Непрошенный в красном

— Стойте, — Чимин столкнулся с колючим взглядом Чонгука и отпустил его рукав подрагивающей рукой. Он воспринимал Чонгука как своего ровесника. Конечно, это было не очень хорошо, но именно таким образом Пак объяснял себе, почему рядом с преподавателем он становится таким смелым: в высказываниях и в действиях. Причем когда не надо. Чимину хотелось сломать барьер, который препятствовал их общению на равных. А зачем — он и сам не понимал. Чимин смотрел в глаза Чонгуку. Во взгляде старшего виднелась израненная душа. Старшеклассник грустно отвёл взгляд в сторону, не зная, что ещё сказать. В конце коридора появился Хосок, который нёс полный стакан воды. Парень споткнулся на ровном месте, немного разливая жидкость. Чонгук прочистил горло, смотря в сторону остроумного дебошира, который пребывал на первый путь первой платформы его последней причины задержаться. Кивнув напоследок, Чонгук развернулся и просто ушёл. — Чего это он? — спросил Хосок, передавая Чимину воду. — Да я вообще без понятия. Пришёл, сказал, что я молодец и ушёл. — Пак смотрел Чонгуку в след. — Как интересно, — хмыкнул Хосок. — Ну ушёл и ушёл. Потом придёт. На наш урок. Домой Чимин вернулся ближе к ночи. Зайдя в свою комнату, Пак открыл гардеробную и взял первую попавшуюся одежду. Потерраризировав кофемашину, Чимин получил свой желаемый капучино и сел, подперев щёку рукой. Посмотрев на ноги, Пак понял, что надел спортивные штаны, которые на добровольной основе отжал у Чонгука. Чимин выдохнул. Может ему тоже завести собаку? Услышав за спиной мягкие шаги, Чимин обернулся и увидел маму. — Сынок, ты сегодня так поздно. Как всё прошло? Извини, что у меня так и не получилось вырваться к тебе в школу. — Всё прошло отлично, мам, — Чимин мало говорил о том, что будет выступать. — Вас снимали на видео? — поинтересовалась женщина. — Наверно. Я не уточнял, — мимолетно улыбнулся Чимин. — Когда подведут итоги? — мягко спросила женщина. — Завтра, — Пак не был настроен на диалог. — Сынок, ты чего такой грустный? Из-за чего скоро утонешь в печали? — Я не знаю что со мной, — Чимину казалось, что ему не хватало внимания от Чон Чонгука, что априори было бредом. А штаны его Пак бы вообще снял и кинул б в костер, который развёл бы прям здесь — в центре комнаты. Печальный взгляд преподавателя загнал его в плен. Чимин мешал капучино, смотря в одну точку. — Я сегодня провела влажную уборку и смотри что нашла, — женщина положила на стол альбом с фотографиями, присаживаясь рядом с сыном. Обложка была обклеена гербарием, и Чимин ощутил блеклый запах сухих растений. — Вот ты маленький лежишь в цветах, — женщина улыбнулась и посмотрела на сына. — А вот ты в новогоднем костюме. Ты так красиво танцевал на том утреннике. У меня даже видео где-то есть. А вот ты ходил на парные бальные танцы. Помню, тебе такую вредную девочку в пару поставили, но смотри зато какой костюм. Я сшила. — Да. Я помню этот костюм, — кивнул Чимин, согнув одну ногу под себя. — А тут смотри ты на шпагате сидишь, а тут ты маленький в платье своей двоюродной сестры, — женщина поняла, что проболталась. — Что?! — Чимин широко раскрыл глаза, притягивая альбом к себе ближе. — Вы же говорили, что это моя сестра. — Просто не хотели тебя расстраивать, — с сочувствием произнесла женщина. — Это было сделано для одной лишь фотографии. — Классно, все хотят нарядить меня в платье. Неужели я настолько смазливый, мам? — протянул Чимин. — У матерей сыновья всегда самые красивые. В тебе всегда были чарующие нотки женственности. И тебе шло как никому. Мало кому из парней идёт такое, — мать замолчала, посмотрев на профиль сына. — Знаешь, я жалею, что тогда была против твоих занятий танцами. Тебе ведь так нравилось. Я хотела, чтобы ты занимался больше учёбой, но сейчас другое время, не то, когда мы с твоим отцом были молоды. Сейчас для танцоров открыта дорога и в балет, и в театр, и в айдолы. — В айдолы берут только высоких парней, — Чимин сделал глоток горячего напитка. — У тебя нормальный рост, сынок. Зачем ты так говоришь? — женщина поглядила Чимина по спине. — В айдолы бы хорошо пошёл наш препод по литературе, — буркнул Чимин и улыбнулся матери, решив приобнять её в ответ. — Спасибо что… Просто спасибо, мам.

