Кольцо Олимпа

      День был странный. Долгий, тяжелый, нескончаемый, наполненный ярким и вездесущим светом медленно ползущего по медному небосводу солнца, завывающим шумом ветра в шлеме, немеющими от бессменной позиции ладонями на руле, бурой густой пылью, которую постоянно приходилось стирать перчаткой с визора, и пересыхающим горлом. Лишь поначалу Мадлин казалось, что поездка по практически прямой как стрела, плотно утрамбованной дороге с непонятным, но очень ровным и добротным покрытием будет комфортной. Никаких тебе пробок, торопящихся машин, светофоров, зевающих пешеходов, незнакомых съездов, неожиданных ухабов и выбоин, серпантинов и затяжных подъемов. Катишь себе на высокой скорости и не знаешь забот.       Но уже через пару часов монотонного полета среди почти не меняющегося пейзажа однотипной каменистой пустыни с редкими вкраплениями песчаных холмов путь начал ее утомлять. К полудню свет постепенно переполз на лицо, и Мадлин впервые пожалела, что у нее не было темного визора. Пришлось максимально склонить голову и прищуриться, чтобы хоть как-то сохранить концентрацию на дороге.       Первым ехал Теллур, не давая Мадлин сильно отстать и периодически поглядывая на следующих за ним девушек в зеркала. Чарли закрывала процессию, и как казалось девушке, совершенно не парилась предстоящим переездом. Жаль, что у самой Мадлин было так немного опыта за рулем байка, и она отчетливо чувствовала себя аутсайдером. Каждые пару часов Теллур останавливался у заправочных резервуаров, стоящих прямо посреди пустыни рядом с дорогой. Как он объяснил, топливо подавалось в эти неприметно поднимающиеся над землей стойки с почти привычными шлангами по давно проложенной заправочной сети, которая, в свою очередь, питалась от подземных залежей бензолина — марсианского аналога бензина, который вырабатывался планетой в чистом виде и сносно подходил земным движкам. При первой заправке еще у погранприюта «кавасаки» недовольно закашлял, задергался, но спустя пару минут звук его выровнялся, и он резво полетел вслед за марсианским электробайком цвета опавшей листвы.       После весьма прохладного утра Мадлин опасалась, что на свободно продуваемой равнине, да еще и на скорости они попросту замерзнут. Но Теллур не соврал — марсианские термоштаны и кофта отлично держали комфортную температуру. А вот ближе к обеду воздух наоборот прогрелся до ощутимо теплого, однако костюм приятно холодил. Дневной перепад температуры градусов в пятнадцать несколько ошеломил Мадлин, как, впрочем, и почти незаметная, но местами густая поросль коричневых клубков непонятных растений, которые питались неизвестно какой влагой. Ибо казалось, что здесь ее не существовало. Воздух был сухой и колкий, и даже того объема жидкости, который они выпивали на привалах, не хватало.       Пару раз им встретились на заправочных пунктах и краны с водой, подсоединенные к подземным, глубоко пролегающим источникам — единственным доступным питьевым ресурсам. Запасы были пополнены, лица умыты, ноги размяты. Но когда далекий диск солнца стал переползать к западу, и тени начали стремительно расти, Мадлин почувствовала, как смертельно устала. Их с Чарли недавняя поездка до Миннесоты показалась ей увеселительной прогулкой, хоть она и понимала, что теперь находится на другой планете, и организм еще не адаптировался.       Теллур сказал, что они должны достичь горного перевала, но горизонт оставался все так же гол и пуст. И сил ей придавала лишь единственная мысль, которую она баюкала и лелеяла в своем сознании: где-то там, впереди, куда они, возможно, однажды доберутся, находился ее Тротл. И она утешала себя тем, что он жив и невредим, ибо Марс, пусть и в этой пустынной его части, совершенно не казался охваченным войной. Значит, прав был Теллур, значит, нет никакой войны.       Лишь когда желтые краски померкли и сменились лазурной синевой, растекшейся по всему небу, ставшему почти привычным, почти земным, впереди показались первые громады предгорий, а еще через час, едва освещенные последними призрачными отблесками закатившегося диска, взметнулись ввысь приблизившиеся покатые хребты, чернеющие скалистой и лишенной песчаной мягкости базальтовой породой. Дорога вильнула в сторону и повела во внезапно открывшееся перед ними незнакомое ущелье.       