью и был нап­равлен на со­вер­шенно дру­гой уро­вень, вверх. Вре­мени ста­ло ка­тас­тро­фичес­ки не хва­тать. Но, пос­та­вив пе­ред со­бой нес­ги­ба­емые це­ли, свер­нуть с на­мечен­но­го пу­ти он не мог. Та­ким об­ра­зом, Билл умуд­рялся сов­ме­щать хо­рошую уче­бу и вы­год­ную ра­боту! Ес­тес­твен­но, со вре­менем он все-та­ки пе­решел на дис­танци­он­ное обу­чение, так как приш­ло вре­мя вы­бирать или пол­но­цен­ные зна­ния, или еба­нись ка­кую клас­сную ра­боту. Выб­рав двух зай­цев, Билл те­перь пы­тал­ся уг­нать­ся за обо­ими. Слож­но, но ес­ли пос­та­рать­ся, то впол­не воз­можно.       Лю­бов­ный ро­ман от та­кой не­нор­ми­рован­ной жиз­ни угас, как уго­лек, не ос­та­вив пос­ле се­бя да­же ду­шещи­патель­но­го рас­ста­вания. Все про­изош­ло мед­ленно и ти­хо, как буд­то и не бы­ло ниче­го, ни ми­ра, за­дыха­юще­гося в объ­ять­ях влюб­ленно­го пар­ня, ни де­вуш­ки, ко­торая же­лала веч­ную лю­бовь и смерть в один день. Но по­яви­лось сов­сем дру­гое…       Пос­ле то­го, как он, упор­но рас­талки­вая всех на сво­ем пу­ти, мед­ленно, но вер­но, прод­ви­га­ясь все вы­ше и вы­ше, дос­тиг две­рей ка­бине­тов вы­сокопоставленных лиц, он на­конец-та­ки смог ут­вердить­ся и за­реко­мен­до­вать се­бя с са­мой хо­рошей сто­роны. Вот так ме­няя дверь на дверь, он и дос­тиг вни­мания Али­сы Шней­дер, ко­торая уг­ля­дела в нем мно­го по­ложи­тель­ных ка­честв, так не­об­хо­димых ей лич­но. За­кон­ченные к то­му вре­мени язы­ки, окон­ча­тель­но по­кори­ли Али­су и пос­та­вили жир­ную точ­ку. Билл стал пра­вой ру­кой вла­дели­цы са­мого элит­но­го агентства.       Фиш­ка зак­лю­чалась в том, что она не поз­во­ляла ему пе­репо­ручать де­ла, ко­торые Али­са в при­каз­ном про­шении пред­ла­гала сде­лать. Бил­лу при­ходи­лось все де­лать са­мому. Его тру­ды не бы­ли рас­тра­чены впус­тую и те­перь ему до­веря­ли очень важ­ные де­ла, важ­ных лю­дей. О чем еще мож­но меч­тать? О дру­гом…       Этот ДРУ­ГОЙ ра­ботал эта­жом ни­же и за­нимал­ся фи­нан­со­выми сто­рона­ми. Билл час­тень­ко при­ходил по ра­боте, то при­тас­ки­вая, то утас­ки­вая до­кумен­ты. И с каж­дым ра­зом би­сек­су­аль­ность ста­ла все ча­ще на­поми­нать ему о се­бе. В ито­ге он влю­бил­ся. Но про­яв­лять свои чувс­тва в от­кры­тую ре­шить­ся по­ка не мог. Так и по­луча­лось, что, при­ходя по яко­бы не­от­ложно-важ­ным де­лам от ру­ководс­тва, кои бы­вали не всег­да нас­толь­ко уж важ­ны­ми и нуж­ны­ми, он мог ли­цез­реть объ­ект сво­его обо­жания хо­тя бы нес­коль­ко ми­нут. Это­го хва­тало для под­питки жиз­ненных ре­сур­сов на бли­жай­шие двадцать четыре ча­са.       