Эпидемия

      Аня мало что видела перед своими глазами. Разве только широкую спину Нормана! И слышала заражённых людей. Они сновали где-то там, позади; одни преследовали по пятам! Другие метались вокруг брошенного позади санатория. Ридус неплохо отстреливал кровососов, так он мысленно из прозвал. Время от времени подталкивал Аню вперед, заводил себе за спину, и, прицеливаясь, убивал преследователей. Он пытался защититься. И спасти их обоих от неминуемой гибели. Пробирался вперёд, скрипя зубами, сквозь сугробы и внезапно разразившуюся метель, напропалую. И столько отчаяния сквозило в неустанных, бесконечных попытках выбраться из, казалось бы, невозможной западни!.. Аня не отставала. Неслась вперёд, по следам, протоптанным то ли парнями, то ли заражёнными!.. И не было конца и края этому бегству, точно как и темной ночи! Снег забивался за шиворот, застилал глаза; колючий и мокрый!.. Это бегство напоминало чертов марафон, где, в случае проигрыша, на кону стояла собственная жизнь!       Норман, запыхавшись, тащил на плечах тяжелый рюкзак. Двигался по направлению к хижине, постоянно осматривался, и точно знал — заражённых много. Слишком много! Конечно же, им повезло выбраться живыми, почти незаметно, без потерь, спуститься вниз по запасной лестнице и рвануть в обход воротам. Но там, посреди страшного ночного леса, очутившись едва не в западне, он, скрипя зубами, теперь не знал, что и делать! Впереди, за пеленой непроглядной пелены, валившейся с неба, и тут, и там, проскальзывали кровожадные твари. Ультрафиолетовых ламп с собой не было! Солнца —тоже! Только автомат и патроны! Да ещё и Аня впридачу.       Они выбились из сил, не пробежав и мили!.. До сторожки было слишком далеко. И возвращаться оказалось поздно. Кто знает, возможно, лучше было забиться в ванной комнате и переждать? Дождаться утра, а потом рвануть восвояси?.. Но дело сделано. Чего жалеть, раз уж, вдруг, оказались в этой непролазной заднице?! — Здесь не пройти! — пропыхтел Ридус, обернувшись и спрятавшись за размашистой елью. — Твари реагируют на звук и тепло человеческого тела. Нам ни за что не пробраться к сторожке живыми. — Что же делать?.. — растерянно выпалила девушка, встревоженно оглядываясь. — Стоять мы здесь тоже не можем! Рано или поздно снег запорошит и нас! — Есть одна идея, но тебе придётся подождать тут.       Норман облизал обветренные губы и, почувствовав капельки крови на кончике языка, поморщился. — Нет! — Аня отрицательно мотнула головой. — Прошу, не уходи. Я одна не выживу! Лучше было бы сдохнуть в здании, нежели стоять здесь, на виду, в ожидании расправы! — Джинджер, у подъездной дорожки есть снегоходы. Заметил давно, когда мы только подходили к санаторию. Думаю, если повезёт, сможем выбраться живыми!       Он опустил тяжёлые ладони на хрупкие женские плечи. — Я пойду с тобой!.. — Так выйдет дольше! — Ридус внимательно заглянул в перепуганные глаза, вкрадчиво добавив: — Теперь, когда нас осталось двое, ты должна доверять мне. Мы оба должны. Иначе сдохнем. — Но… — Стреляй, если потребуется. И не высовывайся.       Затащив Аню под низкорослую ель, Норман вручил пистолет и, сбросив поблизости свой тяжелый рюкзак, выскользнул наружу. Девушка и оглянуться не успела, как его и след простыл! Остались лишь глубокие отпечатки на снегу.       «О, нет», — только и подумала она, перепуганно озираясь.       Этого Аня и опасалась! Остаться в одиночестве посреди холодного леса, в метель, да ещё и окружённая то ли людьми, то ли монстрами!.. Норман убежал так быстро, будто бы его и не было! А вокруг опустилась темнота, пронзённая шорохами и беготней заражённых. Прикрыв глаза и прижав дрожащими пальцами пистолет к груди, девушка принялась считать минуты, про себя, беззвучно, так, чтобы отделаться от страшных мыслей. Но получалось плохо. Норман пропал! Он вполне мог бросить ее. Усесться на снегоход и убраться восвояси.       