Зелёный - цвет проблем

       Через какое-то время Камило вернулся домой и сразу побежал наверх, к себе в комнату. Праздник немного поднял ему настроение, хотя на душе всё равно было тяжело. Из приоткрытого окна дул свежий воздух. Хотя, скорее холодный. Парень плюхнулся на кровать и уставился в потолок, напевая песню (если кому интересно «Моряк - shepressedF» с 2:09)

Пожертвовал только собой. Да, он такой! А может любил он свободу сильней? Ему по пути и Зефир, и Борей. Он сакуру видел, и пальму, и клён. Он холодом льдов и жарой закалён. Они ему нипочём! Огнём! Мечом!

Спрыгнув с кровати, лицедей пустился в пляс, прыгая, кружась и хлопая в ладоши в такт песне. Закончив, он свалился на пол, глупо улыбаясь, вспоминая как он ещё маленький бегал по двору и слушал эту песню у приезжих. Неожиданно, в дверь постучались. После, дверь открыла высокая девушка в красной юбке и завязанными волосами - Долорес. — Ох, Камило, ты чего разлёгся? - Долорес вздрогнула, увидев брата на полу. — Просто решил прилечь. - Камо широко улыбнулся и лёг в позу, подперев голову рукой. — Господи. Ладно, я пришла с тобой поговорить… начнём сначала: почему ты не ужинал со всеми? — И это всё? Я просто перекусил перед ужином и не хотел есть. — Не ври. Еду ты никогда не пропускаешь. Особенно, когда на столе находятся арепы. Может ты приболел? «Ага, если только любовью к дяде. А если рассказать Долорес? Да ну…рискованно. Но может всё-таки попробовать?» — Дол, если я тебе открою тайну - ты её оставишь в секрете? От всех. Абсолютно от всех. — Ох, я даже не знаю. Зависит от тайны. — Ну…я влюблён в… мужчину. — О боже… Камо, это ненормально. Ты же понимаешь что с тобой может сделать бабушка? — Я и сам знаю! Но я же не могу ничего с собой сделать! Я пробовал его забыть, но не получается - мы каждый день с ним пересекаемся. — Прости, я должна это переварить. Девушка вышла из комнаты брата в смятении, аккуратно прикрыв дверь. «А если это было зря? Что если она всё же проболтается? Пиздец… Камило, что ты наделал?»