Когда они въехали в его почти слившиеся с небом своды, ночная тьма окончательно их накрыла, и лишь одинокий свет фар выхватывал небольшое пространство перед мотоциклами. Теллур дал сигнал сворачивать вправо, и они съехали на незначительное ответвление, уводящее на подъем к какому-то невысокому плато. Там обнаружилась просторная площадка ровной поверхности, примыкающая к вздымающейся скалистой стене, и черный марсианин затормозил.       Мадлин практически сползла с мотоцикла, готовая упасть прямо там же и желательно уснуть до утра, настолько она не чувствовала ни рук, ни ног, ни своего изнуренного тела. Чарли тоже с вымученным стоном расправляла свою спину, стаскивая шлем и встряхивая разлохмаченной головой. Но Теллур не дал им времени на размышления и увлек во тьму, на ходу включая какой-то мощный фонарь, осветивший вход в неглубокую, но вполне укромную пещеру. Воздух в горах был значительно холоднее, чем у погранприюта, и чувствовалась сырость и промозглость. Мадлин зябко поежилась, но спросить что-либо у нее уже не осталось сил. Поставив фонарь у стены, Теллур оставил их ненадолго, чтобы перекатить мотоциклы поближе к входу и разгрузить их поклажу. Он принес им спальники и сумку с провиантом и водой.       Мадлин обессиленно опустилась на землю, не чувствуя ни голода, ни жажды. Но Теллур к ее удивлению прошел вглубь пещеры, откуда принес охапку запасенных там кем-то крупных угольных головешек, из которых быстро развел небольшой, но такой нужный костер. Девушки уселись поближе, грея руки и ноги и в какой-то прострации приходя в себя после долгого переезда. Уже через несколько минут Теллур протянул им по глубокой походной тарелке, где лежал зеленоватый брикет чего-то сушеного, и, нагрев у костра специальный баллон, разлил из него кипящую воду. Содержимое тарелок постепенно превратилось в аппетитный густой суп, который на вкус напоминал одновременно наваристый мясной бульон и перемолотый шпинат, но с непонятной и приятной перчинкой и с кусочками каких-то пористых коричневых шариков. Если это и были очередные марсианские насекомые, засушенные в полуфабрикатах, то на сей раз Мадлин им была очень рада. А простая вода из баллона казалась сладковатой и вкусной.       Лишь после того, как они подкрепились, девушка обрела способность реагировать на внешний мир.       — Спасибо, Теллур. У меня честно не было сил тебе помочь!       Тот лишь беззлобно фыркнул и собрал использованную посуду обратно в сумку.       — Ты мне поможешь, если хорошенько отдохнешь, — тихо ответил он и раскатал три спальника. — Если нужно почистить зубы или еще чего, вода вот в этой канистре. Пока есть. Спальники застегивайте до носа. Так сохраните тепло. Костер скоро выгорит, ночью жечь не буду. Ничего не бойтесь, тут безопасно.       — Мне кажется, — отозвалась Чарли, залезая в свой спальник, — я усну даже под перекрестным огнем врагов. И еще раз спасибо за укол, братишка. Спина как новая.       Теллур пробормотал что-то уж совсем непонятное на марсианском, и Мадлин услышала в его тягучем голосе тревожные нотки сомнения. Она вздохнула, и тоже укуталась в свой спальник, боясь, что тепла этой незнакомой, но легкой ткани ей не хватит, и придется спать в мотокуртке. Но уже через несколько минут все ее тело приятно согрелось в этом чудо коконе, и она незаметно для себя отрубилась до самого утра.       Уже перед пробуждением ей впервые за эти дни приснился Тротл. Его мягкая улыбка, обрамленная редкими усами, задорный огонек в графитовых радужках, которыми он смотрел на нее поверх очков, ощущение тепла и уюта рядом с ним, какие-то ничего не значащие сцены, где они просто были вместе, радовались друг другу и улыбались сердцами. И хотя этот короткий светлый сон согрел ее душу, проснулась она с тягостным ощущением пустоты. Это был лишь сон, то, чего так жаждало ее сознание — вернуться в то время и место, где можно находиться со своим родным мужчиной. А реальность встретила ее стылым рассветом, в котором Тротла снова не было рядом, и расстояние между ними никак не сокращалось.       