***

Чимин бежал в школу, радуясь, что выпало хоть немного снега, который к обеду, возможно, уже и растает. Чимин чуть не плюхнулся вперед и не пропахал носом землю: Хосок запрыгнул на него сзади. Пак вынул из уха один наушник. — Чимина-а, — протянул Хосок, смеясь. — У тебя новое пальто? — Нет, — Чимин попытался стряхнуть Хосока. — Я его уже три года ношу. — Видел, что в группу написали? — Чон шмыгнул носом, натягивая на себя капюшон. — Вместо зачёта по физ-ре надо сфотографироваться с Санта Клаусом, голубой белочкой и… зелёным тигрёнком? — произнёс Хосок с вопросительной интонацией. — Ты бы о математике лучше подумал, — усмехнулся Чимин. — У тебя там годовая не ахти. А с голубыми белочками у тебя, думаю, не получится сфотографироваться. Они ведь у тебя в голове живут и поют каждый раз серенады: «Напрыгни на Чимина сзади». — А тебе значит не нравится, когда совершают неправомерные действия сзади? — пошутил Хосок, понимая, что ему надо убегать, ведь Чимин взял двумя руками очень много снега. Тяжело дыша, Чонгук оперся руками о колени и посмотрел на табло, где высвечивался счёт: «16:20». Чон не привык проигрывать. Он и представить себе не мог, что преподавательский состав другой школы будет настолько хорош. Чонгук был безоговорочным победителем в волейболе, а в баскетболе даже до ничьей добить не мог. По всей видимости, придётся проводить мероприятия по сплочению его нынешней команды. И желательно чтобы эти посиделки никак не выходили за рамки трезвости. Чонгук взял в руки бутылку с водой и сделал три жадных глотка. Он слишком поздно узнал, что проигравшая команда должна будет переодеться в новогодние костюмы и проходить в них по двум школам: в своей и в заведении победителя. Чонгук закинул трёхочковый. И даже учитывая то, что тот долетел точно в цель, это не помогло выровнять счёт. Можно было и не кидать, если бы это не было делом принципа. Выдержав серьёзный взгляд капитана другой команды, Чонгук вытянул из мешочка бумажку, читая роль, в которую ему придётся вжиться: «Санта». А всё не так уж и плохо.

