Вереск цветет

Северус еще раз оглядел подвал. Сборы были короткими. Рози упаковала вещи Гарри и Гермионы, а Северус, никому не доверяя, - лабораторию. Не то чтобы зельевар отличался особым зловредным характером, но память имел хорошую, а чувство юмора - своеобразное. Поэтому временным маггловским опекунам своего мальчика он оставил сюрприз: не бог весть что, но, на его непритязательный вкус, то, что надо. За все в жизни надо платить, вот пусть и заплатят, хотя бы за услуги Рози. Она в образе малыша с утра до вечера трудилась на них, да и травмы, полученные ребенком в те моменты, пусть и недолгие, пока мальчик был с ними. «Так что счастливо оставаться, дорогие Дурсли!» Он прошел в бывшую свою спальню, а теперь детскую. Девочка тут же бросила кубики, из которых они с Гарри что-то строили, и спряталась за спину мальчишки. Сжалась и застыла. «Слишком мало прошло времени. Надеюсь, мы сможем как-то помочь ребенку», - с горечью подумал зельевар, но вслух сказал: - Дети, мы переезжаем. Гермиона, не бойся, тебя никто не обидит. Мы пойдем туда, где нас никто не найдет. И у нас будет свой дом, и свой сад, и... - А Ульха мы возьмем? – спросил-то Гарри, но ответа явно ждала девчонка, уставив на Северуса огромные светло-карие глазищи. За те несколько дней, что малышка прожила в их подвале, она сильно привязалась к хвостатому недоразумению по имени Ульх, и книззл тоже проникся к ребенку теплыми чувствами. - Хотел бы я посмотреть на того, кто решился бы его здесь оставить. Он еще с утра приволок корзинку от мисс Фигг, и теперь в образе кота сидит в ней и ждет, когда кто-нибудь соизволит доставить его к новому месту жительства. Он не подумал спрашивать, возьмут его или нет. Он такие вещи решает сам! – ответил зельевар, с удовольствием отмечая легкую улыбку на лице Гермионы. - Ну, вот, а ты боялась,- затараторил Гарри. -Я же говорил тебе, что мой Северус самый добрый! - Так, дети, идите ко мне. Гарри, потянув за собой подружку, подошел ближе. Девочка, еле переставляя ноги, прошла несколько шагов и остановилась в испуге полубоком к мужчине, и видно было что она в любой момент готова сбежать. Северус Снейп мысленно скривился, но не подал вида, опустился на корточки перед детьми, не пытаясь даже потянуться в их сторону. - Гермиона, послушай меня внимательно. Нам нужно переместиться волшебным способом. Для этого мне необходимо взять тебя на руки. Я не хочу тебя заставлять, но по-другому никак не получится, на такси туда не доедешь. Гермиона отчаянно замотала головой, и на ее личике появились слезы. - А с котом? Ты возьмешь его, а я тебя, так пойдет? Ребенок нахмурил бровки, мучительно размышляя, и несмело кивнул. - Ульх, тащи сюда свой пушистый… хвост, а корзинку оставь, я, знаешь ли, зельевар, а не грузчик. Твое спальное место доставят гоблины. Так, с грехом пополам, Северус с притихшими детьми и книзлом оказался около высоких кованых ворот своего родового поместья, где раньше ему не доводилось бывать. Может, кровные ритуалы, проведенные в Гринготтсе, а может, и правда, это место было таким… каким-то особенным, но зельевар почувствовал себя здесь как дома с первой минуты. Даже несмотря на то, что приметы запустения заметны были повсюду, а может быть, именно благодаря им. Поместье было огромно. Дом, сложенный еще во времена оны, заросший по самую макушку плющом, большой запущенный парк, переходящий в лес, луга и поля, и даже небольшой вассальный поселок. Там живут две древние старушки, а больше никого. Когда-то здесь бурлила жизнь, жили люди, растили скот, выращивали хлеб, но старый лорд поместьем не интересовался и вассалов отпускал целыми семьями, и постепенно оно, когда-то процветавшее, запустело. «А как бы сложилась моя жизнь, если бы мое детство проходило тут?» - подумал новый владелец и господин этого поместья. - «Хотя зачем ворошить прошлое? Спасибо предкам за такой подарок. Я постараюсь быть хорошим владельцем». Мысли зельевара прервал взволнованный голосок Гарри: - Мы здесь будем жить? И нам можно будет гулять? И бегать и прыгать? - И орать по весне? – вставил свои пять кнатов Ульх. - Не думаю, что смогу позволить тебе орать, как мартовскому коту, Ульх, а в остальном… конечно. Именно здесь вы будете гулять и бегать, - сказал Северус, но потом, будто опомнившись, добавил: - под присмотром. Они подошли к дому. Массивная дверь со скрипом открылась, и на крыльцо вышел, а вернее, выполз древний, как египетские пирамиды, домовик. Он рыдал, как дитя, и из-за слез понять, что он хотел сказать новым хозяевам, не было никакой возможности. С легким хлопком прибыла Рози, и местный домовик, до этого что-то бормотавший, вдруг вскинулся и завопил: - Чужачка! Чужачка, лови ее! Рози сжалась и приготовилась к нападению, не собираясь сопротивляться. На стареньком личике отразилось смирение и готовность принять свою судьбу. - Так, я не понял. Рози, что происходит? - Я чужая, я не имею права на магию благороднейшего дома! - С этим можно что-нибудь сделать? – спросил Северус. Из массы проблем, маячивших на горизонте, эта показалась ему самой неожиданной и нелепой. Ему ответил Эльдортх, появившийся вместе с небольшой группой гоблинов, перетаскивающих вещи: - Можно принять ее в ряды «едящих» рода Принц. - Я не предам хозяина Гарри, - воскликнула Рози, заламывая руки. - Рози, но ты же останешься со своим хозяином, разве нет? - у Северуса от нелепости ситуации начинала болеть голова. - Человеческая логика не работает в данном случае, милорд, - ответил Эльдортх. – У домовых эльфов очень строгий устав, а иначе они просто сходят с ума. Можно, конечно, оставить все как есть, и Рози протянет какое-то время, но недолгое, а еще… можно объединить рода. - Ну, конечно, я с удовольствием усыновлю Гарри, - облегченно ответил зельевар. Гоблин поцокал языком: - Нет, ваше сиятельство, магия не допустит этого: пусть и формально, но он единственный наследник Поттеров. Последний в роду. Ритуал не пройдет, уж поверьте мне. - Не прогоняйте Рози! – встрял в разговор Гарри. – Не прогоняйте, давайте вернемся в подвал. Я не хочу без нее тут жить, с этим… - мальчик кивнул на местного домовика. В зеленых глазах стали собираться слезы, готовые вот-вот прорваться неудержимым ревом. - Так о каком объединении вы говорили, владыка, - Северус окончательно растерялся. - О браке, милорд, о договорном браке. Вы растите своего мужа до совершеннолетия, а дальше - или консумируете брак… или не консумируете, в зависимости от обстоятельств. Гарри мало что понял из разговора, но уяснил, что выход для Рози нашелся, и загундел: - Я хочу брак, я согласен. И Рози согласна, правда, Рози? Домовуха замотала головой. - Он согласен, вы подумайте! – простонал зельевар, без сил опускаясь на ближайший ящик. – Ну, может ли хоть что-нибудь, связанное с этим ребенком, быть простым и понятным? - Очевидно, что нет, ваше сиятельство!