Вереск цветет

(отбечено) Яду для грудастой девицы, превращенной в шпиона корпорации Ад, Тому пришлось-таки дать. Он, конечно, ворчал и возмущался, бухтел, что он, мол, не корова, чтобы его доили все кому не лень, да еще в такую рань, но подставленную плошку кусал исправно, наблюдая, как по стенкам стекает желтоватый прозрачный яд. - Эх, будь такое в прошлой жизни – я бы озолотился. А теперь работаю бесплатно. Северус, кстати, ты в курсе, сколько стоит унция моего яда? Зельевар улыбнулся краешками губ, но промолчал. И если честно, то ему все больше и больше нравился неунывающий василиск с его вечным ворчанием и язвительными замечаниями. Это были новые черты в темном лорде, те, которые выявились бы в нем, если кое-кто не решил, что полукровный сирота вполне годится на роль жупела для магического мира. Ему повезло гораздо меньше, чем Гарри, но теперь он тоже является членом семьи, так что не дело вспоминать о прошлом. А может, и в появлении таких персонажей, как братья Дамблдоры, тоже есть какой-то смысл? Ведь если природа возложила на магических существ миссию по охране земли, то какой смысл в жизни части человечества, одаренного сверх всякой меры, но ни делающей совершенно ничего? Получается, люди-маги и не нужны земле? Или нужны, но пока не знают об этом? Вопросы… вопросы… на которые нет пока ответов. «Похоже, не моего ума это дело!» - заключил Северус. «Я буду просто жить и делать то, что считаю нужным. У меня есть дети, которые должны вырасти, у меня есть семья, которая во мне нуждается, а об остальном пусть пекутся те, кому это по штату положено». -Надо полагать, что у тебя слезы феникса имеются в загашнике? – прозвучал язвительный вопрос в спину уходящего зельевара. - Безусловно, имеются, - без улыбки ответил Северус. – А теперь и яд василиска тоже. Я же зельевар, а не деревенский костоправ. - Я понял, это твой ответ на мое замечание, что я темный Лорд, а не безродный змееныш, да? Вот уж никогда не думал, что ты, Северус, такой злопамятный. - А разве я давал вам повод думать по-другому? – хмыкнул Северус. - Да кто вас знает, я раньше к своим последователям не слишком присматривался – некогда было, а теперь я понимаю, что если бы я дал себе труд просто быть внимательным, то, может, и не пришлось бы на пузе ползать. Этот занимательный разговор прервала Рози. Она испуганно посмотрела на зельевара и пропищала: - Хозяин, там, у ворот… люди, просят встречи с вами. - Что, совсем незнакомые? - Нет, хозяин, незнакомые и… странные: взрослый мужчина и девочка. - Хорошо. Только разбуди, пожалуйста, Люциуса, пусть тоже глянет на незваных гостей, - сказал Северус и стал одеваться. - Не забудь и меня взять, - хоть и приказным тоном, но все-таки попросил Том. У ворот с чемоданами и узлами стояли два человека. Как и доложила Рози, довольно моложавый мужчина, небритый и неряшливо одетый в немыслимо-васильковое пальто, и десятилетняя девочка с лицом ангела и распущенными кудрявыми золотыми волосами, ее ладошки были спрятаны в дырявые варежки. Эта пигалица, как только в утренней темноте увидела Северуса, присела в смешном реверансе и пропищала срывающимся голосом: - Сэр Альфедр? Доброе утро, братец! И вам доброго утра, сэр, - на полном серьезе поздоровалась она с карманом Северуса и снова сделала реверансик. Надо ли говорить, что именно в этом кармане сидел пригревшийся Том, наивно считавший, что он пребывает в засаде. - Разрешите представиться: Ксенофилиус Лавгуд, эсквайр, издатель «Придиры». Привез вам это дитя по ее настоятельному требованию. Это моя дочь Луна Лавгуд. А вы неплохо спрятались, только… Луна вас нашла, она знала, где искать. Северус попытался скрыть удивление за любезной улыбкой и открыл уже рот для очередного вопроса, но это «дитя» мило улыбнулось и сказало с нетерпением: - Вы пригласите нас в дом, мне срочно надо увидеть сидхе, мой папочка настаивал, что это надо