прости, я не хотел.

Хван никогда не позволял неуважительно относиться к себе, даже грубить. А то, что делал этот паренёк, его ужасно раздражало и даже в какой-то мере злило, не смотря на то, что Хенджина сложно вывести вообще на какие-либо эмоции. Все называли его самовлюбленным или озабоченным, кто-то мерзким и неприятным, кто-то считал его бабником, да и вообще, вокруг него всегда крутится куча неправдивых слухов. Ему абсолютно плевать на все эти слова и слухи, но он не терпел, когда его называли эгоистом. Буквально он готов разбить лицо человеку, который его так назвал. Хван всегда отдавал всё, каждую частичку себя человеку, отдавал все самое лучшее и ничего не ждал взамен. Что делали люди? Судили по обложке, никогда не давали право сказать или показать себя настоящего. Хенджин просто устал от всего этого. Устал от такого отношения к себе. Он показывал себя, как хотели видеть его люди. Им — проще видеть его бабником, нравилось его обсуждать и говорить лживые слова. Людям симпатизировала пафосность и грубость. Поэтому они их и получили. Хенджин давно понял одну простую вещь: покажешь себя настоящего — тебя и твои чувства смешают с дерьмом. Нельзя показывать слабину. Что сказать о родителях Хвана? Ничего — ведь их нет. Оставили маленького ребёнка без родительской любви и заботы, но бабушка буквально его спасла. Она дарила ему любовь, поддержку и понимание. Всё своё детство он провёл с ней. Сейчас же, её нет. Старость это то, что приходит и забирает людей, как никак люди будут рождаться и умирать. С этим ничего не сделаешь, с этим нужно смириться. Женщина прожила долгую и счастливую жизнь, воспитала прекрасного внука, но ей нужно было уходить. Бабушка буквально ничего не ела, изредка пила воду. Потом просто легла спать и больше никогда не проснулась. Вот, так и забрала ее старость. Восемнадцать лет Хвана были тяжелыми. Благодаря своей внешности, он смог пробиться и зарабатывать. Компания его «друзей», помогла ему в этом. Компания из трёх человек — Чан, Минхо и Чанбин. Нелегальные товары и прочее, Хван туда не лез и всего лишь покупал и продавал дорогой алкоголь или сигареты. Он спокойно живет своей жизнью, заканчивает последний класс старшей школы. Все хорошо, но и не так радужно, как можно подметить. Но Хёнджин живет ведь, да? Нет. Он лишь наблюдал со стороны, просто как зритель. Ничего не вызывало в нем пылкие чувства. Но всё же этот блондин был необычным и чем-то цеплял его. Было в нём что-то такое. Родное? Что-то с его душой. То, что было ему по душе. Даже не смотря на то, что он его разозлил.

****

Как только Ли отдалился, Хван недовольно фыркнул ему в след. Неприятно, но ничего, он привык. Хван выкинул все лишние мысли из головы, когда на машине подъехал Крис. Хенджину нравилось называть своего друга его австралийским именем, а старшего хена это немного раздражало. Он улыбнулся ему через темное стекло, а затем открыл дверь и сел на переднее сидение.

****

Феликс вернулся домой. Казалось бы зачем? Все по новой, но матери ещё нет, а старший Ли закинул ноги на журнальный столик и пил уже непонятно какую бутылку пива. Феликс выдохнул проходя мимо отца, идя в свою комнату. С его отцом говорить совершенно бесполезно. Он не понимал его и трезвым, а в таком виде — тем более. На его кровати мирно спала кошка. Расслабленно улыбнувшись, Феликс кинул рюкзак на пол, снимая с себя чёрную толстовку с капюшоном и кидая её куда-то в угол. После чего на плечах парня оказалась просторная футболка. Уже поздно и по-хорошему нужно было ложится спать. Школа не давала ему совершенно никакого времени на отдых. Читая очередной параграф, он уснул за столом, накрыв голову учебником. Положение совершенно неудобное, но он чертовски утомился.