Мог. И, наверное, будь у него достаточно мозгов, так бы и сделал. Но, нет, Ридус не собирался оставлять Джинджер. Хотя бы потому, что в одиночку было не выбраться, не выжить. Он это понимал, поэтому, без опаски, и оставил Аню там, в тени ели. Без балласта передвигаться было проще. А увяжись девчонка следом?.. Да их бы точно сожрали к чертовой матери! Лучше одному все сделать. По быстрому. Ну, или, хотя бы, постараться!       Вернувшись к санаторию по своим следам, едва припорошенным снегом, Норман порадовался, что зараженные, хоть и казались быстрее и куда проворнее здоровых людей, но не отличались шибким интеллектом. Казалось, жажда крови и неконтролируемая злость, затмили собой все остальные чувства, притупили и разум. Швырнув подальше несколько комков снега, Ридус без особого труда привлёк внимание одного из «кровопийц», а остальные, поддавшись волне, бросились следом, в противоположную сторону, прямиком к зданию; позволили Норману подобраться к брошенным снегоходам. Наспех стащив перчатки и сунув в карман, он быстро проверил бак: бензина не много, но оторваться хватит. Хотя бы на пару десятков миль — точно! Какая хорошая новость!       Смахнув мокрые пряди с лица и неряшливо сунув под шапку, Ридус запрыгнул верхом на один из двух снегоходов, — выбирал наугад, особо не копошась в движке, — и, выдернув сразу несколько проводков, попытался завести мотор. Ключей, конечно же, у него не было! Вот же напасть! Тихонько выругавшись и расслышав тварей поблизости, Норман склонился над небольшой коробочкой чуть ниже руля. Оттянул два длинных провода, хотел было подумать, но времени не осталось! Совсем! Уловив движение краем глаза, Норману пришлось стрелять!.. Заражённый мужчина появился прямо из сугроба: весь в снегу и перепачканный в крови, он кинулся вперёд, но не успел вытянуть свои загребущие пальцы. Ридус выпустил ему мозги. Сделал это не задумываясь, а следом, догадавшись: сейчас прибегут и остальные, на радость, верно сдвинул провода! Моторчик затарахтел. Твою же мать! Наверное, в ту самую секунду, этот звук показался ему самым долгожданным на свете!       Прежде Норман катался на таких. Пару раз, от силы. Однако понадеялся, что принцип тот же! На байках же он летал, чего сложного в обычном снегоходе? — Вперёд!       Надавив на рычаг газа, Ридус плавно вывел снегоход за ворота и, включив фары, поморщился, заметив не только собственные следы на снегу, но и кровососов! Они слетелись на искусственный свет, как насекомые на лампу тёплым летним вечером! Сначала четверо, а потом и целая дюжина! Делать было нечего. Пришлось прорываться. И надеяться, что Джинджер вняла его словам и осталась на месте.       Хотя же, да, куда бы она делась там, одна, в лесу?!       Никуда!       Аня боялась и пошевельнутся! Так и простояла, почти закоченев. Вся в снегу, прижав ладошки к тёплой куртке. Пальчики дрожали, но крепко держали оружие, а вот ноги предательски подкашивались! Никогда, даже прячась в Эрмитаже, ей ещё не было так страшно! Никогда!       Различив вдалеке первые проблески фар, девушка сначала глазам не поверила! Неужели получилось?.. Неужели Норман, и правда, сдержал своё слово и вернулся? Интересно, почему она предвзято отнеслась к его словам?.. Подхватив тяжелённый рюкзак и забросив себе за спину, Аня с большим трудом, проваливаясь по пояс в сугробы, выбралась из ненадёжного укрытия и, различив снегоход, махнула рукой, тотчас же прикрыв глаза от слепящего света, мигом ударившего в глаза. — Сюда! — закричал Ридус, зажав рычаг тормоза. — Бегом, запрыгивай, мразей слишком много! — Не могу! Твой рюкзак неподъёмный! — пропыхтела Аня, кое-как усевшись позади и обхватив мужчину за пояс. — Можешь бросить, если не нужна еда! — Поехали! Плевать! — закричала девушка, пнув в рожу одного из подоспевших заражённых. — Я удержусь! — Руки! — крикнул Ридус, и снегоход сорвался с места; мелкие крупинки колкого снега ударили в лицо даже несмотря на высокое защитное стекло! — Сунь руки мне в карманы! Не натягивай куртку! Вести неудобно! — Ладно!       