Объ­ект его обо­жания от­зы­вал­ся на имя Кла­ус Рейн. И был весь­ма сим­па­тичен. Да­же Рей по на­чалу пы­талась за­лезть на не­го и све­сить нож­ки, что по­лучи­лось не сов­сем удач­но. Кла­ус, пред­по­читав­ший бо­лее скром­ные объ­ек­ты в ви­де жен­ско­го по­ла, ре­шил, что она слиш­ком нес­та­биль­ная суб­стан­ция для его урав­но­вешен­ной, ти­хой жиз­ни. Рей спо­рить не ста­ла. Ей уда­лось убе­дить се­бя, что ров­но че­рез па­ру су­ток она ум­рет в рас­цве­те лет от тос­ки, ес­ли за­во­ева­ние за­вер­шит­ся ус­пе­хом. И, мах­нув ру­кой на ми­лое ли­чико ша­тена с зе­лены­ми гла­зами, мо­мен­таль­но пе­рек­лю­чилась на два эта­жа ни­же, где на­кану­не бы­ли взя­ты два ста­жера.       А Билл все про­дол­жал де­лать вид по­ху­ис­тично­го кра­сав­ца и втай­не меч­тать о ма­лень­кой вза­им­ности. Ко­неч­но, тай­ну сде­лать не по­лучи­лось, от Рей не был ута­ен факт сос­то­яния эй­фо­рии, пос­ле по­сеще­ния Бил­лом фи­нан­со­вого от­де­ла. Он дер­жался поч­ти не­делю. Но кто не зна­ет Рэй­чел Май­ер, тот не зна­ет о пси­холо­гии со­вер­шенно ни­чего. Она у лю­бого выбь­ет ин­форма­цию. У Бил­ла прос­то не бы­ло шан­сов. Пос­ле че­го он ожи­дал что угод­но. Но про­изош­ло чу­до, и она не ста­ла пла­кат­ны­ми объ­яв­ле­ни­ями опо­вещать все агентство о лю­бов­ных прис­трас­ти­ях Бил­ла. За что пос­ледний был бла­года­рен прос­то до по­тери че­лове­чес­ко­го соз­на­ния.       И вот сей­час по ука­занию Гор­го­ны, Билл си­дел в от­де­ле фи­нан­сов и ту­по та­ращил­ся на смаз­ли­вого пар­ня в не­веро­ят­но ду­рац­кой ру­баш­ке жел­то­го цве­та, ко­торая ка­залась са­мой стиль­ной и луч­шей во влюб­ленных гла­зах. Кла­ус с тща­тель­ным усер­ди­ем что-то пи­сал, сту­ча по кла­ви­ату­ре, ста­ра­ясь при­дать се­бе вид важ­ной пти­цы. Билл ти­хонеч­ко млел от столь близ­ко­го ли­цез­ре­ния и меч­тал о прод­ле­нии от­ве­ден­но­го вре­мени. Но все хо­рошее за­кан­чи­ва­ет­ся до­воль­но быс­тро. Кла­ус пос­ледний раз щел­кнул, вы­тащил флэш-кар­ту и с ми­лой улы­боч­кой про­тянул Бил­лу, ко­торый, в свою оче­редь, на­тянув мас­ку пол­но­го без­разли­чия, про­дефи­лиро­вал по нап­равле­нию к вход­ной две­ри. За ней он очень тяж­ко вздох­нул и нап­ра­вил­ся по за­писям даль­ше.       