****

Утро вовсе не доброе, как хотелось бы самому Ли. За столом спать явно не самая лучшая идея, тело затекло, шея и спина болели. Он еле как поднялся из-за стола. Собраться с мыслями для Ли было чем-то сверхъестественным. Ничего, это лишь мелочь по сравнению с другими проблемами. Каждый раз Феликс так думал. И каждый раз становилось всё хуже. Его жизнь шла, словно по банальному сценарию. Школа, работа, больница. Только сегодня было важное дело, нужно собрать все деньги, что были у него на лечение сестры. Получив зарплату и отпросившись пораньше, он направился домой. Минни — Ты так рано ушёл. — Всё нормально?

— Вполне.

— Доверяй мне, пожалуйста. Я хочу хотя бы знать, что происходит в твоей жизни.

— Всё как обычно, Сынмин. Ничего нового.

— Ты выглядел задумчивее, чем обычно. Ладно, прости, что лезу не в свои дела.

— Я знаю, что ты хочешь мне помочь, я правда вижу это. — Сынмин…

— Ты очень важен для меня, я просто хочу чтобы ты это знал, ладно? Не нужно обо мне лишний раз беспокоиться.

прочитано.

Феликс складывал все деньги, прекрасно понимая, что ему не хватало. Спустившись вниз, он увидел мать, вновь пьющую крепкий алкоголь. — Мам? — тихо произнёс Феликс, а женщина взглянула на него непонимающим взглядом. — Ёнбок? — выдавила из себя женщина имя своего ребенка, от чего младший лишь скривился. Он не любил своё второе имя и всегда просил его называть просто «Феликс». — Мам, нужны деньги Оливии на лечение. Её состояние ухудшилось. — Ей всегда становится хуже, — сказала она, делая глоток противной жидкости. — У меня нет денег, у нас совершенно нет денег. Твой отец пропил последние, нам даже на еду не хватает. — Но мам, у тебя же есть сбережения. Почему ты не можешь вложить их в лечение Оливии? Она же твоя дочь. — Что я сделаю, если она сама родилась такой. Не моя вина, — спокойно произнесла она, а Феликс выпал. Возможно, это все неправда и просто пьяный бред (во что очень бы хотелось верить), но его затрясло, а сердце будто пропустило один удар. Она действительно готова оставлять свою дочь умирать вот так? — Ты правда готова оставить все так? Даже не дав ей шанса? Ей пятнадцать! Она хочет жить. — Я тоже хочу жить без проблемных детей, Ёнбок! — Никто тебя не заставлял нас рожать, кормить и воспитывать. Ты сама взяла эту ответственность в свои руки. Спустя секунду щека Ли загорела от хорошего удара. Резкая и жгучая боль пронзила самую глубь души парня. — Никогда не смей так разговаривать со мной. Выметайся, чтобы я тебя сегодня не видела, — последнее, что сказала она, прежде чем снова сесть. Слёзы скопились на глазах, но он не давал им волю. Он просто собрал все нужное, приняв решение, что сегодня проведёт вечер с сестрой в больнице. Но сначала он должен достать деньги. Вот только где? Конечно, он бы мог попросить у своего друга, но совесть бы его сгрызла, даже больше не за себя, а за младшую. Нельзя давать ей поводы переживать лишний раз, когда и так сейчас все плохо.

