Рождественский демон

В полицейском участке Дагосты не оказалось. Дежурный в окошечке сначала отмахнулся от Алоиза, но стал сразу более сговорчивым при виде удостоверения агента ФБР и сообщил, что лейтенант Винсент Дагоста сегодня не появлялся. Пендергаст растерянно кивнул и вышел на улицу, одновременно доставая из кармана пальто мобильный телефон. Происходящее нравилось ему все меньше. Сотовый Дагосты не отвечал – там включался автоответчик, что для Винсента было совершенно нехарактерно. Сев в машину, Алоиз несколько секунд неподвижно смотрел перед собой, обдумывая дальнейшие действия, после чего быстрым движением завел мотор и нажал педаль газа, аккуратно выезжая с парковки перед участком и вливаясь в оживленный поток машин. Возле дома Дагосты он был через полчаса, два раза проехав на красный под оглушительный звон клаксонов. Машины Винсента нигде видно не было, что также вызывало беспокойство. Игнорируя лифт, Пендергаст взлетел по лестнице на нужный этаж и бросился к двери, уже готовый схватиться за ручку, но тут замер, словно налетев на стену: из замка торчал ключ. Быстро окинув взглядом уходящие вверх и вниз лестничные пролеты, Алоиз одним быстрым движением выхватил пистолет и прижался к стене, осторожно потянув дверь другой рукой на себя. Он правильно расценил приглашение с ключом в замке – дверь была не заперта и легко поддалась в ответ на его усилие. В прихожей царил полумрак, разбавляемый белесым полуденным светом, проникающим из комнаты. Пендергаст бесшумно скользнул в квартиру, осторожно прикрыл за собой дверь и, стараясь не шуметь, повернул ручку замка, после чего двинулся по коридору в сторону спальни. Комната оказалась пуста; Алоиз отметил, что покрывало на кровати осталось нетронутым – Дагоста, по всей видимости, не ночевал дома. Быстро проверив платяной шкаф – его приоткрытая дверца вызвала подозрение, однако, скорее, она была свидетельством небрежности Винсента, Пендергаст направился через кухню в гостиную. На кухне от его взгляда не укрылась неубранная в шкаф чистая посуда – она так и осталась стоять возле раковины, и пустая кофеварка, что в очередной раз подтвердило его опасения – со вчерашнего вечера Винсент здесь не появлялся. В гостиной, на первый взгляд, все было по-прежнему, ни следа чужого присутствия. Однако Алоиз не тешил себя иллюзией нормальности – ключ в двери был жирным намеком, что его здесь ждали и приготовили ему сюрприз. Подойдя к дивану, он нахмурился – горы мишуры с его подушек перекочевали на ветки рождественской ели, которую они с Винсентом вчера так и не закончили наряжать. Игрушки, оставшиеся лежать на столе, также были аккуратно развешаны чьей-то рукой. Но внимание его привлекли две большие куклы, сидевшие на ветке рядом – светловолосый мальчик-паж с голубыми глазами и смуглый черноволосый рыцарь с бородкой-испаньолкой. Плечики игрушек с двух сторон поддерживали конверт из плотной молочно-белой бумаги без опознавательных знаков. Алоиз убрал пистолет в кобуру и осторожно вытянул конверт, стараясь не уронить кукол. Внутри прощупывался какой-то тонкий сверток. Пендергаст сел на диван, придвинул к себе журнальный столик, и, приоткрыв конверт, мягко потряс его. С тихим шорохом из него выскользнуло два кусочка бумаги. К одному из них была приклеена темная прядь волос, на втором – до боли знакомым, вычурным, но изящным почерком, было написано всего два слова: «Ave, Frater!». *** Сознание Винсента плавало в темноте, то и дело озаряемой короткими вспышками света. Ему слышались голоса, шум мотора, шорох и стук, однако любая попытка пошевелиться не достигала успеха – словно тело его существовало теперь отдельно от разума. Наконец, в ответ на очередной яркий всполох, он в который раз собрался с силами, и внезапно ощутил под спиной что-то жесткое. Сразу после этого вернулась чувствительность рук и ног – мышцы затекли и повиновались с трудом. Последними вернулись зрение