***

— Это ужасно неприятно! — сетовал Чимин, стряхивая с внутренней стороны пальто снег. — Ты мне попал за шиворот! — Пак мельком оглядел человека в красном костюме, который встречал их на входе в школу. — Не бухти, Чимин, — ответил Хосок. — Я просто защищался. Ты первый начал, — парень в восхищении поднял брови, когда взглянул на Санту. — Чимин, смотри! Треть нашего зачета. Вставай я тебя сфотографирую. Давай быстрее, хватит булки мять, а то на урок опоздаем, — Чимин посмотрел на друга искоса, закатил глаза и, повесив пальто на руку, встал рядом с Чонгуком, которого и близко не узнал. — Ближе, — скомандовал Хосок. — Что ты встал от него за три километра будто это наш препод по литературе. — Хосок, закругляйся со своими шуточками, — протянул Чимин, хмурясь. — Заквадрачиваюсь, — ухмыльнулся Хосок. Чимин сделал два шага к Санте, улыбнулся в камеру и почувствовал, как к его плечу слегка притрагиваются. Пак посмотрел краем глаза на чужую руку и увидел на указательном пальце знакомое кольцо. К прочему «счастью», ощутил знакомые нотки парфюма. Чимин повернул голову, глянув Санте в глаза. — Ты выглядишь так, будто тебя сейчас скормят оленям, Чимин, — цокнул Хосок, смотря на получившееся фото. — Ладно, сойдёт. А теперь меня пожалуйста, — Хосок передал Чимину телефон. Пак отошёл на безопасное расстояние и оглядел новое обличие Чонгука с ног до головы. — Давай быстрее, — проговорил сквозь зубы Хосок. — Я устал уже улыбаться. Извините, можете пожалуйста дать мне посох? Всего для одной фоточки? — попросил Хосок у Санты, тоже начиная его разглядывать. Чонгук нахмурился и поставил посох Хосоку на ногу. — Ащ, — прохрипел Хосок, и в этот момент Чимин сделал фото. — Спасибо за фото, господин Чон, — Чимин приподнял брови, внимательно вглядываясь в глаза преподавателю. — Вам идёт… борода. — Мистер Чон? — Хосок отпрыгнул от преподавателя, поджав руки. — Слушайте, а вам так идёт! К вашему образу и не подкопаешься. Вам бы в разведке служить! Вы такой разносторонний, — старшеклассник положил руку Чонгуку на плечо, но тут же убрал, опомнившись. — Надо ж тебе было отличиться перед выставлением полугодовых, — протянул Чимин шепотом, когда они отошли на приличное расстояние. — Смотри какое фото вышло, — Пак залился смехом в коридоре, немного сгибаясь пополам. — Я тебе сейчас твоё покажу! — Хосок побежал за Чимином, чтобы забрать у того телефон. Пак облокотился на подоконник, чтобы отдышаться, суя другу его телефон. — В группе пишут, что выставили оценки по истории, математике и корейскому, — перечислил Хосок. — А литература? — поинтересовался Чимин. — Нет ещё, но я уверен, что он скоро снимет свой сасный костюмчик и доделает отчёт, — Хосок отмахнулся, будучи уверенным, что у него-то всё хорошо с итоговой по литературе.

***

Чонгук долго думал, какую оценку Чимину поставить. В итоге решил занизить тому балл, чтобы старшеклассник прикладывал больше усилий в следующем семестре и не расслаблялся. Контрольных было много, и Чимин далеко не все написал на отлично. Решив поиграть в злого учителя, Чонгук пришёл к выводу, что никак не будет учитывать дополнительные успехи Чимина. Хосока Чонгук не пожалел от слова совсем. В какой-то степени задевал даже сам факт того, что парень постоянно крутился возле Чимина и… портил его? Скажи кто твой друг, и я скажу, кто ты. Может если Чимин такой добрый и хороший, то Хосок тоже ничего? Да нет уж. Два демонёнка. Чонгук чувствовал забавную власть, но настроение от этого не улучшалось. Такой сидячий образ жизни — за бумажками да за тетрадками, Чонгуку был ни к черту, но с учениками контактировать ему нравилось, как и читать грамотные работы с внятным почерком. Чонгук не мог разобраться с новой формой отчетности, ещё и директор наехал на него, что он