****

Он вернулся в кафе. На дополнительную ночную смену, которая с десяти до двенадцати. Обычно, в такое время не так уж и много людей набиралось, но красивых дамочек, готовые отдать своё тело — достаточно. Но Феликс шёл сюда не за этим. Он просто должен заработать и уйти. Ликс обязательно сделает все возможное, чтобы оплатить лечение. Начальство приняло его быстро и без лишних вопросов. Половина официантов, с которыми он работал уже уходили и были счастливы, что их день закончился. Но Феликсу все равно, день сейчас или ночь. Потому что, он не различал время. Просто жил. Переодевшись в форму, он вышел с первым заказом. Было достаточно шумно и людей было больше, чем он себе представлял. — Вот мы опять и встретились, — разнесся голос за его спиной, Ли резко развернулся. Сидел Хван, который пил какой-то алкогольный напиток, а на против него был стул, будто бы ещё кто-то должен быть. — К сожалению, я вижу, — сказал блондин, устало пожимая плечами. — И почему ты не хотел говорить, что ты тут работаешь? Тебе идёт эта униформа, — блондин закусил губу, поправляя свои длинные волосы. — Потому что это, не твоё дело? — произнес Феликс, уже собираясь уходить. — Ты слишком себе много позволяешь, тебе не кажется? — Хван был явно недоволен. Ему не нравилась эта дерзость. — Ты тоже много себе позволяешь, даже не замечая этого, Хван Хёнджин. Так что заказывай или жди другого официанта. Я не собираюсь плясать под твою дудку. Старший ухмыльнулся. Феликс только сейчас заметил, что он действительно красив. Длинные светлые волосы, будто были для него созданы, пухлые губы, аккуратное лицо, ровный нос и прямые брови. Холодный и глубокий взгляд, а под левым глазом родинка. Чертовски красив. Он заказал курицу с какими-то овощами на гриле, а затем к нему присоединился какой-то мужчина. Они о чем-то разговаривали, а вид Хенджина был скучающим и уставшим. Феликс продолжил спокойно работать, даже не обращая внимания на то, что когда он проходил мимо старшего, то он смотрел прямо на него. Феликса не так-то легко подловить, и тот давно это понял. Ещё со вчерашней встречи. Его тихое «Иди к черту» он прокручивал не один раз в своей голове. Он произнёс это тихо, но довольно уверенно. Именно это и заинтересовало Хвана в нем. Эта уверенность и этот необычный холод, веющий от парня. — Счёт, пожалуйста, — произнёс с довольной улыбкой Хенджин, а Ли раздраженно выдохнул. Какого чёрта он должен был проходить именно тут и именно сейчас? Феликс делал все молча без лишних слов и эмоций. Просто отдай им этот чертов счёт и уйди. Когда тот встал из-за стола, он демонстративно положил белую салфетку на стол, показывая на неё своим заинтересованным взглядом. После того как он отдалился, Феликс увидел деньги, которые он оставил, а на салфетке надпись: «увидимся, цыплёнок» Феликс почувствовал, как по его спине прошёлся холод. Будто бы он это не прочитал, а услышал от самого Хёнджина. Ли заметно напрягся от такого «милого» прозвища, но затем перевёл взгляд на деньги. Зачем он оставил ему столько чаевых? По всей видимости, у Хвана действительно с этим проблем нет. Феликс не мог так просто отказываться от них, когда они ему так нужны, поэтому просто без лишних раздумий, взял их. Конечно, этих денег все равно не хватит на полный курс, но чтобы обеспечить первый месяц хватит. Это ещё один месяц жизни Оливии.

****

Феликс уже два часа проводил время со своей любимой сестрой. Он ярко улыбался не смотря ни на что, потому она сейчас выглядела счастливой. Ей сразу же сделали всё необходимое и предоставили необходимую помощь, которая была нужна ей. Они обсуждали фильм, который смотрели, жуя фрукты, которые привёз Ли. Не все так плохо? Проблемы — решить можно, а все остальное уже не так важно. Но вот в отличие от Феликса, Хенджин — просто лежал на кровати, бессмысленно гладя в потолок. Пустота в его голове. Странно, да? Ты чувствуешь, принимаешь все свои чувства, но потом, они будто испаряются, как сигаретный дым. В его доме холодно. Обогреватель включён, окна закрыты, полы тёплые. Но всё ещё очень холодно. Потому что он абсолютно один. Некому выплакать свои слёзы и рассказать о своих переживаниях, ведь показать свои настоящие чувства — ты точно слабак. Хван лениво переворачивался на другой бок, закрывая глаза, но не спал. Бессонница — это не самое приятное в его жизни. Тревога погружала мысли парня с головой, забирая здравый рассудок Хенджина. Спина тряслась, руки ледяные, а сердце можно услышать по всему дому. «В своих снах я принимаю все свои страхи, и они забирают мои ветряные цвета.»