и слух. Дагоста полулежал на странном жестком кресле, напоминающем стоматологическое. Сходство усиливала бьющая в глаза яркая медицинская круглая лампа, висящая прямо над головой. Руки и ноги были привязаны к креслу широкими ремнями. Попытавшись приподняться, Дагоста ощутил перехватывающий шею ремень, заставивший его со стоном откинуться назад. Все попытки вспомнить, как он оказался в этом странном месте, ни к чему не привели. Вот он после визита Пендергаста на место преступления беседует с соседями жертвы, вот раздает указания патрульным, после чего звонит с коротким докладом шефу. Вот садится в машину, собираясь ехать в участок, а дальше… Дальше темнота. Сколько он вообще же здесь находится? И кому все это понадобилось? От мрачных раздумий его отвлекли шаги. Страх огненной молнией пробежал по позвоночнику, но Винсент усилием воли заставил вести себя спокойно, стараясь не дать понять незнакомцу, что он его боится. Шаги становились все ближе, и, наконец, в яркий круг света ступил высокий худощавый мужчина с рыжей бородкой. Лицо его было Дагосте не знакомо, но сходство угадывалось сразу. От удивления Винсент забыл про ремни на руках и ногах и даже собственное похищение. - Лейтенант, - незнакомец улыбнулся, неприятно-слащаво растягивая слова, - лейтенант Винсент Дагоста. Рад вас видеть. Дагоста ничего не ответил, продолжая сверлить своего похитителя взглядом. Тот, казалось, нисколько не огорчился. - Я смотрю, вы меня узнали. Да, фамильное сходство – очень забавная вещь, не находите? Впрочем, где мои манеры? – он театрально взмахнул руками в черных перчатках, - позвольте представиться. Диоген Пендергаст. Мой дражайший братец, я уверен, ничего не рассказывал обо мне, не так ли? - Нет, - голос Дагосты звучал хрипло, ремень на шее слегка перетягивал гортань, не давая вдохнуть достаточно воздуха. – Что вам нужно? Диоген улыбнулся. Парадоксальным образом, совершенные черты лица от улыбки неприятно исказились, превратив лицо в насмешливую маску демона. - Не так быстро, мой дорогой Винсент. Дагоста дернулся. Это обращение он привык слушать из уст Алоиза. Диоген же с насмешливым прищуром с заметным удовольствием наблюдал за тем, как его пленник морщится. - Так вот, мой брат, к сожалению, стыдится меня. Я, своего рода, паршивая овца в доме, - Диоген негромко хохотнул, затем посерьезнел и продолжил: - Но мы ведь семья. А с некоторого времени в эту семью вмешались вы, мой дорогой Винсент, - Диоген говорил, не спеша перемещаясь вокруг привязанного Дагосты, на мгновение он исчез во мраке, и сразу же появился в свете лампы вновь, по бетонному полу загремели железные колесики – Диоген вытащил откуда-то из тьмы скрипящий табурет на колесиках, и подтянул его вплотную к креслу Винсента. Теперь они еще больше напоминали зубного врача и пациента на приеме, если исключить окружающий их беспорядочно разбросанный хлам. - Знаете ли, - продолжал Диоген, усевшись на табурет и что-то раскладывая на маленьком столике, - Рождество было единственным праздником, когда Алоиз терпел меня. На этих словах в руках Диогена холодно блеснул тонкий длинный кинжал, и Дагоста с ужасом наблюдал, как его похититель медленно провел им по его груди, спускаясь к паху. - Терпел меня и приглашал к себе в дом. В наш дом, - голос Диогена сделался тише, он, точно змея, шипел, не отводя взгляда от лица Дагосты, и только сейчас лейтенант заметил, что у него разные глаза – один карий, а второй - как у Алоиза, голубой, почти прозрачный. – Но в этом году все изменилось, лейтенант. Вы понимаете, о чем я говорю? – лезвие вновь двинулось вверх, легко задев ткань рубашки, Дагоста вздрогнул от неожиданного укола, на светло-голубой ткани расцвело алое пятно пореза. - Послушайте, мне очень жаль, что ваши отношения с братом сейчас не в самом лучшем состоянии, - Дагоста кашлянул и облизнул губы, - но я уверен, что это можно исправить. Я могу поговорить с ним. Мы оба