***

На следующий день было всё спокойно: за завтраком Камило всё же появился. Он всё время поглядывал на сестру и видел как она нервничала. Бабушка, видно, тоже заметила. — Долорес, что-то случилось? — А! Бабушка… нет, ничего такого. Просто у Гузманов нынче проблемы с финансами и я боюсь за наши отношения с Мариано. — Ох, милая, не волнуйся. Мы, конечно же, им поможем. Мы ведь почти семья. Я сегодня зайду к ним. — Не надо! Я сама. Я слышала что его родители больше рады видеть меня в их доме, чем других членов семьи, поэтому я сама им передам деньги. «Да уж, Дол, врёшь ты отлично. Но спасибо, за то что держишься и не выдаёшь меня» После быстрого завтрака и обсуждения планов на день, многие разошлись. За столом остались лишь Камило, Мирабель и Бруно. Дядя уныло ковырялся в тарелке с овощами, похоже задумавшись над чем-то. Мирабель доедала арепу с сыром и поглядывала на мужчин за столом. — Знаете, а ведь Долорес не поэтому выглядела взволнованной. Камо, ты ей что-то рассказал? — Что? Н..нет конечно! - сразу было видно что Камило разнервничался, будто его поймали с поличным. Ах да… так и есть. — Давай, признавайся. - Мирабель посмотрела на него и рот её растянулся в хитрой улыбке. — Мирабель, не дави на своего кузена. Может, он не хочет рассказывать о том что у него на сердце? Камило повернулся и посмотрел таким благодарным взглядом на дядю, что аж чуть не расплакался. Бруно лишь посмотрел в ответ измученными глазами от недосыпа и слегка улыбнулся, чтобы племянник понял что всё в порядке. — Кстати, дядя, ты похоже плохо спишь? - Камило тоже решил расшевелить обстановку за столом. — Есть такое. Последние видения меня тревожат. Такое ощущение что я настолько выматываюсь, что не могу увидеть даже близжайшее будущее кого-то из вас. Только я встаю в круг и начинаю обряд как чуть-ли не в обморок падаю. — Может тебе стоит отдохнуть? Сходить на природу или просто развеяться в деревне. - Мирабель тоже присоединилась к разговору, облокотившись о стол. — Да! Сейчас же празднуют Весеннее Равноденствие. Может сходишь на площадь? Я слышал там много красивых бабушек. - Камило улыбнулся, немного прищурился и перевоплотился в бабулю говоря что-то по типу: «Молодой человек, вы так хорошо выглядите, не составите ли мне компанию?» За столом все расхохотались. Несмотря на то, что Камо всего-то хотел поиздеваться над дядей, что-то щёлкнуло внутри, появилось настойчивое ощущение тревоги. В горле слегка пересохло, а дышать стало труднее. «Будто мой возлюбленный…чего? Ох, похоже я всё больше начинаю привыкать к своим чувствам…» Будто Бруно и правда сейчас встанет и пойдёт искать себе пассию. Камило знал что он уж точно не пойдёт так делать. Ну, может и пойдёт, но не так решительно. Но всё равно было тревожно. Нет, ну а вам бы не было тревожно или обидно если бы ваш предмет воздыхания выбрал не вас? Ну знаете, там… сердечко сказало бы: «пока» и разбилось. Так вот у Камило были такие же чувства. Надежда, как известно, умирает последней, но даже он понимал что между ними ничего не будет. Это слишком нелепо. Они родственники, с огромной разницей в возрасте, Камило нету 18 на крайняк. — Камило… может ты и прав, но я не хочу ни с кем знакомится. Лучше пойду с вами. Мы же так много времени упустили когда меня не было рядом с вами. Когда ты получил свой дар. Когда Антонио родился. Когда… В общем, когда много событий произошло. Хотелось бы собрать вас всех и пойти всем вместе. Да и родители ваши смогут отдохнуть и вы от их нервов тоже. - Дядюшка слегка улыбнулся, смотря на Камило и встал из-за стола. — Предлагаю вам позвать ваших сестёр и братьев и потихоньку собираться. Думаю, после обеда пойдём, чтобы не жарко было. - После этих слов он ушёл в дом и оставил Камо наедине с Мирабель. Вдруг, дверь Каситы распахнулась и выглянула серьёзная Абуэлла, будто прожигая вглядом Камило. Он ещё как увидел её лицо, понял что что-то пошло по одному месту. Уныло встав, он задвинул стул и пошёл в сторону двери. Как только он подошёл, Абуэлла повернулась, давая внуку пройти в дом. Из её взгляда было понятно что Камо уже что-то натворил, но он всеми силами надеялся, что Долорес не проболталась. После того, как Камило зашёл в дом, дверь закрылась с большим грохотом. В дворике стояла Альма, а за ней Долорес с опущенными глазами в пол, которая лишь повторяла со слезами на глазах: «прости,прости,прости». — Камило, ты ничего не хочешь сказать мне? - Альма скрестила руки на груди и всё также прожигала внука взглядом. — А должен? Единственное что я сказал не так - это бродячим певцам то, как я люблю их метал. Они сказали что играют джаз, а я ответил: «Извините, ошибся, у вашего вокалиста просто такой громкий и скрипучий голос, что я подумал что это был метал» они обиделись и ушли. — Я не про это, Камило. О твоей ориентации. Ты понимаешь, что ты не сможешь продолжить наш чудесный род?! Понимаешь что это ненормально?! Что же о нас остальные скажут? — Почему?! Кто сказал что это плохо? Это просто ваши предрассудки! Альма не выдержала такой «наглости» со стороны внука и недолго думая, дала ему пощёчину, сказав напоследок: «такой дефектный внук мне не нужен. Собирай свои вещи и убирайся из этого дома. Завтра тебя здесь быть не должно». Долорес сразу кинулась к бабушке с просьбами не поступать так радикально, но если до подростка достучаться можно, то до взрослого, упёртого человека, верящего что его точка зрения - единственная правильная — нельзя. Камило еле сдерживал слёзы то ли от горячей боли в щеке, то ли от несправедливости бабули. Ведь это же правда: он может любить кого захочет. Разве он выбирает кого любить? Медленно развернувшись и не оборачиваясь, он пошёл к себе в комнату. Зайдя, он просто закрыл дверь и медленно спустился по ней на пол, зарывшись лицом в колени. В комнате было много зеркал, неоднократно напоминавших ему что даже он не знает в чьей личине сейчас. Он старался на них не смотреть и просто проходил мимо. Много маленьких зеркал на стенах, пара напольных и несколько в полный рост на стенах. Скорее всего волшебство хотело показать каким разным может быть Камило, но это сыграло наоборот и он даже слегка… не слегка… возненавидел зеркала. Постоянно видеть себя в них и боятся что ты - не ты. А ещё когда он смотрел в эти маленькие зеркала - было ощущение что на тебя смотрят десятки людей, которые так и хотят тебя отчитать за проявление негативных эмоций. Он пробовал убрать зеркала, разбить, но они всё время возвращались. В его комнате было множество вещей которые Камило туда насобирал: ловцы снов, плакаты, грязные вязанные игрушки. Он был тем ребёнком который таскал всё что найдёт на улице - домой. После того, как Камо получил свою комнату - он был рад перебросить все свои «безделушки», с различной историей, туда. С годами привычка таскать всё, за что цеплялся глаз, прошла. Эти вещи всё ещё бережно хранятся на полках, в тумбочках, радуя глаз. Кстати, об аккуратности в его комнате можно забыть: по углам лежат разные маленькие коробочки, шкатулочки, какой-то мусор на полу, задранное постельное бельё. Ну, бедлам одним словом. Камило недолго смог посидеть возле двери. Она резко открылась, толкая сидящего перед ней парня. Только после громкого стука головы о дверь, кузина заглянула в комнату и забежала внутрь, попутно закрывая дверь. Мира села на колени чтобы проверить как Камило. Впринципе, кроме красной щеки всё с ним было в порядке. Мирабель выдохнула с облегчением и посмотрела на кузена. — Почему бабушка тебя гонит из дома мокрым веником? - её лицо было довольно обеспокоенным. — Пх…из-за ориентации. Я гей. - Камило поднял на Миру глаза и грустно улыбнулся.