Я слышу твоё желание

За время своего пребывания в Тейвате Итэр освоил множество профессий. Самого разного рода – от разносчика еды до ассистента ритуального бюро и от парфюмера до командира военного подразделения «Рыба-меч II». Теперь, в силу некоторых обстоятельств, он мог бы примерить на себя роль первоклассного дипломата. Или экстрасенса, но тогда пришлось бы лишить хлеба и без того небогатую подругу Итэра, новоиспеченного мондштадтского астролога в широкополой шляпе. Радовали только две вещи. Первая: его непрошенный дар никак не касался людей, не имевших Глаз Бога. Вторая: Паймон он не касался тоже. Итэр искоса взглянул на свою летающую спутницу. Зависнув в воздухе над самой поверхностью низкого стола, уставленного первоклассными инадзумскими десертами, она с воодушевлением рассказывала Томе и Аяке об их приключении на Драконьем хребте. Приглашая Путешественника с его подругой в чайный дом Коморэ на обычное чаепитие, эти двое едва ли предполагали стать слушателями истории длиной в добрых полчаса, но Тома всегда любил мистику и сверхъестественное, а Аяка… а у Аяки не было выбора. - …и когда мы решили, что нам крышка, злобный клон вдруг остановился, замер, только-только занеся руку для атаки… и его насквозь пронзил острый меч! Альбедо подкрался сзади и решительно заколол собственного двойника, да ещё так спокойно, будто это был тренировочный манекен! У нас аж дух захватило от такого! Но не успели мы облегченно выдохнуть, как злобный клон вдруг взорвался ледяными осколками, просочился в землю, а обратно оттуда выскочила самая гигантская и самая сильная попрыгунья из всех, которых мы когда-либо видели!.. «Сейчас ты так возбуждённо говоришь об этом, а тогда на тебе лица не было, дрожала, как осиновый листочек, и пряталась за нашими спинами», - мысленно вздохнул Итэр и перевёл взгляд на друзей, сидевших по другую сторону стола. Аяка тут же отвела глаза и опустила голову; кажется, она всё это время смотрела на него. Итэр ощутил, - увидеть этого за её спиной он не мог, - как слабо замерцал льдисто-голубым её Глаз Бога. О Архонты, я слишком пристально проявляла своё внимание, это так неприлично… но ведь простительно, когда идет рассказ о его подвигах? Иногда мне кажется, что груз ответственности, висящий на нас с братом, слишком велик, а каково же тогда ему? Я никогда в жизни не видела таких героев. Даже не читала о них. И вот он сейчас сидит напротив меня, а я никак не могу унять своё стучащее сердце… нет, Аяка, не думай! Иначе твои щёки снова покраснеют, что будет с твоей репутацией? О, хоть бы он ещё раз посмотрел на меня, улыбнулся мне… Если бы Аяка и покраснела, никто этого всё равно не заметил бы из-за тусклого освещения, которому Итэр был рад. Потому что он не мог так же хорошо владеть собой, и его уши чуть не вспыхнули от услышанного. Прикрыв глаза, он выдохнул, ограждая свой разум от проникающей в него «волны», исходившей от Глаза Бога Аяки. - А я-то думал, что наши тануки – вредные проказники! – воскликнул Тома. – Подменить живого человека, заманить его друзей в опасное место и попытаться убить… ну и жуть! Хоть я и вырос в Мондштадте, никогда не слышал, что останки дракона на хребте могут быть такими опасными. Правда, Татаригами, наверное, всё же потоксичнее будет… ну, а что дальше было? «По крайней мере, Тома кажется увлечённым историей, а не мной», - подумал Итэр и слегка приоткрыл свой разум – совсем немножечко. Как же я завидую Путешественнику! Он в Тейвате всего-то меньше года, а уже познакомился со столькими людьми и столько всего повидал. А скольким он помог и скольких спас, не считая даже меня на той злосчастной церемонии! Жаль, у него нет своего дома и теплого очага, у которого он мог бы так же рассказывать истории после тяжелого дня… но на то и нужны друзья. Я буду рад, если он будет заходить к нам в гости почаще, для него в доме Камисато всегда найдется