Парень с подбитыми крыльями

-Служба 112… -Пришлите скорую. -Ваш адрес Краснопресненская набережная, 12, отель Crowne Plaza Moscow? -Да. Комната номер 8. -Что у вас случилось? -Здесь самоубийство -Кто жертва? -…Я ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ Театр, которому служил Арсений Попов считался престижным даже по меркам Москвы. Его постановки можно назвать новаторскими. Билеты на премьеры скупались за считанные минуты! Для молодого театрального режиссера это был настоящий успешный успех, его даже частенько караулили у дверей после спектаклей. Не только восторженные зрители, но и молодые амбициозные актёры. Это утро не стало исключением и началось со спящего парня на ступенях театра. -Может лентой всё перетянуть, чтобы не дежурили тут? Или доплачивать за работу охранников? — усмехнулся Сергей. Худощавый паренек в потасканном мешковатом комбинезоне сидел прямо на бетонной ступени, завалившись боком на колонну, и крепко прижимал к груди файл с листками со стихотворениями. Попов задержал на нём задумчивый взгляд и с тоской улыбнулся. В его голове всплыл образ себя юного, мечтающего и наивного мальчишки. -Арсений Сергеевич! Подождите, прошу! — послышался звонкий возглас за спиной мужчин. Парень лихо вскочил на ноги, собирая разлетевшуюся по бетону макулатуру, и ринулся за режиссером. -Молодой человек, приходите на кастинг, как нормальные люди, не отнимайте наше время. — процедил Матвиенко, отстраняя руку мальчишки, бесцеремонно ухватившегося за плечо Арсения. -А когда будет кастинг? — не унимался блондин и с мольбой затараторил — вы только одно стихотворение послушайте, пожалуйста! Я всего месяц назад приехал в Москву, я уже в ТЮЗе играю местном… -Всего доброго! — раздраженно перебил его Матвиенко, уводя под руку коллегу и резко захлопнул входные двери. -Серый, ну чего ты так с ними… — вздыхая начал Арсений, пропуская в свой кабинет товарища. -Да задрали сборища устраивать. Даже не думай всех их прослушивать снова, не трать время. -Ты прости, но это моё дело. Занимайся своими бумажками, а я актерами, ладно? С Серёжей Матвиенко Арсений 11 лет просидел за одной партой. После школы с каждым годом их дружба лишь крепла, они прошли огонь, медные трубы и сотню переездов из города в город. Он- единственный близкий друг, который невзирая на всё дерьмо в жизни Попова, был рядом. Он видел его во всех мыслимых и не мыслимых состояниях, и при этом, в любом случае поддерживал. Мужчины даже привыкли работать вместе. Серёжа устроился в театр к товарищу юристом и был первым советником во всех делах режиссера. Зачастую и главным критиком. -Ты лучше мне доверенность подпиши наконец. Арсений протянул другу кипу бумаг и уселся за стол напротив. -Арс… — тот насупился и умоляюще взглянул на брюнета. Он знал, что мужчина будет как и всегда непоколебим, но решил не упустить возможности отговорить от чудовищной авантюры. -Не начинай, молю. Делай, как я прошу. Мне больше некого просить. Я никому кроме тебя это не доверю. Серёжа притянул листок к себе и тупо уставился на него, словно видел впервые. Его изнутри ломало от мысли на что он в прямом смысле подписывается. Шатен, плотно сжав губы, вывел корявую подпись и отбросил ручку в сторону, обхватил ладонями лицо. -Я.Принес список людей.