Вре­мя под­хо­дило к по­лови­не вось­мо­го. Билл си­дел в ка­бине­те и пы­тал­ся под­го­товить бу­маги для зло­го на­чаль­ства. На­конец за­кон­чив, он сор­вался с мес­та и бук­валь­но вле­тел в ка­бинет Али­сы. Во­семь че­ловек ра­зом за­мол­кли и по­вер­ну­ли го­ловы в сто­рону по­мехи. Билл зас­тыл воз­ле две­ри, не зная о даль­ней­ших пос­ле­дова­тель­ных дей­стви­ях и мо­мен­таль­но за­думы­ва­ясь о тра­гич­ных пос­ледс­тви­ях. Али­са, мгно­вен­но прев­ра­тив­шись в Гор­го­ну, злоб­но щел­кну­ла че­люс­тя­ми бы­валой аку­лы и мя­ука­ющим го­лосом со­об­щи­ла: — Билл, раз уж вы здесь, не бу­дем тя­нуть до зав­тра. Поз­воль­те вас сра­зу пред­ста­вить То­мас, — она обер­ну­лась к си­дяще­му спра­ва че­лове­ку в стран­ном ви­де. — Это ваш вер­ный ору­жено­сец Билл Ка­улиц, ко­торый бу­дет ва­шим про­вод­ни­ком и па­лоч­кой вы­руча­лоч­кой, на не­го мож­но все­цело по­ложить­ся. Я ему до­веряю, и он ни ра­зу ме­ня не под­во­дил. Билл, — она об­ра­тилась к рас­те­рян­но­му, но очень да­же внеш­не уве­рен­но­му брю­нету, — а это То­мас Трюм­пер. Ва­ше но­вое вре­мен­ное на­чаль­ство. Я ду­маю, вы сра­бота­етесь.

***

      Том си­дел за боль­шим сто­лом в ок­ру­жении нем­но­гочис­ленных юрис­тов, и меч­тал о сво­ем мат­ра­се, к ко­торо­му ус­пел при­кипеть всей ду­шой. Сли­яние про­дол­жа­лось уже око­ло трех ча­сов, но­ги за­тек­ли, хо­телось съ­есть что-ни­будь боль­шое и в не­ог­ра­ничен­ном ко­личес­тве. Шум рас­па­хива­ющей­ся две­ри, вы­вел его из го­лод­ной нир­ва­ны нес­час­тно­го че­лове­ка, и мед­ленно по­вер­нувшись на ис­точник, он за­был, как нуж­но ды­шать, мор­гать, да и дви­гать те­лом во­об­ще. Со стоп­кой бу­маг в ру­ках сто­ял не­веро­ят­но кра­сивый чер­но­воло­сый па­рень, бе­зуп­речно оде­тый, с мас­тер­ски иду­щим ма­ки­яжем на ли­це. По­ка Том наг­ло та­ращил­ся, не осоз­на­вая сво­его глу­пого ви­да, сквозь слу­ховые ре­цеп­то­ры раз­ли­чил лишь свое имя и не­кого Бил­ла Ка­ули­ца. К вре­мен­но от­клю­чив­шимся моз­гам сиг­нал до­шел с опоз­да­ни­ем. Али­са за­кон­чи­ла с всту­питель­ной частью пред­став­ле­ния друг дру­га и те­перь все в ожи­дании пе­реве­ли взгляд с не­до­уме­ва­ющей фи­зи­оно­мии Бил­ла на бо­лее не­адек­ватную, То­ма. От­ми­рать, ко­торый, ви­димо, не со­бирал­ся. Это по­нял и Билл, по­это­му, взяв си­ту­ацию в свои хруп­кие ру­ки, он на­рушил за­тянув­ше­еся мол­ча­ние: — Рад зна­комс­тву, герр Трюм­пер. Ис­крен­не на­де­юсь, что все-та­ки сра­бота­ем­ся. — Вза­им­но, — это все что смог на тот мо­мент вы­давить Том.       Бил­лу по­каза­лось край­не нед­ру­желюб­но по­веде­ние но­вого бос­са и, при­няв его тор­мозну­тый вид за аг­рессив­но нас­тро­ен­ный, за­хоте­лось сги­нуть со ско­ростью све­та. День про­дол­жал осы­пать его счасть­ем и лю­бовью. Когда Билл закрыл за со­бой дверь, ему стран­ным об­ра­зом за­хоте­лось зас­тре­лить­ся. Но ког­да за по­воро­том по­каза­лась без­мерно счас­тли­вая Рей… Же­лание уси­лилось.