Она нашла Чарли на краю плато, где та пыталась умыться, поливая себе на руки из пузатой канистры.       — Ну как, подруга, выспалась? — спросила она у Мадлин, пока та помогала ей с водой. — Сегодня даже наш бравый марсианин припозднился и спит как убитый.       — Я вообще боюсь смотреть на пробег, — закатила глаза Мадлин, принимаясь расчесывать свои волосы после сна. — Отдохнули и уже хорошо. Меня беспокоит только то, куда мы в итоге едем.       — Что, все же хочешь за ребятами, а не в штаб за пропуском на Землю? — подмигнула ей Чарли.       Мадлин мгновение помолчала и вздохнула.       — Я очень тоскую по Тротлу.       В ответ Чарли коротко тряхнула головой.       — Ты знаешь, я уже почти привыкла к тому, что Винни рядом. В моем доме, в моих буднях. Что он приезжал, пока я еще возилась в мастерской, и я знала, что тяжелые шаги на втором этаже — это не привидение, а белый двухметровый марсианин. Я слишком к этому начала привыкать, и это очень плохо. Потому что потом всегда наступает момент потери, пусть даже и временной. А до него я была сильнее.       — Тебя послушать, так вообще лучше всю жизнь провести одной, зато мега уверенной в себе, — едва заметно улыбнулась Мадлин, в очередной раз убеждаясь, что Чарли и так была более подготовленной к подобным ситуациям, чем она.       — Ну нет, не так радикально! — тихо рассмеялась подруга. — Просто если честно, что мы скажем ребятам? Извините, парни, мы в курсе, что у вас спецзадание, но мы тут случайно вломились к вам на Марс и так хотели вас видеть, что сиганули через полпланеты по вашим следам. А теперь воюйте дальше, мы погнали обратно. Так, что ли?       Мадлин не удержалась и усмехнулась.       — Да уж, картину ты обрисовала позорную. Марсианам будет впору переглянуться и спросить, что это сейчас было. Но если честно, — уже серьезно добавила она, — душа моя не спокойна.       — Значит, будем действовать по обстоятельствам, — подытожила Чарли и направилась обратно к пещере.       Мадлин же задержалась на утопающем в тишине маленьком плато, разглядывая окружающие ее скалистые горы, которые при утреннем свете оказались еще более высокими и неприступными. Ущелье терялось в бесконечных изгибах спускающихся отрогов, припорошенных песком, и было совершенно непонятно, на сколько километров тянулась эта горная преграда. Сырой воздух здесь оседал маслянистой росой на камнях под ногами и метался рваными порывами вместе с кратким ветром. Девушка никак не могла привыкнуть к такой необъятной тишине, которая окутывала эту планету. Никакого шелеста деревьев, криков птиц, стрекота кузнечиков, плеска воды. Казалось, здесь жили только ветра да шуршащие пески.       После быстрого и молчаливого завтрака все тем же зеленым супом, они погрузились на мотоциклы и вернулись на основную дорогу, ведущую вглубь ущелья. Тело неприятно отозвалось болью в согнутых весь предыдущий день суставах, но Мадлин лишь сцепила зубы и решительно выкрутила газ. Теперь ехать было сложнее, ибо путь начал виться и карабкаться вверх, и скорость пришлось сильно сбавить. На встречающихся развилках Теллур каждый раз уверенно выбирал нужное ему направление и продолжал упорно двигаться вперед, не давая девушкам отстать. И лишь в одном месте он внезапно остановился и долго к чему-то прислушивался, сняв шлем и навострив свои антенны. А потом свернул.       Закат еще не начался, когда их ставшая узкой и жмущейся к скалам дорога неожиданно выкатилась на очередное, на сей раз высокогорное и обширное плато, изрезанное обломками массивных и острых камней до самого обрыва, теряющегося на фоне очередных взгорий. Отсюда особенно хорошо была видна та высокая гряда, которая поджидала их впереди, и чьи сглаженные ветрами пики на удивление укрывала едва заметная искрящаяся пелена легкого инея. Мадлин не сразу поняла, зачем они остановились именно здесь, ибо до ночлега было еще рано, но Теллур уже спешился и сосредоточенно изучал что-то вокруг особенно плотно сгрудившихся валунов, упирающихся в небо.       