ночлег и угощение. Интересно, чем он питается в своих походах. И боги, что с его одеждой? Он что, не стирал её с нашей последней встречи? «Нет, напрасно я расслабился», - понял сконфуженный Итэр и мысленно «отключился» от Пиро Глаза Бога своего друга. В последнее время это получалось у него всё успешнее, хоть и требовало значительной концентрации. Если мысли были слишком яркими или желания – слишком сильными, просто так отгородиться от них не выходило. Нельзя сказать, что Путешественник впервые столкнулся с подобным. Но здесь, в Тейвате… Он совсем не планировал такого поворота. Должно быть, катализатором стала его битва с Эи, когда он впервые ощутил нечто вроде резонанса со всеми носителями Глаз Бога – обладателями самых сильных желаний в Инадзуме. Тогда их помощь оказалась весьма кстати, только Итэр совсем не ожидал, что спустя некоторое время после окончания битвы до его разума снова станут доноситься отдалённые «голоса». По их обрывкам он ощущал, каким Глазом Бога обладал человек, но кем именно он был, определить не мог, разве что догадаться из контекста услышанного. Так, довольно скоро он понял, что «голоса» были не только инадзумскими, но также лиюэвскими и мондштадтскими. Он долго учился отгораживаться от них. Пытался заполнить голову прилипчивыми мотивами или собственными яркими воспоминаниями, такими, которые были способны вытеснить из неё всё остальное. Постепенно он стал улавливать потоки энергии, связывавшие его с обладателями Глаз Бога невидимыми нитями и прикрывать их, подобно тому, как он убавлял бы громкость на граммофоне Алисы. Прорывались только некоторые мысли – которые непосредственно касались самого Итэра или передавали самые неистовые и сильные желания. Особенно контроль Итэра ослабевал вечерами, перед самым сном, когда он уже начинал погружаться во дрёму под колыбельную хора чужих мечтаний. Лучшая и одновременно худшая симфония во Вселенной. Хорошо ещё, Паймон не подозревала об этом. Не то чтобы Путешественник сознательно скрывал это от неё… скорее, просто не хотел заставлять её тревожиться и строить догадки. А ещё задавать бесчисленные вопросы, которые, как он был уверен, посыпались бы градом и раздразнили бы его нездоровое любопытство. - Итэр, ты совсем ничего не ешь, - встревоженно заметил Тома, оборвав свои восторги по поводу рассказа Паймон. – Неужели данго не удалось? Или ты настолько устал? Ты скажи, я подготовлю комнату… - Всё в порядке, - поспешил возразить Итэр. – Просто немного задумался. Да и я совсем не голоден, перед отъездом из Мондштадта друзья хорошо нас накормили. - Пусть так, а как насчет ночлега? Время уже довольно позднее! - Честно говоря, я планировал сегодня зайти ещё в одно место, выполнить по-о-о-о… Внезапно для самого себя Итэр оборвал последнее слово широким зевком, который не успел даже прикрыть ладонью. Тома нахмурился, а Аяка спрятала улыбку за цветастым веером. - Даже не обсуждается! Поверь мне, любые дела могут подождать рассвета, когда ты настолько вымотан. - Паймон полностью согласна! – маленькая спутница активно закивала головой. Итэр понял, что дальнейшее сопротивление бесполезно. Пора готовиться ко сну, а точнее – к очередному «телепатическому сеансу». *** Крохотный мотылёк с бледными крыльями бесшумно бился в матовое стекло напольного светильника, который был единственным источником света в комнате. Лежа на большом футоне, Итэр смотрел в потолок, не понимая, чего хочет сам: то ли бороться со сном до последнего, то ли поскорее нырнуть в него. Бедный Путешественник, он был так вымотан! Как невежливо с моей стороны было не заметить этого. Он бы уснул прямо за столом, если бы не Тома. Может, стоило позвать его к нам в поместье, не оставлять в чайном доме?.. Ведь там так неуютно и… точно, прохладно! Да, а в нашем поместье есть гостевая комната, как раз по соседству с моей… ах, нет, нет! Аяка, прекращай так думать! Надо