***

      Том, в это вре­мя, пы­та­ясь прид­ти в се­бя, на­мер­тво отс­тра­нив­шись от ок­ру­жа­ющей дей­стви­тель­нос­ти, ушел во внут­ренний мир на вы­яс­не­ние от­но­шений с собс­твен­ным «Я». На­конец все ста­ли по­жимать друг дру­гу ру­ки и поз­драв­лять, ог­ла­шая вслух са­мое удач­ное сли­яние сфер. То­му приш­лось при­нять ак­тивное учас­тие, пос­ле че­го ОН вы­нуж­ден был ид­ти на бан­кет по этому слу­чаю. Мыс­ли о Бил­ле все это вре­мя не по­кида­ли его мозг ни на ми­нуту. В том, что он хо­тел об­ла­дать этим пар­нем, сом­не­ний не бы­ло, но бы­ло еще что-то. И это не да­вало по­коя и рас­слаб­ле­ния. Вмес­то по­пыт­ки по­нятия и вос­при­ятия, злость на­чала пог­ло­щать соз­на­ние. «Что же ты, су­ка, так упор­но зас­трял в го­лове и не хо­чешь ее по­кинуть до зав­тра? А са­мое глав­ное, как не на­рушить пра­вило за­веден­ное Мар­ти­ном спе­ци­аль­но для ме­ня: НЕ РАЗ­ВРА­ЩАЙ РА­БОЧЕЕ МЕС­ТО РАЗ­ВРА­ТОМ. Ес­ли Март уз­на­ет!..» — Мыс­ли хо­рово­дом кру­жились и бе­гали, а ког­да вы­питое спир­тное обос­но­валось в организме окон­ча­тель­но, то и вов­се ста­ли в ха­отич­ном бес­по­ряд­ке да­вить на пе­рег­ру­жен­ный мозг.       За­нуд­ное ме­роп­ри­ятие ста­ло силь­но утом­лять. Ку­ча ма­лозна­комых ему лю­дей прак­ти­чес­ки не ос­тавля­ла в по­кое, пос­то­ян­но тре­буя вни­мания и сос­ре­дото­чен­ности. Тут рез­ко заз­во­нил те­лефон. Том, от та­кого не­ожи­дан­но сва­лив­ше­гося счастья, пос­пе­шил к вы­ходу на тер­ра­су. Зво­нил Мар­тин. — Март, су­ка та­кая, я те­бя люб­лю и обо­жаю! — чуть ли не пос­ку­ливая от вос­торга, за­явил Том.       В трубке повисла тишина… — Ты за­мерз или умер от счастья? — Хуй его зна­ет, по­ка сам еще не по­нял. Это что сей­час бы­ло, род­ной? У те­бя все в по­ряд­ке? Дав­ле­ние там… тем­пе­рату­ра… в нор­ме? — с на­иг­ранным бес­по­кой­ством спро­сила труб­ка. — Дав­ле­ние заш­ка­лива­ет, тем­пе­рату­ра рас­тет. За­еба­ло все, хо­чу в сроч­ном по­ряд­ке сва­лить до­мой, — Том от­пил жид­кость из бо­кала. — Ну, ес­ли То­мас не по­луча­ет удо­воль­ствия от бан­ке­тов и ве­чери­нок, зна­чит, чем-то за­сорил моз­ги. Вык­ла­дывай, но сна­чала рас­ска­жи, как де­ла, за­бот­ли­во до­верен­ные мной те­бе. — С де­лами луч­ше не бы­ва­ет. Все под­пи­сано, и на на­ших ус­ло­ви­ях. Ко­неч­но, по­пиз­деть приш­лось при­лич­но, но мы бы­ли та­кими не­от­ра­зимы­ми. Они не ус­то­яли, — ска­зал Том, до­воль­но улы­ба­ясь. — Ну, кто бы сом­не­вал­ся, что пе­ред та­ким ко­белем су­ка ус­то­ит. Ты