можем… - Молчать, - прошипел Диоген, - и Дагоста почувствовал, как в горло уперлась холодная сталь. По коже потекла тонкая алая струйка, но боли он почти не ощущал. - Вы, Винсент, несомненно правы в одном – голос Диогена стал обманчиво спокоен, - вы действительно можете мне помочь. Но не разговорами. Алоиз хотел на рождество вас. Он вас получит. Но, - тут Диоген хитро улыбнулся и подмигнул, - по кусочкам. Дагоста сжал зубы и попытался выдернуть из ремней хотя бы одну руку, Диоген же, заметив это, насмешливо фыркнул: - Даже не пытайтесь. Я всегда довожу начатое дот конца. Кстати, лейтенант, вы, я уверен, оценили мою приманку на Сильвер-Лейн? Роскошная получилась инсталляция,- Диоген расхохотался. - Вы что, убили человека только затем, чтобы я приехал на место преступления?! Черт возьми, да зачем вам… - Мой дорогой Винсент, - Диоген перестал смеяться и посерьезнел, - это было отличным развлечением, но сделано совсем не для вас. Я никогда не недооценивал своего братца. Просто его нужно было чем-то отвлечь, и маневр сработал. И это вы еще не видели, что я подготовил для него в вашей квартире. Как жаль, что и не увидите теперь,- он с преувеличенным прискорбием покачал головой. - Что ж, чем бы вы хотели порадовать Алоиза сегодня? Парой пальцев? Или целой рукой? – тонкий кинжал в руке Диогена сменился изогнутым скальпелем. – Не волнуйтесь, у меня есть жгут для остановки кровотечения, бинты и даже антибиотики. А вот обезболивающее прихватить забыл, - Диоген широко улыбнулся, - но мы ведь обойдемся и без него, правда? Откуда-то сверху, со стороны низкого потолка, раздался шорох. Диоген замер. Дагоста же весь подобрался и напрягся. Пока брат Алоиза рассказывал ему о своих планах, Винсент тщательно осматривался, и понял, что находится в подвале. Вероятнее всего, где-то на окраине, среди домов под снос. И сейчас кто-то зашел на первый этаж здания. Сколько он здесь? Возможно, его уже ищут? Набрав в грудь побольше воздуха, Дагоста выкрикнул изо всех сил: - Сюда! Я здесь! В ту же секунду Диоген в бешенстве повернулся к нему и одним резким движением всадил в плечо тонкий скальпель. Дагоста задохнулся от боли, ловя ртом воздух, укол он не почувствовал, но в глазах потемнело. Последнее, что он слышал, прежде чем провалиться в беспамятство – далекое эхо взрыва. *** Пендергаст тревожно мерил шагами больничный холл. После его визита в участок коллеги Дагосты наконец засуетились, поняв, что лейтенант куда-то пропал после визита на очень странное место убийства. Однако, без анонимного звонка Алоиза они вряд ли смогли его так быстро найти. Дагосту обнаружили именно в том подвале, на который он указал. Оглушенного сильными транквилизаторами, с порезами и небольшой кровопотерей – это он узнал позже. За вызволением Винсента он наблюдал из укрытия, надеясь заметить Диогена, однако братец как сквозь землю провалился. И вот теперь, добравшись до больницы, куда отправили Дагосту, он дожидался в холле врача. Наконец, час спустя, к нему вышла молодая женщина с уставшими глазами. - С мистером Дагостой все хорошо, он крепко спит. Ему вкололи большую дозу транквилизаторов, но к утру он придет в себя. Есть несколько порезов, один, на плече – довольно глубокий, но опасности нет. - Я могу подождать здесь до утра? – спросил Алоиз. - Конечно, - женщина улыбнулась и поправила белый халат, - здесь на пятом этаже есть кафетерий, так что, - она слегка покраснела, но Алоиз не обратил на это внимания, рассеянно поблагодарив ее, он вернулся обратно к неудобному пластиковому креслу в коридоре. *** Яркое утреннее солнце било в лицо. Алоиз поморщился, и прикрыл глаза ладонью, однако спустя мгновение встрепенулся и растерянно заморгал, глядя на посмеивающегося Дагосту в паре шагов от него. - И давно ты тут стоишь? – ворчливо пробормотал Пендергаст хриплым после сна голосом. - Это неважно. Но скажу тебе одно - редко где увидишь так сладко спящего