прости, я не хотел.

Феликс проснулся на одной кровати со своей сестрой. Они спали под большим одеялом, которое когда-то принёс Феликс. Это утро было лучшее за последнее время, ведь сегодня суббота, а это выходной день. Ли достаточно выспался, а младшая все ещё спала, сладко обнимая одеяло. Вообще то, ему уже стоит идти домой, чтобы потом от туда отправиться на работу. Отражение в зеркале говорило, будто он после двухнедельной пьянки и до сих пор не может отойти. Кровать там действительно не большая, а Феликс спал на самом краю. Подумав, что сестра ещё долго будет спать, он не спеша собирался, немного прибрав палату. Оливия не проснулась даже из-за всей этой суматохи, а под окнами уже шумели другие люди. Когда Феликс вышел из больницы, он оставил короткое сообщение сестре, чтобы та не переживала и отправился домой. Он так надеялся что его родители ещё спят, чтобы он незаметно пробрался к себе в комнату, но как только он зашёл в дом, увидел мать, с кружкой кофе в руках, читающая какой-то интересный для неё журнал. Ли хотел быстро проскользнуть мимо к лестнице, но у него не вышло. — Ёнбок, стой, - отозвался грозный голос матери и он остановился на месте, разворачиваясь. — Где ты был? — Разве это имеет значение, когда ты меня сама выгнала? - Ликс незаметно улыбнулся, зная что сейчас мать будет оправдывать свое поведение. — Я твоя мать и я всегда должна знать, где ты находишься. Тем более, когда ты знаешь, что нам сейчас тяжело, а больше всего мне. — Ты перестала быть матерью для нас, когда сказала что тебе не нужны проблемные дети. Поэтому твои проблемные дети не будут тебе мешать жить в своё удовольствие дальше. — Я вас воспитывала, одевала и растила! Где уважение ко мне? Что я не выкинула вас, как бездомных котов, я подарила вам жизнь, чтобы вы так себя вели? — Тогда смотри какую жизнь ты нам подарила, - он горько усмехнулся. — Твоя младшая дочь мучается на больничной койке каждый божий день, всю ответственность ты перенесла на меня, пока ты, ставишь свою боль выше моей, мам. — Лучше бы извинился, а не читал мне свои морали. Будто я не прожила своё время... - Ли понимал, что этот разговор снова идёт не в то русло, снова его не слышат, ведь снова попытаться донести что-то до своих родителей — это невозможно. Поэтому он выдохнул и просто быстро направился на лестницу, заходя к себе в комнату, он закрыл дверь. Настроение, которое было с утра, теперь испорчено. В горле опять застрял ком. Когда его кто-нибудь поймёт? Он так устал пытаться, так устал пробовать сделать свою жизнь, хоть немного, но лучше. Чёрная кошка терлась об его ноги, будто успокаивая, а затем, мурлыкая, запрыгнула на колени. Рука Феликса аккуратно притронулась к животному. Он гладил Луну, немного с ней играясь, когда она схватывала его руку в свои лапки, вызывая улыбку у веснушчатого. Кошка уже засыпала, поэтому Ли аккуратно перенёс ее на кровать, а на первом этаже, вновь звуки разбитой посуды и крики матери. Ли закрыл уши и зажмурил глаза. Кажется, его голова сейчас взорвется, насколько он устал это слышать. Оливия бы этого не пережила, если бы осталась тут. Потому что оставаться в этом доме - самоубийство...

****

Хенджин держал в руках виски, скучающе облокотив голову в сторону. Алкоголь не пьянил, а сигареты не успокаивали. Хван просто смотрел, как Минхо с Чанбином спокойно покуривали, играя в карты на очередные деньги. Каждый день проходил однотипно, что это давно уже наскучило. Чан сидел над документами, также изредка попивая виски. Интересно, что Кристофер никогда не пил и не курил то, что он продавал. А вот Хван так сделать не мог, ему было важно прочувствовать вкус сладкого алкоголя, что обжигал его горло раз за разом. Из-за очередного недосыпа, голова была тяжелой, а глаза закрывались. Вот-вот и он уснул бы прямо тут. Блондин встал из-за стола под внимательные взгляды, тихо бросив: — Пойду проветрюсь. Зима. Первые дни зимы для Хвана были волшебными. Когда он был маленьким, парень встречал первый снег со своей бабушкой и загадывал желания про себя. Даже спустя года после её смерти, он все равно ждал первый снег, чтобы поднять голову наверх, смотря на небо и улыбаясь, загадывая тихое желание. Хенджин улыбнулся, когда вспоминал эти маленькие, но такие счастливые моменты. Даже в его не самой лучшей жизни, они есть. По другому быть не может. Хенджин уверен в этом. Почему-то сознание непроизвольно подкидывало образ Феликса. Хван всегда замечал его пустой взгляд, всегда вспоминал его низкий голос, когда он отвечал на уроках. Для Хенджина Феликс всегда был рядом с ним. Старший не знал, что это такое. Что это за пылкое чувство, но его хотелось узнать. Хотелось его услышать. Говорят, чтобы достать самую красивую розу, нужно пройти через все её шипы.

****

Минни — Феликс, ты не отвечаешь на звонки. Говорить можешь?

- Сейчас не особо, прости. Что-то случилось?

— Хотел поговорить с тобой и узнать как ты. — ты сейчас дома?

— На работе. — Я приду домой и наберу тебя.

