Вопреки ужасу

***

      Этим утром, как обычно, Гайя сопровождала Лессу на урок фехтования. Девушки оделись в мужские костюмы: льняные рубашки, плотные кожаные штаны и высокие сапоги на шнуровке до колена. Гайя, как всегда, заплела волосы в косу, но на этот раз не стала делать высокую причёску как в те дни, когда она работала служанкой.       Галлен уже был на площадке и отрабатывал удары на деревянном манекене. Они были быстрые и такие сильные, что во все стороны отлетали щепки. Даже незаточенный клинок в его руках выглядел устрашающе и казался смертоносным.       — Я вижу, вы не торопитесь? За это я, пожалуй, накину вам пару кругов сверху! — весело прокричал мужчина, увидев подходящих к тренировочному плацу девушек. — Леди Лесса, вы бежите семь кругов! Асса, ты - двенадцать!       В начале тренировок пять кругов, которые бегала Лесса, казались Гайе настоящим адом. Лёгкие горели, ноги тряслись после бега, и её непременно тошнило. Плац был по размеру ненамного меньше футбольного поля. В первый раз, пробежав всего три круга, Гайя так устала, что не могла стоять на ногах. Но с каждым разом она пробегала всё больше. В отличие от Лессы, которая ходила на занятия по фехтованию только два раза в неделю, Гайя посещала занятия Галлена четыре-пять раз за тот же период времени. И, в отличие от дочери барона, мужчина не жалел её и тренировал наравне со всеми остальными солдатами в поместье. Спустя семь месяцев изнурительных тренировок она пробегала двенадцать кругов. Преодолевала она их с трудом, болью и одышкой, но всё же пробегала, и могла после этого стоять на ногах всю оставшуюся часть занятий.       Месяцы тренировок давали о себе знать. Гайя стала немного шире в плечах и будто бы чуть-чуть выше. Её ноги, спина и руки окрепли и стали сильнее, чем были когда-либо. Теперь она достаточно долго могла удерживать в руках тяжёлый железный меч.       Помимо меча она практиковалась использовать и другое оружие. Лук ей давался очень плохо. Меткостью она была обделена. Попадать в мишень она могла, но только один или два раза из пяти. С кинжалом дела обстояли куда лучше. Ей помогало то, что она была гибче и стройнее Галлена, который её тренировал. Она вполне неплохо справлялась с резкими выпадами и уворотами, которые требовались при таком стиле боя.       После пробежки Галлен поставил Лессу к манекену, который не так давно сам колошматил, и указал ей отрабатывать базовые выпады и уколы шпагой. Гайю же он отвёл в сторону и сказал...       — Барон дал разрешение выдать тебе настоящий меч и официально признать тебя телохранительницей его дочери. Поэтому я хочу провести с тобой что-то вроде небольшого экзамена. Мне интересно, на что ты способна, если будешь работать в полную силу. Нас ждёт серьёзный поединок. Запрещено наносить удары по голове и шее. Для лечения возможных ссадин и ушибов после дуэли я пригласил городского мага-врачевателя. Если потребуется, он может вылечить и перелом, но, думаю, до этого не дойдёт. Удар по корпусу, ноге или руке — одно очко. Победа — три очка. Противник лишился меча — два очка. Если противник сдастся — победа. Всё понятно?       Гайя кивнула Галлену, принимая деревянный меч. Она сразу же заняла оборонительную позицию и сосредоточилась на своём противнике. Мужчина медленно приближался к ней. Казалось, он был расслаблен: непринуждённо покачивал в руке клинок и улыбался. Однако его взгляд говорил о том, что он сконцентрирован и насторожен.       «Наверное, он тратит много сил на то, чтобы не навредить мне по-настоящему. Это обидно, но справедливо. Мне ещё предстоят долгие годы тренировок, чтобы достичь его уровня»‎.       От первого удара Гайя легко увернулась, но тут же была сбита с ног подсечкой и упала на спину.       Ещё три-четыре месяца назад такое падение означало бы её немедленное поражение, но не теперь. Резко откатившись в сторону от противника, Гайя выиграла мгновение, необходимое чтобы снова встать на ноги. Затем она немедленно сделала выпад и попыталась нанести удар в бедро учителя, но её клинок не достиг цели и ударился о клинок Галлена, который тот успел выставить вдоль ноги.       — Молодец! Быстро реагируешь и подстраиваешься, но скорости всё ещё не хватает, — с этими словами он ощутимо заехал ей по корпусу плоской стороной клинка. — Один — ноль в мою пользу.       Гайя выругалась и, отскочив назад, снова приняла оборонительную позицию. Галлен, не давая ей отдышаться, тут же обрушил на девушку град атак, которые она с трудом, но выдержала, парируя и отбивая удары. Ей надоело защищаться, хотелось нанести хотя бы один удар, который достигнет цели. Удача оказалась на стороне девушки. Галлен решил нанести следующий удар сверху и наискосок. Гайя резко упала к земле и, одновременно с тем как уклонилась от падающего на неё сверху клинка, полоснула противника под колено.       Она попала очень удачно, да так, что Галлен рухнул на землю.       — Да! — вырвался у неё радостный возглас.       Однако, даже несмотря на то, что после этой атаки Гайя оказалась в более выигрышном положении, нежели Галлен, она не сумела вовремя помешать ему подняться.       — Очень хороший ход, но твоя ошибка в том, что я успел стать быстрее тебя. А значит, ты подставила себя под мой следующий удар, — меч Галлена шлёпнул её по спине. — Два — один. Будь у тебя острый клинок, то, конечно, победа была бы за тобой. Но если противник не один, подобное действие подобно самоубийству.       Они снова разошлись и заняли позиции лицом к лицу. Гайя поняла — ещё один пропущенный удар, и она проиграла.       «‎Я должна нанести ещё хотя бы один. Прежде, чем проиграю»‎.       — Твоя очередь атаковать. Хватит реагировать на нападение, действуй первая, — Галлен занял оборонительную позицию и ждал её действий.       Делать было нечего, и она пошла на сближение. Гайя решила, что в этот раз попытается взять очко хитростью. Шаг за шагом, расстояние между ними уменьшалось. Взмах клинком, Галлен выставляет меч для защиты от косого удара. Подаётся вперед, перенося точку опоры, но не получает ожидаемого удара. Гайя проваливается под его выставленную руку и врезается всем корпусом в бок учителя.       Галлен потерял равновесие, и они оба свалились на плац. Мгновение после удара о землю они не шевелились. Потом Гайя поняла, что у неё сбоку прижато чужое оружие, а собственный деревянный меч упирается в землю прямо рядом с левой рукой Галлена. Его рубаха на предплечье порвана, а рука оцарапана.       — Три — два. Я победил, но должен признать, что ты меня удивила. Ты очень находчиво выбрала момент и угол удара. Тебе удалось сбить меня с ног, несмотря на то, что я гораздо крупнее тебя. Однако, ты не учла один момент: падая на меня сверху, ты даёшь мне преимущество в маневрировании руками в воздухе. В то же время ты рефлекторно выставила руки, чтобы защититься от удара о землю. Это естественная реакция человека. Я не знаю, каково твоё прошлое, но то, как ты сражаешься и как реагирует твоё тело, позволяет мне предположить, что у тебя не было большого количества серьёзных драк, в которых твоей жизни что-то угрожало.       — Почему?       — Исходя из моих наблюдений, у тебя отсутствует мышечная память, которая вырабатывается у опытных бойцов.       — Галлен! Ты можешь прямо сказать?       — Понимаешь, Асса, когда ты падаешь, ты пытаешься сгруппироваться, чтобы смягчить удар о землю. А человек, который участвовал во множестве боёв, при падении инстинктивно выбирает одну из двух стратегий: он либо постарается быстро отдалиться от соперника, либо попытается увлечь его за собой на землю, чтобы нанести удар. И всё это происходит быстрее, чем человек успевает подумать.       Гайя уже понимала в чём её ошибка, но продолжила молча слушать Галлена.       — Ты привыкла, что после падения тебе дадут время подняться, отдышаться. Но в реальном бою тебе никто не даст этого сделать. Тебя убьют.       — Получается, я не прошла экзамен... — разочарованно выдохнула Гайя.       — Почему ты так думаешь? Я не говорил, что тебе нужно меня победить. Я восхищён тем, как быстро ты схватываешь, но тебе ещё предстоит долгий путь. Я держу меч в руках с десяти лет. Я служил в армии и был наёмником. У меня просто больше опыта. Мой клинок — это продолжение моей руки, он стал частью меня. Ты же только учишься. И я продолжу тебя учить.       — Я теперь могу носить меч? — Гайя не смогла удержать голос в узде. В нём звучала явная радость.       — Получается, что да. Барон дал разрешение. Тебе теперь позволят носить мужской костюм вместо платья служанки.       — Ну да, в юбке особенно мечом не помашешь.       — Надеюсь, в ближайшее время не придётся. Мало уметь хорошо фехтовать. Ты должна осознавать, что у тебя в руках настоящее оружие, которым можно убить и быть убитой. Ты должна быть к этому готова.       — Я понимаю.       — Головой — да. Вопрос в том, сможешь ли ты не дрогнуть. Ответ на этот вопрос будет дан в тот момент, когда ты отберёшь жизнь или потеряешь свою.       Гайя нервно сглотнула. Она как-то между делом забыла, что Галлен, по сути, учит её убивать людей и защищаться от попыток убить её саму.       «‎Не забывай, где ты! Это не затянувшийся реконструкторский выезд! Тут опасность настоящая и смерть будет не понарошку!»‎ — мысленно обругала себя Гайя.       — Галл, ты прав. Я не могу представить, каково это — убить человека. Но я понимаю, что в реальном бою противник не будет вести честную игру и будет использовать любые средства. Поэтому с сегодняшнего дня я буду ещё усерднее стараться, чтобы твои советы стали для меня чем-то вроде инстинктов. Однажды я научусь не раздумывать о том, что делать дальше, а просто буду действовать.       — Ну, а я постараюсь вбить это тебе в голову. С этого момента мы будем с тобой драться больше, чаще и жёстче. Маг сейчас пойдет домой, а мы останемся с нашими ссадинами. Ты научишься подниматься через боль и изнеможение. Именно этот навык чаще всего спасает жизнь.       Гайя кивнула и потёрла ушибленное колено. Краем глаза она увидела, что колдун-лекарь, услышавший слова Галлена, подымается с места и собирается уходить.       «Видать, заплатили ему авансом...»       — Давай ещё разок. У нас есть ещё какое-то время до конца занятия. Следующий этап нашего обучения начинается прямо сейчас. — Галлен широко улыбнулся и занял оборонительную стойку. — Нападай!       Оставшиеся полчаса Галлен валял её по всему плацу как никогда раньше. После столь интенсивной тренировки у девушки всё тело болело как после самого первого урока с ним. И всё же, она была довольна.       Лесса была тоже довольна. Пока учитель был занят её служанкой, девушка филонила. Она побила манекен от силы минут пять, а потом всё оставшееся время наблюдала за схваткой Гайи и Галлена. Когда тренировка закончилась, она подошла к обессиленно упавшей на ящики Гайе и сказала:       — Ты серьезно теперь мой стражник?       — Да, я теперь служанка с ещё одной странностью.       — Никогда бы не подумала, что у меня будет служанка-воительница с южных земель. Эх... Лореллея бы от зависти лопнула, если бы я тебя ей представила.       — Это ваша знакомая из столицы?       — Подруга. Она внучка генерала Хиббана. Но я её уже пару лет не видела, она-то в столице, а я из-за непутевого отца прозибаю в глуши. Тут же никакой светской жизни.       — У вас здесь нет друзей? А как же те девушки, которые приходят к вам на чай? Вы вроде бы неплохо общаетесь.       — Миэрри и Фелла. Они хорошие, но с ними так скучно бывает. В столице люди куда образованнее и начитаннее. Не в упрёк местным девушкам, но это правда. Люди в столице больше знают о том, что происходит в мире, потому что новости туда доходят значительно быстрее, чем сюда. Тут же всё будто замерло. Ох, боюсь, что если даже начнётся война, в Маторги об этом узнают только через месяц.       — Может быть, вы ещё вернетесь в столицу. Зачем отчаиваться раньше времени. Всё обязательно наладится.       — Нет, не вернёмся. Отец боится.       Барон чего-то боится в столице. Эта новость ошарашила Гайю. А ещё она увидела в лице Лессы сомнение. Казалось, что девушка не может решить, рассказывать дальше или умолчать. Гайя решила её подтолкнуть в сторону продолжения рассказа.       — Может быть, поделитесь? Я обещаю, что никому не скажу ни слова. Вам явно надо выговориться.       Лесса выдохнула и уткнулась лицом в ладони.       — Ты права. Я слишком долго это держу в себе. Меня буквально распирает от того, что мне не с кем обсудить, — Лесса подняла взгляд на свою служанку. — Обращайся ко мне неформально. Я считаю тебя не просто служанкой. Асса, ты самая лучшая служанка, что у меня была. Ты хоть и неуклюжая, и не очень умелая в том, что касается твоей работы в качестве прислуги, ты много о чём забываешь и не очень внимательная, но ты единственная из всех работников особняка меня поддерживаешь. Ты не выдаешь меня Морелле и отцу, когда я творю что-то, чего мне делать не разрешают, а прикрываешь. Ты единственная, кто не относится ко мне как к капризной дворянке.       — Благодарю за доверие, леди Лесса.       — Просто Лесса. Хотя бы когда мы одни, — девушка взяла Гайю за локоть и повлекла за собой. — Пойдем, у меня есть одно тайное место в поместье. О нём никто не знает. Там нас не подслушают случайные зеваки.              Они дошли до особняка и, поднявшись на третий этаж, проследовали до его конца. Прошмыгнули в одну из неприметных служебных дверей. Там было две лестницы. По одной из них, той, что вела вниз, Гайя часто ходила, когда поднималась в покои Лессы. Вторая вела наверх и заканчивалась люком в потолке. Гайя всегда думала, что проход на чердак закрыт.       — Тут было заперто, пока я не сломала замок. Пришлось украсть у приходившего чинить крышу плотника пару инструментов.       — Как только никто не услышал, что ты тут замок сбиваешь? — удивленно спросила Гайя.       — Очень просто. Я это делала в грозу. Била по замку под каждый удар грома. Три часа провозилась. Меня Морелла найти не могла. Влетело мне сильно, но зато у меня теперь есть тайная комната!       Сняв большой сломанный замок, который теперь висел на крепежах только для вида, Лесса с трудом откинула крышку люка и забралась на чердак. Гайя незамедлительно последовала за ней, не забыв прикрыть за собой проход. Они немного прошлись по чердаку и остановились у стены, обитой деревянными панелями. Лесса ловко отодвинула одну из панелей и юркнула внутрь. Гайя за ней.       — Ого, а тут уютно, — тихо заметила Гайя.       Они оказались в небольшой импровизированной комнатке примерно два на два метра. Под ногами был какой-то гобелен и целая гора подушек. Почти всю стену напротив входа в убежище Лессы занимало мансардное окно.