Девушки слезли с мотоциклов и подошли поближе, стараясь разгадать, что привлекло его внимание, но кроме обычных камней ничего не различали. Наконец, Теллур обошел высокую череду обломков и нырнул в проем. Мадлин заглянула туда и с удивлением обнаружила внутри что-то наподобие укрытия, естественным образом окруженного разномастными зубьями валунов значительно выше человеческого роста. Между ними находилась вполне расчищенная и ровная площадка с едва заметным слоем мелкой гальки, нанесенной сюда постоянными ветрами. Теллур присел и провел длинными пальцами руки по поверхности земли и тщательно их обнюхал.       — Ты что-нибудь нашел? — спросила его Чарли, озиравшаяся по сторонам.       — Иао, — кивнул тот и поднялся на ноги. — Брат был здесь. Все четверо. Это их первый привал. Следы верно привели сюда.       — Следы? — удивилась Мадлин, тщетно ища на гальке отпечатки от шин, ног или остатки костра.       — На чоппере Модо начало подтекать масло, — спокойно объяснил Теллур. — Стокер все так же предпочитает спать прямо на земле без спальника. Винсент уезжал и приезжал, видимо, искал что-то.       — А… Тротл? — спросила Мадлин, видя, что черный марсианин ничего не сказал о нем и не торопился продолжать.       — Тротл, — задумчиво протянул Теллур, на свой манер произнося имя брата и обходя по периметру площадку. — Долго сидел. Не спал. Думал.       — Да, но что они тут делали? — нахмурилась Чарли. — Если Стокер позвал их на войну, а здесь ее, как мы видим, нет, куда в таком случае они ехали? Может быть, тут будут какие-то ответы на вопрос, что же такого произошло, что командующий сорвал их на Марс?       — Я поищу, — сосредоточенно прищурился Теллур. — Пока все спокойно. Но мне надо послушать. На ночь останемся здесь. Заодно вы побольше отдохнете.       Подготовка к ночлегу была быстрой: нужные вещи сняты с мотоциклов и разложены в укрытии. Костер в этот раз не разводили, ибо в ущелье жечь было абсолютно нечего. Поэтому зеленые брикеты они залили холодной водой и съели без особого удовольствия, но с благодарностью, ибо организм требовал сил как никогда. Чарли почти сразу, еще до наступления темноты, которая здесь окутала горные отроги значительно раньше по ощущениям Мадлин, заявила, что ее спине надо отдохнуть, и растянулась в спальнике, устроившись под одним из особенно высоких камней. Теллур уселся в дальнем углу на землю и, опустив голову, погрузился в себя. Видимо, снова прислушивался антеннами к окружающей его энергии и искал то, что сейчас беспокоило всех. Мадлин же, решив не мешать ему, вышла через проем из укрытия и, прислонившись к камню, посмотрела в небо.       Здесь оно было особенно ясным, уже почти черным, полным мириадами незнакомых ей звезд, мерцавшим разноразмерными точками по всему пространству космоса, создавая невероятный объем и бескрайность. Но впервые на всем этом бесконечном полотне звездного бисера Мадлин увидела появившийся над пиками гор яркий и изломанный овал маленького спутника красной планеты, сияющий призрачным белым светом. Она завороженно глядела на него, пытаясь осознать, что именно она видит: скромную марсианскую луну, сейчас освещенную далеким солнцем лишь частично и потому такую неполную. Но сияние от него лилось ровное, прозрачное и отбрасывающее смазанные тени на окружающем ее пейзаже Марса. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому появление у выхода из укрытия Теллура не стало для нее неожиданностью.       — Ты надолго ушла, — тихо констатировал он, останавливаясь рядом с ней.       — Да, я засмотрелась на небо и ваш спутник, — отозвалась Мадлин. — Не часто в жизни доведется увидеть такое, находясь на другой планете.       — Фобос, — кивнул в его сторону черный марсианин. — Теперь он будет появляться чаще. Чем южнее, тем он заметнее.       Мадлин вдохнула студеный сырой воздух. Последние два дня ее жизни были наполнены настолько невообразимыми вещами, что осознать все это пока было непросто. Она снова повернулась к Теллуру.       — Тебе удалось что-нибудь найти? Мы можем тебе помочь?       Тот задумчиво и почти по-тротловски почесал подбородок и медленно ответил:       — Я не пойму пока. Последнюю зиму брата я не видел. Только списывались. И не слышал его состояния, — указал он на свои антенны. — Но та фантомная энергия, что осталась здесь от его пребывания, стала иной. С ним что-то не то. Не так. Я не понимаю, — и он раздраженно зашипел, словно впервые столкнулся с задачей, которая оказалась ему не под силу.       — Но что с ним может быть не так? — забеспокоилась Мадлин. — Он ранен? Болен? Ему нужна помощь?       То относительное мнимое спокойствие, которое растеклось по душе с ее приездом на вполне миролюбивый и не захваченный врагом Марс, постепенно начало рассеиваться, вновь обнажая ее страхи и переживания. Наивно было полагать, что командующий Советом по безопасности и опытный боец Стокер ошибся и зря вызвал сюда свою лучшую троицу. Или что при отсутствии какой-либо опасности ребята упорно двигались бы на юг, вместо того, чтобы спокойно вернуться на Землю. Или по какой-то странной причине не стали выходить из зоны действия своих жетонов, чтобы дать о себе знать. Значит, здесь действительно есть какая-то опасность. А ведь так хотелось тешить себя надеждой, что нет никакой смертельной угрозы. Что еще немного, и они нагонят марсиан. Мадлин горько вздохнула, ощущая, как липкая и колкая тревога вновь струится по уставшему позвоночнику. Хотелось снова бежать, лететь, что угодно делать, только не находиться и дальше в этой неизвестности. Тротл, как же теперь с тобой свидеться?       Между тем Теллур заметно напрягся, выпрямившись и подобравшись, словно что-то его насторожило или удивило. Мадлин не видела его алых глаз, в этой темноте казавшихся лишь отражением ночи, но явственно почувствовала легкую волну тепла, прокатившуюся через нее.       — Рра, Тротл не болен и не ранен, — пробормотал, наконец, черный марсианин несколько растерянно, тряхнув головой и расправляя завибрировавшие антенны. — Он с каким-то… изъяном. Его телу чего-то не достает.       — Господи, чего еще он лишился, кроме зрения? — с досадой воскликнула Мадлин, не веря своим ушам.       — Рра-я! — Теллур прикрыл глаза, сосредоточенно нахмурившись от своих ощущений. — Не хватает. Телу. Не в теле.       — Может быть, им нечего было кушать? Это голод? Или холод? Усталость? — растерянно перебирала Мадлин, не понимая, что могло приключиться с телом Тротла, если он не ранен и не болен, по словам брата.       — Новое. Ново… приобретенное, — с трудом выговорил это слово черный марсианин и, вновь открыв глаза, пристально посмотрел на девушку, которая с отчаянием закусила губу.       — Слушай, — решительно отозвалась она, — я не представляю, что с ним случилось, но я хочу помочь, быть ему полезной. Я не смогу вернуться на Землю, зная, что с Тротлом что-то не так. Для меня важно, чтобы он был жив и цел. И я…       — Шшш, — внезапно прервал ее Теллур, шумно выдыхая через нос и ошарашенно отступая на шаг назад. — Тало рра-х, — словно в неверии добавил он едва слышно. — Не может быть, — повторил он уже по-английски.       — Что? — шепнула Мадлин, страшась очередных открывшихся ему ужасных новостей.       — Я тебя не слышу, но чувствую. Правда, слабо.       У Мадлин невольно вырвался вздох облегчения.       — Ты меня чувствуешь через антенны, да? Ты ощущаешь мое состояние сейчас?       — Иао… Как это возможно???       И Теллур пораженно прижал уши.       — Тротл тоже чувствует и слышит меня. Без антенн на моей голове и прикосновений. Правда, у него на это ушло намного больше времени, чем у тебя. Но ты же, вроде как, со способностями, — она с легкой улыбкой указала на его почти гудящие багровые передатчики на макушке.       Теллур в замешательстве чуть сдвинул брови, осознавая столь невообразимое для себя открытие, и покачал головой.       — Никогда раньше марсиане не слышали представителей других рас без контакта антенн с головой. Если брат тебя слышит, даже не касаясь, это… — и он умолк, будто не мог подобрать правильное слово.       — Для меня это было еще более невероятным, чем для тебя, — вздохнула Мадлин, с тоской вспоминая их первые ментальные связи без прикосновений.       — Позволишь? — внезапно попросил Теллур, протягивая ей руку. — Не бойся, я осторожно.       