По правде говоря, Ане уже было все равно. Главное, Норман вернулся. Сдержал слово! Ни то, что она в своё время, бросив их на произвол судьбы и ринувшись на вокзал! Хотя, кто знает, вернулся бы он, если бы Метт и Эмма остались живы?.. Наверное, тогда, в ней уже не было нужды?.. А теперь, когда они остались одни, вдвоём, против всего мира, у Ридуса просто не подвернулось выбора! Прав он оказался — в одиночку не выжить. Разве, что спастись и сойти с ума, прячась по углам и страшась всякого шороха!       Так вышло, что теперь они остались вдвоём. И, правильно сказал Норман: могли рассчитывать только друг на друга. Что бы ни было прежде, придётся выживать сообща. Мириться с его обществом! — Держишься? — выкрикнул Ридус, резко вильнув в сторону.       Впереди показались зараженные. Пришлось мигом сгруппироваться и, сориентировавшись, поменять направление. Аня вскрикнула, потеряв опору под ногами и различив изуродованное лицо в опасной близости от себя. Но, благо, удержалась. Стиснула в кулаке подкладку мужской куртки, а другой рукой все-таки обхватила его за пояс; наплевав на все просьбы, прижалась как можно теснее, только бы не свалиться! Только бы не упасть! Не застрять в сугробе с поклажей на плечах!       Норман водил резко! Снегоход лихо заносило на поворотах. Метель обратилась в буран! Снег, деревья и твари под ногами! Все это мешало! Так, или иначе, восставало на пути, и приходилось изворачиваться. Несколько раз Ридус едва не влетел, сначала в заражённого, а затем и в сосны! Деревья росли слишком близко, а тварей становилось все больше! Привлечённые громким мотором и светом фар, они неслись следом, пока, наконец, немного не отстали. Обернувшись, Аня выдохнула с облегчением. За ними не было хвоста. — Чисто?! — крикнула она, почувствовав, что и они тормозят. — В чем дело?! — Наша тачка! — ответил Норман, сбавив скорость и затормозив у приоткрытого багажника старой «Волги». — Мы оставили ещё один рюкзак, тот, что ты собирала. Надо прихватить. — Мне не утащить ещё один!       Девушка нехотя отпрянула от тёплой спины, боязливо оглянулась и, сглотнув, позволила мужчине спрыгнуть прямо в снег.       Намело за неделю по самый пояс! Автомобиль оказался запорошен снегом больше, чем на половину! Хорошо, что хоть багажник закрыть они не успели! И рюкзак никто не стащил! — Закрепим тут! — Норман подтащил мешок поближе и, бросив позади девушки, добавил: — Придётся подвинуться! — Тогда и тебе тоже! — Ага!       Наспех обернув рюкзак веревкой, обнаруженной в багажнике, Ридус попытался затянуть узлы покрепче. — Ещё придется подержать! — Тогда меня потянет вниз! — возразила Аня, и, заметив появившихся вдалеке заражённых, встрепенулась, поторопив: — Скорее, они близко! — Спокойно, Джинджер, все под контролем! — Да неужели?! Что-то мне так не кажется! У тебя хоть план есть? Можем вернуться в сторожку? — Дохлая идея, — запрыгнув на снегоход и отряхнув ноги, подметил Норман, — тварей там ещё больше. Поедем дальше. Далеко от сюда! Пока не выберемся на шоссе. — А дальше что?       Аня, одной рукой схватившись за верёвку позади, а другой снова обхватив мужчину за пояс, поёжилась, почувствовав, как снег забился за шиворот. Ужасное ощущение! Дрогнув и чудом удержавшись, когда снегоход рванул с места, она сначала убедилась в том, что за ними нет явной погони, и только следом, немного успокоившись, ослабила хватку, зажмурившись. — О том, что будет дальше, подумаем потом! — выкрикнул Норман, наклонившись и внимательно всматриваясь вдаль, опасаясь, как бы не влететь в дерево или в заблудшего кровососа. — Держи поклажу, и больше ни о чем не думай!