сделать как можно быстрее! Я и сейчас кое-что вижу, но после встречи с юным сидхе мой дар раскроется полнее, и я буду вам полезна. И мы с папой замерзли. Я не знала точно, где вас искать. Во время этой странной речи ребенка, мистер Лавгуд сладко улыбался, но никакого сомнения на лице у него не было: он верил каждому слову своей дочурки, не исключая информацию о том, что у нее имеется еще один отец. «Кажется, нашего полку прибыло», - в замешательстве подумал зельевар. - А вот и еще один братец, - засветилось счастьем лицо странной девочки при виде приближающего к воротам Люциуса. Тот подошел к гостям и ничего не сказал. И Северус решился: - Милости просим… в наш дом. - Прошу прощения, но меня ждут дела, - затараторил мистер Лавгуд. – Редакционное задание… экспедиция… неотложная, - и, пробормотав все это, с места аппарировал. - Я не понял, он что… просто оставил нам дочь… и все? – удивился Люциус. - Папа - ученый, - с недетской горечью сказала девочка-ангелок по имени Луна. - А я ему всегда мешала. Я надеюсь, он, наконец, найдет своих морщерогих кизляков. - Ну что ж, юная леди, я думаю, что вам у нас понравится, - церемонно поклонился малышке Северус. Он взял ее за руку и повел по аллее к гостеприимно сияющему окнами в глубине сада дому. А за Люциусом по воздуху потянулись скромные пожитки ребенка. - Одно я знаю точно: эта девчонка не может быть ребенком Локки – слишком хорошенькая, - прошипел не менее других ошарашенный василиск. – А папаш таких я бы… - договорить он не смог. Северус недрогнувшей рукой скинул его вглубь кармана. Над поместьем лениво и неспешно занимался Йольский рассвет. Праздники начинались. **** Луна и правда оказалась дочерью Бальдра. И у нее был мощный провидческий дар, а еще она вызывала сильные чувства у всех окружающих, причем не всегда положительные, как покажет ближайшее будущее, но сейчас Луна ходила хвостиком за Гарри, смотрела на всех ясными восхищенными глазенками и с восторгом принимала участие во всех ритуалах. В День Матери она впервые смогла увидеть свою маму. Девочка плакала, что было немудрено: ребенок впервые почувствовал полноценную материнскую любовь. Вот так, с улыбкой сквозь слезы, она и вошла в эту семью, заняв свое место в доме и в сердцах его обитателей. Ранним утром Дня мертвых во дворе собрались вампиры с просьбой к главе рода отпустить их земную богиню – Гермиону - с ними на ритуал в Запретный лес. - Северус, ну пожалуйста, - попросила Гермиона, и ее глаза азартно заблестели в предвкушении. - Но… - опешил зельевар. - С василиском лунная богиня будет в безопасности, - серьезно заявила Луна и спряталась за спину Гарри. - Я что, похож на гувернантку для сопливых девчонок? - делано возмутился Том. На самом деле, помня о прошлогодних событиях, он и сам хотел бы побывать с вампирами у их капища. «Даст Мерлин, удастся еще поохотиться на паучков», - мечтательно зажмурился Том. - Ну, хорошо, - нехотя согласился Северус. – Но только на время ритуала. Никаких посиделок у костра. Том, забирайся к Гермионе в карман. Ты собственной шкурой отвечаешь за ее безопасность. - Северус! Ты самый лучший, - совсем по-девчоночьи взвизгнула Гермиона, но через мгновение одернула себя, чинно кивнула своему народу и вместе с ними проследовала к воротам поместья. - Похоже, мои хорошие, сегодня мы остались вчетвером, - задумчиво сказал зельевар, притягивая Гарри и Луну к себе. Пойдемте к мисс Бегшот. Она обещала нас угостить перед вечерними ритуалами каким-то удивительным пудингом по рецепту ее бабушки. Не будем разочаровывать нашу милую мисс. Даже если у нее не все получится, я могу рассчитывать, что молодые люди не покажут вида, что не очень вкусно? – спросил он. - Батильда - прекрасный человек и большой ученый, но кулинария не входит в число ее талантов… Они зашли в дом, где горело в камине йольское полено, мерцали праздничные огни. Наступала Ночь мертвых.