се­год­ня с ней уро­ки ак­ро­бати­ки про­ходить бу­дешь? Слы­шал, что она ни­чего та­кая, еще в фор­ме? — в труб­ке пос­лы­шал­ся щел­чок за­жигал­ки. — Ты что? Она с ма­мон­та­ми бы­ла зна­кома лич­но, хо­чешь, чтобы ее на ак­ро­бати­ке зак­ли­нило? Ме­ня же по­том за жес­то­кое от­но­шение к ре­лик­ви­ям, как ван­да­ла по­садят. — Ду­рак, те­бе еще пре­мию да­дут за то, что по­радо­вал ста­руш­ку. Лад­но, да­вай тя­нуть с не­из­бежным не бу­дем, го­вори в чем де­ло? — де­лови­то ска­зала труб­ка. — У ме­ня бу­дет по­мощ­ник… — Да ты что! С у­ма сой­ти! Вот так но­вос­ти! — да­же ки­ломет­ры рас­сто­яния не смог­ли рас­се­ять глум и сар­казм. — А хо­чешь, я те­бе че­рез не­делю поз­во­ню? — очень не­доволь­но по­ин­те­ресо­вал­ся Том. — Ты что, му­дак, оби­дел­ся что ли? Я же лю­бя ска­зал, — труб­ка чмок­ну­ла. — Да­вай рас­ска­зывай и те­бе по­лег­ча­ет, — сме­ясь, до­бавил Мар­тин. — В об­щем… у ме­ня яй­ца, гля­дя на не­го, че­шут­ся… — Поп­ро­буй по­мыть, дол­жно ре­аль­но по­мочь! — труб­ка взор­ва­лась ди­ким хо­хотом. А Том, отор­вав ее от уха, зло смот­рел, ког­да же на том кон­це заг­лохнут не­навис­тные зву­ки. Про­каш­лявшись, как бы при­давая сво­ему го­лосу по­добие серь­ез­ности, те­лефон воз­вестил о сво­ем воз­вра­щении в мир. — Лад­но, смех сме­хом, а те­перь серь­ез­но. Ес­ли я уз­наю, что ты его ва­ля­ешь на ра­бочем сто­ле, то по­верь мне, твои род­ные яй­ца уже боль­ше никог­да не по­бес­по­ко­ят те­бя че­сот­кой, — очень ми­лым и уба­юки­ва­ющим го­лос­ком про­пел Март. — Пом­ни пра­вило: НЕ РАЗ­ВРА­ЩАЙ РАБ…. — …ОЧЕЕ МЕС­ТО РАЗ­ВРА­ТОМ, — за­учен­но за­кон­чил Том. — Да ты моя ум­ни­ца! Вот ви­дишь все как прос­то, а ты бо­ял­ся! — Ты так го­воришь, по­тому что не ви­дел его! Вот тог­да бы я пос­мотрел на все твои пра­вила! — Том на­жал со злос­ти от­бой, от­ста­вив опус­тевший бо­кал, вы­тащил пач­ку си­гарет. При­курив, он сто­ял нес­коль­ко ми­нут, зад­рав го­лову, и смот­рел на ноч­ное не­бо. Звез­ды шеп­та­ли, что на­до сме­нить об­ста­новоч­ку на бо­лее ве­селую и тог­да ора­кул бу­дет соп­ро­вож­дать уда­чу… При­мер­но та­кая хрень вер­те­лась в ка­чес­тве при­чины по­кинуть оби­тель ску­ки и най­ти ци­тадель раз­вра­та.       Спро­сив у сво­его шо­фера, на­нято­го его от­цом в ка­чес­тве пре­зен­та за прек­расно­го сы­на, о са­мом по­пуляр­ном мес­те ту­сов­ки на се­год­няшний день, он от­пра­вил­ся ту­да. В род­ном го­роде То­ма не бы­ло четыре го­да. Он нечас­то ба­ловал ро­дите­лей сво­ими ви­зита­ми, за­то те в свою оче­редь прос­то ва­ляли его в сво­ем вни­мании и за­боте, при­ез­жая чуть ли не каж­дую не­делю. По­тому сос­ку­чить­ся Том не ус­пе­вал.       