***

      Они мчались на предельной скорости. С того самого момента, как оказались на просеке, ничего не мешало. Заражённых не было, деревьев тоже. Только непроходимый лес по обе стороны. Норман выжимал движок по полной. Вёл снегоход по прямой, куда глаза глядят. Особо не заботился о направлении. Считал, что главное убраться восвояси. Уехать побыстрее, как можно дальше, в какую-нибудь несусветную глушь, и затаиться. Хотя бы на первое время. Еды и питья в рюкзаках предостаточно. Он даже раздобыл бутылку водки и вина, запрятал поглубже, между пищей и запасной одеждой, чтобы ненароком не разбилось. Оставалось лишь отыскать укрытие.       И только.       Как жаль, что Аня не разделяла этого энтузиазма. Она боялась. Жмурилась, из последних сил удерживая верёвку позади и, обнимая Нормана за пояс, отчаянно цеплялась пальцами в его куртку, несмотря на возражения, боялась отпустить и свалиться; провалиться в сугроб и расшибиться насмерть! Ну, или остаться там и замёрзнуть. Рюкзак на плечах сильно тянул мышцы. Спина болела. А они все мчались вперёд. И снег застилал глаза. И руки мёрзли. И тело ныло!.. А ещё, было очень страшно.       Очень!              Неизвестность пугала похлеще навязчивого страха быть сожранным! Куда они могли податься?.. Аня думала об этом. На протяжении всего пути. Держалась за Ридуса и, жмурясь от, казалось, бесконечного снегопада, мысленно надеялась на чудо. Но бензин неминуемо заканчивался. Норман видел по датчику уровня топлива — дело плохо! Они ехали всего минут тридцать от силы, но унеслись, по меньшей мере, на сто миль от санатория. И то хорошо, что убрались подальше. — Почему остановились? — встревоженно спросила Аня, выглянув из-за мужской спины, но руку так и не отдёрнула. — В чем дело? — Топлива нет, — ответил Норман, повернувшись и натянув капюшон на дурацкую разноцветную шапку. — Как это — нет? — переспросила девушка, уставившись на него широко раскрытыми глазами.       Казалось, снег только разошёлся. Всего за каких-то несколько минут, что они не двигались с места, тоненький белёсый слой уже накрыл рукава и плечи! Заметив это, Ридус поморщился, с трудом слез с сидения и, провалившись по самый пояс, громко выругался. — Здесь не пройти, дай-ка руку, Джинджер! — Погоди, что с бензином?! Совсем нет? — Есть на милю, не больше. Надо съехать пониже, там, среди деревьев не так сильно замело. Я думаю. — Ты думаешь? Серьезно?! — в панике оглянувшись и осознав, вокруг лишь лес и непролазные сугробы, Аня почувствовала, как в безысходности затряслись руки. — О, черт! Ветер усиливается. Да нас заметёт к утру! — Хей, Джинджер! — громко позвал Норман, схватив за руку и, с большим трудом, но все же выбравшись и вскочив обратно на сидение. — Я здесь не сдохну. Ты со мной, соотвественно, что и ты — тоже. Лучше смотри в оба и держи поклажу. Уверен, мы найдём выход. — Откуда тебе знать?..       Аня шмыгнула носом, почувствовав, что замерзает. — Ниоткуда. Я понятия не имею, но, блять, Аня, посреди сугробов мы не умрем. Нет уж. Держись крепче.       Какая радость, что он не падал духом! Ведь, кто-то же должен?.. Девчонкам было свойственно паниковать раньше времени. Но только не ему. Ну уж нет! Да Норман скорее сдохнет от голода и жажды, как-нибудь потом, может, через месяц или полгода, но, что уж точно, выберется из снежной западни. Не останется в сугробе! Не замёрзнет насмерть, едва лишь избежав кровавой гибели!       