Мадлин уже давно не боялась, а тем более потрясенного брата Тротла, поэтому смело протянула ему свою ладонь в ответ. Тот взял ее и едва ощутимо накрыл второй рукой. Его ладони были теплые и твердые, и лишь на краткий миг большой палец с любопытством прошелся по гладкой коже, но тут же замер. Черный марсианин прикрыл глаза и, держа руку девушки аккуратно и почти невесомо, медленно выдохнул. Мадлин с интересом наблюдала за ним, чувствуя легкие колебания то ли воздуха, то ли энергии между ними, которые оставались бережными и деликатными. Через несколько мгновений Теллур выпустил ее руку и приложил свою черную ладонь к груди.       — У тебя светлое сердце, — тихо произнес он. — Не тревожься за Тротла. Я его обязательно найду. И меня расстроит, если что-то встанет между вами.       — Для меня самое главное, чтобы он был жив, — ответила Мадлин с решимостью в голосе.       — Как знать, — пространно пробормотал Теллур, явно не желая развивать эту тему. — Пора спать теперь. Рассвет будет ранний. А день трудный. Ночевать будем бок о бок, иначе не согреться.       Стылая ночь действительно не внушала уверенности, и Мадлин с удовольствием прижалась в своем спальнике к уже уснувшей Чарли и к расположившемуся с другой стороны Теллуру. Между ними стало чуть теплее и уютнее, и она постаралась очистить свое сознание от лишних переживаний. В тот момент она могла только отдыхать, чтобы на следующий день быть в состоянии преодолеть очередные нескончаемые сотни километров. Усталость навалилась на нее тяжелым дурманом, и она провалилась в крепкий сон.       Долго ли она спала, ей было неизвестно, но разбудил ее резкий и шумный выдох сквозь зубы со стороны Теллура, который внезапно со сдавленным стоном расстегнул свой спальник и подорвался с земли. Мадлин в панике заозиралась по сторонам, ища источник опасности, но их убежище было безмолвно и спокойно, слегка тронутое подбирающимся призрачным рассветом с постепенно сереющего безоблачного неба. Чарли тоже проснулась и вскочила со своего места.       — Теллур, что случилось? — спросила она, глядя с удивлением на черного марсианина, который между тем неуверенными и нетвердыми шагами добрался до выхода из укрытия, желая, видимо, выйти наружу, но не удержался и рухнул на колени, обхватывая голову руками.       Мадлин в недоумении тоже подскочила и бросилась ему на помощь, не понимая, что с ним происходит. Сцепив зубы и зажмурившись, словно что-то причиняло ему нестерпимую боль, он тяжело дышал, пытаясь растереть свои антенны дрожащими пальцами, но не мог произнести ни слова. Либо вообще не слышал обращенного к нему вопроса. Девушки подхватили его под руки и осторожно уложили на землю, но он перекатился на живот, пряча и закрывая голову руками, словно спасался от каких-то невидимых ударов. Вдохи стали короткими и поверхностными, а по напряженному телу пробегала болезненная дрожь.       — Боже, что с ним происходит? — в ужасе воскликнула Мадлин, абсолютно не понимая, чем ему помочь. — На нас же никто не успел напасть, пока мы спали?       — Может у него эпилепсия? Хотя вроде не похоже, — растеряно пробормотала Чарли, поглаживая его чуть подрагивающие плечи. — Да и не ранен. А вдруг его покусали ядовитые марсианские скорпионы?       Мадлин в отчаянии посмотрела на Теллура, понимая, что отсюда в случае чего они его вообще никуда не довезут. И помощи ждать неоткуда. Чужая планета, чужая экосистема, чужие опасности и полное незнание географии.       Между тем черный марсианин, к их облегчению, немного успокоился. Его тело начало медленно расслабляться, а дыхание выравниваться. Он с трудом перевалился на спину и раскинул руки, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Глаза, подернутые какой-то водянистой мутью, медленно открылись и обеспокоенно пробежались по склонившимся над ним девушкам.       — Вы целы? — едва слышно пробормотал он глухим осипшим голосом.       — Мы да, — ответила Мадлин в напряжении. — Но что это было? На тебя кто-то напал?       Его взор постепенно прояснился, и Теллур приподнялся на локтях, обретая способность двигаться. Он внимательно оглядел обеих девушек и снова спросил:       — Вы разве ничего не почувствовали?       — Да нет же! — повторила Мадлин. — Ну, кроме страха за тебя.       — Шай-ах, — однозначно выругался он, неуверенно поднимаясь с земли. — Шай-ах Марсу…