Го­род ра­дос­тно мель­кал ог­ня­ми, при­ветс­твуя и за­тяги­вая в свою су­ету. Том от­ре­шен­но ус­та­вил­ся в ок­но и пог­ру­зил­ся в свои раз­мышле­ния. Его по­чему-то нап­ря­гал раз­го­вор с Мар­ти­ном. Да и день в це­лом нап­ряг так, что хо­телось трес­нуть по чь­ей-ни­будь до­воль­ной мор­де, чтоб не од­но­му ему стра­дать на этом све­те.       Воз­вестив не­оно­вой вы­вес­кой о дос­тавке на мес­то, Том спо­кой­но про­шел фейс кон­троль. И оку­нул­ся в ха­ос ве­селья. Тя­желые мыс­ли, тер­завшие всю до­рогу до клу­ба, ста­ли пе­рете­кать в бо­лее пла­вучую фор­му. Он про­тис­нулся к ба­ру, за­казал, что пок­репче и стал ог­ля­дывать­ся по сто­ронам, вы­ис­ки­вая се­бе жер­тву до вос­хо­да сол­нца. Встре­чать оче­ред­ную ночь в оди­ночес­тве со­вер­шенно не хо­телось. При­гово­рен­ная к ноч­ным уте­хам са­ма наш­ла сво­его об­ви­ните­ля и ра­дос­тно си­яя, пред­ло­жила свою ком­па­нию. Мни­мый про­курор, взве­сив все «за» и «про­тив», вы­нес по­ложи­тель­ный вер­дикт. За­казав кок­тей­ль для об­ла­датель­ни­цы свет­лых во­лос с го­лубы­ми гла­зами, Том на­шел сво­бод­ный сто­лик и пред­ло­жил пе­ре­ехать от бар­ной стой­ки. Пе­ре­езд был недол­гим, но ра­дос­тным и шум­ным.       На­конец-то он смог из­ба­вит­ся от мыс­лей и о Бил­ле, и о Мар­ти­не, и о…. Да его на тот мо­мент во­об­ще все мыс­ли ус­пе­ли по­кинуть, ос­та­вив толь­ко в пь­яне­ющем моз­гу реф­лекс счас­тли­вой улыб­ки. Ве­чер по­зитив­нень­ко под­ми­гивал, от­кры­вая свои две­ри.       Но мни­мому счастью су­щес­тво­вать слиш­ком дол­го, бы­ло не суж­де­но. Пос­ле из­рядно вы­пито­го спир­тно­го и по­сеще­ния чилл-а­ута, Том что-то мя­укал на уш­ко кра­сави­це, как вдруг сло­ва по­теря­лись сре­ди по­тока воз­ду­ха. Взгляд бе­зот­рывно смот­рел на са­мый даль­ний сто­лик в кон­це за­ла, ко­торый сто­ял в по­лум­ра­ке и прак­ти­чес­ки был не за­метен, но не для То­ма. Там си­дел Билл. При­чем не один. Нас­тро­ение рез­ко сни­зилось до от­метки плин­ту­са. Да­же вы­питое спир­тное не в сос­то­янии бы­ло рас­сла­бить. Ми­нут­ная па­уза в их раз­го­воре за­тяну­лась не­надол­го, эс­та­фету крас­но­речия тут же пе­рех­ва­тила блон­динка. И всех всё ус­тра­ива­ло: То­му не приш­лось тру­дить­ся над со­бой в раз­го­вор­ном жан­ре, а де­вуш­ку ра­довал та­кой вни­матель­ный со­бесед­ник!