Феликс убрал телефон в сторону, поднимая голову к тёмному небу. Он не был на работе. Феликс соврал. Соврал своему лучшему другу, который просто хотел быть рядом. Ему нужна помощь. Сейчас, когда его дыхание сбито, слёзы лились по холодным щекам, красные глаза от слез болели. Сейчас, когда он задыхался и был полностью один. Феликса редко срывало, но сегодня сорвало не по-детски сильно. Запустив ладони в шелковистые волосы, он сильно сжал их. Крупная дрожь била его по всему телу. Приняв попытку успокоится, Ликс пытался встать с земли, но опять упал на колени, сильно их царапая, а руки получили небольшие синяки. В глазах слишком мутно из-за соленных слез. — Ты в порядке? - кто-то тихо спросил, заставляя Ли поднять взгляд, полный слез. Опять он. — Ты...ты что тут опять делаешь? - он был крайне удивлён. Слишком много Хвана начало появляться в его жизни. — Ты специально здесь появляешься, когда не надо? - устало выдохнул Феликс, дрожащим голосом. По спине Хенджина прошёлся холод, а сердце забилось чаще. Он и сам не знал что тут забыл. — Не специально, - честно ответил блондин, совсем тихо, будто только для Феликса. — Я действительно просто гулял. Почему-то Хенджину больно видеть его таким. Он устал и Хван это видел. Старший присел рядом с ним, поправляя одежду, смотря прямо в его заплаканные глаза. Теперь он мог разглядеть Феликса лучше. Хенджину сразу бросились в глаза яркие хаотичные веснушки, которыми усыпано всё его лицо, и светлые волосы, совсем как у цыплёнка. Не зря Хенджин назвал его так прошлый раз. — Почему ты плачешь? - тихо спросил Хван. — Почему ты на меня так смотришь? Почему ты тут вообще сидишь со мной? Хочешь поиздеваться? Хван поджал губы. Конечно, младший не глупый и наслышан о многих слухах и знает его репутацию, но ему правда интересно. — Потому что мне интересно, мне хочется узнать. Я не хотел издеваться над тобой. — Я не верю тебе, Хенджин, - произнёс Ли, выделяя каждое слово, а сердце Хвана рвалось с каждым разом. — Ты сам знаешь почему, поэтому тебе лучше уйти, - его губы все ещё дрожали, а слёзы застыли на щеках. — Феликс, когда ты выбираешь книгу, ты смотришь на обложку или читаешь первые страницы, чтобы понять хорошая она или плохая? - спросил Хван, а Ли задумался. — Что тебе даст эта информация, нелегче тебе просто уйти? — Не будь упрямым, ладно? Я вежливо спросил, так что просто ответь, - более строгим голосом сказал Хван. — Смотрю что внутри. Доволен? - он раздраженно выдохнул. — Тогда в случае со мной, почему ты смотришь только на то, что видишь. На обложку. — То есть, ты хочешь сказать, что ты не такой? Хочешь сказать, что ты хороший? - с какой-то иронией спросил Феликс, немного усмехаясь. — Я не говорю, что я хороший, Феликс. Но у меня тоже есть сердце, - он обиженно поджал губы. — Ты не обязан мне доверять, если ты про это, - Хван встал с земли, а Феликс хотел встать после него, но случайно задел коленку, сильно зашипев от боли. Хенджин на него удивлено взглянул, а потом понял в чем дело. Только сейчас он заметил на коленке, красное пятнышко от крови. — Стой, - остановил Хван блондина, а тот вопросительно взглянул на него. — Жди здесь. Феликс уже хотел открыть рот, чтобы сказать что-то, но старший уже пропал из виду. Тело все болело, было холодно, руки сильно замёрзли, а коленка сильно кровоточила. Поболит и пройдёт. Прибежал Хван спустя какое-то время с небольшим пакетиком. Он молча вновь присел рядом, только уже напротив парня с веснушками. — Покажи, - сказал Хенджин. — Показать что? - недоумевал Ли, а Хенджин взглядом указал на коленку. — Зачем тебе? Ты серьезно что ли... - не успел он договорить свои возмущения, как горячая кожа руки, коснулась штанов, открывая вид на достаточно сильную рану. Хенджин достал маленькую баночку с прозрачной жидкостью и салфетки. — Это перекись. Тебе же самому легче будет, только будет немного неприятно, - тихо сказал Хван, а Ли сидел в шоке с его аккуратных и правильных действий. — Зачем ты это делаешь? - недоверчиво взглянул на него Феликс, пытаясь убрать ногу. — Не дёргайся! - строго произнёс старший. — Когда я был маленьким я постоянно падал с велосипеда, а моя бабушка так лечила мне ранки, - ответил он, наклеивая пластырь, от чего Ли прошипел от неприятных ощущений. — Зачем ты рассказал мне это? Что тебе нужно от меня? — Почему ты считаешь, что мне что-то нужно от тебя? - он задумался. — Мне ничего не нужно, просто я захотел помочь. Вот тебе и ответ. — Честно, мне не особо верится, - наконец-то смог встать Ли, а блондин за ним. — Но спасибо? Мне правда теперь легче. — Я рад, - он слегка улыбнулся. — Ну, думаю мы ещё сможем увидится. Так что до встречи, - сказал на прощание Хван, удаляясь за спиной Феликса все дальше и дальше. А вот Феликс опять запутался. Пакетик, с которым он пришёл, он его оставил на том месте, где сидел Ли. Там была упаковка салфеток, пластырей, баночка перекиси водорода, а также пару жёлтых чупа-чупсов. Все очень сложно. Воспоминания с этого дня, разбитая коленка, много слез, пластыри и желтые чупа-чупсы...