занять себя перед сном хорошей книгой и… «Голос» исчез. Мысли Аяки, к облегчению Итэра, наконец-то сменили свой фокус. Однако им на смену тут же пришли другие. Я должна заключить эту сделку. Любой ценой. На кону стоит слишком многое, и каждый неверный ход может обойтись дорого. Но я клянусь всем, что у меня есть и чего я добилась за эти годы, что не отступлю ни на шаг. А это кто? Судя по теме желания, кто-то из Ли Юэ… хотя, возможно, и не стоит делать столь стереотипные выводы. То ли сквозь щель в дверном проеме, то ли через окно в комнату залетел ещё один мотылек и тут же присоединился к первому в безмолвном танце у лампы. Пожалуйста, пусть он поправится! Видят Архонты, чего я только не предпринимал, чтобы помочь ему, да ведь старый упрямец совсем моих советов не слушает. Ложусь спать и боюсь: проснётся ли он со следующим рассветом? Итэр зарылся лицом в подушку. Сердце слегка заныло от жалости и сочувствия к незнакомцу, но что он мог сделать? Попытаться выяснить, кто источник «голоса»? Судя по ауре «волны», обладатель Пиро или Гео Глаза Бога. А даже если выяснит личность, что делать дальше? Телепортировать в никуда среди ночи, бросаться на помощь, искать неизвестное лекарство от неизвестной болезни? На потолке метались уже не две, а три крохотные тени. «Я обязательно добьюсь своего! Этот кулинарный поединок докажет отцу, что я не отлынивала от работы последний месяц, а собирала особо редкие ингредиенты. А вдруг соперник приготовит что-то божественное из самых простых продуктов, которые можно найти на любой кухне, а я только впустую потратила время… нет, нет! Думать о таком значит настраиваться на поражение! Я должна одержать победу!» «Да хранит нас Барбатос от гнусных планов Бездны и Фатуи, какими бы они ни были! Как жаль, что Путешественник покинул нас, без него я вижу город таким беззащитным. А сестра так устала, да поможет ей ветер выстоять в этой буре, да вдохновит он её так же, как великую Ванессу!» «Путешественник… очень занятная личность. Знает сотни секретов, а сам хранит ещё больше. До сих пор задаюсь вопросом, кто кого использует в своих целях: мы его или же он нас?» Голоса становились всё тише, уплывая в пустоту, понемногу отпуская уставший разум Итэра в объятия сна. Но он ещё не успел окончательно заснуть, когда услышал ещё один «голос». Как и все другие «голоса», он был лишен отличительных особенностей, нельзя было даже сказать, принадлежал он женщине или мужчине. Единственное, что выделяло его – четкое, размеренное звучание, будто после огнедышащих вулканов и бурлящих гейзеров разум Итэра набрёл на озеро, покрытое плотным панцирем льда. День первый. Прототип определён успешно. Следующий шаг – подготовка материалов. Тяжелые погодные условия накладывают определенные ограничения, но они же позволяют действовать, не привлекая лишнего внимания. Имеющиеся схемы определяют пропорции до незначительности погрешностей. С источником энергии есть некоторые вопросы, следует опробовать несколько альтернативных вариантов. Отсчет начинаю с сегодняшнего дня. Сонливость слетела с Итэра. Он вновь смотрел в тёмный потолок, будучи в совершенном недоумении. Что это такое было? Только что? В этом «монологе» не прозвучало ни его имя, ни какое-либо четко выраженное желание. Больше похоже на заурядную техническую инструкцию. Какое она может иметь отношение к нему? А что, если он начинает слышать вообще все мысли подряд? Это был бы полный кошмар… Разозлившись то ли на себя, то ли на неизвестный источник невозмутимого «голоса», Итэр зажмурился и решительно отрубил все связи с «передатчиками». Не прошло и пяти минут, как он уже безмятежно спал. Напольная лампа несколько раз мигнула и погасла, оставив танцевавших вокруг неё мотыльков в полном недоумении. Сделав на всякий случай ещё пару кругов, они разочарованно разлетелись и вскоре вернулись на улицу, под свежее ночное небо Инадзумы.