агента ФБР, - широко улыбнулся Винсент. - Я смотрю, тебе гораздо лучше, - Алоиз со стоном выбрался из кресла, - я бы даже сказал, выглядишь лучше, чем до похищения. - Двенадцать часов сна и из тебя сделают человека, - участливо похлопал его по спине Дагоста левой рукой. Только тут Пендергаст обратил внимание, что правая была в поддерживающей повязке, и помрачнел. Винсент перехватил его взгляд и покачал головой : - Ничего страшного, просто царапина. Затем он резко посерьезнел: - Вы его взяли? Этого психа, Диогена. Он признался мне в убийстве Анолли! - Нет, - тихо ответил Пендергаст, - и, боюсь, я поймаю его еще не скоро, - добавил он еще тише. - Ну так теперь ты будешь ловить его не один, - Дагоста выразительно пошевелил раненой рукой, - у меня тоже к нему есть вопросы. И у полиции Нью-Йорка. Пендергаст грустно улыбнулся, решив пока не говорить Дагосте, что Диоген под разными фамилиями был в розыске в пяти странах, и пока что полиции и спецслужбам ни одной страны не повезло. *** - Ave Frater, - медленно прочитал Дагоста записку, лежащую на столе в гостиной, и брезгливо поморщился, - о чем это он? - Это на латыни, - мрачно ответил Пендергаст, - «здравствуй, брат». Несколько минут назад они зашли в квартиру Винсента, где возле елки так и остался лежать конверт от Диогена. - А это что?! – Дагоста в шоке уставился на кукол на елке. - А это именно то, благодаря чему я нашел тебя в том подвале. Дагоста удивленно вздернул брови и вопросительно уставился на Алоиза. Тот, не глядя на Винсента, делал вид, что поправляет игрушки на ветках: - Поначалу трюк с Анолли удался – я всю ночь пытался найти по городским камерам видеонаблюдения тот момент, когда он встретился с Диогеном. У меня это не получилось, - Алоиз вздохнул, - утром я поехал в участок, хотел рассказать тебе обо всем этом, - он сделал размашистый жест рукой, - но к этому моменту, скорее всего, Диоген уже затащил тебя в подвал. - И как же… - «Новогоднее чудо», - Пендергаст поправил кукол на ветке и улыбнулся, - тот старичок в магазине. - Ты был там?! - Конечно. Сначала я не обратил внимания на этот магазинчик, но потом подумал – раз уж ты был в этом районе, где случайно встретил Анолли, тебя туда что-то привело. А зная твою любовь к Рождеству… - Пендергаст не закончил, но Дагоста слегка порозовел. Алоиз тем временем продолжил: - Эти куклы – очень приметные, настоящее произведение искусства. Я показал их продавцу, и он сразу вспомнил, кто их купил. Одну, - Пендергаст указал на мальчика-пажа, - купил один темноволосый господин, восхищавшийся игрушками, - на этой фразе Дагоста покраснел еще сильнее, - а вторую – один очень странный господин. Продавец так и сказал. Он назвал его злым, - Пендергаст, наконец, отвернулся от елки, и посмотрел на Дагосту, - и старичок позже очень пожалел, что продал ему куклу. Но Диоген умеет быть очень убедительным, - горько усмехнулся Алоиз. - Впрочем, старичок оказался очень наблюдательным, а Диоген почему-то не особо и скрывался, оставив машину прямо возле дверей магазина. И дело оставалось за малым, - Алоиз слегка улыбнулся, пожав плечами. - Но зачем Диоген вообще купил эту куклу? - Не знаю, - Пендергаст покачал головой, - он любит театральность. Возможно… Нет, не знаю. Дагоста подошел ближе к елке, вглядываясь в игрушки. - Странно, но я хотел бы их оставить, - сказал он, не отводя от кукол взгляд. Неожиданно он почувствовал, как руки Пендергаста обвили его за талию, а сам он прижался к его спине, уткнувшись носом в шею. - Мне так жаль, - прошептал он едва слышно, - что это все произошло. И я пойму, если ты… - Что? – Дагоста резко развернулся, - послушай, я не знаю, какие у вас там еще семейные проблемы, но мне абсолютно плевать на мнение Диогена по любому поводу. Думаю, и тебе пора перестать об этом думать. И потом… - губы Алоиза мягко, но настойчиво заставили его замолчать. Кажется, жизнь снова входила в привычную колею.