Медленно надавив на рычаг газа, Ридус съехал вниз, к деревьям. Дрожащая стрелка замерцала на цифре «2». Замечательно. Пусть, они поедут как черепахи, зато потратят немного меньше топлива, и осмотрятся вокруг. Выключать фары он не стал. Лишь немного приглушил яркость. В темноте и так все было видно. Если где-то неподалёку есть избушка или сарай, они заметят издалека. — Смотри в оба! — велел Норман, тоже присматриваясь. — Сгодится даже низенькая ель с пышными ветвями! Нужно переждать бурю! Утром, когда рассветет, оценим обстановку и решим, что делать. — На улице холодает, оставаться нельзя!       Аня дрогнула плечами, в отчаянии вглядываясь в темноту. Ни души вокруг! Только ветер воет среди голых деревьев и кустов, поднимает снег, разносит по округе, омывает лица!.. Ох уж этот навязчивый страх! Она так боялась, что уже и представить не могла, как прошлой ночью нежилась в тёплой постели!       Зря они ушли. Надо было дождаться утра! Спрятались бы уж как-нибудь, наверное! Точно. Ключевое слово: «наверное». Никто не знал, чтобы приключилось, забаррикадируйся они в ванной! Может, зараженные, уже бы их сожрали?.. — Ничего, — обречённо протянула Аня, когда снегоход вынужденно замер.       Бензин закончился. — Не слезай, я первый!       Обломив длинный сук, торчавший неподалёку, Ридус сперва предусмотрительно проверил глубину: зажег фонарь на едва живом телефоне, — оставалось пять процентов, — сунул палку в сугроб и, убедившись, там можно пройти, уже самостоятельно спрыгнул с сидения. Ноги промокли. Права была Джинджер, на улице заметно холодало!.. — Давай сюда свой рюкзак, — рукой поманил Норман, справившись с первой покражей. — Дотащим вместе! — Куда уж тут!       Ухватившись сильными пальцами за лямку, он потянул вниз и, не встретив шибкого сопротивления, забросил за плечо и второй мешок.       «Сука!» — выругался мужчина, беззвучно выдохнув.       А следом, схватив автомат, огляделся. Ничего не видно. И блядски тяжело! Показалось, что ее рюкзак куда увесистее! Чего Джинджер туда набросала?! Проверять было некогда. Протянув Ане свой телефон и велев освещать путь, он медленно зашагал по сугробам.       Да, там было не так глубоко, как на просеке. Снег всего лишь доходил до бёдер. Подумаешь, проблема! Ага, как же! Идти, так или иначе, по целине, было практически невозможно! — Зато согреемся! — Ты во всем умудряешься найти положительную сторону? — поинтересовалась Аня, ступая прямо по его следам. — А как иначе, Джинджер? — Норман натянул шапку по самые брови, внимательно разглядывая снег впереди и местность под ногами. — Наверное, никак, — прошептала она, согласившись. — То-то же.       Они замолчали. И слышалось лишь тяжелое дыхание, да хруст снега под ногами; чувствовался холод. Пальцы на ногах сильно замёрзли. На руках — тоже. Аня, стиснув зубы, пыталась дышать чаще и глубже прямо через рот, ибо нос забился соплями. Но получалось плохо. За снежной непроглядной пеленой, бесконечно застилавшей глаза и неприятно царапавшей лицо, было ничего не разобрать.       И вскоре телефон сел.       