Гайя сразу поняла, где они находятся. Это была внешняя сторона особняка. Из окна была видна аллея, ведущая к воротам, и дорога, которая тянулась к городу.

      — Да, я сама всё сюда принесла. Прихожу сюда, когда злюсь на Мореллу или отца.       Лесса приземлилась на гору подушек и пригласила Гайю сесть напротив. Гайя, последовав примеру девушки, тоже опустилась на пол. Она принялась ждать, когда Лесса начнёт рассказывать.       — Это было в прошлом году. Примерно за три месяца до того, как ты к нам пришла. К папе с визитом приехал дядя Ференц. Они с отцом весь вечер ругались в его кабинете, а я... Я подслушала. Сперва не специально, а потом просто не смогла себя заставить уйти. Я услышала, как дядя говорит как ему стыдно, что его старший брат спутался с какими-то канализационными крысами. Я полагаю, что крысами он назвал бандитов, что промышляют на чёрном рынке.       — Преступник? Он что-то сделал?       — Из того, что я услышала... Судя по всему, мой отец выступал посредником в какой-то сделке. Что-то связанное с контрабандой. Видимо, всё прошло плохо, и одна из сторон осталась на него зла. Теперь его хотят убить. А ещё они, оказывается, хотели похитить меня в отместку ему, но у них не вышло.       — Так вот почему он сбежал. Он хотел защитить тебя?       — Или себя. По их разговору я поняла, что отца могут даже лишить титула, если о его делах с бандитами станет известно.       — За простую контрабанду? — Гайя удивилась. В Стекке лишали дворянства только за преступления, наносившие вред государству.       — Значит, контрабанда была не простая. Что-то очень серьёзное.       — Твой отец оказался между молотом и наковальней. И бандиты на него зуб точат, и перед правительством нельзя раскрывать своих связей с подпольем. Но почему он решил так рисковать?       — Да кто его знает. Наверняка опять его алчность. Отец жаден до денег. Он очень много тратит и хочет ещё больше иметь. Он любит хвастаться. Любит редкости. По правде говоря, твой наём — это не совсем моя прихоть. Я лишь однажды при нём упомянула, что среди моих друзей появилась мода нанимать слуг южан, но он сразу решил, что он тоже наймёт.       — Почему он тогда не откупится от бандитов?       — Я думаю, он пытался, но не вышло. Мой отец хоть и жадный идиот, но не самоубийца. Им явно нужны не деньги, а что-то другое. Может, просто хотят отомстить. Вот так вот. Дядя же, перед тем как уехать, сказал отцу, что попытается уладить всё в столице, но ничего не обещает. Сказал быть осторожнее.       — И тебе не страшно одной в город сбегать?       — Страшно, но тоскливо мне ещё больше. Я не собираюсь сидеть и трястись, боясь, что меня похитят бандиты из столицы. Они, может, до этой дыры и не доберутся... Выжили отца из столицы и успокоились.       — Паршиво всё как-то выходит.       — Паршиво, когда человек — дурак, из-за ошибок которого страдают его родные. Не думаю, что дядюшке Ференцу нравится разгребать в столице всё то, что натворил отец. А ему приходится. Потому что это пятно позора ещё и на его репутацию может повлиять.       Больше никто ничего не говорил. Лесса хмуро смотрела в окно на собирающиеся на горизонте дождевые тучи, а Гайя переваривала обрушившуюся на неё информацию. Она, судя по всему, оказалась не в самой безопасной ситуации. Не напрямую, но, став телохранителем Лессы, вляпалась в какую-то криминальную историю. Она может оказаться в опасности.       «Да что ж такое-то... Почему со мной опять происходит какое-то дерьмо в тот момент, когда я думаю, что всё наладилось?»