якобы электронный журнал заполнил неверно. Время бежало быстро, а когда титаническое спокойствие дало трещину, Чонгук решил отжаться раз тридцать. Дверь закрывать он не стал, хотя, как потом понял, надо было бы это сделать. — Извините, можно? — Чимин хотел улыбнуться натянуто, но вышло довольно-таки искренне. Пак глянул на слегка растрепанного, разгоряченного Чонгука и вовсе забыл, зачем пришёл. — Я… — Чимин замер, разглядывая старшего, который не смог скрыть усталость за ровной осанкой: взгляд выдал. Чонгук сидел за рабочим столом, сцепив руки в замок, и пытался отдышаться. Внутри у Чимина начало зарождаться непонятное чувство теплоты. Пак мягко смотрел на Чонгука, которому не против был бы помогать с любыми обязанностями рутинного характера, которыми загружают учителей. — Я пришёл насчёт оценок, — Чимин понимал, что он, возможно, мистер очевидность раз пришёл с такой-то темой для беседы. — Не знаю, с чего начать. После определенных раздумий я решил, что хочу попытать удачу и подать документы в Сеульский университет искусств, а там особенно внимательно смотрят на то, какая оценка у абитуриента по литературе. — Чимин подошёл к Чонгуку как можно ближе и встал у учительского стола. — Я пришёл поговорить о будущем, — хотелось добавить: «Не о нашем с вами. Я про предмет». — Хотел спросить вас, что я могу сделать, чтобы заслужить в следующем семестре наивысший балл? — Чимин глубоко вздохнул и прикусил нижнюю губу. — Вот как, — Чонгук одобрительно кивнул, мельком глянув на Чимина. Насколько бы далеко его мысли о Чимине не заходили в тупик, он был рад его видеть. — А что ещё туда требуется? — Чонгуку правда было интересно, он ведь тоже когда-то пытался подать туда документы. — Да, там интервью и нужно будет подготовить небольшой номер. Танец, к примеру. Или показать актерские способности в сценке, — Чимин и представить себе не мог, что Чонгук так просто пойдёт ему навстречу. — Извините, а у Хосока там совсем безнадёжная ситуация? Он уже не может исправить своё положение? У него отец достаточно строг в плане оценок. Может даже на домашний арест посадить, — Чимин посмотрел на напряжённые губы Чонгука и понял ответ без слов. — Я буду только за, если его отец так поступит. Не пристало молодым людям шарахаться по барам и по другим подобным заведениям, — Чонгук совсем забыл, как вёл себя в девятнадцать. — Да и тебя он перестанет отвлекать. Тебе ведь нужно много всего прочесть. До того как документы подашь. А то если придёшь на вступительные в образе изящной дамы, то это может уже и не помочь, — Чонгук так сказал, будто бы это Чимину хоть раз помогло. Пак застыл, переваривая колкость, и Чон ухмыльнулся. — Думаю, если бы вы пришли на вступительные в университет в образе прекрасной дамы, то вас бы взяли без раздумий. Я ещё тогда на репетиции понял, что этот образ больше подходит вам, — пошутил Чимин, не стесняясь в выражениях. Потом задумался и понял, что зря: после этого к Чонгуку явно зайдёт Хосок, который решит попытать счастье своими литературными навыками и наткнётся на разозлённого препода, чью мужественность Чимин посмел поставить под вопрос. — Не подскажите, какое место я тогда занял? Я так и не посмотрел… Надеялся вы расскажете. Похвалите, возможно, на уроке, но вы так ничего и не сказали. — Не знаю. Я не смотрел, — уголок губ Чонгука дрогнул. На самом деле места не распределяли, и преподавателям просто сказали выбрать кого-то одного из класса, кто будет защищать честь школы на следующем этапе. И Чонгук выбрал. Только вот не Чимина. Старшеклассник насупился: лучше бы Чонгук сказал, что он занял последнее место, чем дал понять, что ему совсем было всё равно на то, какое место там занял Пак Чимин. Хотя может Чонгука не интересовали людские условности с распределением