У них ничего не осталось. Только темнота впереди и оружие в руках. Сугробы. Снег вокруг! Буря. Шквалистый ветер! Аня и десяти шагов не сделала, как замёрзла. Руки едва держали натянутые лямки рюкзака за плечами, а ноги не слушались. С большим трудом передвигаясь вперёд, прямо по следам Нормана, девушка буквально тонула в непроходимой метели! Это было невыносимо! Тяжело! Очень! Сбиваясь с ног, Аня глубоко дышала, боялась отстать, но никак не могла быстрее. Никак! — Давай, Джинджер! — заметив, как девушка, прикрыв лицо дрожащей ладошкой, застыла на месте, Ридус выругался и, вернувшись, схватил за локоть, уводя за собой. — Нельзя останавливаться! Мы должны двигаться! — Куда?! — в отчаянии воскликнула Аня. — Мы умрем здесь!.. — Блять, прекращай это, ясно?! — крикнул он, попытавшись переорать шумный ветер. — Не время! Идём! Там что-то есть, впереди!       Мужчина ткнул пальцем в непроглядную пелену. И Аня зажмурилась, попыталась разглядеть, но ничего не вышло! Либо он лгал, либо она напрочь лишилась зрения! — Там пусто! — Идём! — рявкнул Норман, насильно потащив девушку следом. И она, задыхаясь, едва не падая без сил, поплелась за ним. Дрожа от холода и страха, оборачиваясь на рёв ветра и шум елей над головой. Они двигались вслепую ещё минут десять, не меньше, прежде чем вдалеке, и правда, показались размытые очертания… — Дома?! — выкрикнула Аня, рванув вперёд, и, не рассчитав сил, свалилась в сугроб.       Угодила лицом в снег, но не смогла самостоятельно подняться. Руки провалились. О, если бы не Норман, она бы так и замёрзла там!.. — Вставай, Джинджер, ну же, — Ридус обхватил за талию и, стиснув зубы, оторвал девушку от снега, — вот так, молодец! — Норман, это дома!.. — Вижу! Нам повезло, но… Погоди! Там могут ждать твари! Надо быть осторожнее. — Ветер стихает, и мороз крепчает. — Вижу.       Убедившись в том, что она твёрдо стоит на ногах, Ридус стащил автомат с предохранителя и, ступив на более-менее расчищенную дорожку сразу за опушкой, сглотнул, разглядывая следы от шин. Они были припорошены снегом, но лишь наполовину. Должно быть, люди недавно покинули это место. Но почему?.. — Зараженные… — пролепетала Аня, расслышав до ужаса знакомые звуки. Они рёвом разнеслись по округе. Ознаменовали нашествие тварей… И девушка, всхлипнув, ненароком прижалась к Норману, схватив за руку. — Только не это… — Пошли!       Он вёл ее вперёд, решительно, не мешкая понапрасну. И Аня, безоговорочно перебирая ногами, бежала за ним. Постоянно оборачивалась, не в силах сдержать стон отчаяния, и слёзы, незамедлительно оросившие веки. Всякий раз, когда казалось — хуже некуда, случалось ещё большее дерьмо. Теперь осталось только умереть. Финал не за горами!       Миновав добрую дюжину домов, Ридус метнулся к одному из них. Неприглядная лачуга, и дверь нараспашку. По крайней мере, там точно не было тварей. Затащив девушку внутрь и захлопнув шаткую дверцу, он сбросил рюкзак на пол и огляделся. Промёрзший дом. Пол запорошен снегом. В углу старый диван и грязное одеяло с подушками, неподалёку печь и старый чулан, а рядом комод. То что нужно! — Помоги!       Аня бросилась к нему и, зажмурившись, что было сил, подтащила старую мебель ко двери, перекрыв заражённым путь. — Теперь отойди от окна, — тихо велел он, заметив мрачные тени. — Сейчас.       Прикрыв рваные занавески, Ридус, закусив губу, принялся потирать ладони, в ужасе прислушиваясь к душераздирающим звукам. Твари пришли следом, но не смогли найти. И вновь им несказанно повезло!.. Не известно, что бы приключилось, опоздай они хоть на мгновение. — Так… — едва слышно опомнился Норман, заметив, как Аня дрожит и едва держится на ногах. — Джинджер, к черту, нам нужно продержаться до утра. — Что?..       Заметив, как он вытащил два расписных Павлопосадских платка и небрежно расстелил на грязных подушках, девушка покачнулась, но, вовремя опершись о прикроватную тумбу, устояла на ногах. — Сейчас.       