нуждающихся. как ты и просил. Он в твоём ящике. — запинаясь прошептал мужчина, тусклым взглядом вновь и вновь пробегая по строчкам в документе. Попов, стиснув зубы, выдернул свой экземпляр бумаги из рук друга и решительно направился к столу. Он бережно опустил листок в файл и убрал в тумбочку под замок. -Дмитрий Позов… Пианист. Глаукома с подросткового возраста. Он полностью слеп? -Да. Читай, там всё написано. Буркнул Матвиенко, уронив голову на ладони. -Гнесинку окончил, будучи слепым… Неплохо! Когда он придет на прослушивание? -Сегодня. В течение часа уже подойдет. *** В дверях репетиционного зала появился мужчина невысокого росточка, с стрижкой «ёжика» и в забавных круглых чёрных очках. Он выглядел слегка растеряно, находясь в незнакомом месте. -Добрый день, Арсе… Прокашлявшись, начал пианист, сосредоточенно ощупывая пальцами раскрытую дверь. -Садись. Играй. Сухо произнес режиссер, при этом сосредоточенно разглядывая музыканта. -Аа, минуту. Будьте добры, подскажите, в какой части комнаты инструмент? — слегка смущенно спросил Дима, маленькими шажочками продвигаясь на голос мужчины. -Он здесь! — повышая тон произнес Арсений, интуитивно махнув рукой. Пианист на секунду застыл на месте, прислушиваясь к посторонним звукам, и уверенно зашагал в сторону режиссера. -Точнее тут! Попов легкими прыжками оказался в противоположном углу зала и пронизывающим взглядом следил за действиями мужчины. Тот заметно смутился, крутя головой по сторонам, но промолчал. -Ты также на сцене будешь? — нарочито едко заметил режиссер, переходя в другую часть комнаты. — ты как Гнесинку окончил вообще? Я так и подумал, что диплом липовый. Зачем пришел сюда? -Арсений Сергеевич, он не липовый, у меня настоящий красный диплом, можете посмотреть… — Дима не пытался нарваться на конфликт, а очень обходительно отвечал собеседнику. -Да мне плевать тогда на диплом, ты даже до пианино дойти не в состоянии! Если у тебя ограниченные возможности, будь добр понять это и не тратить время других людей! — грубо кинул Попов с каменным лицом. Он продолжал бродить по комнате всё больше путая музыканта. -Мне трудно ориентироваться в незнакомом месте, просто подскажите куда идти, я не хочу портить ваш день… Я докажу свой профессионализм, как делаете это вы в каждой своей постановке. — любезно ответил ему Позов и даже слегка приподнял уголки рта. Он не сдавался и двигался за мужчиной по залу. -Идиот. — недовольно шепнул Арсений, напряженно выслеживая реакцию Димы. У того был безупречный слух и оба это знали, но у второго и мускул на лице не дрогнул. -А ты терпила, Позов? Вместо ответа музыкант наконец наткнулся на фортепиано и аккуратно приземлился на стульчик перед инструментом. Пальцы шустро забегали по клавишам, создавая удивительную мелодию. Его рот расплылся в блаженной улыбке, было видно насколько он счастлив от каждого извлеченного звука. -2 соната Баха. Она должна понравиться вам и может.Поднять настроение. — оживленно сказал Дима, сосредоточенно склонившись над фортепиано. Режиссер неслышно приблизился к Позову и заинтересованно наклонил голову вбок. Он сдержанно улыбнулся. -Может, Шопена желаете? — ликующе спросил Дима и буквально просиял. -Нет. Ты принят. До свидания. — он фурией вылетел из зала, оставив радостного музыканта одного. Он в задумчивости направился в сторону своего кабинета, но его на пол пути перехватил охранник театра. -Арсений Сергеевич, тут это. пацан который на пороге сидел, выронил фигню какую-то. Пожилой мужчина протянул режиссеру небольшое устройство. -Иван Васильевич, а мне это зачем? Ну оставьте на кпп, вернется, заберет. Попов вскинул брови и машинально принял из рук охранника вещицу. Он недоуменно рассмотрел ее и понес в кабинет. Вдруг Матвиенко растолкует что это. -Похоже на тамагочи. — усмехнулся брюнет и кинул Серёже пейджер. Тот ловко поймал его ладонями и покрутил. Спустя пару секунд он изумленно хмыкнул: -Это пейджер, кажется. -Ну отнеси на кпп. Бедные студенты. — равнодушно повел плечами мужчина.