каких-то там мест. — А я ведь тогда остался, чтобы узнать, какое место займёте вы, — предъявил Пак не пойми с чего. — Я-то думал, вам на почту присылают результаты конкурсов. Или на совещаниях сообщают. Хотя может вы только картинки открываете, которые вам приходят, — Чимин вдохнул кислорода для новых нападок. — Да расстегните вы уже эту рубашку раз вам жарко! Хватит её теребить! — Пак закрыл глаза, сам не понимая, чего это он так вспылил. Ему просто было обидно, что после всего, что произошло, они с Чонгуком так и остались в рамках преподаватель-школьник. Чон словно действовал по мантре: доноси материал, держи дистанцию, изредка ругай, оценивай уровень ответственности и удачи «юных спиногрызов» и наслаждайся властью, особенно в конце семестра. И иных отношений у них просто быть не может. Для Чонгука Чимин — ребенок, до которого Чону нет особого дела — не дорос, «скучный» подросток, который ещё жизни не видел, у которого за душой лишь щепотки опыта. — Извини, мне нужно отойти, — учуяв назревающий конфликт, Чонгук решил ретироваться. К тому же, заместитель директора призвал его к себе посредством грозного сообщения ещё минут двадцать назад. — Все свои притензии можешь кинуть мне на почту. Чимин поднял брови, никак не ожидая такого поворота событий. Чонгук собирался просто уйти? Какой постылый человек! Пак сжал губы и в очередной раз схватил преподавателя за запястье. Чон вырвал руку, и Чимин, разжав ладонь, увидел в своей руке пуговицу от чужого манжета. Чон сдвинул брови. И через долгих несколько секунд потянулся к рукавам Чимина, чтобы наглеца настигло возмездие, но Пак отшатнулся, и Чонгук махнул рукой рядом с воротником Чимина, цепляя верхнюю пуговицу на белоснежной рубашке двумя пальцами и выдирая ту с корнем. Чимин открыл рот в недоумении, слыша, как о поверхность парты бьётся пуговица, которая ещё несколько мгновений назад принадлежала ему. Пак широко раскрыл глаза, надвигаясь, и одним резким движением, желая, видимо, вырвать все пуговицы, которые были у Чонгука, к чертям, зацепил три верхних застежки, которые спасали ключицы учителя от явления их народу, но те лишь расстегнулись, оставаясь на месте. Лишь одна угрюмо повиснула на нитке. Чонгук схватил Чимина за запястья, чтобы тот успокоился, и старшеклассник в попытках вырваться прижал хёна к парте, готовый в любой момент злобно топнуть ногой. До Чимина медленно, но верно доходило, что он стоял к Чонгуку вплотную и зажимал ногу Чона двумя своими, прижимаясь к бедру сонбэнима. Чимин поднял взгляд. Чонгук смотрел на него сверху вниз. И в какой-то момент, осознав преимущество своего положения, Чон решил, что должен согнуть ногу, которую зажимал Чимин. Это не было похоже на удар или на что-то подобное. Просто толчок. Чимин ахнул, широко раскрыв глаза: уж такой-то подставы от преподавателя он никак не ожидал. Чонгук сжал запястья Чимина сильнее, и Пак прижался нижней частью живота к преподавателю ещё ближе. Чимин тягуче моргнул и неуклюже обнял Чонгука, касаясь кончиком носа его сонной артерии. Ладони невольно скользнули по спине Чонгука вверх, врезавшись в лопатки. Чимин начал изучать плечевой пояс Чонгука через ткань, вздрагивая от каждого неосторожного вздоха старшего. Внутри довольно урчал хищник. Необходимость отклеиться от Чонгука мутнела: Чимина никто не отталкивал, посему приятный несостыковывающийся ужас тянулся целые минуты. Стук в дверь вырвал из неги, и Чимин оттолкнул Чонгука, напирая ягодицами на парту сзади. Дезориентированность и непонимание того, что делать и куда прятаться. — Скажите что занято! — шепотом прокричал Чимин, понимая, что они сейчас не в состоянии с кем-либо контактировать. Пак стыдливо прикрыл ширинку, думая, под какую парту бы залезть, чтобы умереть там от позора.