Ридус расстегнул куртку и, дрогнув, опустился на кровать, втянув руки. — Иди сюда, иначе нам не выжить. — Предлагаешь лечь вместе?.. — Аня почувствовала, как закружилась голова, и вздрогнула, расслышав, как один из заражённых ударил кулаками о хлипкую дверь. — Скорее, блин, не лето на дворе!       Схватив за руки и насильно опустив на кровать, Ридус прижал девушку к себе, буквально заставил обхватить себя руками и просунуть ладони под куртку, прямо к затылку. — Послушай, — вкрадчиво, но очень тихо заговорил он, — я не собираюсь тебя трахнуть или соблазнить. Я хочу согреться! Так что лежи, подожми ноги, я закутаю в одеяло. Так мы сможем поспать, согревая друг друга, хорошо? Они лежали рядом, совсем близко, нос у носу. Аня даже ощущала его горячее дыхание на коже, но была слишком усталой, чтобы возражать. — О боже, — только и прошептала она, ощутив тепло, расплывшееся по венкам, — да, да, так хорошо. — Не то слово, Джинджер, — согласился Норман, закрыв глаза и уткнувшись носом в рыжие пряди, — не то слово!       Крепко обхватив девушку за талию и плечи, он, даже несмотря на громкие хрипы и явные стуки в стены, почувствовал себя в безопасности и тепле. Рядом с Джинджер. Так точно было хорошо. Даже замечательно. Плевать на грязную кровать. Плевать на мороз и ветер. Плевать на заражённых. Теперь они остались там, вдвоём, против всего мира. И отчаянно пытались согреться, прижимаясь друг к другу. — Ты не одна, — совсем тихо пробормотал Норман, погладив обессиленную девушку по волосам, на какое-то мгновение проникнувшись и отпустив печали. — Мы теперь вдвоём. Спи. — Что, если они ворвутся?.. — сбивчиво спросила Аня, прильнув щекой к пульсирующей жилке на мужской шее, наверное, в ту самую минуту, тоже испытав долгожданное спокойствие. — Мне страшно, Норман. — Ничего не бойся, я их пристрелю. — Всех?       Аня приоткрыла глаза, невольно пощекотав ресничками горячую кожу. — Всех до единого, Джинджер.       Странное ощущение одолело его внезапно. Впервые захотелось, вдруг, коснуться ее губ. Да, странное чувство, особенно в сложившихся обстоятельствах, но женская близость… По правде говоря, она не только согревала его, но и, чего таить, пробудила встречные желания. Наверное, сблизившись теснее, они бы точно согрелись побыстрее. Но, нет, нельзя так поступать. Нельзя! Ведь, кроме неё, на десятки, а, может, и сотни миль, там больше никого нет. Нельзя вот так топтать ее шаткое доверие.       Нельзя.       И Норман, глубоко вздохнув, вдруг себя пересилил. Сконфуженно склонил голову к женскому личику и, прижавшись носом ко лбу, раскаялся в своих грубых мыслях. Это был момент. Всего лишь одно дурацкое мгновение. Они ничего не знали друг о друге, и знакомы были всего несколько недель. Хотя, ведь, прежде его это никогда не останавливало?..       Чушь. Джинджер не такая. Она не фанатка. А принуждать?.. Ещё одна хуевая мысль. Он ведь не такой. Нет. От единой мысли стало дурно. Одно дело — дрочить под постановочное порно, и совсем другое — даже задуматься о подобной низости!.. Лучше просто полежать рядом. Просто согреться. Просто обуздать эту внезапную похоть!.. — Спи, — только и сказал он, ни чем не выдав своих истинных чувств и желаний.       И Аня, наконец, расслабившись, доверилась ему. Закрыла глаза и немедля отключилась, впрочем, как и сам Ридус.       И минуты не прошло, как они, тесно прижавшись друг к дружке, уже спали, лишившись всяческих сил.